Карл Львович Фрауендорф родился в Германии, в Бранденбурге. Происходил он из шляхетской (дворянской) семьи. Год рождения неизвестен. В 1731 г. он поступил на русскую военную службу.

Первое упоминание о нем на русской службе связано с представлением географических карт из Академии наук в войска, осаждавшие Азов. Ж. Н. Делиль, картограф французского короля, находившийся на русской службе, получил задание составить карты военных действий на Украине в связи с начавшейся в конце 1735 г. войной с Турцией. Несколько экземпляров карт были посланы академией фельдмаршалу Ласси для проверки. Ласси передал карты адмиралу Бредалу, который в самом начале войны был направлен на Дон в помощь войскам, осаждавшим Азов. Изучив карты, адмирал Бредал написал о них откровенный и нелицеприятный отзыв, адресованный президенту академии барону Корфу: "Я изучил присланные мне карты... однако карты не соответствуют действительности и не имеют практически ничего общего с расположением и расстояниями, поэтому поправить что-либо на ваших картах невозможно".

Военная коллегия приказала капитану Фрауендорфу подготовить новую карту и направить ее в академию. Всего было отпечатано 5 карт: 3 - Делиля, 1 - Фрауендорфа и 1 - изготовленная в академии по оригиналу Фрауендорфа.

Карта Фрауендорфа и карта, подготовленная по его оригиналу, назывались соответственно: "Versus Chersonnesi Tauricae? Seu Crimae Conspectus... A° MDCCXXXVI et MDCCXXXVII..." (размером 67*48 см) и "Theatrum Belli A° MDCCXXXVII a milite Augustae Russorum Imperatricis..." (66*47 см). Вскоре они были перепечатаны в Голландии с пояснительным текстом на отдельном листе на латинском, французском, немецком и голландском языках¹.

Военная служба К. Л. Фрауендорфа в Российской империи вначале проходила в Европейской части России. В 1744 г. он в чине полковника участвовал в проверке итогов II ревизии в Нижегородской губернии².

Служил Фрауендорф и на Северном Кавказе в должности коменданта Кизляра. Его интерес к составлению географических карт не угас, и он в 1755 г. выслал в академию карту Кавказа³. На Кавказе он участвовал в боевых действиях. В 1758 г. здесь вышла книга "Известия о построении Дербента. Пере-

Гурулёв Станислав Андреевич - председатель правления Иркутской городской общественной организации "Родословие".

ведено в городе Кизляре с арабского старанием Фрауендорфа"⁴. В названии книги неясной остается фраза "переведено... старанием". Можно предположить и то, что перевод сделан самим Фрауендорфом, и то, что он приложил "старание" лишь к изданию книги, кем-то переведенной с арабского языка на русский.

Из Кизляра Фрауендорф обращался с письмом к Г. Ф. Миллеру, тоже выходцу из Германии и к тому времени уже известному и в России, и в Германии своими научными трудами. В письме (оно не датировано, без указания места отправления) он просит историка переслать ему за плату "труды на немецком языке, вышедшие недавно из-под Вашего ученого пера, Русская, Сибирская, Калмыцкая и Татарская Историями⁵. В постскриптуме к письму он просит Миллера выслать ему также некоторые сведения о шелководстве, мотивируя это тем, что "эта местность (район Кизляра. - С. Г.) подходит для преумножения шелководства и виноградарства".

Второе письмо Миллеру было отправлено из Кизляра 1 апреля 1756 года. В нем Фрауендорф благодарит историка за "книжицу о шелководстве", за обещание "переслать шведские ежемесячные труды, в которых говорится об экономии и многих других полезных вещах". Он вновь просит господина профессора переслать ему труды "о России, Сибири, татарских и калмыцких народах" и предлагает свои услуги по исследованию края, где он служит: "Если Ваше Высокоблагородие найдет мои услуги полезными касательно здешних мест, народов или других обстоятельств, то прошу дать точное предписание о том, что Вам требуется, буду сам тщательнейшим образом исследовать и во всех отношениях буду стараться с большим удовольствием оказывать всяческие услуги"⁶.

С 1757 г. Фрауендорф в звании бригадира служит в Сибири, занимая должность командующего войсками всех Сибирских укрепленных линий. Одновременно он занимает пост коменданта г. Омска. В 1759 г. он по указанию сибирского губернатора распределял в Омске ссыльных женщин, присланных для устройства в замужество. При общей нехватке женщин в Сибири заявки на них поступали от холостых офицеров, казаков, солдат, разночинцев. Историки подчеркивают, кто были эти женщины: "из 77 женщин, доставленных на линию через Омск в этом году (1759 г. - С. Г.), было сослано: 24 за мужеубийство, 10 за детоубийство, 1 за отцеубийство, 1 за блуд с отцом, остальные - за другие крупные уголовные преступления... Такие развратные женщины, часто зараженные сифилисом, удручаемые чахоткой и цынгой, не могли быть, конечно, ни хорошими женами, ни прародительницами здорового поколения и не вносили никаких облагораживающих элементов в сибирскую жизнь"⁷.

Русская колонизация Западной Сибири потребовала строительства оборонительных линий, включавших укрепления, призванные защитить освоенные русскими земли от набегов кочевников-степняков. На продолжении ранее построенной приуральской Оренбургской укрепленной линии возникла Ишимская линия, состоявшая из острогов, слобод, укрепленных деревень, соединенных оборонительной полосой, и вновь создаваемых крепостей и форпостов. В 1752 - 1755 гг. она была выправлена на отдельных участках и стала называться Новой или Ново-Ишимской. Это была непрерывная цепь обороны со сторожевыми постами. Военные землемеры составляли планы крепостей, сторожевых постов и поселений. Всеми работами в этот период руководил командующий войсками Сибирских укрепленных линий бригадир Иван Крафт⁸.

В середине XVIII в. цепь укрепленных оборонительных линий Западной Сибири включала 58 населенных пунктов.

Строительство укрепленных оборонительных линий предварялось большими геодезическими работами, проводимыми военным ведомством. Результатом этих работ явилось составление географических карт районов предполагаемого строительства, для чего была создана так называемая секретная экспедиция. Географические карты составлялись под непосредственным ру-

ководством сибирского губернатора Ф. И. Соймонова, генерал-майора Г. Веймарна, командовавшего войсками на одной из линий, и бригадира Фрауендорфа. Именно этими тремя лицами карты утверждались и подписывались.

К 1760 г. были составлены 3 карты, в 1762 г. - еще одна. Эти карты известны, они либо опубликованы, либо хранятся в российских архивах⁹.

Фрауендорф участвовал в завершении сооружения Колыванской оборонительной линии, строившейся в 1747 - 1760 годах. В 1762 г. он получил чин генерал-майора¹⁰.

Занимая довольно высокую должность командующего войсками на Сибирских оборонительных линиях, Фрауендорф занимался вопросами внешних сношений России с приграничными Джунгарским ханством, Монголией и Китаем. Известны его донесения о ситуации в приграничных районах, адресуемые в Коллегию иностранных дел, Военную коллегию, сибирскому губернатору Соймонову и в правительствующий Сенат¹¹.

В 1764 г. Фрауендорф назначается губернатором вновь образованной Иркутской губернии. Разделение Сибири на две губернии - Сибирскую и Иркутскую - и основы хозяйственного и административного развития восточных окраин Российской империи были предначертаны в 1760 г. сибирским губернатором Соймоновым, сподвижником Петра I. План разделения и развития Сибири, предложенный Соймоновым, был утвержден Сенатом¹².

Иркутская губерния включала земли Сибири к востоку от Енисея до берегов Тихого океана, которые позднее стали называться Восточной Сибирью. В ее состав входили уездные города Иркутск, Илимск, Селенгинск, Нерчинск, Якутск, Охотск; провинций в ней не выделялось. Население губернии составляло более 37 тыс. человек¹³.

В летописи А. Лосева отмечены следующие мероприятия, проведенные губернатором: 1) уравнение тунгусов податью с хоринскими бурятами (по одному соболю с мужчины); 2) учинение расписания (переписи) всех ясачных народов, за исключением Камчатки и морских островов; 3) сокращение штата родоначальников в родовых группировках ясачных народов; 4) составление переписи конных табунов у ясачных народов; 5) переведение бедных тунгусов в услужение к богатым русским (которые обязывались платить за них ясак); 6) расселение ясачных тунгусов по уездам и обучение их хлебопашеству; 7) расширение хлебопашества у осинских и балаганских бурят; 8) сбор ясачной подати и недоимок; 9) организация казачьей службы из тунгусов; 10) проведение распоряжений о пожертвовании хоринскими бурятами конного снаряжения для вновь набранных тунгусов-казаков; 11) экономное расходование денежных средств (ассигнованных из казны на соляной сбор); 12) строительство 25 речных судов, "называемых плашкоуты, ушколы и облазы"¹⁴.

Необходимо прокомментировать пункт 3. Многие родоначальники в улусах разоряли "родовичей", обогащали себя, между собой беспрестанно ссорились, обременяли начальство жалобами. Поэтому были проведены народные выборы. "В улусах избранные народом правители новые не осмеливались притеснять своих подчиненных, стали исполнять по предписаниям обязанность свою с лучшею деятельностью, и укоренилось спокойствие"¹⁵.

В 1766 г. в Иркутске работала комиссия "о расположении ясака", которая, в частности, отменила фиксированный оклад у родовых старшин, установив вместо него двухпроцентное отчисление от стоимости ясака в пользу старшин. Однако комиссия имела дело только со старшинами, а не с многочисленными родовыми чинами, как было до этого; следовательно, уже было проведено в жизнь решение губернатора о сокращении штата родоначальников у ясачных народов. До этого у родоначальников был фиксированный оклад, размер которого определялся званием. Так, в 1746 г. зайсанам платили по 3 руб., шуленгам - по 2 руб. 50 коп., ясаулам - по 1 руб. 50 коп. в год (для сравнения - конный казак имел оклад в 7 руб. в год). Теперь же комиссия "о расположении ясака" фиксированный оклад отменила и вместо него было установлено двухпроцентное отчисление от всей суммы собранного ясака в пользу старшин¹⁶.

Однако вновь введенная система выплат родоначальникам не прижилась, и в XIX в. выплаты старшинам в виде процентов от суммы ясака не встречаются¹⁷. Сохранилась и система родоначальников у бурят - тайши, зайсаны, шуленги, старшины (в улусах).

При образовании Иркутской губернии в ней не выделялось ни одной провинции. В 1766 г. по инициативе Фрауендорфа губерния была разделена на 3 провинции - Иркутскую, Удинскую и Якутскую¹⁸.

Фрауендорф всячески поощрял стремление к знаниям учащихся существовавшей с 1745 г. в Иркутске школы геодезии и навигации. Он "избрал из геодезического состояния людей, к тому способных, и начал преподавать старые и новые способы... архитектуры воинской и в возможном совершенстве приуготовил из них достойных инженеров и архитекторов, которые проектировали пограничные укрепления по правилам фортификации и строили цивильные фортштадты..."¹⁹. Предполагалось, видимо, строительство таких же укрепленных линий на границе с Монголией и Китаем, какие Фрауендорф строил в Западной Сибири.

Карл Львович способствовал открытию школы геодезии и навигации в Якутске. Предыстория вопроса такова. Еще в 1762 г. якутский воевода Ф. Чередов обратился к сибирскому губернатору Соймонову с просьбой об открытии в Якутске школы геодезии и навигации на 50 учеников под руководством находящегося в Якутске геодезиста Ф. Чемесова и о присылке еще одного учителя. Соймонов доложил Сенату, который поручил рассмотреть вопрос новому сибирскому губернатору Чичерину. В результате переписки в 1765 г. якутскому воеводе М. Черкашенинову предложили открыть школу на 40 человек под руководством геодезии прапорщика Чемесова, который "не всегда, особливо зимним временем, для описания рек и мест в отлучке находится", и обещали прислать учителя из геодезистов и пособия. В 1766 г. в школу набрали 40 учеников²⁰.

Из числа других начинаний первого иркутского губернатора можно отметить устройство судоходства по Байкалу, описание озер и ближайших рек²¹.

В Иркутске Фрауендорф продолжил деятельность по составлению географических карт. У себя дома он устроил "планную чертежную" мастерскую²². Картосоставительской деятельности губернатора способствовали два немаловажных обстоятельства:

1) в Иркутске существовала школа геодезии и навигации;

2) в Иркутске в 1764 г. в целях руководства судоходством и морскими исследованиями в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке по инициативе адмирала Соймонова было открыто Адмиралтейство, к которому относилась Охотская морская команда, занимавшаяся топографическими съемками Байкала и строительством судов²³.

В 1766 г. "по приказу иркутского губернатора К. Л. Фрауендорфа снята первая карта озера Байкал"²⁴. Эта карта Байкала, приписываемая Фрауендорфу (скорее всего, он ее подписывал, а составляли другие - сотрудники Охотской морской команды), остается до сих пор неизвестной, хотя упоминания о ней как о первой карте Байкала встречаются в отечественной литературе со второй половины XVIII века²⁵.

Следует заметить, что карту Байкала Фрауендорфа нельзя назвать первой картой озера-моря. Первой является "Чертеж земли Иркутского города" С. У. Ремезова с изображением Байкала (1701 г.).

Названия географических объектов на карте Фрауендорфа были выполнены в немецкой транскрипции. Возможно у Фрауендорфа был особый заказ на изготовление карты Байкала от немецких исследователей Сибири, скорее всего, от Миллера или от немецкого историко-географического журнала Бюшинга, в котором Миллер публиковал сведения об Амуре²⁶.

В чертежной мастерской Фрауендорфа в Иркутске была также изготовлена мелкомасштабная карта Сибири, составленная при его участии. Полное ее название - "Карта Сибири составлена под смотрением его превосходительства генерал-майора Иркутского губернатора К. Л. фон Фрауендорфа".

Она отмечена в литературе и хранится в российских фондах²⁷. Следует лишь отметить, что эта карта составлялась в ходе общих топографических съемок Иркутской губернии, проводимых по распоряжению Фрауендорфа²⁸.

Приехав в Иркутск, Фрауендорф отметил "неустройство" города: застройка велась без планировки, у домов над воротами обязательно устраивались навесы с иконами, перед домами устаривались лавки для сидения, окна были неровные, перед ними засаживались огороды с хмелем (для варения пива), улицы были узкими и кривыми, летом на них стояли лужи. В городе при личном участии губернатора были намечены кварталы, на крайних в кварталах домах были прибиты доски с названиями улиц и изображениями руки, пальцем указывающей направление.

Жители Иркутска поначалу были крайне недовольны назначением губернатором Фрауендорфа (нерусского), но по прошествии довольно короткого времени увидели много полезного в его деятельности. Иркутский летописец записал об этом так: "Он крепкою рукою принялся за устройство города, что жителям по началу было в тягость, а после сами признали все это за полезное"²⁹.

Фрауендорф увлекался математикой, фортификацией и архитектурой. О его семейной жизни сведений нет. Характер его был довольно жестким; временами он проявлял склонность к телесным наказаниям. Сохранились воспоминания капитана И. Андреева из Омска, который писал, что бригадир Фрауендорф "был жесток, немилосерден или лучше сказать, мучитель, не стыдился одного дня до обеда пересечь плетьми и кошками иногда и невиновных до 170 чел. Ходя за ним, ординарцы всегда имели с собой орудия: плети, грабли, палки, вилы и тому подобное нелепое"³⁰. И. И. Серебренников, составитель дополнений к летописям П. И. Пежемского и В. А. Кротова, раскрывает некоторые черты характера Фрауендорфа: "...он был в делах скор и строг, но не рассудителен и всегда держал сторону тех, которые успели прежде снестись к нему с просьбою; канцелярских служителей за неисправность приказывал бить палками, а за пьянство надевал на шею ставень..."³¹.

Необходимо сказать, что телесные наказания были узаконены в Российской империи. Их мог испытать на себе чиновник любого ранга. Так Соймонов в 1740 г. при Бироне был бит кнутами (самое суровое из телесных наказаний), у него были вырваны ноздри, он был сослан в Охотск, а при Елизавете был полностью реабилитирован.

Тем не менее Фрауендорф как губернатор оставил о себе добрую славу. Позднее жители Иркутска отметили, что из четырех губернаторов, сменившихся за время с 1764 по 1783 гг., добрую память заслуживают только двое - К. Л. Фрауендорф и Ф. Н. Кличка (чех по национальности), бывший иркутским губернатором в 1778 - 1783 годах³². Среди губернаторов, вложивших значительный вклад в дело изучения природы Восточной Сибири в XVIII в., опять же называются эти два лица, но первое место отводится Соймонову³³.

Умер Фрауендорф в Иркутске 2 января 1767 г., пробыв в должности иркутского губернатора 1 год 9 месяцев 24 дня. Он был похоронен на Немецком (лютеранском) кладбище, которое располагалось в городе рядом с Кресто-Воздвиженской православной церковью (кладбище было закрыто в 1910 г.). Сохранился текст эпитафии на русском языке, выбитый на могильной плите: "1767 году ]енваря 2 пополуночи 12 часу преставился Господин Генерал майор Иркутской Губернатор] Карл Лебано[онъ] Фрауендорфъ. Урождение Брандебуско[й] нацjи с тамошнево шляхетства Реформаторского Закона. Которо[й] находился на Российской службе с 731 году с 15 дня..."³⁴.

Примечания

1. БАГРОВ Л. История русской картографии. М. 2005, с. 417, 502, 503.

2. Власть в Сибири: XVI - начало XX в. Новосибирск. 2005, с. 556.

3. БАГРОВ Л. Ук. соч., с. 498.

4. ГОЛЬДЕНБЕРГ Л. А. Федор Иванович Соймонов (1692 - 1780). М. 1966, с. 242.

5. Санкт-Петербургский филиал архива Российской академии наук, ф. 21, оп. 3, N 87 - 88, л. 1, 2.

6. Там же, л. 3, 3об.

7. ЩЕГЛОВ И. В. Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири. 1032- 1882 гг. Сургут. 1993, с. 166, 167.

8. КОНОВАЛОВА Е. Н. Атласы Тобольской губернии XVIII в. - Геодезия и картография, 2006, N 2, с. 51 - 62.

9. ГРЕКОВ В. И. Очерки истории русских географических исследований в 1725 - 1765 гг. М. 1960, с. 228; Власть в Сибири.., с. 557.

10. Власть в Сибири.., с. 557.

11. Международные отношения в Центральной Азии. XVII-XVIII вв. Документы и материалы. Кн. 2. М., с. 79 - 85, 96, 97, 101, 103 - 106, 113 - 116, 128 - 130, 138 - 144, 147 - 151, 164, 165, 167 - 169, 176 - 178, 236.

12. ГОЛЬДЕНБЕРГ Л. А. Ук. соч., с. 15.

13. ЩЕГЛОВ И. В. Ук. соч., с. 166.

14. Летопись города Иркутска XVII-XIX вв. Иркутск. 1996, с. 197 - 199.

15. Там же, с. 197, 198.

16. ЗАЛКИНД Е. М. Общественный строй бурят XVIII и первой половины XIX века. М. 1970, с. 311.

17. Там же.

18. Иркутск в панораме веков. Очерки истории города. Иркутск. 2002, с. 58.

19. Летопись города Иркутска.., с. 197.

20. КОПЫЛОВ А. Н. Очерки культурной жизни Сибири XVII - начала XIX в. Новосибирск. 1974, с. 69.

21. СУХОВА Н. Г. Физико-географические исследования Восточной Сибири в XIX веке. М. -Л. 1964, с. 13.

22. Летопись города Иркутска.., с. 197.

23. Иркутская летопись 1661 - 1940 гг. Иркутск. 2003, с. 29.

24. Там же, с. 29.

25. Землеведение Азии Карла Риттера. География стран, входящих в состав Азиатской России и пограничных с нею. Восточная Сибирь: озеро Байкал и Прибайкальские страны, Забайкалье и степь Гоби. СПб. 1879, с. 10; СУХОВА Н. Г. Ук. соч., с. 48.

26. ОБРУЧЕВ В. А. Избранные труды. Т. VI. М. 1964, с. 167.

27. Карта хранится в рукописном отделе библиотеки РАН в Санкт-Петербурге, N 90 (326); сканированная копия карты имеется в фондах Архитектурно-этнографического музея "Тальцы" в Иркутске, N ВС-АЭМ 582 (10).

28. СУХОВА Н. Г. Ук. соч., с. 48.

29. Иркутская летопись (летописи П. И. Пежемского и В. А. Кротова). Иркутск. 1911, с. 96.

30. БЫКОНЯ Г. Ф. Русское неподатное население Восточной Сибири в XVIII - начале XIX вв. Красноярск. 1985, с. 101.

31. Иркутская летопись (летописи П. И. Пежемского и В. А. Кротова), с. 398.

32. БЫКОНЯ Г. Ф. Ук. соч., с. 101, 102.

33. СУХОВА Н. Г. Ук. соч., с. 13.

34. ДУЛОВ А. В. Городские некрополи. Памятники истории и культуры Иркутска. Иркутск. 1993, с. 102.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - С. А. Гурулёв:

Комментарии: