Официальная формула именования русских представлена тремя компонентами: личное имя - отчество - фамилия. На Западе же в составе официальной модели именования обычны два и более личных имени - Иоганн Себастьян Бах, Жан Батист Поклен, Анна Мария Моцарт, Эрих Мария Ремарк и др.

Знакомство с документами далекого прошлого убеждает в том, что почти до XVIII века русские также в ряде случаев именовались двумя личными именами (Дозорная книга Вологды 1616-1617 гг. // Вологда: Историко-краеведческий альманах. Вологда, 1994. Вып. 1;

Дозорная книга Белоозера 1616-1617 гг. // Белоозеро: Историко-литературный альманах. Вологда, 1994. Вып. 1; Писцовая книга Великого Устюга 1626-1627 гг. // Бысть на Устюзе: Историко-краеведческий сборник. Вологда, 1993). Обычно в качестве первого выступало календарное (христианское) личное имя, в качестве второго - русское некалендарное, например: Фетко Базука (Вологда), Титко Жаль (Белоозеро), Федко Гуща (Великий Устюг), Васка Щапок (Великий Устюг) и др. Такого рода двуименность наблюдалась и в трехчленной и четырехчленной моделях именования, в составе которых помимо личных имен имелось полуотчество, а иногда и фамильное прозвание:

стр. 97

Ивашко Кошкар Иванов сын Чюриков, Ефрем Тупик Ондреев сын Горбатой и др. (Акты социально- экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV - начала XVI в. М., 1958. Т. 2; далее - АСВР).

Некалендарные личные имена делились на две группы: внутрисе-мейные и прозвищные. Первые давались ребенку сразу после рождения. К числу их относились такие, как Первушка, Вторышка, Третьяк, Ждан, Важен, Шумилко и др. Прозвищное имя получал уже взрослый человек. Оно указывало на какую-то заметную для окружающих черту характера, поведения, внешнего облика человека, именуемого Бестужий, Бормот, Гуляйко, Мелень, Роспута и др.

Внутрисемейные имена, как и христианские, могли занимать первое место в модели именования, например: Баженко Балчюга, Первушка Выкус, Жданко Готовик, Третьяк Клок и др.

Появление в формуле именования второго дополнительного личного имени объяснялось ограниченным количеством активных календарных христианских и некалендарных внутрисемейных личных имен. В связи с ростом населения это приводило к частой одноименности, появлению большого числа тезок. Вторые дополнительные имена как раз и употребляются при наиболее активных календарных личных именах: Ивашко Сосун, Иван Вьюк, Ивашко Шульга, Иванко Долгой, Иван Ципля и др. (АСВР).

На Русском Севере двуименность наблюдается в самых ранних документах. В памятниках Кирилло-Белозерского монастыря она отмечена в конце XIV - начале XV веков: Кузьма Андушка, Филимон Ляпа, Нестерко Мямля, Харлам Мортка, Ермак Ковач и др.

Интересны в этих документах модели именования, в составе которых вторые имена образованы от апеллятивов со значением предметов быта и продуктов питания: Семен Пест, Гридя Щеть, Данило Блин, Ефим Окорок, Иван Сусло и др.

Обращает на себя внимание группа вторых личных имен со значением "части тела человека": Дмитрий Очи, Иван Щека, Гневаш Губа Стогинин, Окунь Зуб, Гридя Нога Федоров, Иван Голова Семенов, Гридя Рыло, Иван Рука и др. (АСВР).

Многие уроженцы окрестностей Белоозера в XV веке носили татарские имена, которые в составе формулы именования стояли чаще на втором месте, хотя в отдельных случаях они были единственными личными именами: Гридя Тюбяк, Евсюк Бакшей, Иевь Кобяк, Бекют Останин, Бекен Слободин брат Коровая Слободина и др.

Любопытны вторые "серийные" личные имена, которые восходят к существительным одной тематической группы, например, именования трех земледельцев Белозерского уезда, родных братьев Романовых: Гридя Сапог Иванов сын Романова, Дмитрей Башмак Иванов сын Романова и Юрья Чулок Иванов сын Романов (АСВР).

стр. 98

В чем же причина выпадения из формулы именования у русских второго личного имени? Основных причин две. Первая - связана с влиянием церкви, которая требовала использования в формуле именования только христианских личных имен, дополнительные же вторые имена были по преимуществу некалендарными. Вторая - обусловлена активизацией отчества - компонента полного именования, - которое отражало, с одной стороны, уважение к памяти родителей, а с другой, выступало юридическим знаком в установлении семейной наследственности.

Известно, что на ранних этапах развития восточнославянской антропонимической системы отчество являлось компонентом формулы именования только привилегированной части населения (вначале князей, а потом и их приближенных). После того как отчество становится устойчивым компонентом именования простых людей (в форме полуотчества), оно берет на себя и функцию идентификации личности, которую до него выполняло второе личное имя. Отчество стало выступать дополнительным различительным признаком именуемого.

Какой-то период существовали избыточные модели именования, в составе которых могли быть отмечены и второе личное имя, и полуотчество. Например: Михалко Гневаш Микулин сын, Нифонт Лихач Клементьев сын, Микула Кот Ортемьев сын, Сенка Казак Григорьев сын и др. (АСВР).

С активизацией отчеств вторые дополнительные имена не исчезают бесследно, статус их изменяется: они занимают третью позицию в модели именования и становятся фамильными прозвищами: Васка Семенов Полежай, Потаня Степанов сын Стельной, Савко Степанов Оботур, Дмитрей Перфирьев сын Кокшар и др.

Вологда

Постоянный адрес данной публикации: