Уважаемая редакция!

В N 2 журнала за 2008 г. обратила на себя внимание статья Е. Ю. Сергеева "Дипломатическая революция 1907 г. в отношениях России и Великобритании". Статья, сама по себе информативная и небесполезная, содержит целый ряд неточностей и спорных моментов, ставящих под вопрос и концепцию, и выводы автора. Позитивная оценка, тем более идеализация англороссийского соглашения 1907 г. и вступления России в Антанту вызывает серьезные сомнения.

1. Второй Восточный вопрос. Затронутую в статье проблематику логичнее рассматривать в контексте Второго Восточного вопроса - прямого продолжения Первого. Понятие Второго Восточного вопроса введено ведущим геополитиком России первой половины XX в. генерал-лейтенантом службы Генерального штаба А. Е. Снесаревым - военным востоковедом, разведчиком, полководцем, героем 1-й мировой войны. Именно ему мы обязаны подробными и правдивыми оценками как англо-русского соглашения 1907 г., так и цены, заплаченной Россией за участие в Антанте и за ее спасение в годы мировой войны [Снесарев, 1908; Снесарев, 1926].

Если Первый Восточный вопрос означал борьбу великих держав XIX в. за ближневосточные подступы к Индии - жемчужине Британской империи, то Второй подразумевает борьбу за средневосточные к ней подступы, а именно Иран и Афганистан [Снесарев, 2002, с. 25 - 27]. В присоединении Средней Азии к России в Лондоне усмотрели агрессивное продвижение Российской империи на индостанские рубежи. Упреждающие меры британские власти начали принимать задолго до того, как присоединение Средней Азии действительно состоялось. Примеров тому находится множество.

Антанта 1907 г. стала продолжением франко-русского 1890 г. и англо-французского 1902 г. союзов; в данном контексте России было весьма затруднительно уклониться от ее заключения. Затруднительно, но все-таки можно. России как великой державе первого класса был по силам нейтралитет, обесценивающий любой блок типа Антанты. "Сильное нейтральное государство независимо в своей политике", - подчеркивает ген. А. Г. Елчанинов [Елчанинов, 1912, с. 37]. (В новейший период эта истина многократно доказана внешней политикой КНР.)

1904 г. был и вправду "неблагоприятен" для англо-российских переговоров о союзе. Для недопущения вступления Англии в войну на стороне Японии российской разведке пришлось провести спецоперацию, заставившую англичан испугаться за судьбу Индии. Операцию скорее всего провел капитан (впоследствии генерал и герой 1-й мировой войны) А. Е. Снесарев - офицер разведки Туркестанского военного округа (см. [Зотов, 2001, с. 155]). Именно он (позднее учитель И. М. Рейснера в Военной академии РККА) в 1907 г. первый выступил против лукаво-опасного "соглашения" с Англией - противником, а не союзником, чьи руки соглашение развязывало, тогда как руки России - связывало. Как начальник отдела Генштаба он располагал добытым разведкой меморандумом британского генерала Ч. Мак-Грегора с изначальным планом 1-й мировой войны (главный противник Россия, Германия - союзник) [Мак-Грегор, 1891; Снесарев, 2002, с. 214]. Поняв неосуществимость плана Мак-Грегора, Англия сделала гениально простой ход: союз с противником (Россией) и война с будущим союзником (Германией). Был сделан расчет на истощение России в войне и ее закабаление военными долгами с последующим разделом (подобно Китаю). Эти расчеты были разоблачены группой генерала во главе со Снесаревым (в сборнике "Кто должник?" М., 1926).

Адекватная оценка сборника "Кто должник?" вряд ли осуществима вне контекста целого столетия, предшествовавшего 1-й мировой войне, когда вызревали основные глобальные противоречия - предпосылки обеих мировых войн. В них Россия на деле не была равноправной

союзницей западных держав; она была одновременно их союзницей и противником. Тема долгов России западным кредиторам обрастает мифами и домыслами, а их финансовые претензии коренятся не столько в экономических связях, сколько в геополитических противоречиях новой и новейшей истории.

Локальные войны присутствуют в циклах глобальных конфликтов как их неотъемлемая составная часть. 1-я Русско-японская война 1904 - 1905 гг. занимает свое место в цикле развертывания 1-й мировой войны, три компании 2-й русско-японской - 1938 (Хасан), 1939 (Халхин-Гол) и 1945 гг. (Маньчжурия) - в рамках цикла 2-й мировой. Долгое время в оценке причин, хода и исхода, самой природы Русско-японской войны 1904 - 1905 гг. совершалась одна кардинальная ошибка: ее принимали за чисто локальный конфликт (каковым она была внешне), вне контекста глобальной геополитики. На самом же деле это не был русско-японский конфликт: в нем так или иначе участвовали все великие державы - решая свои не местные колониальные, а глобальные проблемы. Россия и Япония не были здесь главной парой действующих лиц; Япония вообще не была в русско-японской войне главным противником России, как и Германия - главным противником России в 1-й и 2-й мировых войнах.

По той же самой причине следует рассмотреть проблематику отношений Россия - Антанта в 60-летнем контексте вызревания и развертывания двух мировых войн - от 2-й Афганской войны до англо-французской катастрофы в Дюнкерке (1880 - 1940), от британского плана ген. Мак-Грегора до окончания 2-й мировой войны и полного развертывания "холодной" (1889 - 1949).

Еще римляне осознали, что sub nominee pacis bellum latet (под личиною мира таится война). Дело в глубинных (и давних) причинах и целях войны. Причиной мировых войн является не только многовековая великодержавность России или то, что она вдвое богаче любой из крупнейших великих держав. Гораздо важнее то, что Россия - единственная из великих держав в периоды новой и новейшей истории - никогда не была целиком завоевана. Напротив Германия долго была раздроблена и подчинялась соседям. Франция - разгромлена и оккупирована в 1940 г.; Англия, лишившись колониальной империи, может даже считаться потерпевшей поражение во 2-й мировой войне. Что до США, то они лишь два века назад вышли из британских "пеленок", затем - спасались на изолированном континенте. Япония и Китай были оккупированы (См.: [Лукьянович, 2003, с. 242]).

Таких исторических преимуществ, как у России, державы-соперницы никогда и никому не прощают.

2. Союз заклятых друзей. До сего времени ускользал от внимания факт, что мировые войны XX в. были направлены против России, хотя по понятным причинам внимание на этом не акцентировалось. Первая мировая война начала готовиться (что подтверждается британским планом генерал-квартирмейстера британских войск в Индии Ч. Мак-Грегора) [Мак-Грегор, 1891, Ч. 1, с. 146, 161 - 164] после разгрома афганских клиентов Англии в Кушке (1884 г.). Иными словами, Восточный вопрос и Большая игра в центре Азии начали приобретать глобальный масштаб и ускорили формирование предпосылок мировой войны. Ч. Мак-Грегор предлагает, опираясь на союз с Германией, Австрией и Турцией, сковать Россию и Францию в Европе, а в Азии - совместно с Турцией, Ираном, Афганистаном, Китаем добиться "расчленения Русской империи". Все эти меры Ч. Мак-Грегор предполагает осуществлять "без объявления войны, будут ли они проведены тайно или гласно" [там же, с. 167, с. 210 - 211]. Предвидя, однако, что такого рода война есть дело чрезмерно рискованное и что отсутствие хотя бы одного члена антироссийского союза сделает соотношение сил невыгодным для Англии, Мак-Грегор предвидит возможность (и даже необходимость) "добиться с Россией какого-либо согласия" (буквально: "антанты"). Он, однако, не видит возможности добиться такого "согласия" с Россией чисто дипломатическими мерами: необходимо, считает он, "поколебать Россию в серьезной степени" [там же, ч. 2, с. 98, 101 - 105, 108, 109, 113 - 115].

Затем Россию втянули в Антанту, сделали "ломовой лошадью" 1-й мировой войны и планировали ее расчленение по условиям Версального мира (интервенция 1919 - 1920 гг. проходила в русле Версаля).

3. Веское слово А. Е. Снесарева. Именно А. Е. Снесарев в 1907 г. выступил против присоединения России к Антанте [Снесарев, 1908], а после окончания мировой войны - разоблачил финансовые претензии последней к России как якобы "должнику" (истинным должником была сама Антанта, спасенная самопожертвованием российской армии). А. Е. Снесарев заранее до войны задает вопрос: "Что мы получим от Англии взамен нашей огромной жертвы? ... Как можно догадаться по данным английских газет, мы довольствоваться будем улыбкой". И далее

предупреждает: "Европа умна: она всегда сумеет придумать для нас такую густую повязку, которая сделает нас слепцами... Россия придерживается политики бесконечного благодарения и постоянных уступок... дирижером Европы в настоящее время является Англия, остальные - как Франция и наша Россия - у нее на буксире" [Снесарев, 1908; Снесарев, 1926; Снесарев, 2003; с. 113, 122 - 123, 125]. На словах-то англичане доброжелательны, уточняет Снесарев, но стоит речь повести о делах, как они становятся столь же искренне враждебными к российским союзникам и законным их интересам.

О какой-либо "свободе действий" России после заключения договора Антанты говорить просто немыслимо. Подобное положение дел (во многом схожее с постперестроечным) ген. Снесарев считает опасным и неприемлемым.

4. Псевдосоюзники и псевдопротивники. Антанта была создана, чтобы сделать Россию псевдосоюзником, а Германию - псевдопротивником; в Версале 1919 г. Россию делили на сферы влияния как "европейский Китай" (сам Китай поделили в XIX в.). Затем Англия и США вооружали Германию против СССР. Разбитый при Дюнкерке и Пёрл-Харборе, Запад признал СССР... опять-таки псевдосоюзником. Неудивительно, что после 1945 г. США вели вторую часть 2-й мировой войны, обладая ядерным оружием, но после Вьетнама были вынуждены перейти к первой части - теперь уже 3-й мировой войны.

Процесс и качественная эволюция двух мировых войн позволяют выявить характерные черты 3-й. 1-я мировая была войной территориально-ресурсной, 2-я - энерго-мобильной. Начавшаяся в 1975 г. 3-я мировая война сразу определилась как необычная, политическая, информационно-психологическая. Современные спекуляции вокруг "долгов" России - составная часть психологического воздействия в надежде на политические дивиденды войны (суть основного закона стратегии), не более.

Считать, что все военное руководство России в 1907 г. поддержало вхождение России в Антанту, неверно. Поддержал Главный штаб - высшая адъютантская служба, в геополитике малокомпетентная. Главное управление Генерального штаба - в лице начальника Генштаба ген. Ф. Палицына, еще конкретнее - "части" 3-го оберквартирмейстера (вооруженные силы государств Востока) и, наконец, начальника Среднеазиатского (Центральная и Южная Азия) делопроизводства подполковника Снесарева - выступило против.

Коренное и сущностное различие Главного и Генерального штабов было воплощено и в символических деталях офицерской формы одежды. Офицеров Главного штаба (в том числе адъютантские отделения-делопроизводства войсковых штабов) и Генерального штаба нельзя было перепутать даже на улице: Главному штабу был присвоен красный цвет околышей, петлиц и "просветов" на серебряных погонах, Генштабу - черный (аксельбанты, "увековеченные" К. Прутковым, у них были также совершенно разного образца). Иными словами, два Штаба были разделены организационно, функционально и даже "формально", геральдически. (Пребывание в системе Главного штаба Азиатской части военной администрации Туркестана ничего здесь не меняет.)

Ссылки на экспертизу Главного штаба касательно оценок Восточного вопроса не более корректны, чем на ...помощника начальника канцелярии МИД Н. Базили - без какого-либо уяснения его а) круга служебных обязанностей и б) реального уровня геополитической компетентности.

5. Большое стратегическое тире. Ген. К. Клаузевиц не зря писал, что в стратегии действительность не ставит точку, а протягивает тире. Восточный вопрос относится к такого рода "тире". Вопрос о подступах к поднимающемуся Китаю составляет Третий по счету Восточный вопрос. Если Большая игра XIX в. была борьбой между Российской и Британской империями, за центр Азии, то теперь это борьба в треугольнике Россия-Китай-США за тот же самый объект.

Участники Большой игры сменились, но Игра продолжается в расширенном масштабе борьбы за Большой Ближний Восток (См.: [Дроздов, Маркин, 2007, с. 83 - 85; Дроздов, 2008, с. 10].

6. Выводы для современной России.

1) "Приобщение к европейской демократии" - скорее средство манипуляции российскими западниками.

2) Антанта в принципе не могла предотвратить мировую войну, так как создавалась для ее ведения.

3) Ни "entante", ни "detante" не пошли России на пользу: 'партнеры" неизменно держали ее за "enfant"; A.E. Снесарев определяет тогдашнюю дипломатию России как "доверчивость" и "политическое неразумие".

4) Он же определяет соглашение 1907 г. - как "худой мир", а вовсе не как entente cordiale.

5) Идеализировать соглашение 1907 г. неуместно и опрометчиво в свете новейшей геополитической ситуации.

Ст. научный сотрудник ИВ РАН О. В. ЗОТОВ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Дроздов Ю. И. Геополитические шахматы // Военно-промышленный курьер. 5 дек. 2007.

Дроздов Ю. И., Маркин А. Г. Наглый орел-2007 (разведка и война в системе США). М., 2007.

Елчанинов А. Г. Стратегия. СПб., 1912.

Зотов О. В. Великая теория невозможного (А. В. Суворов, М. И. Драгомиров и А. Е. Снесарев о возможностях и критериях высшей стратегии). // Драгомиров Михаил Иванович: воин, ученый, педагог, военно-политический деятель. М., Военная академия Генерального штаба, 2001.

Лукьянович Н. П. Геополитическое положение России в XX в. М., 2003.

Мак-Грегор Ч. Оборона Индии // Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. 43. СПб., 1891.

Мак-Грегор Ч. Оборона Индии // Сборник материалов по Азии. Вып. 43 - 44. СПб., 1891.

Снесарев А. Е. Англо-русское соглашение 1907 г. СПб., 1908; Снесарев А. Е. Послевоенные расчеты держав Антанты // Кто должник? М., 1926.

Снесарев А. Е. Афганистан. М., 2002.

Снесарев А. Е. Афганские уроки. М., 2003.

Постоянный адрес данной публикации: