Конференция, проведенная в апреле 2008 г., была организована Центром украинистики и белорусистики МГУ им. М. В. Ломоносова и Центром украинских исследований Института Европы РАН при поддержке фонда "Русский Мир" и Экспертного совета по Центральной и Восточной Европе Государственной думы РФ в рамках научной программы "Украина и Россия: история и образ истории", осуществляемой с 2005 г. Центром украинистики и белорусистики МГУ им. М. В. Ломоносова при участии Центра украинских исследований Института Европы РАН и Отдела восточного славянства Института славяноведения РАН.

Особое внимание на конференции было уделено обсуждению спорных вопросов. Полностью материалы дискуссии опубликованы на сайте Центра украинистики и белорусистики (http://www.hist.msu.ru/Labs/UkrBel).

Задачи конференции заключались в том, чтобы взглянуть в сравнении на ряд процессов в истории Украины и России; проанализировать, как в современной историографии, исторической публицистике и средствах массовой информации Украины и России трактуются те аспекты истории двух стран и которые вызывают споры историков и публицистов; обратиться к спорным вопросам истории русско-украинских отношений и способствовать выработке критического взгляда на стереотипы прошлого, формирующие взаимное недоверие и враждебность в общественном мнении двух стран.

Особенностью конференции является то, что в центре внимания была поставлена не только история как таковая, но и современная историческая память украинского и российского обществ, а также факторы, рождающие искаженный или более-менее адекватный образ истории Украины и России в общественном сознании. Иными словами, имиджи, стереотипы, предрассудки, пропагандистские клише, создаваемые сегодня мифы в соотнесении с тем, что известно профессиональной исторической науке, находились в центре происходивших дискуссий.

К участию в дискуссиях приглашались не только специалисты-историки, но и преподаватели школ и вузов, журналисты, политики, сотрудники государственных ведомств и частных компаний, представители неправительственных общественных организаций. В этом отношении задачи конференции вышли за пределы соб-

ственно академической исследовательской работы.

Хронологически конференция была разбита на три секции и началась с приветственного слова заместителя председателя Государственной думы РФ А. М. Байбакова и директора Института Европы РАН Н. П. Шмелева, после чего был заслушан вводный доклад профессора МГУ, директора Центра украинистики и белорусистики МГУ М. В. Дмитриева, в котором он охарактеризовал главные цели открывающейся конференции - выявить спорные моменты в общей российско-украинской истории и обсудить их в кругу украинских и российских ученых. Он подчеркнул, что особое внимание необходимо уделить связи между христианством и национальными представлениями в истории Украины и России, говорил о важности использования сравнительного подхода к истории Украины и России, о важности соотнесения стереотипов и реальной истории.

"Нет нужды пояснять, что полемические обертона не способствуют адекватному историческому анализу. Однако, учитывая катастрофическое падение уровня взаимопонимания между масс-медиа двух стран, - отчетливое обозначение того, что заведомо ложно, может пойти на пользу и журналистам, и академическому сообществу наших стран. Ясно, что и на украинской, и на русской стороне в разные эпохи было и остается некоторое количество людей, для которых или "русские", или "украинцы" были и остаются врагами. Было и остается немало и таких, для кого они - бесспорно братья. Тот факт, что украинцы и русские - соседи, скучен своей очевидностью, и в нем есть лишь одна интригующая сторона: где проходило и где проходит подлинная географическая, этнографическая, культурная граница между этими соседями? Но вот вопрос о том, как соотносились и соотносятся, в сравнительном плане, в своей схожести и несхожести, политические институты, социальные отношения, экономический строй и культура Украины и России на разных этапах их истории - и нескучен, и важен. То же самое можно сказать о русско-украинских отношениях" - заключил ученый.

После вводного слова проф. М. В. Дмитриева выступила Е. В. Русина (Ин-т истории НАНУ), которая в своем докладе "Православное население Великого княжества Литовского между Вильно и Москвой" высказала мнение, что у населения Великого княжества Литовского превалировало осознание своей принадлежности к определенной "малой родине", а не патриотизма в его современном смысле.

На это ей возразил проф. М. В. Дмитриев (МГУ) в своем выступлении "О формировании дискурсов общерусского самосознания в украинско-белорусской культуре конца XVI-XVII вв.". Он обратился к украинско-белорусским источникам, которые, по его мнению, позволяют увидеть, как в конце XVI-XVII вв. рождалось общерусское самосознание - т.е. представления о Руси, России, русских в таком варианте, который включает в Русь-Россию ее три компонента - Великую Русь, Малую Русь и Белоруссию.

С. Савченко (Национальная металлургическая академия Украины, Днепропетровск) в докладе отметил, что в глазах многих политиков и церковных деятелей православной Украины середины - второй половины XVII ст. конечное будущее или эсхатологическое завершение истории Руси виделось в составе единой православной империи, пребывающей под скипетром российских самодержцев, являющихся наследниками киевских монархов.

По словам ученого, концепция "эволюционирования" священного христианского царства в эсхатологическое Царство Христово является константой православного историзма, вытекающей из византийского понимания царской власти.

О. Б. Неменский (ИСл РАН) в докладе "О самосознании православного и униатского населения Речи Посполитой после Брестской унии" продемонстрировал, что самосознание "русскости" в XVI-XVII вв. носило конфессиональный характер и было характерно как для православных, так и для греко-католических полемистов.

Т. Г. Таирова-Яковлева (СПбГУ) выступила с докладом "Когда русские стали "москалями", а русины - украинцами?".

В. Р. Секачев (Православный Свято-Тихоновский ун-т) доложил о восприятии святителя Дмитрия Ростовского на Украине и России, а В. А. Артамонов (ИРИ РАН) выступил с докладом о русских и украинцах в Северной войне.

В ходе дискуссии была обсуждена проблема существования отличий "московского православия" от "украинского православия", затронуты вопросы эвентуального сотрудничества св. Димитрия Ростовского (Туптало) с гетманом Иваном Мазепой.

На следующий день обсуждалась тема "Как поделить Гоголя? Русская, великорусская и украинская культура в XIX-XX вв.".

Первой в этой сессии выступила И. И. Колесник (Ин-т истории НАНУ) с докладом "Украинско-российские интеллектуальные сообщества первой половины XIX века: сетевой анализ". Она заметила, что культурный мир украинства эпохи модерна можно представить как гибкую структуру кружков, групп, сетей интеллектуальных связей, пронизанных скрытым или открытым соперничеством современников-оппонентов, осветила механизмы формирования подобных сообществ, а также их типы.

Далее выступила О. Ю. Захарова (Севастопольский филиал Академии труда и социальных отношений; Украинский морской институт) с докладом "Взаимное обогащение русской и украинских культур в XIX веке (на примере усадьбы Качановка)", в котором подробно остановилась на истории усадьбы, а также дворца М. С. Воронцова в Одессе.

Л. А. Зашкилъняк (Львовский ун-т, Ин-т украиноведения НАНУ) выступил с докладом "Образ России в украинской историографии XIX - начала XX вв.", в котором констатировал, что взгляды украинской историографии XIX - начала XX вв. на Россию формировались в русле общеевропейских тенденций развития исторической мысли под воздействием сильных идеологических, а затем и политических факторов, среди которых на первом месте, безусловно, было стремление легитимизировать украинское национальное движение. Именно поэтому образ России и ее истории возник в трудах украинских историков, как противопоставление европейскому пути развития.

А. Н. Ужанков (Литературный ин-т им. А. М. Горького) в докладе "Язык творчества как национальная самоидентификация писателя (на примере творчества Т. Г Шевченко)" высказал мнение о том, что Т. Г. Шевченко имел по преимуществу русскую идентификацию, это выразилось в том, что он вел свой дневник и писал прозу по-русски. Доцент МГУ им. М. В. Ломоносова С. Л. Чернов рассказал о судьбах русского самодержавия в докладе "Русское самодержавие: определение, генезис, причины и время возникновения".

Доцент РГГУ А. Ю. Бахтурина в докладе "Украинский вопрос в Рос-

сийской империи в начале XX века" рассказала о судьбах украинского, русофильского и панславистских движениях в этом регионе и усилиях российского правительства по созданию в Галиции своеобразного барьера для польско-украинской агитации.

Третья сессия "Украина и Россия в 1917 - 1945 гг.: вместе или порознь?" началась докладами И. В. Михутиной (ИСл РАН) "Украинское национальное движение и проблема формирования гражданского общества, вторая половина XIX - начало XX вв." и В. Ф. Верстюка (Ин-т истории НАНУ) "Образ Украины конца XIX - начала XX вв. в современной российской историографии".

И. В. Михутина анализировала причины исторического поражения двух украинских государств - УНР и ЗУНР, сделав вывод, что "УНР подкосила внутренняя слабость, проистекавшая из специфики национального движения в Приднепровье", а история ЗУНР показала, что "актуализация стратегических целей приводит к желаемым результатам лишь при опоре на укорененное в народной среде движение". В. Ф. Верстюк анализировал состояние современной российской украинистики. Он констатировал, что взгляды российских и украинских историков на одни и те же проблемы разнятся, образы Украины, которые они моделируют, существенно отличаются.

Доцент Национальной металлургической академии Украины А. М. Михайлюк в докладе "1917 - 1918 гг.: украинская революция или русская революция на Украине?" сделал вывод, что революционный процесс на Украине не умещается в рамки собственно украинской революции. Нельзя вырывать революционные события на Украине, по крайней мере, Восточной (а именно они определили в исследуемый период судьбу всей Украины), из общего контекста революционных событий в Российской империи, так как они связаны между собой, имеют общую внутреннюю и внешнюю динамику, пусть и окрашенную в национальный специфический колорит.

Р. Я. Пыриг (Ин-т истории НАНУ) в докладе "Украинский гетманат 1918 г.: российский фактор" доказывал, что российский фактор был одним из самых мощных и определяющих в судьбе гетманата и лично П. Скоропадского. А. В. Шубин (ИВИ РАН) в докладе "Нестор Махно между Украиной и Россией" рассказал о судьбах махновского движения и показал, что Махно не был деятелем украинского национального движения, - главными мотивами его борьбы были социальные ожидания крестьянства.

Руководитель отдела восточного славянства (ИСл РАН) Е. Ю. Борисёнок в докладе "ЦК ВКП (б) и украинское партийное руководство, середина 1920-х - середина 1930-х годов" сделала вывод о том, что благодаря национальной политике большевиков республиканская элита формировалась как составная часть советской элиты вообще. К началу 1930-х годов украинские коммунисты шли в фарватере сталинского руководства и вероятность превращения руководства УССР из красного в желто-синее в указанный период была ничтожно мала. Речь об отделении Украины от Союза ССР не шла, подобная идея не находила поддержки ни среди партийной элиты, ни среди широких слоев населения.

Четвертая сессия "Голод 1932 - 1933 гг.: геноцид украинского народа или общая трагедия народов СССР?" началась с доклада В. В. Кондрашина (Пензенский ун-т) "Голод 1932 - 1933 гг. в научных исследованиях и исторической публицистике", в котором ученый доказывал общность голода для всех зерновых районов

СССР и безосновательность интерпретации трагических событий в украинской публицистике и научных кругах как геноцида украинского народа.

Ему возражали в своих докладах украинские ученые В. М. Марочко (Ин-т истории НАНУ) и С. В. Кульчицкий (Ин-т истории НАНУ), сделавшие доклады "Голод в Украине в 1932 - 1933 гг.: современные интерпретации" и "Социально-экономическая и национальная политика Кремля в 1929 - 1933 гг." соответственно. Согласно С. В. Кульчицкому голод 1932 - 1933 гг. был организован в качестве акции устрашения и должен характеризоваться именно как геноцид.

В. И. Марочко остановился на вопросах терминологии, используемой по отношению к голоду 1932 - 1933 гг., и сделал акцент на том, что самый большой урон от голода понесли именно территории, заселенные украинцами, что легко можно проверить по переписи 1926 г. вплоть до каждого села. Украинский ученый также затронул вопрос о юридической оценке событий, появившейся в 2006 г.

С. В. Кульчицкий также заметил, что голоду были подвержены территории либо в подавляющем большинстве заселенные украинцами (УССР) либо на две трети заселенные украинцами (Кубань); отметил, что в Казахстане был иной механизма голода. Украинский ученый также отметил, что в России напрасно воспринимают точку зрения, высказываемую на Украине, как обвинение собственно русского народа. "Досадно, что эта тема так нас разъединяет. Вдвойне досадно, когда нас слушают, но не слышат. В этом пришлось убеждаться не раз", - сказал С. В. Кульчицкий.

В докладе "От коллективизации - к голоду 1932 - 1933 гг." доцент Исторического факультета МГУ Н. Л. Рогапина отметила, что голод был вызван прежде всего форсированной индустриализацией, финансируемой за счет продажи зерна. Она отметила, что голод не был неожиданностью, о чем свидетельствуют сводки и донесения о положении в деревне в течение 1931 - 1933 гг., а также, что есть косвенные документы, которые показывают связь голода с национальными проблемами.

Выводы доклада В. Ф. Зимы (ИРИ РАН) соответствуют его названию: "Голод 1932 - 1933 гг. как интернациональная трагедия".

Доцент Мордовского государственного педагогического университета Т. Д. Надькин в докладе "Голод в средневолжской деревне в 1930-е годы: причины и последствия (на примере Мордовии)" осветил голод в Мордовской АССР в период 1932 - 1933 гг. Н. И. Ивницкий (ИРИ РАН) в докладе "Изучение голода 1932 - 1933 в российской историографии 1980 - 1990-х годов" заметил, что определение украинских историков голода 1932 - 1933 гг. как геноцида неверно, так как на Украине пострадало много представителей других этносов, не относящихся к украинскому. Ученый также отметил необоснованность точки зрения, что голод был местью Сталина украинскому крестьянству, и напомнил, что массовые крестьянские выступления имели место быть и в Центрально-Черноземном районе, и в Поволжье, и на Северном Кавказе. Основная причина голода на Украине, как и в целом в СССР, заключалась, по мнению ученого, в антикрестьянской политике сталинского партийно-государственного руководства. Г. Муртазова коснулась юридической стороны определения голода как геноцида 1932 - 1933 г.

Пятая сессия, "Почему и насколько пути Украины и России разошлись в 1991 - 2008 гг.?" проходила в Культурном центре Украины в Москве. В на-

чале сессии с приветственным словом к участникам конференции обратились Чрезвычайный и полномочный посол Украины в России О. А. Демин и директор Культурного центра Украины в Москве В. Е. Мельниченко.

Первым докладом в этой сессии стал доклад О. Н. Билого (Ин-т истории НАНУ) под названием "Военная доминанта российской цивилизации и крах СССР", в котором украинский ученый обосновывал точку зрения, что основным компонентом российской цивилизации и СССР, как преемника Российской империи, была военная экспансия. Выступление вызвало живую дискуссию.

Доцент Исторического факультета МГУ Ю. Я. Терещенко в докладе "История российско-украинского "развода" в 1990 - 1991 годах" осветил специфику отношений между элитами двух бывших республик СССР, процессы дезинтеграции и несовпадение данных плебисцитов от 17 марта 1991 г. и 1 декабря 1991 г., а также роль ГКЧП в распаде СССР.

В. И. Мироненко (Ин-т Европы РАН) в докладе "Фактор "Россия" в становлении Пятой украинской республики (2004 г.)" рассказал о республиканской традиции на Украине и оценил роль российского фактора в деле становления современного украинского государства. Т. С. Гузенкова (Ин-т стратегических исследований) в докладе "Политические процессы на Украине и их влияние на гуманитарную ситуацию в стране" рассказала о проблемах и отсутствии вертикали русскоязычного образования на Украине, о современной политике украинизации. В. И. Пироженко (Национальный ин-т проблем международной безопасности) в докладе "История "ножниц" и "клея" как средств формирования украинской этнической нации" оценил попытки современной украинской элиты сформировать национальный миф.

П. Жовниренко (Центр стратегических исследований) в докладе "Перспективы отношений между Украиной и Россией: реальность благоприятного прогноза" оптимистически оценил будущее отношений между нашими государствами.

От лица организаторов конференции проф. М. В. Дмитриев и В. И. Мироненко поблагодарили всех участников за интересные доклады и закрыли конференцию.

Постоянный адрес данной публикации: