Отношения между Россией и Вьетнамом имеют уже почти шестидесятилетнюю историю. Возникнув на начальном этапе "холодной войны" [Огнетов, 2004, с. 69 - 83; Конорева, 2008, с. 84 - 89], они прошли в своем развитии несколько этапов. На первом из них (январь 1950 - июль 1954 г.) СССР признавал правительство образованной в 1945 г. Демократической Республики Вьетнам (ДРВ), а созданное в 1949 г. французами Государство Вьетнам игнорировал. Советские представители неоднократно выступали против членства в ООН Государства Вьетнам, а также соседних с ним Камбоджи и Лаоса [подробнее см.: Селиванов, 2006, с. 92 - 100].

Основываясь на материалах из фондов Архива внешней политики Российской Федерации (АВП РФ) и Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ), мы попытались восстановить основные события, связанные с открытием в Москве первого посольства ДРВ.

В отечественной литературе можно встретить утверждение, что "Москва до 1954 года практически не имела... никаких связей ни с Ханоем, ни с Хюэ (императорская столица Вьетнама), ни с Сайгоном - важным экономическим центром на юге Индокитайского полуострова - столицей Кохинхины" [Ильинский, 2005, с. 17].

Действительно, в январе 1950 г. СССР декларировал сам факт признания ДРВ, не принимая во внимание негативную реакцию Франции в данном вопросе. Кроме того, официальная столица ДРВ, Ханой, была под контролем французских войск, и в силу этого обстоятельства открыть там советское дипломатическое представительство не представлялось возможным. В тот момент можно было говорить о признании "правительства в изгнании", тем более что с октября 1949 г. часть государственных учреждений ДРВ, включая МИД, располагалась на территории КНР, в Шанхае.

Статус будущего представительства был определен не сразу. Этот вопрос обсуждался 30 января 1950 г. (одновременно с вопросом об официальном признании ДРВ со стороны СССР) на заседании Политбюро ЦК ВКП(б). Было принято решение обменяться миссиями [РГАСПИ, оп. 3, д. 1079, л. 87]. На следующий день сообщение об этом появилось в центральных советских газетах [Правда, 1950; Известия, 1950]. По всей видимости, в СССР руководствовались прецедентом с Таиландом - единственной на тот момент страной Индокитайского полуострова, с которой были установлены дипломатические отношения. В Москве была аккредитована миссия Таиланда, а в Бангкоке - миссия СССР.

У руководства ДРВ была другая точка зрения по данному вопросу: еще 23 января в МИД СССР была направлена соответствующая нота, в которой выражалось желание обменяться не посланниками, а послами [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N ПО, п. 3, л. 2]. Вероятно, это было связано с тем, что при установлении дипломатических отношений ДРВ с КНР обе стороны договорились об обмене именно послами, а не

стр. 86
посланниками [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 2]. Официальный представитель ДРВ в Китае Фын во время бесед с послом СССР в Пекине Н. В. Рощиным также подтвердил желание его страны об обмене с СССР послами. Одновременно Фын передал просьбу своего правительства дать согласие на назначение главой представительства Нгуен Лыонг Банга [Бухаркин, 1998, с. 128].

И. В. Сталин к тому времени фактически передал коммунистическим лидерам Китая "кураторство" над национально-освободительными движениями в странах Индокитая, а интересы СССР в ДРВ поручил представлять посольству КНР в этой стране [РГАСПИ, оп. 3, д. 1080, л. 55]. Понятно, что в тех условиях это было простой формальностью, но данный факт дает определенные основания утверждать об отсутствии тогда прямых связей между СССР и ДРВ. Однако следует заметить, что посольство ДРВ в Москве появилось уже весной 1952 г. Данному событию предшествовали определенные процедуры, производившиеся в соответствии с нормами дипломатического права.

В докладной записке заместителя министра иностранных дел СССР А. А. Громыко на имя И. В. Сталина от 12 декабря 1950 г. было высказано предложение "дать согласие на назначение Нгуен Лыонг Банга Послом ДРВ в Советском Союзе". Отмечалось, что при этом следует воздержаться от назначения советского посла во Вьетнам, учитывая, что правительство ДРВ еще не имеет постоянного местопребывания [Бухаркин, 1998, с. 129]. С учетом сложной внутриполитической ситуации во Вьетнаме решением Политбюро ЦК ВКП(б), откладывалось назначение не только посла СССР в ДРВ, но и посла ДРВ в СССР. По мнению И. В. Бухаркина, для работников МИД данное решение, по-видимому, было неожиданным1.

В течение 1951 г. вопрос об обмене дипломатическими представителями не обсуждался, во всяком случае, нам не удалось выявить документов, подтверждающих данный факт.

30 декабря 1951 г. в очередной раз этот вопрос возник в связи желанием правительства ДРВ направить в Москву своего посла. Об этом И. В. Сталину доложил в своей записке А. А. Громыко. Через посла СССР в Китае Н. В. Рощина правительство Вьетнама просило сообщить, согласно ли правительство СССР принять посла ДРВ. А. А. Громыко высказал мнение, что "в связи с новым обращением вьетнамцев МИД СССР считает возможным дать согласие на назначение посла Вьетнама в СССР, не связывая, однако, этот вопрос с назначением советского посла в Демократическую Республику Вьетнам" [цит. по: Бухаркин, 1998, с. 129]. 31 декабря 1951 г. было принято решение ЦК ВКП(б) о принципиальном согласии Советского правительства на назначение посла ДРВ в СССР, о чем 1 января 1952 г. МИД СССР сообщил вьетнамской стороне [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 1].

Следующим шагом должна была стать процедура получения агремана. Под грифом "Совершенно секретно" на имя заместителя министра иностранных дел СССР В. А. Зорина от его непосредственного начальника А. Я. Вышинского поступил документ, содержавший проект письма по вопросу о даче согласия на его выдачу [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N ПО, п. 3, л. 2]. И хотя согласие было дано, агреман еще некоторое время не выдавался2. По всей видимости, это было связано с тем, что в ру-

1 Бухаркин И. В. - российский дипломат. В 1998 г. занимал должность заместителя директора Историко-документального департамента МИД РФ, президента международной ассоциации "Дипломатические архивы". В его статье приведены полные тексты ряда важных документов того времени с авторскими комментариями.

2 Об этом в записке под грифом "Совершенно секретно" сообщал зав. отделом Юго-Восточной Азии МИД СССР М. Бахитов: "Однако, агреман на вьетнамского посла Нгуен Лыонг Банга мы еще не выдали" [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N ПО, п. N 3, л. 1].

стр. 87
ководстве СССР перед тем, как это сделать, интересовались личностью первого посла ДРВ.

Когда по дипломатическим каналам в Москву поступила информация, что именно Нгуен Лыонг Банг будет назначен на должность посла, на него было собрано специальное досье, из которого становилось понятно, что этот человек имеет немалые заслуги в революционном движении Вьетнама, однако у него фактически отсутствует опыт дипломатической работы. В "Проекте письма в Инстанцию" сообщались основные сведения, касающиеся личности будущего посла: "Нгуен Лыонг Банг (возраст 50 лет) происходит из рабочих, с 1925 года участвует в революционном движении, с 1930 года состоит в Компартии, член ЦК Компартии Вьетнама. Представитель Вьетнама в Пекине Фын характеризует Нгуен Лыонг Банга как политически подготовленного и устойчивого коммуниста" [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 2]. Со стороны работников МИД СССР поступило предложение согласиться с кандидатурой главы дипломатического представительства Вьетнама.

К моменту принятия окончательного решения, по сообщению посла СССР в Пекине Н. В. Рощина, весь состав будущего вьетнамского посольства находился в Пекине, и МИД СССР счел, что следовало дать правительству ДРВ официальное согласие на назначение Нгуен Лыонг Банга послом ДРВ в СССР [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 3]. Проект постановления за подписью А. Я. Вышинского содержал следующую формулировку: "Поручить Министерству Иностранных Дел СССР сообщить Правительству Демократической Республики Вьетнам о согласии Советского Правительства на назначение Нгуен Лыонг Банга послом Демократической Республики Вьетнам в СССР" [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 4].

Для изменения отношения к ДРВ показательной, на наш взгляд, является служебная записка руководителей отдела Юго-Восточной Азии МИД СССР на имя заместителя министра иностранных дел А. Е. Богомолова, датированная 29 января 1952 г: "По случаю 2-й годовщины установления дипломатических отношений между Советским Союзом и Демократической Республикой Вьетнам (30 января 1950 г.) Хо Ши Мин прислал на имя тов. Сталина И. В. поздравительную телеграмму. В прошлом году было принято решение на аналогичную телеграмму Хо Ши Мина, поступившую 13 февраля, ответа не посылать. В этом году считали бы целесообразным ответить на его телеграмму, учитывая, в частности, предстоящее прибытие в Москву вьетнамского посла. Просим Ваших указаний" [АВП РФ, оп. 9, пор. N 3, инв. N 143, п. 2, д. 143-вн., л. 20].

Решение об организации посольства ДРВ в СССР влекло за собой увеличение расходов советской стороны, так как новому вьетнамскому посольству была нужна значительная материальная поддержка, поскольку руководство ДРВ было не в состоянии выделить необходимые для его нормального функционирования финансовые средства.

22 апреля 1952 г. министр иностранных дел СССР А. Я. Вышинский принял посла ДРВ Нгуен Лыонг Банга в связи с предстоящим вручением верительных грамот председателю Президиума Верховного Совета СССР Н. М. Швернику. Это был протокольный визит вежливости, но советский министр в его ходе успел поинтересоваться не только состоянием здоровья Хо Ши Мина, но и настроениями населения в освобожденных районах, а также количеством американских войск на территории Вьетнама, контролируемой режимом Бао Дая. В ходе беседы Нгуен Лыонг Банг подтвердил А. Я. Вышинскому информацию, которой в МИД СССР уже располагали: у него нет "никакого опыта" дипломатической деятельности и он, "несомненно, будет нуждаться в помощи" [АВП РФ, оп. 7, д. 4, п. 3, л. 1 - 2].

Спустя восемь дней на имя А. Я. Вышинского поступило следующее послание Нгуен Лыонг Банга: "Дорогой товарищ Вышинский. По указанию президента Хо Ши

стр. 88
Мина и Центрального Комитета нашей партии, я вношу на ваше рассмотрение вопрос об оплате расходов нашего Посольства в Москве. Особые условия нашей страны, ведущей борьбу, не позволяют нам в настоящее время содержать посольство за счет наших собственных средств". Нгуен Лыонг Банг обращался с просьбой о "периодической выдаче", раз в три месяца, субсидии, сумма которой должна будет каждый раз корректироваться (с согласия советской стороны) в соответствии с потребностями вьетнамских дипломатов для успешного осуществления их деятельности [РГАСПИ, оп. 137, д. 951, л. 27].

В специальном послании от 30 апреля 1952 г. в МИД СССР вьетнамский посол просил о предоставлении аванса в сумме 100 тыс. руб. "для неотложных текущих нужд". Из содержания данного документа становится понятно, что ранее советская сторона уже предоставляла материальную помощь: "Деньги, в сумме 35 тыс. руб., которые нам вручил тов. Рощин в Пекине, уже полностью израсходованы... аванс в сумме 100 тыс. руб. будет включен в субсидию, которая будет предоставлена нам на первый квартал" [РГАСПИ, оп. 137, д. 951, л. 28].

20 мая 1952 г. вопрос об оказании помощи посольству ДРВ в Москве стал предметом обсуждения на Политбюро ЦК ВКП(б), по итогам которого было принято постановление ""О предоставлении займа Правительству Демократической Республики Вьетнам на содержание Посольства в Москве":

1. Предоставить Правительству Демократической Республики Вьетнам, в связи с его просьбой, беспроцентный долгосрочный заем на содержание Посольства Вьетнама в Москве. Поручить МИД СССР провести переговоры с Посольством Вьетнама о сумме займа и условиях его погашения и внести по согласованию с Министерством Финансов СССР соответствующие предложения в Совет Министров СССР.

2. До предоставления займа выдать Посольству Вьетнама аванс в сумме 100 тыс. рублей, оформив выдачу аванса путем обмена письмами между МИД СССР и Посольством Демократической Республики Вьетнам.

3. Обязать Минфин СССР (т. Зверева) обеспечить выдачу Посольству Демократической Республики Вьетнам 100 тыс. рублей, в соответствии с п. 2 настоящего постановления" [РГАСПИ, оп. 3, д. 1094, л. 75].

21 мая 1952 г. Нгуен Лыонг Банг нанес визит В. А. Зорину, в ходе которого тот сообщил вьетнамскому послу, что в связи с его просьбой о предоставлении финансовой помощи для содержания в Москве вьетнамского посольства правительством СССР принято решение предоставить для этой цели правительству ДРВ долгосрочный беспроцентный заем. Сумма, срок и условия выплаты займа должны были быть определены путем переговоров между МИД СССР и вьетнамским посольством. В. А. Зорин пояснил, что форма займа на предложенных условиях "в наибольшей степени" отвечает достоинству заинтересованных сторон и что в прошлом СССР заключал соглашения о подобных займах с другими народно-демократическими странами. В. А. Зорин попросил посла подготовить свои предложения об условиях займа и указал, что по вопросу деталей соглашения о займе ему следует связаться с заведующим Отделом ЮВА МИД СССР М. Бахитовым, а до урегулирования деталей соглашения посольство может получить в счет будущего займа аванс в сумме 100 000 рублей. Для получения аванса посольству следует обратиться в МИД СССР с соответствующим письмом.

Вьетнамский посол выразил благодарность Советскому правительству за удовлетворение просьбы о финансовой помощи. Он особо благодарил за то, что советской стороной была предложена форма помощи, "уважающая достоинство Вьетнама". В заключение беседы заместитель министра иностранных дел СССР сообщил, что доклад посла о положении во Вьетнаме в настоящее время изучается. Нгуен Лыонг Банг, в свою очередь, выразил готовность дать дополнительные разъяснения по до-

стр. 89
кладу, если они потребуются [АВП РФ, оп. 7, д. 4, п. 3, л. 8 - 9]. 26 мая 1952 г. А. Я. Вышинский сообщил Нгуен Лыонг Бангу3 о том, что Советское правительство выделило денежные средства на содержание посольства в счет будущего займа Правительству ДРВ [Бухаркин, 1998, с. 129].

30 мая 1952 г. А. Я. Вышинскому был направлен проект соглашения о предоставлении ДРВ долгосрочного кредита на содержание вьетнамского посольства в Москве для последующего его рассмотрения Советом Министров СССР [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 7].

Взяв на себя роль помощника и советчика, СССР в некоторых случаях находил возможным корректировать планы вьетнамских коллег в деле расширения дипломатических контактов с другими странами. Примером, подтверждающим данное утверждение, может служить записка от 14 июня 1952 г. на имя В. А. Зорина, составленная ответственным работником аппарата МИД СССР С. С. Немчиной: "9 июня с.г. вьетнамский Посол в Москве Нгуен Лыонг Банг в беседе со мной поставил ряд вопросов, по существу которых докладываю Вам следующее:

1. Об обмене письмами между знатными людьми Вьетнама и советскими стахановцами.

2. Об организации обслуживания культурных нужд вьетнамских студентов в Москве.

3. О встрече Посла с тов. Торезом.

4. Об организации вьетнамского посольства в Праге" [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 5].

По мнению отдела Юго-Восточной Азии, расширение дипломатических связей ДРВ способствовало бы укреплению ее международного престижа. Однако организация вьетнамского Посольства в Чехословакии неизбежно потребует от руководства Чехословакии выделения необходимых средств из своего бюджета на содержание вьетнамского Посольства в Праге. В записке подчеркивалось, что "вьетнамскому Послу можно было в общей форме высказать наше частное мнение о том, что организация вьетнамских посольств в Праге и других странах, с которыми Вьетнам установил дипломатические отношения, конечно, будет способствовать укреплению международного положения Вьетнама, но что по этим вопросам вьетнамское правительство должно выяснить возможность организации своих посольств в той или иной стране непосредственно с заинтересованными странами" [АВП РФ, оп. 7, пор. N 7, инд. N 110, п. 3, л. 5 - 6].

В августе 1954 г., вскоре после окончания Женевского совещания по Индокитаю, в Ханое было открыто посольство СССР. 4 ноября того же года первый посол СССР в ДРВ А. А. Лаврищев вручил верительные грамоты президенту Хо Ши Мину.

В конце 60-х гг. XX в. СССР установил официальные контакты с оппозиционным сайгонским властям Временным революционным правительством Республики Южный Вьетнам, которое к тому моменту уже находилось под фактическим контролем ДРВ.

Объединение Вьетнама в одно государство произошло в 1976 г., и с этого времени наступил новый этап двусторонних отношений, характеризовавшийся тесными военно-политическими и экономическими связями. Объединенный Вьетнам при под-

3 Следует отметить, что должность первого посла ДРВ в СССР для Нгуен Лыонг Банга стала удачным стартом в его дальнейшей партийной и политической карьере. В разные годы он входил в Политбюро ЦК Компартии Вьетнама, занимал пост вице-президента СРВ. Скончался в 1979 г. В середине 1980-х гг. во Вьетнаме именами руководителей КПВ послевоенного периода - видных политических деятелей страны были названы улицы крупных городов. Такой чести удостоился и Нгуен Лыонг Банг [подробнее см.: Цветов, 2007, с. 441].

стр. 90
держке Советского Союза был принят в ООН (1977), а также стал (1978) членом Совета Экономической Взаимопомощи (СЭВ).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Архив внешней политики Российской Федерации (АВП РФ). Ф. 079.

Бухаркин И. В. Кремль и Хо Ши Мин. 1945 - 1969 гг. // Новая и новейшая история. 1998. N 3.

Известия. 31.01.1950.

Ильинский М. М. Вьетнамский синдром. Война разведок. М.: ЭКСМО, 2005.

Конорева И. А. СССР и дипломатическое признание Демократической Республики Вьетнам в январе 1950 года // Вопросы истории. 2008. N 2.

Огнетов И. А. Признание ДРВ (из истории советско-вьетнамских отношений // Восток (Oriens). 2004. N3.

Правда. 31.01.1950.

Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 17.

Селиванов И. Н. Проблема представительства Вьетнама в ООН во второй половине 40-х - конце 50-х гг. XX в. и позиция СССР (по архивным материалам МИД РФ) // Проблемы истории международных отношений в новое и новейшее время. Тамбов: Тамбовский государственный университет, 2006.

Цветов П. Ю. Роль политико-идеологического фактора в формировании топонимии городов Вьетнама // Три четверти века. Д. В. Деопику - друзья и ученики. М.: Памятники исторической мысли, 2007.

Постоянный адрес данной публикации: