Политика реформ и открытости для внешнего мира, проводимая в Китайской Народной Республике, вызвала среди обществоведов повышенный интерес к истории китайских реформ, берущих свое начало с конца XIX в. К числу последних работ по данной тематике относится монография специалиста по истории общественной мысли Китая конца XIX - первой половины XX в. д.и.н. Л.Н. Борох ¹ , автора ряда книг и статей о теоретических воззрениях участника движения за реформы в Китае Лян Цичао (1873-1929) ² .

Лян Цичао бы учеником и последователем руководителя движения за реформы в Китае в 90-е годы XIX в. Кан Ювэя (1858-1927), предпринявшего попытку реформировать традиционную конфуцианскую систему взглядов на общественное развитие. Канонизированному правящими кругами Китая на протяжении многих веков образу древнекитайского философа Конфуция (551-479 г. до н.э.) как сторонника незыблемых общественных устоев и взаимоотношений между людьми Кан Ювэй противопоставил свою оценку Конфуция как сторонника перемен, постоянного обновления и изменения государственного строя. Предложив новое прочтение древнекитайских конфуцианских трактатов, Кан Ювэй нарисовал картину развития Китая от эры "Хаоса" (Цзюйлуань), через эру "Малого спокойствия" (Сяокан) к эре "Великого спокойствия" (Тайпин), с наступлением которого в мире воцарится Великое Единение (Датун).

Ссылаясь на непререкаемый авторитет Конфуция, Кан Ювэй обосновывал неотложную необходимость перемен в Китае, в первую очередь ограничения бесконтрольной власти правившей в Китае с 1644 г. маньчжурской Цинской династии и допуска к управлению страной молодых китайских сторонников реформ. Как отмечает Л.Н. Борох, "созданная Кан Ювэем утопия - это конфуцианский ответ на вторжение западной культуры с ее видением вселенной как универсума, в котором постоянно идет борьба за существование и происходит естественный отбор" ³ .

Лян Цичао называл своего учителя "Мартином Лютером конфуцианства".

В последней трети XIX в. начинается знакомство китайской общественности с переводами трудов западных философов, правоведов, историков, экономистов, социологов, политологов, естествоиспытателей, политических и общественных деятелей. Эта переводческая деятельность осуществлялась христианскими миссионерами, преиму-

Тихвинский Сергей Леонидович - действительный член РАН, ведущий специалист по истории стран Дальнего Востока, автор многих научных трудов.

¹ Борох Л.Н. Конфуцианство и европейская мысль на рубеже XIX-XX веков. Лян Цичао: теория обновления народа. М.: изд-во "Восточная литература", 2002, 287 с.

² Борох Л.Н. Общественная мысль Китая и социализм (начало XX в.). М., 1984; ее же. Руссоистская концепция государства в восприятии Лян Цичао. - В сб.: Всемирная история и Восток. М., 1989, с. 124-131; ее же. Идеи Монтескье в Китае (начало XX в.). - В сб.: Востоковедение и мировая культура. М., 1998, с.87-97.

³ Борох Л.Н. Конфуцианство и европейская мысль..., с. 5.

(c) 2003 г.

стр. 192

щественно англичанами, издававшими в британской колонии Гонконге и в "открытых портах" Китая свои газеты, журналы и книги на китайском языке. Другим источником знакомства китайцев с западными общественными теориями были переводы иностранных книг, выполненные японскими переводчиками, использовавшими китайскую иероглифику, позволявшую образованным китайцам пользоваться этими японскими переводами. В отличие от китайского японское правительство вступило на путь реформ и открытости для внешнего мира в результате так называемых "реформ императора Мэйдзи" 1868 г.

Вскоре появились и переводы, выполненные китайскими переводчиками из числа молодых людей, возвратившихся на родину после учебы за границей и получивших в свое время дома классическое конфуцианское образование, в частности Хуана Цзунсяня (1848-1905), Янь Фу (1853-1921).

Переводные работы западных авторов были хорошо известны Лян Цичао, который еще в 1897 г. составил "Каталог книг о западных науках", содержавший аннотацию на 654 перевода иностранных книг на китайский и японский языки ⁴ . В частности, он был хорошо знаком с книгой Т. Гексли "Эволюция и этика и другие сочинения" в переводе Янь Фу и с его же изложением трудов Г. Спенсера, друга и последователя Ч. Дарвина, распространившего на человеческое общество учение Дарвина о борьбе за существование и о естественном отборе.

Под влиянием движения за реформы, принявшего широкие масштабы в Китае после поражения в войне с Японией 1894- 1895 гг., молодой маньчжурский император Гуансюй приблизил к себе группу молодых реформаторов-китайцев, сторонников Кан Ювэя, и опубликовал серию указов о реформах в области образования, подготовки военных и гражданских кадров, о строительстве заводов и фабрик, железных дорог и т.д., объективно открывавших путь независимого развития страны по пути модернизации.

После дворцового переворота в Пекине осенью 1898 г., произведенного вдовствующей императрицей Цыси, свергшей своего племянника императора Гуансюя за его симпатии к китайским реформаторам и положившей конец кратковременному, длившемуся всего сто дней, периоду реформ, Лян Цичао, как и его учителю Кан Ювэю, удалось избежать казни и эмигрировать за границу.

Проживая в эмиграции в Японии, Лян Цичао продолжал свою политическую и публицистическую деятельность, был одним из организаторов и руководителей "Партии защиты императора" (Баохуан дан), ставившей своей целью восстановление на престоле императора Гуансюя, которого Цыси до самой его смерти в 1908 г. держала под домашним арестом.

Еще в августе 1896 г., в самый разгар движения за реформы, Лян Цичао стал редактором главного печатного органа китайских реформаторов - журнала "Ши у бао" ("Современные задачи"). В Японии Лян Цичао стал издавать оппозиционный журнал "Цин и бао" ("Непредвзятое мнение"), его тираж доходил до 5 тыс. экземпляров, а с января 1902 г. по ноябрь 1906 г. журнал "Синьминь цунбао" ("Обновление народа") с тиражом 10 тыс. экземпляров. В этих журналах печатались наряду с философскими и историческими трудами Лян Цичао его статьи и памфлеты в поддержку "Партии защиты императора", в защиту идей введения в Китае конституционной монархии с восстановлением на престоле императора Гуансюя, считая его полностью китаизированным правителем. Он обосновывал необходимость проведения в Китае реформ по западному образцу с обязательным сохранением конфуцианских ценностей (в их интерпретации реформаторами конфуцианства - Кан Ювэем и Лян Цичао).

Как и авторы других статей в этих журналах, Лян Цичао критиковал сторонников насильственного свержения власти Цинской династии и введения республиканского правления - китайских революционеров, группировавшихся вокруг созданного докто-

⁴ См. Тихвинский СЛ. Движение за реформы в Китае в конце XIX века и Кан Ювэй. М., 1959, с. 158.

стр. 193

ром Сунь Ятсеном в 1895 г. в эмиграции "Союза возрождения Китая", а с 1905 г. - "Китайского революционного объединенного союза", в который вошли и другие организации и группы китайских революционеров, возникшие к тому времени в различных провинциях Цинской империи, а также среди китайских эмигрантов, проживавших за границей.

В рассматриваемой монографии лишь конспективно упоминается общественно-политическая деятельность Лян Цичао в конце XIX - начале XX в.; основное внимание автор уделяет восприятию этим китайским ученым-конфуцианцем западноевропейских теорий государственного устройства, социальной организации, жизненных ориентиров, поведенческих норм, оценок человеческих качеств. Подробно разбирается интерпретация Лян Цичао таких западных понятий, как "свобода", "демократия", "республика", "право", "общество", "народ-гражданин", "революция" и другие, не имевшие аналогов в китайской общественной мысли. Знакомя своих современников с книгами Аристотеля, Ф. Бэкона, Ш. Монтескье, Ж.Ж. Руссо, Р. Декарта, Т. Гоббса, Дж. Локка, Дж. Милля, И. Канта, П. Бентама и ряда других западных авторов, Лян Цичао искал в реформированном Кан Ювэем конфуцианстве аналоги этим западноевропейским понятиям, для чего предпринимал многочисленные экскурсы в философское наследие Конфуция, Мэн-цзы (Мо Ди - вторая половина V в. до н.э.), Ян Чжу (Ян-цзы - IV в. до н.э.), Сюнь- цзы (Сюн Цин - III в. до н.э.), Чжу Си (1130-1200), Ван Янмина (1472-1529) и др.

Процесс освоения Лян Цичао политических, правовых и этических понятий западной культуры был весьма сложным и противоречивым. Он был связан также и с изменением взглядов самого Лян Цичао на события в Китае и в мире на протяжении этого периода. На его интерпретацию новых для Китая философских, правовых и политических понятий, почерпнутых из западных книг, таких как "свобода", "конструктивный эгоизм", "уверенность в себе", оказали известное влияние книги японских ученых и переводчиков сочинений европейских авторов Фукудзава Юкити, Като Хираюки, Накамура Насанао и др. Эти японские авторы первыми вводили в обиход китайские иероглифические эквиваленты для передачи новых как для Японии, так и для Китая понятий.

Подробно разбирая сочинения Лян Цичао, посвященные трактатам Монтескье и Руссо, Л.Н. Борох показывает сложный процесс освоения западных идей представителем страны с древней самобытной культурой и, в частности, стремление Лян Цичао найти в реформированном конфуцианстве идеи, схожие с критикой абсолютизма Монтескье в его книге "О духе законов" и с концепцией государства нового типа, содержавшейся в работе Руссо "Об общественном договоре".

Лян Цичао утверждал, что идеи демократии со времен глубокой древности присутствовали в произведениях философов конфуцианской школы, в которых утверждалось, что "народ - это корень, основа". Отцом-основателем китайской демократии, по его словам, был Мэн-цзы, однако "правление народа" у него отличалось от западного понятия демократии: у последнего правители "защищают и пасут народ"; на Западе же подлинная демократия немыслима без политически зрелого народа, т.е. без того, чтобы народ из "населения, проживающего в стране", превратился в "гражданина" ⁵ . Цивилизационный процесс у Лян Цичао был связан с развитием института государства, создаваемого "гражданами"; появление же "граждан" зависит от присутствия особой духовной энергии, животворной силы "ци", о которой упоминалось еще в произведениях классиков конфуцианства.

Представления Лян Цичао об историческом процессе носили эклектический характер. Он попытался осуществить некое подобие синтеза утопической теории "трех эр", развитой Кан Ювэем в годы, когда тот читал своим ученикам лекции об обществе Великого Единения, с западноевропейским учением об эволюции и со взглядами на историю английского историка Т.Т. Бокля, с концепцией которого Лян Цичао ознакомил-

⁵ Борох Л.Н. Конфуцианство и европейская мысль..., с. 22.

стр. 194

ся по книгам японских авторов. По мнению Лян Цичао, различные народы, подчиняясь универсальному закону эволюции, в строгой последовательности проходят три этапа в своем развитии: эру "Хаоса", эру "Малого спокойствия", а затем вступают в эру "Великого спокойствия". Эти три эры, о которых упоминала конфуцианская литература, по мнению Лян Цичао, полностью соответствуют трем стадиям истории человечества в представлении западных историков: дикости, варварству и цивилизации, и переходу от родоплеменного общества к феодально-аристократическому, а затем к современному. В ходе исторического развития меняется и сам человек, что позволяет ему от злого в эру "хаоса", через эру "малого спокойствия", в которой человек и злой и добрый, вступить в эру "Великого спокойствия", при которой в человеке будет присутствовать только доброта; изменение человеческого характера позволяет людям проявлять политическую активность. Со времени вступления в эру "Великого спокойствия", когда воцарится Великое Единение, все решения будут приниматься "всеми людьми в государстве, а не так, чтобы один-два человека силой овладели и пользовались этим правом" ⁶ .

Взгляды Лян Цичао на исторический процесс содержались в ряде его статей в "Синьминь цунбао", в частности в статье "Новая историческая наука", опубликованных в 1902 г.

Для обоснования тезиса о том, что в современную эпоху необходимо сочетание старых китайских и новых западных наук, Лян Цичао приводил слова Чжу Си: "Тот, кто обучает, похож на человека, поддерживающего пьяного. Поддержит справа, тот падает влево, и наоборот".

Лян Цичао пытался совместить в рамках одной концепции различные онтологические установки: "Дао-путь" конфуцианства и идеи эволюционизма в спенсеровской интерпретации. Лян Цичао выделял у людей пять пар природных качеств - "добродетелей" (дэ), которые традиционным сознанием воспринимались как несовместимые (пять антиномий "независимость" и "склонность к гармоничному сообществу"; "свобода" и "ограничение"; "самонадеянность" и "скромность"; "стремление к выгоде" и "бескорыстие"; "разрушение" и "созидание"). Каждое из этих десяти природных качеств людей Лян Цичао рассматривал как в понимании европейских, так и китайских (конфуцианских) авторов. Он утверждал, что природные качества, получившие развитие у европейцев - независимость, самоуверенность, свободолюбие, стремление к выгоде и способность к разрушению - как раз и позволили людям Запада создать государственность и достичь процветания.

Разбирая пару "независимость" (дули) и "склонность к гармоничному сообществу" (хэцюнь), он говорил, что исторически сложившийся тип поведения китайцев не имел ничего общего с поведением независимого человека в странах Европы; каждый в государстве всегда на кого-либо полагался (ученые - на людей древности, правитель - на чиновников, народ - на правителя), "каждый отбрасывал свои обязанности и занимался только тем, что опирался на других". В Китае отсутствовало понимание того, что только независимые люди могут иметь независимое государство.

Приводя бытующее в обществе мнение о том, что независимость - это либо отпор вмешательству держав, либо избавление от маньчжурского ига, Лян Цичао ставил вопрос в другой плоскости: Китай не является независимым государством из-за того, что в Китае отсутствует независимый народ; следует добиваться независимости каждого отдельного человека, рассматривать независимость как добродетель, как свободу следовать велениям своего сердца.

Конфуцианская установка на бескорыстие, а в более широком плане признание приоритета "общественного" (гун) над "частным" (сы) резко противоречили принципам западного либерализма, объявлявшего частный интерес источником развития личности и экономического прогресса ⁷ .

⁶ Там же, с. 36.

⁷ Там же, с. 51.

стр. 195

Относя принцип "разрушение" к числу десяти добродетелей, Лян Цичао рассматривает его как горькое, сильнодействующее лекарство, как расчистку площадки для строительства нового жилища, как единственное эффективное средство борьбы с консерватизмом и присущей людям привязанностью к старому. Разрушение совершается ради созидания. Рассматривая в своей монографии более поздние работы Лян Цичао, Л.Н. Борох отмечает отказ китайского реформатора от принципа "разрушение". В этих трудах Лян Цичао обвиняет как анархистов, так и сторонников Сунь Ятсена в разрушительных действиях, губительных для китайской государственности и культуры.

В ходе знакомства Лян Цичао с произведениями европейской общественной мысли у него стало постепенно складываться убеждение в необходимости критики распространенных в западной литературе представлений о Китае как о "неподвижном дряхлом старце", стране, застывшей в косности и невежестве. Китайское общество, по мнению Лян Цичао, было необходимо встряхнуть, обновить, побудить к политической активности, чтобы вывести на один уровень со странами Европы, не теряя при этом накопленных китайской цивилизацией духовных ценностей конфуцианства (в интерпретации реформаторов Кан Ювэя и Лян Цичао). Реализации этой задачи Лян Цичао посвятил серию статей "Обновление народа", публиковавшихся в одноименном журнале и затем изданных отдельной книгой "Учение об обновлении народа" ("Синьминь шо").

Л.Н. Борох подробно разбирает эту работу Лян Цичао, в которой тот проводит идею о необходимости "обновления народа", исходя как из внутренних, так и международных обстоятельств Китая. Противопоставляя западную идею самоуправления конфуцианской концепции мудрого монарха, автор трактата пришел к заключению, что для создания в Китае административной системы западного образца требуется народ, обладающий определенными качествами, способный прежде всего сам собой управлять, сам себе помогать, дисциплинированный и самостоятельный. Международная ситуация, по мнению Лян Цичао, в еще большей степени требовала обновления народа, поскольку Китаю, где, по его мнению, существует самое прогнившее правительство и самый разрозненный и слабый народ, угрожает смертельная опасность быть разделенным иностранными державами. Превращение отсталого народа в граждан Лян Цичао ставил в прямую зависимость от наличия оформленной государственной идеологии. В "Учении об обновлении народа" Лян Цичао пересмотрел свои ранние, сложившиеся под влиянием Кан Ювэя взгляды о необходимости в будущем идеальном обществе Великого Единения упразднить семью и государство. Ссылаясь на цитаты из Мэн-цзы и Ян Чжу, Лян Цичао вывел свою собственную формулу "любви к государству" и настаивал на соблюдении гражданами будущего молодого китайского государства конфуцианских принципов "чжун" - преданность и "сяо" - сыновья почтительность в отношении государства. Он напомнил читателям своего труда изречение Мэн-цзы: "Если жить в уединении и не обучаться, уподобишься диким зверям и птицам". Он настаивал на необходимости правового просвещения народа, внедрения правовой культуры, утверждал, что идею права должен воспринять каждый человек и только после этого может сформироваться государственная правовая идеология.

Лян Цичао в этой работе пересмотрел свое отношение к утопической теории Кан Ювэя об обществе Великого Единения также и в вопросах этики. Кан Ювэй, а вслед за ним и другой его ученик Тань Сытун признавали противоречие между "общественным" - "гун" и "частным" - "сы" и высказывались в пользу "общественного". Лян Цичао же под влиянием западных идей, и особенно взглядов Спенсера, выступал в защиту "частного". По мнению Лян Цичао, "частная добродетель" ("сы дэ") куда важнее, чем "общественная добродетель" ("гун дэ"). Если добродетель отдельно взятого лица будет обновлена, то станет возможным и обновление "общественной добродетели" всего народа, что, в свою очередь, выведет Китай из кризиса.

стр. 196

Лян Цичао видел также насущную необходимость радикального обновления системы традиционных поведенческих норм конфуцианства, состоявшей из пяти типов раз и навсегда установленных взаимоотношений: правителя и подданного, отца и сына, мужа и жены, старших и младших братьев, друзей и приятелей.

Более детально к оценке нравственного состояния народа и своей теории "двух видов добродетелей" Лян Цичао вернулся в 1903 г., подчеркивая уже, что "гун дэ" и "сы дэ" - понятия не взаимоисключающие, а взаимозависимые. Разбору "сы дэ" как средству обновления национального характера китайцев Лян Цичао посвящает целую главу своего сочинения. Для создания современной структуры общества и государства Лян Цичао теперь считал необходимым сочетание двух видов добродетели "дэ" - "сы" и "гун". Обретение народом добродетелей не ставилось им в исключительную зависимость от "благородных мужей" - "цзюньцзы", как то предусматривал Конфуций, говоривший в свое время: "Добродетель цзюньцзы - ветер, добродетель сяо жэнь (маленьких простых людей) - трава. Куда дует ветер, туда и склоняется трава". Лян Цичао требовал от своих современников пересмотреть сложившееся еще в древности представление о том, что соответствует, а что не соответствует принципам добродетели ("дао дэ"). С учетом нового видения мира, сложившегося в Китае к началу XX в. после знакомства с западными теориями, Лян Цичао выдвинул новую концепцию общественной добродетели, ориентирующей человека на выполнение долга - обязанности перед обществом и государством. Идея реформирования конфуцианской этики была выражена в трактате "Учение об обновлении народа" терминами "синь даодэ" (обновление добродетели) и "даодэ гэмин" (революционное изменение добродетели).

Трактат Лян Цичао "Учение об обновлении народа" писался и печатался в журнале "Синьминь цунбао" на протяжении нескольких лет (1902-1906); отдельные его главы поэтому отражали определенные изменения во взглядах автора на взаимное влияние китайской и западной духовных цивилизаций, обусловленное развитием обстановки в Китае и во всем мире за эти годы, включая и распространение идей анархизма в Китае в начале XX столетия, которые Лян Цичао резко осуждал. Лян Цичао считал, что современные "благородные мужи" - "цзюньцзы" - наследники конфуцианских ценностей, должны привносить в жизнь общества этическое начало. Он точно обозначил социальную группу, с которой он связывал свои надежды - "молодежь, усвоившая новую науку". Союз европейски образованной молодежи с хранителями традиционных ценностей позволил бы, по его мнению, соединить принцип конфуцианства (основа) с западной наукой (для практического применения). Как справедливо отмечает Л.Н. Борох, "это была еще одна попытка найти решение проблем, используя формулу "ти-юн" (основа - прикладное применение), один из вариантов ответа на вопрос о сочетании китайского и западного, который, начиная с Чжан Чжидуна (1837-1909), искала конфуцианская мысль в конце XIX - начале XX в. на стыке двух цивилизаций" ⁸ .

Вскоре, однако, Лян Цичао пришлось пережить горькое разочарование, поскольку обучавшаяся в Японии китайская молодежь, которая ранее восторженно встречала все его статьи и книги, изменила отношение к своему кумиру и перешла на сторону китайских революционеров, группировавшихся вокруг созданного доктором Сунь Ятсеном в 1905 г. в Токио "Китайского революционного объединенного союза".

В заключительной части монографии Л.Н. Борох останавливается на расхождениях между Лян Цичао и Сунь Ятсеном в оценках китайского национального характера и самобытности китайской политической культуры. Лян Цичао утверждал, что на всем протяжении истории политика правителей была эффективно направлена на оглупление народа и превращение его в раба. Сунь Ятсен же утверждал, что китайцы

⁸ Там же, с. 214. Энциклопедический словарь по китайской философии посвящает этому терминологическому словосочетанию специальную статью, см.: Китайская философия, энциклопедический словарь. Гл. редактор М.Л. Титаренко. М., 1994, с. 324.

стр. 197

обладают духом и энергией, что свобода и демократия - их врожденные качества ⁹ . Критикуя выдвинутую Лян Цичао антимонию - "созидание - разрушение", Сунь Ятсен писал, что идея строительства до революции - бессмысленна. Он не был согласен с идеей Лян Цичао о необходимости "постоянного улучшения жизни народа, демократического просветительства и этического воспитания народа". Осмысление опыта Синьхайской революции, однако, несколько лет спустя привело Сунь Ятсена к выводу о неготовности нации в целом к демократическим преобразованиям ¹⁰ .

Необходимость реформирования конфуцианской этики в условиях, в которых находился Китай и весь мир в начале XX в., обуславливалась самим ходом истории. Кризис старой нормативной системы этических взглядов конфуцианства стал очевидным в результате столкновения Китая с Западом, Лян Цичао противопоставлял два типа культур: западную, с ее материализмом и рационализмом, и восточную, с ее духовностью и этическими ценностями. Задача переосмысления конфуцианской этики возводилась Лян Цичао в ранг общенациональной задачи: "обновление добродетели" - "синь даодэ" - рассматривалось им не только как непременное условие возрождения и модернизации страны, но и как залог сохранения китайского этноса и китайской цивилизации. Несмотря на свою пропаганду западных ценностей, Лян Цичао, по словам Л.Н. Борох, сам оставался "благородным мужем" ("цзюньцзы"), и у него вызывали глубокие опасения утрата нравственных критериев и нигилистическое отношение к самой идее этического начала ¹¹ .

В этой связи уместно будет напомнить, что в свое время и отдельные российские политэкономы критиковали классическую западную политическую экономию за забвение морально-этических начал и даже выделяли некий "нравственный капитал", заключавшийся, по их мнению, в народной честности, народной предприимчивости, трудолюбии и в ревностной заботе об общем благе ¹² . Так же и Лян Цичао в противовес "материальному" в западных общественно-политических доктринах с позиций реформированного конфуцианства стремился привить "обновленному народу" свою морально-этическую систему взглядов.

Автор монографии исследует свыше 60 книг, статей, памфлетов и писем Лян Цичао. Л.Н. Борох проделала исключительно сложную текстологическую работу по переводу на русский язык многочисленных древних и средневековых конфуцианских терминов и понятий, которыми пользовался Лян Цичао в работах. Ей удалось показать терминологические поиски самого Лян Цичао, стремившегося по возможности адекватно передать китайскому читателю, воспитанному на понятиях классической конфуцианской философии, смысл многочисленных западноевропейских правовых и этических терминов и понятий. Л.Н. Борох приводит пример перевода Лян Цичао на китайский язык слова "liberty" - в значении "либерализм" - через китайское выражение "цзы чжи" (сам себя упорядочивающий), заимствованное из конфуцианской литературы. Переведя этим термином понятие "либерализм" на китайский язык, Лян Цичао, по мнению автора рецензируемой монографии, стремился передать мысль о том, что подлинная свобода всегда имеет ограничение ¹³ . В своей переводческой работе Л.Н. Борох широко использовала накопленный в отечественной синологии опыт перевода конфуцианской терминологии, содержащейся в работах Л.С. Переломова, А.В. Ломанова, А.С. Мартынова, Ю.М. Гарушянца, А.И. Кобзева, К.М. Тертицкого, А.А. Крушинского, С.Р. Кучеры, которым в рецензируемой монографии дается заслуженно высокая оценка.

⁹ Борох Л.Н. Конфуцианство и европейская мысль..., с. 221.

¹⁰ Там же, с. 224.

¹¹ Там же, с. 150-151.

¹² Нигматулин Р.Н.. Сорокин Л.Е. Стратегия для России: проблема выбора. - Вестник Российской академии наук, 2002, N 5, с. 394. Авторы статьи в этой связи приводят слова Н.Г. Чернышевского о том, что "капитал, который можно назвать нравственным, гораздо важнее материального, этот важнейший национальный капитал есть запас нравственных сил и умственной развитости в народе".

¹³ Борох Л.Н. Конфуцианство и европейская мысль..., с. 38.

стр. 198

По ходу изложения автор монографии приводит ряд "крылатых фраз" из конфуцианского лексикона, бытующих и по сей день в Китае, вроде: "учиться и не размышлять - занятие пустое, размышлять и не учиться - опасное"; "тот, кто действует, стремясь к выгоде для себя, вызывает большую неприязнь"; "благородный муж знает только долг, низкий человек знает только выгоду".

Историографическая база монографии весьма солидна и охватывает 142 источника и 211 использованных автором статей и книг на русском, английском и китайском языках. Текст сопровождают обширные примечания и иероглифический указатель употребляющихся в работе терминов, а также указатель имен.

В нескольких местах Л.Н. Борох упоминает антиманьчжурские высказывания Лян Цичао, осуждавшего правящую династию Цин за плохое управление Китаем, продажность властей, неспособность к защите национальных интересов китайского народа перед лицом агрессии западных держав.

На наш взгляд рассматриваемая книга могла бы привлечь внимание более широкого круга читателей и выйти более значительным, чем сейчас, тиражом (800 экз.), если бы Л.Н. Борох уделила побольше внимания политической деятельности Лян Цичао в эти годы и шире показала исторический фон, на котором складывались этические воззрения Лян Цичао. Призыв Лян Цичао к "обновлению" народа путем возрождения в обществе нравственных, морально-этических начал реформированного конфуцианства был обращен не к широким народным массам, а к сравнительно малочисленной группе представителей молодого поколения ученого сословия китайского традиционного общества и к народившейся новой, буржуазно- помещичьей интеллигенции.

Одно частное замечание, касающееся историографического раздела книги. Автор пишет, что "первые тридцать лет в КНР его (Лян Цичао. - С. Т.) поступки и воззрения подвергались жесткой критике" и что "началом реабилитации Лян Цичао можно считать 1979 г., когда (три года спустя после смерти Мао Цзэдуна) появилась статья известного историка философии Ли Цзэхоу" ¹⁴ . Более внимательное ознакомление автора монографии с нашей работой, опубликованной еще в 1959 г. (беглое упоминание о которой имеется в книге), позволило бы исключить выше цитированное утверждение. В книге "Движение за реформы в Китае в конце XIX века и Кан Ювэй" разбираются пять статей Ли Цзэхоу об общественно-политических и философских взглядах лидеров движения за реформы 1895-1898 гг. (в их числе и Лян Цичао), опубликованных в 1956-1957 гг. ¹⁵

Хотя Лян Цичао не удалось добиться успехов в деле реанимации конфуцианской этики, его талантливая популяризация буржуазных общественно-политических теорий западных стран во многом способствовала назреванию революционного взрыва, приведшего в 1911-1912 гг. к Синьхайской революции, свергнувшей Цинскую монархию, правившую в Китае свыше 260 лет, и введению республиканского правления, пришедшего на смену более чем двухтысячелетнему монархическому строю.

Автор рассматриваемой монографии успешно справилась с исключительно сложной, ранее никем не предпринимавшейся задачей показа влияния европейской общественной мысли на китайского конфуцианца-реформатора, внеся тем самым ценный вклад в историю межцивилизационных обменов на рубеже XIX-XX вв. и в изучение комплексной проблемы истории реформ и революций в Китае.

¹⁴ Там же, с. 9.

¹⁵ См. Тихвинский СЛ. Указ. соч., с. 12, 349, 350, 400, 401.

Постоянный адрес данной публикации: