Термин "вестернизация" применительно к ряду азиатских стран широко используется уже несколько десятилетий. Ом означает процесс освоения обществами этих государств западных ценностей и западного образа жизни. В той или иной мере вестернизация характерна для многих развивающихся стран. Однако протекает этот процесс по-разному. В ряде случаев преобразования происходят столь стремительно и приобретают такой форсированный характер, что основная масса населения не в состоянии понять и принять навязываемые правящей элитой новации. В результате нередко наблюдается откат общества к своим "истокам", "национальным ценностям", как это произошло, скажем, в Иране.

Но и без такого резкого отката процесс вестернизации, как правило, протекает не просто. Примером может служить Турция, где западные ценности с переменным успехом внедряются в жизнь уже два столетия, и, тем не менее, она так и не стала "западной" страной. Хотя, возможно, ж разное время руководители Турции и хотели этого. На данном примере лучше всего можно проследить основные этапы процесса вестернизации, выявить его закономерности и оценить перспективы в обозримом будущем.

В XVIII веке Османская империя в значительной мере потеряла свой блеск: ее экономика деградировала, а армия терпела одно поражение за другим. Примерно в то же время и немного позднее Англия, Франция и Россия одерживали военные победы, со всех сторон теснили империю, превращая освобожденные районы в свои колонии или протектораты.

Навязанные этими странами договоры позволяли им все более активно вмешиваться во внутренние дела Османского государства.

Уже в конце XVIII века в Османской империи появились первые публикации, в которых отмечались преимущества государственных и военных структур европейских стран перед подобными же институтами Турции. В статьях и книгах анализировались причины ее военных неудач, выдвигались предложения об изменении различных сторон жизнедеятельности государства. По сути, излагался первый проект реформ, положивших начало периоду, называемому в турецкой, американской и западноевропейской историографии "периодом вестернизации и модернизации".

Тогда же придворные султана стали увлекаться европейской роскошью и французской модой; по образцам Запада они строили дворцы, разбивали цветники. Многие знатные турки, свободно владевшие арабским языком (языком Корана), стали щеголять знанием французского. На турецкий язык переводились произведения английских, французских, немецких писателей. В страну приглашались европейские специалисты, которые занимались совершенствованием государственного аппарата и реорганизацией армии.

КРАХ ПЕРВОГО ЭТАПА ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

На стыке XVIII и XIX столетий в Турции начались реформы, получившие название "Низами джедид" ("Новый порядок"). Они были призваны устранить отставание от европейских держав в государственных и особенно в военных делах. Для обеспечения армии современным оружием и обмундированием строились оружейные заводы и мануфактуры. При реорганизации армии и государства использовались европейские труды по военному делу, фортификации, математике и др. Однако уже тогда религиозные деятели открыто выступали против реформ, ссылаясь на их несовместимость с установками Корана и шариата, и первый султан-реформатор Селим III в 1807 году был свергнут. Ветер перемен временно стих.

Успешнее прошли реформы "Танзимата" ("Преобразований") в середине XIX столетия. Были приняты законы, стимулировавшие развитие промышленности на базе европейской техники. Поощрялся приток иностранного капитала, создавались благоприятные условия для деятельности иностранных предпринимателей. Новый уголовный кодекс предоставил гарантии безопасности жизни, чести и имущества всем подданным без различия вероисповедания. Впервые были открыты светские школы. Для всех мусульман вводилась всеобщая воинская повинность со сроком службы пять лет. Тем не менее, противодействие духовенства и других традиционалистов вводимым новациям продолжалось, что ограничивало масштабы реформ. Это противодействие находило конкретное выражение также в стихийных выступлениях ремесленников, задавленных дополнительными налогами.

Новой вехой "европеизации" стало принятие в 1876 году конституции, впервые ограничившей власть султана-халифа, являвшегося одновременно духовным главой всех мусульман. В этом важнейшем нормативно-правовом акте провозглашались принципы личной свободы и равенства всех подданных империи, безопасности личной собственности и неприкосновенности жилища, свободы печати; вводилось обязательное начальное обучение. В стране учреждался двухпалатный парламент, формировавшийся, правда, не из избранных депутатов, а из представителей административных советов и назначаемых султаном лиц. Но и такой состав парламента не устроил султана, который спустя два года распустил его и фактически приостановил действие конституции.

стр. 25

Установление султаном режима "зулюма" (деспотии, гнета) не вызвало протестов стран Запада, так как сохранялась свобода проникновения иностранного капитала в турецкую экономику, а предоставленные займы прочно привязали империю к странам-заимодавцам. Поскольку Османское государство было не в состоянии возвращать долги, эти страны добились от султана права самим собирать налоги и пошлины. Так, независимо от воли реформаторов, Турция постепенно стала превращаться в фактическую полуколонию Запада.

В 1908 году в стране началась "младотурецкая революция", результатом которой стало восстановление действия фактически отмененной султаном конституции 1876 года. Сначала на Западе были изрядно напуганы панисламистскими лозунгами младотурок, но поскольку те не стали пересматривать отношения с европейскими государствами, в Англии и Франции новых реформаторов вскоре стали даже хвалить за умеренность.

СМЕНА ЦИВИЛИЗАЦИОННЫХ ВЕХ

Однако период взаимной лояльности продолжался недолго: растущая зависимость империи от этих двух стран сохранялась. Руководители Османского государства, чтобы раз и навсегда покончить с англо-французским диктатом, сменили внешнеполитические ориентиры, что нашло конкретное выражение в том, что в первой мировой войне Турция выступила на стороне кайзеровской Германии против стран Антанты. Расчет, однако, оказался ошибочным, и Османская империя, потерпев поражение, была оккупирована войсками Англии, Франции, а затем и Греции. Страны- победительницы при поддержке США не только отобрали все подвластные туркам территории, но и решили резко ослабить некогда мощнейшую державу мира. Таким образом, османский этап вестернизации закончился для Турции полным крахом.

Оккупация Османской империи, превращение султана в марионетку западных держав подняли население на национально-освободительную борьбу, которую возглавил Мустафа Кемаль. В кровопролитных сражениях, начавшихся в 1918 году, кемалистам удалось нанести поражение войскам султана и оккупантам. Победители объявили о создании Великого национального собрания Турции (ВНСТ) - нового парламента страны - и упразднили султанат. Чтобы разрешить явно затянувшийся конфликт, в 1923 году воюющие стороны собрались на международную конференцию в Лозанне.

стр. 26

Подписанный на конференции договор определил новые границы страны, на которых настаивало ВНСТ, но закрепил ряд уступок со стороны Турции западному капиталу. Так, правительство оставило за иностранными предпринимателями железные дороги, рудники и шахты, портовые сооружения и т.д., на которые были оформлены концессионные соглашения. Всего в 1924 году в Турции продолжали действовать 94 иностранные компании. Договор лишил страну права в течение десяти лет увеличивать таможенные пошлины, что было, безусловно, в интересах западных государств.

В октябре 1923 года, вскоре после вывода войск Антанты, прекратил свое существование султанат, и была провозглашена Турецкая республика, первым президентом которой избрали Мустафу Кемаля. На следующий год прекратил существование халифат. Начался новый этап форсированной вестернизации Турции.

Мустафа Кемаль был убежден, что первопричина отсталости и поражения империи в войне крылась в ее приверженности ко многим изжившим себя исламским догмам. Потому он настойчиво и систематически вводил такое законодательство, которое в конечном итоге должно было ослабить влияние ислама в стране. Уже в 1925 году ВНСТ приняло закон о закрытии завийе (религиозных обителей) и тюрбе (усыпальниц), в которых покоились почитавшиеся священными останки султанов и шейхов. Были запрещены мистические ордена - тарикаты, в том числе наиболее одиозные - накшбандия, мевлевийя, тиджанийя, а также влиятельные религиозные секты, например али-илахи, нусайриты; их собственность перешла в руки государства. Одновременно последовал запрет на ношение паранджи и другой средневековой одежды. Исламские школы - медресе были закрыты, а в государственных школах прекращено преподавание ислама. День отдыха граждан перенесли с пятницы на воскресенье.

В 1926 году ВНСТ приняло гражданский кодекс, который заменил собой шариат. Он, в частности, предусматривал ликвидацию многоженства и введение гражданских браков. Тюремное заключение ожидало тех, кто эксплуатирует религиозные чувства верующих, подстрекает население к действиям, представляющим угрозу государственной безопасности. Наказанию подлежали религиозные деятели, использующие ислам в политических целях. Был принят также уголовный кодекс, разработанный на базе итальянского. А в 1928 году ВНСТ, наконец, исключило из конституции положения о том, что государственной религией Турции является ислам. Страна стала светской республикой.

1929 год ознаменовался еще одним актом вестернизации: турецкий язык поменял арабский шрифт на латиницу, что, бесспорно, облегчало распространение грамотности среди населения. Коран был переведен на турецкий язык, и только на нем разрешалось обращаться к верующим с азаном - призывом к молитве. Арабский язык постепенно вытеснялся из религиозного и общественного обихода. В Турции ввели фамилии, и Мустафа Кемаль стал Ататюрком - "отцом турок".

Одновременно шло активное наращивание политических и торгово-экономических связей Турции с европейскими государствами. В 1924-1928 годах были установлены дипломатические отношения с Англией, Францией, Германией, а также с США. (Напомним, что дипломатические отношения между Турцией и Советской Россией установлены в 1920 году.) Турецкое правительство, стремясь восстановить доверие Европы, обязалось выплатить значительную часть прежних долгов. Действительно, "восстановленное доверие" позволило получать новые кредиты, которые, впрочем, стали отягощать старые, османские долги. Особая дружба вновь установилась между Турцией и Германией, которая заняла ведущее место в товарообороте страны, хотя первой по объему инвестиций в национальную экономику оставалась Франция, а второй - Англия. В 1932 году республика вступила в Лигу Наций, что также сблизило ее с государствами Запада.

Усиление влияния последних, навязывание "сверху" реформ в стране, где большая часть населения исповедует ислам и с недоверием относится к гяурам (немусульманам), вызвали недовольство и протесты. В 20-30-х годах в разных городах время от времени вспыхивали волнения. Иногда к подавлению традиционалистов привлекалась армия. Тем не менее, постепенно, исподволь, на образ жизни значительной части населения, особенно элиты, все большее воздействие оказывали западная культура, техника, товары.

Смерть Ататюрка в 1938 году не остановила процесс вестернизации, но заметно снизила его темпы. После того, как основатель республики был с небывалыми почестями похоронен в мавзолее в Анкаре, новой столице страны, соратники и последователи основателя республики постоянно клялись в верности его заветам. Однако уже складывались иная геополитическая обстановка в мире и совершенно другое положение внутри страны. Под воздействием внешних и внутренних факторов нарастал раскол в правящей элите и турецком обществе. Вестернизаторы и традиционалисты, перегруппировав силы, повели борьбу за альтернативные концепции развития, за приобщение к своим идеям масс населения.

НОВЫЕ КОЗЫРНЫЕ КАРТЫ

Еще в 30-х годах произошло, казалось бы, невероятное событие: европейская демократия в лице Германии и Италии породила фашизм. Другие западные государства пошли на создание антифашистской коалиции. После нападения фашистской Германии на СССР последний принял на себя всю тяжесть вооруженной борьбы и довел ее до победы.

В годы второй мировой войны Турция не скрывала своих симпатий к Германии и даже была на волоске от

стр. 27

начала военных действий против СССР. Но она не "положила яйца в одну корзину" и поддерживала торгово-экономические связи с западной частью антигитлеровской коалиции. Более того, в канун полного разгрома фашистской Германии Турция в феврале 1945 года объявила ей войну, в которой, не сделав ни одного выстрела, оказалась в числе победителей и стала членом ООН. Этот исторический акт послужил решающим отправным пунктом для дальнейшего сближения с США, а также с Англией и Францией.

В 1946 году с момента произнесения Черчиллем печально знаменитой речи в Фултоне началась "холодная война". Произошел новый раздел мира на два лагеря (часть стран "третьего мира" не скрывала своей ориентации на США или СССР). В сформировавшемся биполярном мире Турция проявила свою приверженность Западу, что обеспечило ей экономические и политические выгоды. С 1947 года, в соответствии с доктриной Трумена, а затем и планом Маршалла, она стала получать крупные кредиты и безвозвратные субсидии. В 1952 году Турция вступила в военный блок НАТО, а чуть позже - в Багдадский пакт, ставший после выхода из него Ирака в 1958 году СЕНТО. В дальнейшем последовало вступление в Международный валютный фонд (МВФ), Международный банк реконструкции и развития (МБРР), Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ), а с 1963 года она стала ассоциированным членом Европейского союза (ЕС), рассчитывая на скорейшее полное членство в этом сообществе. Правда, эти акции все больше связывались в Турции с целым рядом прагматических целей: с получением льготной экономической помощи от Запада, предоставлением льгот при вывозе товаров, а затем и при экспорте рабочей силы. Но какие бы цели ни преследовала Турция, речь шла об экономической и военной интеграции в западные структуры.

Начиная с 50-х годов вплоть до настоящего времени, высшие офицеры турецкой армии, крупные чиновники государственного аппарата и часть интеллигенции получали образование или заканчивали курсы повышения квалификации в странах Северной Америки или Западной Европы. Сформировалась и мощная прослойка торгово- промышленной буржуазии, особенно в Стамбуле, Измире и других городах, которая делала крупный бизнес на экспортно- импортных операциях с западными компаниями. Эти слои общества и составили социальную базу сторонников дальнейшей вестернизации Турции. Значительная часть турецкого социума, ориентированного на Запад, овладела английским или немецким языком. Подлинным гарантом вхождения Турции в западную цивилизацию стала армия, которая, например, в 1971 и 1980 годах совершала государственные перевороты, едва почувствовав угрозу прозападному курсу турецкой элиты.

В экономику Турции пошел капитал транснациональных корпораций (ТНК). В стране было создано множество филиалов иностранных компаний и смешанных предприятий, развернувших деятельность в промышленности и сфере услуг. Улучшение отношений с СССР позволило использовать еще и советскую помощь, приступить к индустриализации страны. Постепенно вектор сближения с Западом переместился с США на ЕС, в котором возрастающую роль играла ФРГ.

ВНП, несмотря на отдельные экономические (и политические) катаклизмы в стране, увеличивался на четыре-пять процентов ежегодно. Еще более высокими темпами возрастал товарооборот со странами ЕС, который превысил половину всего объема внешней торговли. Причем, если в 1950 году на долю промышленных товаров приходилось около 10 процентов турецкого экспорта, то к концу 90-х годов - почти 90 процентов. Эти достижения стали важной козырной картой в аргументах вестернизаторов, особенно торгово- промышленной буржуазии Западной Турции.

Новая ситуация возникла с окончанием "холодной войны" и распадом СССР. Турецкие политики и предприниматели устремились на северо-восток, где на территориях бывших советских республик сосредоточены колоссальные запасы нефти, газа, цветных металлов, в которых остро нуждается как турецкая, так и западная экономика. Однако собственные возможности Анкары по освоению среднеазиатского и закавказского регио-

стр. 28

нов оставались ограниченными. Поэтому Турция предложила себя странам Запада в качестве "моста", по которому в одну сторону пойдут товары и капиталы, в другую - сырье.

Необходимость объединения усилий по вовлечению в сферу своего влияния огромных территорий Кавказа и Центральной Азии требовала еще большего экономического и политического сближения Турции со странами западного мира. Бесспорно, Турция в новых условиях приобрела для стран Запада дополнительную ценность. В частности, на нее возлагают надежды в деле использования нефти Каспийского моря. При этом Турция совместно со странами Запада все сделала для того, чтобы вытеснить Россию и перенаправить потоки нефти с трубопровода Баку - Новороссийск на проектируемый нефтепровод Баку - Джейхан (турецкий порт на Средиземном море). На прошлогоднем саммите ОБСЕ в Стамбуле эта антироссийская позиция была закреплена официальными соглашениями между Турцией, Азербайджаном, Туркменией, Казахстаном и Грузией о строительстве нефтепровода Баку - Джейхан и транскаспийского газопровода. До реализации этого проекта еще далеко, но цель поставлена.

КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ ТРАДИЦИОНАЛИСТОВ

Как ни странно, возрождению традиционных ценностей способствовали демократические реформы, поощряемые странами Запада. В частности, после второй мировой войны в Турции было разрешено создание различных партий, кроме уже существовавшей Народно-республиканской партии, учрежденной Ататюрком. Тогда стали возникать организации новых направлений, в том числе исламские. Их неоднократно законодательно запрещали, но они возникали вновь под другими названиями, причиняя немало неприятностей светскому руководству страны. Так, лидер одной из таких партий - Национального спасения (впоследствии - Партии благоденствия - ПБ) Эрбакан открыто призывал к восстановлению исламских традиций и обычаев. Более того, представители ПБ неоднократно входили в состав коалиционных правительств и стремились "сверху" создать условия для исламизации республики. Последователи Ататюрка, боясь потерять голоса верующих избирателей, молча взирали на возрождение упраздненных ими традиционных институтов и заигрывали с исламистами.

В 1947 году в стране вновь открылись медресе и было разрешено паломничество в Мекку. В 50-х годах возобновилось строительство новых, и развернулся ремонт старых мечетей. Коран вновь стали издавать и читать на арабском языке. В университете Анкары открылся факультет богословия. Одновременно формировалась мусульманская интеллигенция, духовные лидеры которой получали образование в исламских университетах Египта или Саудовской Аравии. ПБ добивалась уравнивания в правах дипломов светских и исламских институтов, а также узаконения права выпускников исламских вузов работать в государственных учреждениях, включая МИД.

Если турецкие вестернизаторы получали мощную поддержку от государств Запада, то с середины 70-х годов не меньшую поддержку стали получать и традиционалисты от исламских стран Ближнего и Среднего Востока. В 1973 году нефтедобывающие страны - Саудовская Аравия. Кувейт. Ирак и другие - впервые использовали нефть в качестве рычага политического и экономического воздействия на государства Запада. Они, с одной стороны, прекратили поставки нефти наиболее ярым сторонникам Израиля, а с другой, начали многократно поднимать цены на продаваемое углеводородное сырье. И Турция, импортировавшая нефть, остро ощутила свою уязвимость и зависимость от новых

стр. 29

стран-кредиторов. Она стала прагматично искать пути улучшения отношений с государствами-экспортерами нефти; среди которых главенствующую роль играет Саудовская Аравия.

Другим мощным фактором внешнего воздействия стали события в Иране. В течение ряда лет иранский шах проводил так называемую "белую революцию", утверждая, что это попытка ускоренной вестернизации страны. Однако переориентация на Запад не была принята народом, что и явилось одной из причин осуществленной в 1979 году исламской революции. Шах был вынужден бежать из страны, а новые лидеры государства "возвратили" населению исламские ценности. При этом духовные лидеры Ирана открыто выступали за экспорт исламских идей, в том числе в Турцию. Не только местные, но также и мусульманские общины в странах Западной Европы (где находилось несколько миллионов турецких рабочих) стали получать поддержку от Ирана, Саудовской Аравии и некоторых других нефтеэкспортирующих стран.

Внешний фактор и здесь оказался весьма действенным. Светская Турция вступила в Организацию исламская конференция (ОИК), где нередко обсуждались антизападные вопросы. А когда в 1996 году премьер-министром стал Эрбакан, Турции удалось создать "мусульманскую восьмерку". В ее состав вошли Турция, Египет, Иран, Пакистан, Бангладеш, Индонезия, Малайзия и Нигерия. Более того, мусульманские СМИ стали широко обсуждать проекты турецкого премьер-министра о создании "исламского общего рынка", исламского НАТО и даже исламской ООН. Это был вызов уже не столько местным вестернизаторам, сколько всему западному миру.

По требованию верховного командования армии Эрбакан был смещен в 1997 году с поста главы правительства. В 1998 году Конституционный суд запретил ПБ (которая тут же зарегистрировалась под наименованием Партии добродетели) и лишил престарелого Эрбакана права заниматься политической деятельностью в течение пяти лет.

В то же время против правительственного курса вестернизации выступили не только исламские традиционалисты, но и местные националисты, увидевшие в процессе глобализации угрозу утери самобытности и суверенитета страны. С конца 80-х годов они развернули резкую критику стран Запада и результатов навязанных Турции реформ.

В частности, в печати выражалось резкое недовольство методами приватизации государственной собственности. Дело в том, что от продажи в 1984-1994 годах государственных предприятий страна получила всего 2,5 миллиарда долларов вместо планировавшихся 60 миллиардов. При этом распродажа привлекла не только местных, но и зарубежных олигархов. В результате значительная часть промышленных и финансовых предприятий оказалась полностью или частично под управлением зарубежных компаний, что оскорбляет чувства турецких патриотов, даже если дела на этих предприятиях идут лучше, чем в "стопроцентно турецких" субъектах хозяйствования.

Еще один объект критики - структура турецкого экспорта. В отличие от развитых западных стран, доля машиннотехнических изделий в нем сравнительно скромна. К тому же 40-50 процентов экспорта в стоимостном выражении приходится на текстильные товары, 10-15 -

стр. 30

на сельскохозяйственную продукцию (в основном, это - живой скот, свежие фрукты и орехи), 2-4 процента - на изделия из кожи.

Наиболее жесткой критике со стороны оппозиции подвергается политика, приведшая к росту внешней задолженности. Иностранные кредиты, как известно, везде играют неоднозначную роль, все дело в том, как ими распорядиться. С одной стороны, они способствуют развитию тех или иных отраслей национального хозяйства, повышают их технологический уровень. С другой, форсируют расширение производства тех товаров, в которых нуждается не страна-производитель, а кредитор, то есть приспосабливают экономику к потребностям ТНК, которые, кстати, и диктуют цены, как на экспортные, так и на импортные товары. Внешнеторговый оборот постоянно сводился с дефицитом, для покрытия которого требовались все новые займы. В результате внешняя задолженность страны возросла с 11,4 миллиарда долларов (254 доллара на душу населения) в 1980 году до 89,2 миллиарда долларов (1350 долларов на душу населения) в 1997 году. Критически настроенные оппозиционеры получили основание утверждать, что современная Турция опутана сетями финансовой зависимости от Запада куда больше, чем когда-то Османская империя.

В этих условиях оппозиция не замедлила начать новые широкомасштабные атаки на вестернизаторов, ставя перед ними острые вопросы: "Почему экономика Турции, в которой хозяйничают пять ТНК, считается, по мнению ЕС, отсталой, а ее продукция - не соответствующей европейским стандартам?", "Почему ВНП, приходящийся на душу населения, в 1997 году составлял в Турции три тысячи долларов, а в странах ЕС - 28 тысяч?" и вообще "Есть ли у Турции малейшая перспектива занять достойное место в западном мире?"

Ныне заметно усилилась критика западной культуры, которая упорно насаждается в ущерб национальной. Многие здравомыслящие люди требуют запретить пропаганду секса, насилия и убийств, распространяемую прозападными СМИ. Утверждается, что восхваление американского образа жизни совершенно неприемлемо для турецкого народа. В то же время даже правящая элита усердно изыскивает и возвращает к жизни давно забытые общетюркские праздничные даты. Уже начали восстанавливать древнетюркские обычаи и традиции, хотя они нередко связаны с язычеством или шаманством. Одновременно усиливается мнение, что возврат Турции на путь истинного ислама поможет ей решить насущные проблемы. В обществе растет убеждение, что государству следует переориентироваться с "общечеловеческих" на исламские ценности.

***

За два века ломки цивилизационной ориентации в Турции так и не произошло радикальной вестернизации. В то же время вряд ли можно рассчитывать на полный возврат к традиционализму. Можно предположить, что Турция, находящаяся в Европе и Азии, придет к некой новой цивилизации, в которой традиционные восточные ценности все-таки будут доминировать над западными.

Постоянный адрес данной публикации: