Изд-во Академии наук СССР. 1958, 422 стр. + 1 карта. Тираж 3000. Цена 17 р. 65 к.

Рецензируемая монография П. К. Алефиренко посвящена важному и малоизученному вопросу. Цель работы, по определению автора, состояла в том, "чтобы осветить борьбу всех разрядов крестьянства на протяжении 30 лет, ее содержание, ход, условия развития и формы на разных этапах, проследить сходство и различие в формах движения разных категорий крестьянства, а также влияние крестьянского движения на внутреннюю политику правительства, на постановку крестьянского вопроса русской общественной мыслью того времени" (стр. 7).

П. К. Алефиренко рассмотрела состояние хозяйства помещиков и всех категорий крестьян трех основных экономических районов Европейской России: Центрально-промышленного (Московская к Нижегородская губ.), Земледельческого (западные и южные районы Казанской губ., Воронежская и Белгородская губ.) и Западного (Новгородская и Смоленская губ.), в которых было сосредоточено большинство крестьянского населения страны. В соответствии с этим характеристика хозяйства помещичьих, монастырских, государственных и дворцовых крестьян дается по экономическим районам, что, по нашему мнению, оправдано, так как позволяет полнее раскрыть специфику классовой борьбы отдельных категорий крестьян.

Работа состоит из введения, краткого обзора литературы и использованных источников, шести глав и заключения. В первых двух главах исследуется состояние помещичьего и крестьянского хозяйства и классовая борьба помещичьих крестьян; в третьей главе рассматриваются положение монастырских крестьян и их борьба против эксплуататоров; в четвертой - приведен материал о хозяйстве государственных и дворцовых крестьян и их сопротивлении крепостническому гнету. Пятая глава дает характеристику настроений крестьянства; в последней главе анализируются взгляды публицистов 30 - 50-х годов по крестьянскому вопросу. К монографии приложены таблицы, характеризующие состояние хозяйства различных категорий крестьян по отдельным селам и деревням, а также карта "Крестьянские восстания в Европейской России в

1730 - 1750-х гг.", составленная И. А. Голубцовым.

Основные выводы автора могут быть сведены к следующему.

Для помещичьего и крестьянского хозяйства 30 - 50-х годов XVIII в. было характерно дальнейшее развитие товарно-денежных отношений. Рост связей с рынком сопровождался развитием денежно-оброчной системы хозяйства, в особенности в Центрально-промышленном и Земледельческом районах. Одновременно повышался размер барщины и оброка. С некоторыми различиями аналогичные процессы происходили среди монастырских, государственных и дворцовых крестьян.

Усиление феодального и налогового гнета, растущее малоземелье крестьян, многочисленные злоупотребления вотчинной администрации способствовали углублению имущественного и социального неравенства среди крестьян, развитию классовой борьбы.

Различия в экономическом и юридическом положении отдельных категорий крестьян обусловили специфику их классовой борьбы: характер требований, формы (побеги, подача челобитных, восстания), преобладание отдельных видов выступлений в тот или иной период.

Но вместе с тем освободительное движение крестьян в 30 - 50-х годах XVIII в. имело и общие черты: антифеодальные крестьянские движения носили стихийный характер; широкое распространение получила такая форма борьбы, как подача жалоб и челобитных, что свидетельствовало о царистских иллюзиях крестьянства. В то же время к середине XVIII столетия увеличилось число вооруженных крестьянских выступлений, представлявших собою подготовительный этап крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачева.

Рост побегов крестьян, обострение крестьянского движения во второй четверти XVIII в. постоянно привлекали внимание правительства и общественной мысли к крестьянскому вопросу (записки А. П. Волынского, В. Н. Татищева, М. В. Ломоносова и др., работа уложенных комиссий Елизаветы Петровны и Екатерины II).

В целом рецензируемая книга может быть оценена положительно. Прежде всего следует отметить, что выбор темы весьма удачен: история крестьянского движения в России в 30 - 50-х годах монографически не изучалась. Все, что написано до сих пор по этой теме, касалось лишь частных вопросов (работы В. Милютина и П. В. Верховского, А. Романовича-Славатинского ¹ и т. д.). Исключением является известная, но уже устаревшая по содержанию и по методу исследования книга В. И. Семевского "Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II" ² . В ней автор рассмотрел главным образом правовую сторону положения крестьянства. В советской исторической литературе истории крестьянского движения в 30 - 50-х годах XVIII в. посвящен ряд статей и кандидатских диссертаций. Однако монографий на эту тему до сих пор не было издано. К тому же при изучении данного вопроса особое внимание обращалось на рассмотрение наиболее крупных восстаний и крестьянских войн. П. К. Алефиренко впервые попыталась исследовать историю классовой борьбы основной массы крепостного населения накануне крупнейшей в истории России крестьянской войны 1773 - 1775 годов.

В результате длительной и кропотливой работы над большим количеством архивных источников, разбросанных по многим фондам, автор дал довольно полное представление о борьбе крестьян России в 30 - 50-х годах XVIII века. Основные выводы П. К. Алефиренко об усилении крестьянского движения в середине XVIII в. не вызывают возражений. Сочетание изучения истории хозяйства и классовой борьбы крестьянства является несомненным достоинством работы. Заслуга П. К. Алефиренко состоит также в том, что она ввела в научный оборот большое количество ранее неизвестных фактов о состоянии крестьянского хозяйства и в особенности о борьбе крестьян против феодального гнета.

В то же время в рецензируемой работе есть, с нашей точки зрения, спорные вопросы, а также существенные недочеты.

Недостаточно аргументированы хронологические рамки исследования: 30 - 50-е годы XVIII в. в развитии крестьянского движения не представляли самостоятельного периода. Если конечная дата в какой-то мере соответствует общей периодизации истории СССР XVIII в., то начальная грань- 30-е годы - представляется нам необосно-

¹ П. В. Верховский. Населенные недвижимые имения св. Синода, архиерейских домов и монастырей при ближайших преемниках Петра Великого. СПБ. 1909; А. Романович-Славатинский. Дворянство в России от начала XVIII в. до отмены крепостного права. Киев. 1912.

² В. И. Семевский. Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II. Т. I - II. СПБ. 1881 - 1901.

ванной. По нашему мнению, было бы правильнее начать рассмотрение истории крестьянского движения и крестьянского вопроса с середины 20-х годов XVIII века. В это время в связи с введением в 1724 г. подушной подати произошло значительное усиление крепостного и налогового гнета. К тому же проведение подушной переписи сопровождалось включением новых категорий населения в число плательщиков подушной подати, увеличением размеров прямого налога примерно вдвое для большей части тяглого населения ³ . С введением подушной подати были установлены более жесткая система обложения населения налогами, чем подворная, а также весьма разорительный порядок сбора налога с участием воинских команд. Дальнейшее усиление крепостного гнета к концу первой четверти XVIII в., разорение тяглого населения в результате длительной Северной войны, рост помещичьей эксплуатации, частые рекрутские наборы и т. п. обусловили обострение классовой борьбы крестьян. Начиная с середины 20-х годов XVIII в. наблюдались рост крестьянских побегов, массовый отказ населения платить прямые и косвенные налоги, особенно подушную подать ⁴ , увеличение числа вооруженных выступлений в этот период (в 1725 - 1726 гг. Сенату было сообщено о массовых волнениях и отказах платить подушную подать из 11 провинций) ⁵ . Все эти явления остро поставили перед правящими кругами крестьянский вопрос.

В 1725 г. генерал-прокурор П. И. Ягужинский представил Екатерине I записку "О состоянии России", в которой говорилось, что вследствие роста крестьянских побегов и увеличения числа восстаний крестьян в стране налицо "внутренняя опасность". Он предложил "на подданных положить то, что понести могут", то есть несколько уменьшить бремя государственных налогов. ⁶ . В то же время Ягужинский ратовал за освобождение дворян от обязательной государственной службы в целях усиления их надзора за хозяйством и крестьянами, "отчего будут крестьяне в призрении и государственные сборы порядочны" ⁷ .

18 ноября 1726 г. А. Д. Меншиков, А. И. Остарман, А. Макаров и А. Волков подали Екатерине I "Записку о государственных нуждах", в которой также предусматривали ряд мер с целью замедлить процесс разорения крестьян и прекратить их побеги и восстания (отказ от участия армии в сборе подушных денег, временное уменьшение их размера и т. п.) ⁸ . Аналогичные записки подали другие верховники, а также Сенат, Военная коллегия ⁹ .

Все эти предложения вызваны, разумеется, не заботой о благосостоянии тяглого населения, а боязнью крестьянских волнений, на что в свое время обратил внимание еще Н. П. Павлов-Сильванский ¹⁰ .

Обсуждение крестьянского вопроса в правительстве в середине 20-х годов XVIII в. не могло, конечно, привести к улучшению положения крестьян, так как не были устранены основные причины, порождавшие побеги и волнения. В 30 - 50-х годах антифеодальная борьба крестьян усилилась. Таким образом, начальная дата исследования нам представляется недостаточно обоснованной.

Нельзя, с нашей точки зрения, согласиться и с утверждением П. К. Алефиренко о том, что социальное расслоение крестьянства началось лишь во второй четверти XVIII в. и что в это время только "создавались... предпосылки для классового расслоения" крестьян, наблюдалось "перерастание" имущественного расслоения в социаль-

³ См. В. О. Ключевский. Подушная подать и отмена холопства в России. "Опыты и исследования". М. 1915, стр. 325; П. Н. Милюков. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформа Петра Великого. СПБ. 1892, стр. 695.

⁴ В 1724 г. недоимка по подушной подати в России составила 30% к окладу (см. П. Н. Милюков. Указ. соч. Приложение IV, стр. 145).

⁵ Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), Госархив, XIX разр., д. 22, л. 48 об., д. 35, л. 29.

⁶ См. П. И. Ягужинский. Записка о состоянии России. "Чтения Общества истории и древностей российских" ("ЧОИДР"), 1860, кн. IV, стр. 269 - 270.

⁷ Там же, стр. 271.

⁸ См. "200-летие кабинета е.и.в. 1704- 1904". СПБ. 1911. Приложение N 10, стр. 45 - 57.

⁹ См. об этом: С. М. Соловьев. История России с древнейших времен. Кн. 4. "Общественная польза". СПБ. Б.г., стб. 876 - 878, 887 - 891; М. Богословский. Областная реформа Петра Великого. М. 1902, стр. 478 - 486; ЦГАДА, Госархив, XVI разр., д. 77, лл. 20 - 23, 39 - 44 об.

¹⁰ Н. П. Павлов-Сильванский. Мнения верховников о реформах Петра Великого. "Очерки по русской истории XVIII - XIX вв.". СПБ 1910, стр. 379 - 380.

ное (стр. 52 - 53, 74 - 79, 92 - 93, 185 - 186, 236 - 238, 388 и др.). Нам представляется, что для рассматриваемого в книге периода правильнее говорить об углублении социального расслоения, в особенности среди государственных, дворцовых и монастырских крестьян. Начало же этого явления, по мнению многих исследователей, относится к XVII веку ¹¹ .

В результате недооценки степени социальной дифференциации из поля зрения автора выпал важный вопрос о борьбе между деревенскими богатеями и беднотой за землю, столкновения при отбывании повинностей и мирской раскладке податей и пр. Всю классовую борьбу в России в исследуемый период П. К. Алефиренко свела к борьбе крестьян с помещиками И феодальным государством, что нам представляется неверным. Анализ внутриклассовой борьбы крестьян позволил бы автору глубже показать влияние новых социально-экономических отношений на развитие классовой борьбы в деревне. Особенно ярко внутриклассовая борьба прослеживается в черносошных и дворцовых селах ¹² .

Одним из существенных недочетов рецензируемой работы является, с нашей точки зрения, также и то обстоятельство, что ее автор не использовал материалы о неурожаях во второй четверти XVIII в., которые содержат данные по провинциям, уездам, волостям, деревням о состоянии помещичьего и крестьянского хозяйства (сведения о размерах посевов хлебов, урожайности, ценах на продукты, о винокурении, торговле, уплате налогов и пр.) и о классовой борьбе крестьян ¹³ .

Вследствие этого резкое увеличение побегов крестьян всех категорий и усиление стихийных волнений в середине 30-х годов XVIII в., вызванных значительным ухудшением положения крестьян и обострением классовых противоречий, не нашли отражения на страницах рецензируемого труда. В большинстве случаев, приводя цифры о росте крестьянских побегов и восстаний, П. К. Алефиренко вообще не упоминает о влиянии неурожая на экономическое положение крестьян (стр. 97, 106, 107, 117, 120, 139 - 140, 198, 263 и др.).

По неполным данным, с 1723 по 1770 г. три крупных неурожая охватили всю Россию (в 1723 - 1725, 1733 - 1735 и 1748 - 1749 гг.) и 10 неурожаев были в отдельных районах страны ¹⁴ . Особенно тяжелые последствия для экономики России имел неурожай 1733 - 1735 годов. Начавшись в Смоленской губернии, недород в последующие годы распространился на большую часть территории Европейской России (исключая юг страны) и часть Западной Сибири, в результате чего резко сократились посевы, снизилась урожайность ¹⁵ , вы-

¹¹ См. В. Л. Бушуева. Социально-экономические отношения чепецкой удмуртской деревни на рубеже XVII - XVIII вв. Автореферат кандидатской диссертации. М. 1950, стр. 6 - 9; М. М. Богословский. Земское самоуправление на русском Севере. Т. 1. М. 1909, стр. 110 - 113, 129 - 145, 189 - 190 и др.; т. 2. М. 1912, стр. 84 - 87 и др.; "Очерки истории СССР. XVII в.". Под ред. А. А. Новосельского и Н. В. Устюгова. М. 1955, стр. 19 - 20, 194 - 195, 768 - 769, 779, 788 и др.; "Очерки по истории Коми АССР". Т. I. Сыктывкар. 1955, стр. 108- 119; А. А. Преображенский. Очерки колонизации Западного Урала в XVII - начале XVIII в. М. 1956, стр. 197 - 217; Н. В. Устюгов. Солеваренная промышленность Соли-Камской в XVII в. М. 1957, стр. 144 - 193; "Очерки истории СССР. XVIII в. Первая четверть". Под ред. Е. Б. Кафенгауза и Н. И. Павленко. М. 1054, стр. 172 - 175.

¹² М. М. Богословский. Указ. соч., т. 2, стр. 287 - 311; "Очерки истории СССР XVII в.", стр. 21, 786 и др. "Очерки по истории Коми АССР". Т. I, стр. 137 - 138, 196- 197.

¹³ Так, обильный материал о неурожае в России в 1733 - 1735 гг. хранится в ЦГАДА в фондах Канцелярии Сената (Дела Сената по Камер-Коллегий, оп. 248/15, дд. 31/840 (914 л.), 37/846 (1175 л.), 38/847 (643 л.) и др.; Дела Сената по разным предметам, оп. 248/13, дд. 69/751 (424 л.), 70/752 (649 л.) и др.

¹⁴ Свящ. Словцов. Историческое и статистическое обозрение неурожаев в России. "Сборник статистических сведений о России". СПБ. 1858, стр. 469 - 470.

¹⁵ Во многих местах не удалось собрать даже семена. В 1734 г. урожай по ряду уездов составил (в четвертях):

росли цены, увеличилась недоимка по налогам. Разорение населения и неурожай привели к тому, что правительство из боязни активизации крестьянского движения отменило сбор подушной подати на первую половину 1735 года ¹⁶ .

В 1734 г. во многих районах страны начался голод и эпидемия, увеличилось число нищих. Так, на 12 апреля 1734 г. в Москве было более 7 тыс. нищих ¹⁷ , в марте 1735 г. Сенат получил сообщения, что в Калуге собралось свыше 10 тыс. нищих, в Туле - более 4 тыс. ¹⁸ и т. д.

Одновременно увеличилось число побегов (осенью 1735 г. лишь из одной Польши было вывезено 11500 беглых, из них половина - помещичьи крестьяне) ¹⁹ и вооруженных выступлений ²⁰ . Рост побегов крестьян и увеличение волнений настолько обеспокоили правительство, что оно еще в мае 1734 г., боясь широкого крестьянского восстания, тайно послало офицеров для выяснения настроений крестьян ²¹ . Таким образом, использование материалов о классовой борьбе во время неурожаев позволило бы автору уточнить масштабы и специфику крестьянского движения в те или иные периоды.

В свете изложенных фактов выводы П. К. Алефиренко о преобладании у монастырских крестьян в 30-х годах XVIII в. такой формы борьбы, как массовое бегство (стр. 187, 189, 213), о росте подушной недоимки у дворцовых крестьян в это время (стр. 261) представляются спорными и слабо аргументированными.

Значительная часть шестой главы неоправданно сведена главным образом к характеристике экономических воззрений В. Н. Татищева, освещенных в литературе достаточно полно. В то же время отсутствует анализ взглядов на крестьянский вопрос других представителей дворянства (записки и проекты верховников, обер-прокурора Сената А. Маслова, кабинет-министра А. И. Остермана, сенатора П. И. Шувалова и др.).

Некоторые мысли автора не подкреплены фактами. Так, не ясно, в чем состояла специфика классовой борьбы отдельных категорий крестьян. По мнению П. К. Алефиренко, для помещичьих крестьян были характерны побеги семьями (стр. 104 - 105), но, оказывается, эта особенность была свойственна и государственным крестьянам (стр. 264, 289).

В книге отсутствует единый принцип группировки цифрового материала в таблицах, что затрудняет читателю возможность сопоставлять приводимые данные (см. таблицы N 9, N 10, N 21).

Отмеченные недостатки не меняют положительной оценки книги. Монография П. К. Алефиренко - важный вклад в изучение истории классовой борьбы крестьянства в России.

(см. ЦГАДА, Дела Сената по Камер-Коллегии, д. 38/847, лл. 174 - 179; все дело содержит сведения об урожаях).

¹⁶ Полное собрание законов (ПСЗ). Т. IX, N 6681.

¹⁷ ЦГАДА, Дела Сената по Камер-Коллегий, кн. 31/840, л. 283 - 283 об.

¹⁸ Там. же, кн. 69/751, лл. 218, 231,231 об., 232.

¹⁹ Там же, кн. 70/752, лл. 529 - 530.

²⁰ Весной 1735 г., когда последствия неурожая особенно тяжело сказались на крестьянах, Сенат располагал сведениями о вооруженных восстаниях крестьян в 12 уездах: Вятском, Елатомском, Казанском, Касимовском, Муромском, Пензенском, Переяславль-Рязанском, Самарском, Симбирском, Смоленском, Сызранском и Тетюшском. Местная администрация, не имея достаточных сил, чтобы справиться с крестьянами, просила помощи из центра. Крестьянские отряды, обычно в 30 - 70 человек, вооруженные рогатинами и топорами, а иногда и ружьями (в Сызранском уезде у крестьян были даже пушки), жгли дома помещиков и вступали в бой с отрядами правительственных войск, посланных против них (ЦГАДА, Дела Сената по разным предметам, оп. 248/13, кн. 70/752, лл. 423 об. - 442 и сл.).

²¹ Там же, кн. 31/840, лл, 303 - 303 об.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - С. М. ТРОИЦКИЙ:

Комментарии: