Karl OBERMANN. Zur Geschichte des Bundes der Kommunisten. 1849 bis 1852. Berlin. 1955.

Карл ОБЕРМАН. К истории Союза коммунистов. 1849 - 1852.

Союзу коммунистов - прообразу пролетарской партии, впервые принявшему в качестве программы великие идеи марксизма, начертанные в "Манифесте Коммунистической партии", - принадлежит почетное место в истории рабочего движения Германии. Вполне понятно поэтому, что изучение истории Союза коммунистов представляет большой интерес. Основы для ее исследования заложены вождями Союза - Марксом и Энгельсом. Перу Энгельса принадлежит известная статья "К истории Союза коммунистов" (1885). Энгельс надеялся в дальнейшем обработать более обстоятельно материал по истории Союза коммунистов, собранный им и Марксом. Однако обстоятельства не позволили Энгельсу осуществить свое намерение, и материал по истории начального периода международного рабочего движения до сих пор не полностью обнаружен и еще менее обработан историками-марксистами.

Правда, с тех пор вышел ряд исследований по истории Союза коммунистов. Среди них можно назвать книгу Г. Адлера "История первого социально-политического рабочего движения в Германии" ('1885), I том четырехтомной "Истории германской социал-демократии" Ф. Меринга (1903). Но книга Адлера написана с буржуазных позиций, а в труде Меринга, собравшего исключительно ценный материал, слабо освещена идейная борьба научного коммунизма против враждебных ему течений в рабочем классе. В монографии Е. П. Канделя "Маркс и Энгельс - организаторы Союза коммунистов" (1953) изложение истории Союза коммунистов в соответствии с темой исследования доведено лишь до февраля 1848 года. Ценная статья В. А. Радус-Зеньковича "Из истории Союза коммунистов (сентябрь 1850 - август 1851 г.)" ("Вопросы истории", 1948, N 11), пополнившая научную литературу новой документацией, была ограничена рамками журнальной статьи и не имела задачей осветить всю историю Союза. На состояние исследования истории Союза наложило свой неизбежный отпечаток и состояние источников. Правда, в распоряжении исследователя имелись такие важнейшие документы, как первое и второе Обращения Центрального комитета Союза коммунистов к членам Союза (март и июнь 1850 г.), письма Маркса и Энгельса за 1849 - 1852 и последующие годы, работы Маркса "Разоблачения о Кельнском процессе коммунистов" (1853) и "Господин Фогт" (1860). Однако многие важные стороны деятельности Союза оставались в этих документах неосвещенными, и даже в 1885 г. Энгельс писал, что основным источником для разработки этой темы остается, к сожалению, так называемая черная книга Вермута и Штибера - "Коммунистические заговоры XIX века", вышедшая в 1853 - 1854 гг., - "лживая, переполненная сознательными подлогами стряпня двух подлейших полицейских негодяев нашего

столетия"¹ . Поэтому попытка немецкого историка-марксиста, профессора Берлинского университета Карла Обермана исследовать историю Союза коммунистов в 1849 - 1852 гг., то есть в период отступления революции и после ее поражения, заслуживает всяческого внимания.

С помощью большого фактического материала, извлеченного преимущественно из германского центрального архива в Мерзебурге, главного архива земли Бранденбург в Потсдаме и отчасти архива Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, Оберман убедительно доказал, что Союз коммунистов сыграл большую роль в развитии самостоятельного пролетарского движения в Германии. Этим нанесен² серьезный удар по порочной концепции правых социал-демократов, утверждающих и поныне, что исходным пунктом организованного рабочего движения в Германии следует считать образование лассальянского Всеобщего немецкого рабочего союза в 1863 году. Энгельс в 1869 г. указывал, что немецкие пролетарии еще до революции 1848 г. имели свою самостоятельную, хорошо организованную партию, которая хотя и распалась после Кельнского процесса коммунистов, но отдельные ее члены продолжали незаметно подготовлять ту почву, которой воспользовался впоследствии Лассаль³ .

На наш взгляд, К. Оберман поступил совершенно правильно, начав свое исследование с вопроса о роли революционной марксистской теории для деятельности Союза. Этому вопросу посвящена первая глава монографии. Оберман показывает, что Маркс и Энгельс в ряде произведений, вышедших в свет вскоре после подавления революции, подвели итог минувшим событиям, оценили революционные перспективы на будущее, наметили стратегию и тактику пролетариата и его партии в новый исторический период. Без разработки указанных проблем создание коммунистической партии было невозможно.

Во второй главе, "Развитие Союза в 1850 году", автор рассказывает о политической обстановке после поражения революции 1848 года. Распоряжение прусского короля от 29 июня 1849 г. обязывало все рабочие ферейны зарегистрировать свои уставы в полиции и получить разрешение как на дальнейшее существование, так и на право проведения каждого собрания. Это значительно затрудняло деятельность рабочих организаций. Тем. не менее ферейны продолжали свою работу. В эти годы ярко проявилась ведущая роль общин и отдельных членов Союза коммунистов в сплачивании революционных отрядов германского пролетариата: в Кельне, во Франкфурте-на-Майне, в Майнце, Висбадене коммунисты стояли во главе организованного рабочего движения. Особенно большую активность проявлял Франкфуртский округ Союза, во главе которого стоял близкий друг и соратник Маркса Иосиф Вейдемейер. Летом 1850 г. Вейдемейеру удалось организовать новые общины Союза коммунистов в ряде городов Западной и Южной Германии. Усилиями Вейдемейера и его сторонников был созван нелегальный конгресс во Франкфурте, на который прибыли делегаты из Майнца, Ганау, Маннгейма и других мест.

Активную деятельность развила Майнцская община Союза, во главе которой стоял Фридрих Лесснер, являвшийся позднее членом Генерального Совета I Интернационала. Полвека спустя Лесснер с гордостью вспоминал: "Мы были столь хорошо организованы, что могли в течение часа наводнить весь Майнц листовками" (стр. 32).

В Висбадене член Союза коммунистов Карл Шаппер вел большую работу в качестве председателя рабочего ферейна, объединявшего около 200 рабочих различных специальностей.

Материал, собранный Оберманом, является яркой и убедительной иллюстрацией тезиса Энгельса о том., что Союз коммунистов в то время был единственной значительной революционной организацией в Германии. Направление деятельности этой организации в большой мере зависело от того, оправдаются ли надежды на новый подъем революции. А это в течение 1850 г. становилось вес менее и менее вероятным, даже невозможным.

В третьей главе, "Перемещение Центрального комитета Союза в Кельн", автор рассказывает об оценке экономического и политического положения Европы, данной Марксом и Энгельсом, и основанном на этой оценке изменении тактики Союза применительно к периоду мирного, нереволюционного развития. В этой же главе характеризуется позиция лидеров мелко-

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения. Т. II. Госполитиздат. 1952, стр. 320.

² Как правильно отмечает д-р Фрикке в "Neues Deutschland" (14 апреля 1955 г.) в рецензии на книгу Обермана.

³ См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XIII. Ч. 1-я, стр. 314.

буржуазной вульгарной демократии и авантюристической группы Виллиха - Шаппера, приведшая к расколу в ЦК Союза коммунистов. Автор показывает, что основные усилия коммунистов Германии были направлены на укрепление и расширение влияния Союза в рабочих ферейнах. Оберман подтверждает это не опубликованными ранее письмами И. Ф. Беккера и И. Вейдемейера, представляющими значительный интерес.

Выполняя решение Центрального комитета, коммунисты Кельна организовали новый ЦК Союза, в состав которого вошли Даниэльс, Резер и Бюргере (автор высказывает предположение, что в состав ЦК входил также Герман Беккер). Центральный комитет попытался активизировать деятельность Союза: были созданы новые общины, в ряд городов были направлены эмиссары ЦК, были приняты меры к созданию собственного журнала, который должен был именоваться "Neue Zeitschrift". 5 апреля 1851 г. Беккер сообщил этот план Марксу и просил его принять участие в выпуске подготавливаемого издания. Маркс обещал свое сотрудничество, связывая с этим журналом надежды на возможность активизации Союза коммунистов. Однако попытка активизировать деятельность Союза в Германии натолкнулась на энергичное противодействие полиции.

В четвертой главе, "Германский Союз и полицейский заговор 1851 года", Оберман показывает, что преследования коммунистов были связаны с торжеством реакции в Германии, с восстановлением Германского Союза, пошатнувшегося в годы революции. Главная задача восстановленного Германского Союза определялась реакцией, в частности представителем Пруссии в восстановленном Союзном Сейме Роховым, как "решительное противодействие элементам разрушения и переворота". В программе Сейма было указано, что его целью является "ограничение антимонархической, социалистической и коммунистической прессы" (стр. 53 - 54). Эту программу Сейм утвердил единогласно.

Полицейские власти всех немецких земель совместно принялись за преследование демократических организаций, в особенности рабочих ферейнов. Власти были напуганы возможностью установления связей между пролетариями различных стран на предстоящей всемирной промышленной выставке в Лондоне (1851 г.). Полиция установила тщательную слежку за всеми "подозрительными" лицами, отправлявшимися в Лондон. Оберман сообщает много ранее неизвестных сведений, заимствованных из архивных документов. В частности, большой интерес представляет вполне обоснованное предположение автора о сотрудничестве прусской и английской полиции: последняя была осведомлена о деятельности прусских шпионов, но не только не ограничивала ее, а оказывала всякое содействие.

Прусской полиции удалось установить факт существования Союза коммунистов. В руки полиции попали "Манифест Коммунистической партии", Устав Союза коммунистов. Обращение ЦК к Союзу. Полиция узнала теперь, что подлинный центр Союза коммунистов находился в Англии, где жили и работали Маркс и Энгельс.

Прусское правительство решило организовать поход против эмигрантов, стремилось привлечь к участию в нем другие правительства, возродить таким образом Священный Союз 1815 г. и направить его усилия на подавление рабочего движения.

Пятая глава работы Обермана посвящена характеристике состояния рабочего движения в Германии после майских арестов 1851 года. Прусское правительство и полиция принимали все меры к тому, чтобы запугать немецкого обывателя "красным призраком", мнимым коммунистическим заговором, якобы принявшим грандиозные размеры. Но правительство и полицейские власти не достигли своей цели. Оберман показывает, что рабочее и демократическое движение в Германии и после арестов коммунистов происходило под влиянием и руководством оставшихся "а свободе членов Союза. Коммунисты Франкфурта-на-Майне, руководимые Вейдемейером, организовали в городском лесу большой народный праздник, в котором приняли участие около 25 тыс. человек. После праздника, носившего политический характер, полиция выслала из Франкфурта много участников рабочего и демократического движения; приметы высланных лиц были сообщены полицейским властям всех германских государств (стр. 73 - 74). Оберман приходит к выводу, что не только во Франкфурте, но и во всей нассауской земле четко обозначилось влияние членов Союза коммунистов на рабочие ферейны и демократические организации. Вывод Обермана целиком совпадает с указанием по данному

вопросу, содержащимся во втором Обращении ЦК к Союзу коммунистов⁵ .

Анализируя факты и документы, относящиеся к деятельности "Рабочего братства" после революции 1848 - 1849 гг., Оберман приходит к выводу, что коммунисты имели большое влияние и в этой организации.

Шестая и седьмая главы монографии Обермана посвящены разоблачению преступных действий прусской полиции в период следствия по делу Союза коммунистов. Подделка документов, кража со взломом, лжесвидетельство, провокация - таков далеко, впрочем, не полный перечень "следственных приемов" полицейских властей.

В центре внимания полиции оказались Маркс и Энгельс. Полицейские власти понимали, что лидеры революционной мелкобуржуазной эмиграции не могли идти нив какое сравнение с вождями Союза коммунистов. В "Берлинском еженедельном отчете для заграницы" от 6 апреля 1852 г. делается вывод: "Уже сейчас можно с полным правом сказать, что партия Маркса - Энгельса стоит выше всех эмигрантских организаций, агитаторов, Центральных комитетов прежде всего тем, что имеет большую силу знаний и духа. Сам Маркс является замечательной личностью, и известно, что он один располагает большим духовным богатством, чем все остальные общества" (стр. 92).

Полицейские власти приняли энергичные меры, направленные на пресечение деятельности коммунистов в рабочей среде. Была организована утонченная система слежки за всеми "подозрительными" рабочими, ремесленниками, подмастерьями. Эта слежка проводилась и за пределами Германского Союза: во Франции, Швейцарии, Англии - всюду, где имелась революционная эмиграция из германских государств. 19 мая 1851 г. было начато следствие против арестованных членов Союза коммунистов, обвиняемых в организации "заговора, направленного на свержение государственной власти", а 21 июля прокурор Зекендорф вынужден был сообщить прусскому министерству юстиции, что успех следствия находится под угрозой (стр. 99).

Только благодаря "стараниям" крупных полицейских чиновников Гинкельдея, Штибера, Шульца, Вермута удалось "подготовить дело". Кельнский суд присяжных, заседавший с 4 октября до 12 ноября 1852 г., вынес обвинительный приговор в отношении большинства подсудимых.

В последней, восьмой главе, "Значение Кельнского коммунистического процесса", Оберман показывает, что реакции не удалось развенчать Союз коммунистов, скомпрометировать деятельность коммунистических организаций и отвлечь таким образам внимание рабочего класса от научного коммунизма. Маркс и Энгельс с неотразимой силой доказали вздорность обвинений, выдвигавшихся против коммунистов, и вскрыли преступные действия прусского правительства и полиции. В ходе Кельнского процесса документы Союза коммунистов, основанные на принципах научного коммунизма, были опубликованы в немецкой прессе и благодаря этому стали достоянием широкого круга участников рабочего и демократического движения. Идеи научного коммунизма, излагаемые и отстаиваемые подсудимыми, были широко распространены в европейской и американской прессе. Кельнский процесс коммунистов показал, что пролетарская партия не может быть уничтожена ни путем травли и клеветы, ни путем судебных преследований и террора.

С осуждением кельнских коммунистов кончается первый период самостоятельного немецкого коммунистического рабочего движения. Этим указанием Энгельса заканчивается книга Обермана. Но, указав, что это был первый период немецкого рабочего движения, Энгельс добавляет: "Современное международное рабочее движение по существу представляет непосредственное продолжение тогдашнего немецкого, которое вообще было первым международным рабочим движением..."⁶ . Это обязывает исследователя истории Союза коммунистов рассматривать Союз как первую интернациональную организацию, исследовать ее связи с рабочими организациями и рабочим движением других стран. Такого рода связи, хотя и временные, имели место. Во втором Обращении Центрального комитета к Союзу коммунистов (июнь 1850 г.) содержится прямое указание на связи Союза с вождями революционной чартистской партии и с революционной частью французской эмиграции - бланкистами. Автор прошел мимо этого указания. Он не остановил своего внимания на анализе важного документа - договора коммунистов с бланкистами о создании "Всемирного общества коммунистов-рево-

⁵ См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. VIII, стр. 494.

⁶ К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения. Т. II, стр. 320.

люционеров". Целью этого общества провозглашалось "...низложение привилегированных классов, подчинение этих классов диктатуре пролетариата путем поддержания перманентной революции вплоть до осуществления коммунизма..."⁷ . Это первый случай употребления термина "диктатура пролетариата" в официальном документе. Изучение упомянутого документа толкает исследователя к рассмотрению другого очень важного вопроса - о связи Маркса и Энгельса с лидерами бланкизма и левого крыла чартизма. Опубликованные письма Маркса и Энгельса к Гарни и Джонсу, неопубликованные письма последних к Марксу и Энгельсу представляют значительный интерес для исследования борьбы Маркса и Энгельса за превращение Союза коммунистов в интернациональный центр коммунистического движения. Нет сомнения, что более широкое использование материалов, хранящихся в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, позволило бы установить ряд новых фактов из истории Союза коммунистов и пролить дополнительный свет на историю борьбы Маркса и Энгельса за пролетарскую партию в исследуемый автором период⁸ .

Известную роль в реорганизации Союза коммунистов, в активизации его Центрального комитета (в конце 1849 - начале 1850 г.) имела деятельность Маркса и Энгельса в "Комитете помощи немецким эмигрантам", председателем которого был Маркс, а все остальные члены принадлежали к Союзу коммунистов. Целесообразно было бы проследить работу комитета не только под углом зрения помощи жертвам контрреволюции, но и в аспекте борьбы за восстановление Союза коммунистов, за возобновление связей между общинами.

Необоснованно высокую оценку дает К. Оберман обращению ЦК Союза от 1 декабря 1850 года (стр. 42). Ведь, ознакомившись с этим обращением, Маркс охарактеризовал этот документ как абсурдный по форме и еще менее отрадный по содержанию⁹ . В обращении дана нечеткая оценка причин раскола, не намечены меры для оживления деятельности Союза, характеристика экономической ситуации дана путало. Автором обращения был Генрих Бюргере, который никогда не стоял сколько-нибудь прочно на базе марксизма и закончил свою политическую эволюцию присоединением к буржуазной партии "прогрессистов".

Некоторым пробелом приходится признать отсутствие в книге сведений о попытках ЦК, руководимого Марксом и Энгельсом, наладить связь с общинами Союза коммунистов в Швейцарии. Как известно, до революции 1848 г. в Швейцарии существовала многочисленная организация Союза. После поражения революции в Германии значительная часть революционеров перешла швейцарскую границу. Среди них были коммунисты. Это обстоятельство было известно ЦК Союза и его вождям) Марксу и Энгельсу. В начале 1850 г. ЦК направил в Швейцарию своего эмиссара Эрнста Дронке, который в 1848 г. входил в состав редакции "Новой Рейнской газеты". Дронке удалось установить связи с коммунистами н создать в Швейцарии несколько общин. Однако в целом миссия Дронке окончилась неудачей, так как впоследствии швейцарские общины примкнули к антимарксистской группе Виллиха - Шаппера.

Автор книги напрасно отказался от анализа деятельности фракции Виллиха - Шаппера. Было бы целесообразно привести сведения о ее социальной природе, мировоззрении и т. д. Деятельность этой фракции принесла серьезный вред делу создания пролетарской партии, и историк рабочего движения в Германии не должен оставлять этого без внимания.

Наши замечания идут главным образом по линии расширения книги и дополнения ее новыми материалами. Это значит, что с выходом в свет исследования К. Обермана создание научной истории Союза коммунистов нельзя считать завершенным. Тем не менее книга К. Обермана - серьезный вклад в изучение истории Союза коммунистов. Надо надеяться, что в ближайшие годы советские и немецкие историки напишут ряд новых исследований, посвященных этому сюжету. Что касается рецензируемой книги, то было бы желательно шире ознакомить с этим оригинальным исследованием советских читателей и перевести книгу на русский язык.

⁷ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. VIII, стр. 585.

⁸ Наши соображения по этому вопросу изложены подробнее в статье "Борьба Маркса и Энгельса за пролетарскую партию в 1849 - 1852 гг." (сборник "Из истории борьбы Маркса и Энгельса за пролетарскую партию". М. Госполитиздат. 1955).

⁹ См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XXI, стр. 218.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - М. И. МИХАЙЛОВ:

Комментарии: