НОВЫЕ ПРОЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА В ТОПЛИВНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ ОБЛАСТИ

Э. ГРЕБЕНЩИКОВ

Кандидат экономических наук

Ситуация на восточноазиатских энергетических рынках, прогнозируемый рост спроса на углеводородное сырье со стороны наших дальневосточных соседей открывают новые перспективы реализации крупномасштабных проектов. Они способны оживить экономическую жизнь в отдаленных регионах нашей страны, повысить "экономический тонус" Восточной Сибири и Дальнего Востока. В самое последнее время новые мощные импульсы получили планы многостороннего энергетического сотрудничества и переброски энергоресурсов из восточных регионов России в Китай, Японию, Корею, другие страны тихоокеанского бассейна. Вопрос в том, насколько грамотно и оперативно будут использованы открывающиеся возможности.

Несмотря на разработку собственных месторождений, растущий спрос на импортируемое энергосырье демонстрирует бурно развивающаяся экономика Китая. Высокую активность - что совершенно не похоже на прежний стиль токийской дипломатии - развила Япония, где речь идет о выделении России миллиардных (в долларах) кредитов на реализацию старых и продвижение новых проектов в нефтегазовой сфере.

ВХОДНОЙ БИЛЕТ В "ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ КЛУБ"

Объяснение такому внезапному обострению интереса к нашей стране лежит на поверхности: еще всем памятна взрывоопасная ситуация в Персидском заливе и война в Ираке в марте-апреле 2003 года; назревшая необходимость повышения надежности энергообеспечения за счет диверсификации как источников поступления топлива, так и видов этого топлива; наконец, растущее потребление газа - как экологически самого чистого топлива - у наших азиатских соседей. В Японии к этому добавляются проблемы с эксплуатацией ядерных установок. Каждый стремится застолбить место в "энергетическом клубе", входной билет в который стоит миллиарды долларов, и развернуть газовые и нефтяные потоки в свою сторону.

Некоторые из проектов имеют очень давнюю историю. Первоначально главная ставка делалась на освоение Ковыктинского газового месторождения на севере Иркутской области. Однако реализацию проекта надолго задержали два момента: отсутствие соглашения с Китаем по поводу того, в каких объемах и по какой цене он готов импортировать газ, и неясность относительно размеров запасов газа, от чего зависит не только рентабельность, но и сама жизнеспособность проекта. В настоящий период на Ковыктинском месторождении ведутся доразведка и строительство объектов инфраструктуры, эти работы финансируются "Бритиш Петролеум".

С самого начала ковыктинский проект делился на две части: газ для внутреннего потребления и на экспорт. На ковыктинский газ рассчитывают также в Восточной Сибири и в Забайкалье, где предстоит газифицировать много городов и поселков. Освоение месторождения и прокладка трубопровода повлекут за собой создание сопутствующей инфраструктуры. Последняя, что характерно, не только даст сибирским регионам выход на внешние рынки, но и соединит их друг с другом в единое экономическое пространство. Пока здесь, по существу, единственный "сквозной стержень" -это Транссиб. Таким образом, когда мы говорим об интеграции, то имеем в виду не только ее международное измерение.

Запасы газа Ковыктинского месторождения со временем можно будет объединить со смежными месторождениями в Якутии, сняв все вопросы о необходимой для заполняемости будущей газовой трубы сырьевой базе. В мае 2003 года Корейская газовая корпорация подтвердила свое намерение закупать, начиная с 2008 года, от 7 до 10 миллиардов кубометров газа в год - примерно треть ожидаемого объема экспорта с этого месторождения.

Не отказалась от участия в проекте и Япония. По оценкам специалистов Газпрома, себестоимость газа, который проделает путь от Ковыкты (или месторождений Южной Якутии) до японского потребителя, составит 126 долларов за тысячу кубометров, при том, что на японском рынке он стоит 165 долларов ¹ .

НА ОСТРОВЕ - ХОРОШАЯ ПОГОДА (ДЕЛОВАЯ)

Более близкая и надежная перспектива наращивания экспорта энергоресурсов из России связана с успешной реализацией сахалинских шельфовых месторождений нефти и газа. Речь здесь идет, прежде всего, о проектах Сахалин-1 и Сахалин-2, хотя на подходе и другие, правда, менее крупные. Образно говоря, на острове - хорошая деловая погода

Фактически Япония готова (при получении на то согласия из Москвы) строить две нефтегазовые ветки через весь Сахалин, одна из которых соединит этот остров с островом Хоккайдо. Если задуманное осуществится, это будет первый частный газопровод в истории России (режим функционирования которого будет, тем не менее, находиться под контролем федерального правительст-

стр. 14

ва); он же станет первым газопроводом, который свяжет Японию с зарубежной страной. Корпорация "СОДЕКО", участвующая в разработке месторождения Сахалин-1, в 2002 году впервые получила финансовую поддержку со стороны японского правительства, что придает проекту больший вес.

В отличие от Ковыкты, проблем с достаточностью доказанных запасов на Сахалине нет. Сахалинская "нефтяная струя" в определенной степени оживит весь комплекс российско-японских отношений, не говоря уже об экономике этой островной области.

В соответствии с мировой практикой, Сахалин уже получает крупные бонусы - денежные выплаты - от участников шельфовых проектов. Такие выплаты позволяли закрывать зияющие провалы в бюджете Сахалинской области, которая еще только ждет настоящего вала инвестиций и доходов от экспорта энергоресурсов, и реализовать некоторые проекты, облегчившие повседневную жизнь нашим соотечественникам. Среди них - строительство газотурбинной электростанции, налаживание регулярного сквозного автомобильного сообщения через весь остров, ремонт школ, больниц.

Экспортная составляющая позволяет рассчитывать на быструю окупаемость проектов: газ и нефть на внешних рынках стоят значительно дороже, чем на внутреннем. Вместе с тем на сахалинский газ возлагают надежды и на материковой части Дальнего Востока. Еще в 2000 году для реализации проекта "Газификация Хабаровского края" Роснефть и администрации дальневосточных регионов создали ОАО "Дальтрансгаз". Однако последний осуществляется крайне медленно, сталкиваясь с дефицитом средств, восполнить который способно только обещанное японское участие. Сейчас только 7 процентов электроэнергии вырабатывается на Дальнем Востоке с использованием газа.

Выходу сахалинских проектов на запланированный уровень должно предшествовать заключение долгосрочных контрактов на импорт российского энергосырья. Специфика торговли газом такова, что она определяется на десятилетия вперед, хотя в последнее время получает распространение и практика торговли относительно небольшими партиями.

Последний урок в этом плане преподносит история "Голубого потока" - газопровода, проложенного РАО "Газпром" и итальянской корпорацией "ЭНИ" в Турцию: потребности этой страны в газе и ее платежеспособность из-за экономического кризиса оказались значительно ниже ожидавшихся. Впрочем, проблемы с определением цены и оплатой газа существовали только до того момента, когда вступил в действие оговоренный в контракте принцип: "плати или бери", то есть оплачивай поставляемый газ даже в том случае, если ты его не потребляешь.

В случае с Сахалином вопрос о сбыте удалось в основном решить только весной 2003 года. 13 мая 2003 года заключен 24-летний контракт "Токио Гэс", предусматривающий поставку 1,1 миллиона тонн сжиженного природного газа (СПГ) в год, начиная с 2007 года. Другой крупнейший потребитель - "Токио Электрик Пауэр" принял на себя обязательство закупать сахалинский СПГ в течение 22 лет, начиная с этого же года. Помимо этого, один из акционеров "Сахалин Энерджи" - корпорация "Мицубиси" - арендовала на 40 лет участок в Калифорнии, на котором предполагает построить терминал для приема сахалинского сжиженного природного газа, что делается для диверсификации потребителей и амортизации конъюнктурных колебаний на энергорынках тихоокеанской Азии.

Получение гарантий сбыта позволило приступить к строительству первого в России и, возможно, крупнейшего в мире завода по сжижению природного газа стоимостью порядка двух миллиардов долларов. В начале июня 2003 года соответствующее соглашение подписали "Сахалин Энерджи" - оператор проекта "Сахалин-2" - и международный консорциум, состоящий из двух японских и двух российских участников. Российские партнеры выполнят работы по проектированию и строительству на общую сумму в 150 миллионов долларов. Как и предполагалось ранее, завод СПГ будет состоять из двух очередей общей мощностью 9,6 миллиона тонн сжиженного природного газа в год, двух емкостей для хранения газа, выносного причала в заливе Анива на южной оконечности Сахалина. Сложное инженерное сооружение предполагается частично

Примерная схема восточного направления экспорта российской нефти и трубопровода "Россия - Китай".

стр. 15

ввести в действие в 2007 году. При этом Япония будет потреблять примерно половину продукции будущего завода.

ДВА ВАРИАНТА ГАЗОПРОВОДА: КАКОЙ ЛУЧШЕ?

Сахалинские проекты реализуются в хорошем темпе, но настоящий прорыв готовится на другом направлении. В начале 2003 года специалисты обсуждали вопрос о сравнительных достоинствах и недостатках двух конкурирующих проектов: нефтепровода из Ангарска в Дацин (Китай) и нефтепровода из того же Ангарска, но уже на тихоокеанское побережье России в район порта Находка (либо в район Ванино).

"Китайский вариант" обсуждался довольно долгое время и пока без видимых результатов. К июню 2003 года еще не было готово технико-экономическое обоснование (ТЭО) проекта; оставались открытыми и такие ключевые вопросы, как порядок и источники финансирования, права собственности на будущий нефтепровод. Не дожидаясь, пока проблема сдвинется с мертвой точки, компания ЮКОС приступила к поставкам на китайский рынок нефти в железнодорожных цистернах. Российская корпорация, активно наращивающая добычу нефти, готова в принципе удовлетворять запросы и других стран, отправляя через дальневосточные порты до 10 миллионов тонн нефти в год. Но поставка нефти по трубам значительно выгоднее.

С некоторых пор Китай тоже стал форсировать события. Причина или одна из причин: в эту игру вошла Япония. В январе 2003 года руководители этой страны обещали Москве финансовую поддержку в виде кредита и другое содействие в строительстве нефтепровода Ангарск -Находка. Речь шла, ни много ни мало, о 6 миллиардах долларов на протяжку трубопровода, точнее, - на создание энергетического коридора, объединяющего нефте- и газопроводы и еще один миллиард - на сооружение припортовых объектов в Приморье. Из Находки же нефть и газ в сжиженном виде могут транспортироваться в любую страну.

"Китайский контрход" состоял в обещании выделить России кредит размером в 658 миллионов долларов для финансирования работ на российском участке газопровода Ангарск - Дацин. Посетивший Москву в феврале 2003 года заместитель председателя Госплана КНР Чжан Гобао предложил следующее решение: Китай досрочно погасит часть своей задолженности по кредиту, который Россия предоставила ему еще в 1996 году на строительство АЭС "Тяньвань", и эти средства будут направлены на сооружение ветки в Китай. Но еще до этого, по мнению китайского представителя, надо завершить подготовку ТЭО, которое определяло бы участников проекта и их доли, условия финансирования и другие важные детали. Ранее ЮКОС собирался самостоятельно финансировать строительство "трубы", но затем "отыграл назад". Правительство РФ стало склоняться к варианту долевого финансирования, организовать которое поручалось Внешэкономбанку.

Так или иначе, но "китайский вариант" был более тщательно проработан. После некоторых сомнений в апреле 2003 года российские властные структуры приняли решение, правда еще не окончательное, считать приоритетным трубопровод на Дацин, а ответвление на Находку построить лишь тогда, когда будут найдены новые месторождения нефти и подтверждены их залежи. В ходе визита в Москву председателя КНР Ху Цзиньтао в конце мая 2003 года руководители ЮКОС и Китайской национальной нефтяной компании подписали соглашение, согласно которому последняя принимала на себя обязательство закупать ежегодно в период с 2005-го по 2010 год по 20 миллионов тонн российской нефти, доведя в дальнейшем объем этих поставок до 30 миллионов тонн в год. Дополнительно к этому в течение ближайших трех лет по два миллиона тонн нефти ежегодно будут вывозиться на китайский рынок в железнодорожных цистернах.

Взвешивая достоинства и недостатки двух вариантов - "китайского" и "японского", нельзя не вспомнить о том, что в последние годы российско- китайские энергетические проекты были фактически заморожены. В то же самое время на других направлениях Китай действовал более активно. Он вложил не менее 3,5 миллиарда долларов в нефтяные проекты Казахстана, затратил значительные средства на освоение нефтяных залежей в Бирме, Ираке, Судане, приобрел права на разработку двух месторождений в Индонезии, заключил крупную сделку с Австралией. Иначе говоря, проявлял активность везде, кроме России, потерпев при этом ряд чувствительных неудач. Так, КНР пришлось отказаться от амбициозного плана строительства нефтепровода из Казахстана в район Персидского залива, где нефть перегружалась бы в китайские танкеры. В обстановке, когда рост потребления нефти стал заметно опережать увеличение ее добычи на собственной китайской территории, Пекину пришлось обратить взоры и на экспортные возможности ближайшего соседа.

Кстати сказать, Китай начал работать по схеме сжижения природного газа с зарубежными фирмами еще с начала 80-х годов, когда экономическая система СССР еще и не открывала для себя таких понятий. К 2015 году Китаю потребуется ввозить в 4 раза больше нефти, чем сейчас, чтобы покрыть растущие потребности своей экономики в энергии ² .

Впрочем, японское правительство тоже предпринимало определенные усилия для развития сотрудничества с Россией в нефтегазовой области. Руководство страны, согласно утверждениям печати, решило "... вновь просить Москву выбрать нефтяной маршрут, предложенный Японией" ³ . По сообщению агентства Рейтер, глава правительства страны Коидзуми летом 2003 года во время получасовой беседы с В. Путиным в Санкт-Петербурге (в ходе празднования 300-летия города) подтвердил сохраняющуюся заинтересованность "... японского делового сообщества в реализации плана строительства нефтепровода до Находки, что, в свою очередь, приведет к расширению сотрудничества с Россией и на других направлениях". В. Путин заявил, что такой проект заслуживает внимания, "... несмотря на утверждения некоторых, что китайский маршрут дешевле и потребует меньшего времени" и что вообще "... нам нужно серьезно подумать о разработке сибирских месторождений и поиске новых рын-

стр. 16

ков в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР)" ⁴ .

Та настойчивость, которую проявляет японская сторона в данном вопросе, делает небезосновательным предположение, что двум сторонам - России и Японии - предоставляется уникальный шанс придать дополнительный импульс развитию всего комплекса двусторонних отношений, которые с реализацией находкинского варианта выходят на новую орбиту.

Кстати, перед нами развертывается далеко не первый энергетический поединок между Пекином и Токио. В августе 2002 года китайская нефтяная корпорация "Чайна Нэшнл Ойл Оффшор компани", опередив японскую сторону, приобрела долю в проекте по освоению Северо-Западного шельфового месторождения в Австралии, откуда будут осуществляться поставки в Южный Китай ежегодно по 3,5 миллиона тонн сжиженного природного газа в течение ближайших 25 лет. КНР при этом будет получать газ на 15 процентов дешевле, чем фирмы- покупатели из Японии, а также из Южной Кореи благодаря большему объему закупок и большему размеру китайского рынка ⁵ .

Чтобы обеспечить жизнеспособность тихоокеанского маршрута российского газа, нужно решить одну непростую проблему - разведать новые месторождения и организовать доставку нефти, при благоприятном стечении обстоятельств, по обоим нефтепроводам. Для этого в Восточной Сибири потребуется ежегодно добывать дополнительно 100 миллионов тонн нефти, из которых экспортировать 80 миллионов тонн. Тот же ЮКОС уже вел переговоры и с двумя китайскими нефтяными корпорациями, и с "Бритиш Петролеум" об их участии в разведке, разработке и обустройстве нефтяных месторождений в Эвенкии и Якутии. Не скрывают своих восточносибирских амбиций наши другие крупные компании - "Роснефть" и РАО "Газпром".

АЗИАТСКИЕ НЕФТЕДОЛЛАРЫ ДЛЯ РОССИИ

Вероятный выбор Дацина, как конечного пункта назначения российской нефти, тем не менее, не должен, на наш взгляд, восприниматься как "поражение" Японии. В конце концов, никуда не денешься от того, что китайский вариант почти вдвое дешевле и требует более коротких сроков для своей реализации. За Японией остаются сахалинские проекты, в которых КНР прямого участия не принимает (разве только как потребитель). Нет альтернативы и японскому вкладу в освоение восточносибирской нефтегазовой провинции. Кроме того, существуют планы переброски дешевой электроэнергии с острова Сахалин на соседний Хоккайдо. И еще одно замечание -нельзя полностью исключать, несмотря на проявляемое ныне согласие сторон, появление каких-то разногласий и вообще форс-мажорных обстоятельств. От них не застрахован и японский вариант, который мы можем называть и "резервным", и "параллельным". Но и в этом случае на российской территории останутся производственные объекты, необходимые для нашего народнохозяйственного комплекса.

У планов многостороннего энергетического сотрудничества есть оппоненты (их, в частности, немало в научной среде). Можно, конечно, следуя логике некоторых оппонентов, отказаться от самой идеи наращивания экспорта энергоресурсов, сохранив месторождения для будущих поколений, надеясь, что научно-технический прогресс не сократит спрос на нефтегазовые ресурсы. Любое решение - в наших руках. В конце концов, никто не заставляет нас наращивать экспорт нефти и другого сырья.

Но при этом важно не упустить следующий момент: на восточноазиатские энергетические рынки, прежде всего на рынок Китая, стремятся и другие поставщики. Казахстан давно вынашивает планы прокладки экспортной "трубы" на Восток. О том же размышляют политики и предприниматели Туркмении -там есть планы выхода на рынок Индии, чей энергетический сектор крайне интересен и для российских корпораций. Разрабатывает при помощи западных корпораций свои шельфовые и материковые месторождения газа и сам Китай ⁶ .

Конечно, если обращаться к традиционной терминологии, то трудно избежать упреков в том, что строительство "восточных" газо- и нефтепроводов закрепляет репутацию России как "сырьевого придатка" развитых стран.

Конечно, менять структуру российского экспорта, сокращая вывоз сырья, в том числе углеводородного, и наращивая вывоз высокотехнологичных товаров, надо. Парадокс, однако, заключается в том, что без новых массированных зарубежных инвестиций в сырьевой сектор нам не сохранить своего места в мировой торговле энергоресурсами и, тем более, не завоевать новых ниш на мировом рынке. Старые месторождения газа и нефти истощаются, а новые расположены, как правило, в труднодоступных районах страны. Пока, увы, нефтяные доходы - это существенный наполнитель нашего бюджета, а нефтяные корпорации, как бы к ним ни относился, фактор экономического роста.

Европейский рынок углеводородного сырья хорошо освоен. Здесь РАО "Газпром" зарекомендовал себя надежным партнером (так же, как, впрочем, и его контрагенты) по контрактам, заключаемым на десятилетия вперед. Пришла пора браться за Северо-Восточную Азию. Учет всех рисков - конъюнктурных, экологических, финансовых, политических, требует создания мощных топливно-энергетических и транспортных консорциумов, тесного, многостороннего и долговременного сотрудничества, основанного на тщательной оценке всех его аспектов и взаимном доверии. Такое взаимодействие должно воплощаться в реальную экспортоориентированную инфраструктуру, в объекты жизнеобеспечения, в которых остро нуждается российский Дальний Восток, представляющий собой материальную базу для интеграции и врастания российской экономики в хозяйственную систему Северо-Восточной Азии. Это и трубопроводы, и морские и речные причалы, и линии электропередачи, и перерабатывающие предприятия. Жизненно важно не позволить этим проектам "зависать", как это, увы, неоднократно происходило в прошлом.

-----

¹ Japan Times, 11.05.2003. Время новостей, 13.05.2003.

² Business Week, March 31, 2003, p. 20 - 21.

³ Japan Times, 29.05.2003.

⁴ Moscow Times, 2.06.2003.

⁵ Business Week, March 31, 2003, p. 20-21.

⁶ Felix Chang. Chinese Energy and Asian Security. In: "Orbis", Spring 2001, p. 211 - 241.

Постоянный адрес данной публикации: