(К 15-летию установления Советской власти на Дальнем Востоке и разгрома иностранной интервенции)

Первые известия о победе Великой пролетарской революции в Петрограде не могли не вызвать в капиталистических кругах всего мира чувства вражды и страха. Причины этого Ленин образно охарактеризовал в одной из своих речей в феврале 1918 г.: "У них одна мысль: как бы искры нашего пожара не перепали на их крыши"¹ . Старый мир был потрясен в своих основах. Революция угрожала дальнейшему существованию мировой буржуазии. "Мировое значение Октябрьской революции, - указывал Сталин, - состоит не только в том, что она является великим почином одной страны в деле прорыва системы империализма и первым очагом социализма в океане империалистических стран, но также и в том, что она составляет первый этап мировой революции и могучую базу ее дальнейшего развертывания"² .

Сразу же после Великой пролетарской революции империалисты начинают разрабатывать планы интервенции. Их замыслы нашли отражение на страницах иностранной печати, уже 8 ноября 1917 г. английская газета "Морнинг пост" ставила вопрос о необходимости союзнической интервенции и об участии в ней Японии и США.

"Перед союзниками лишь одна задача - установить какими-нибудь средствами связь с русским народом и теми его элементами, которые остаются верными союзникам. Мы полагаем, что эта работа может быть выполнена дружественным сотрудничеством США и Японии"³ .

О настроении Японии в этот период свидетельствует информация, помещенная в газете "Таймс": "Тревожные сведения из России создали повышенное настроение, вызвавшее падение бумаг на бирже. Господствует всеобщее ожидание правительственных действий в согласии с желаниями союзников..."⁴ .

Останавливаясь на вопросе о ходе установления советской власти на местах, товарищ Сталин писал: "Революция, начатая в центре, не могла долго оставаться в рамках узкой территории центра. Победив в центре, она неминуемо должна была распространиться на окраины. И, действительно, революционная волна с севера с первых же дней переворота разлилась по всей России, захватывая окраину за окраиной"⁵ .

На Дальнем Востоке переход власти в руки советов произошел не сразу и затянулся в некоторых местах до марта 1918 года. Большеви-

¹ Ленин. Соч. Т. XXII, стр. 249.

² Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 101. 10-е изд.

³ "Морнинг пост" от 8 ноября 1918 года.

⁴ "Таймс" от 13 ноября 1918 года.

⁵ И. Сталин "Об Октябрьской революции" стр. 6. М. Партиздат. 1932.

кам и на Дальнем Востоке пришлось вести упорную борьбу с меньшевиками и эсерами, захватившими после февральской революции основные позиции в советах. На I краевом съезде Дальнего Востока, происходившем во Владивостоке в мае 1917 г., преобладали эсеры и меньшевики. Приблизительно такая же картина была на II краевом съезде советов в августе 1917 года. Естественно, что эти советы активно поддерживали Временное правительство, играя наруку контрреволюции. "Мы знаем случаи, - говорил товарищ Сталин, - когда советы рабочих и солдатских депутатов поддерживали на известный период контрреволюцию против революции. Так было дело у нас, в СССР, например, в июле 1917 г., когда советами руководили меньшевики и эсеры и советы прикрывали контрреволюцию против революции"¹ .

18 - 20 октября 1917 г.² во Владивостоке состоялась II краевая партийная конференция большевиков³ , на которой присутствовало 15 делегатов. Конференция отметила, что за короткий срок, особенно после корниловских событий, в массах произошел огромный революционный подъем, свидетельствовавший об исключительной популярности большевистских лозунгов. В связи с тем, что состав местных советов к этому времени не отражал интересов масс, большевики провели большую кампанию по организации перевыборов советов. 18 ноября в результате перевыборов большевики получили большинство в новом исполкоме Владивостокского совета. 1 декабря Владивостокский совет принял резолюцию о переходе власти в руки советов и признании Совнаркома. Почти одновременно власть к совету перешла и в Никольске-Уссурийском.

6 декабря в Хабаровске и 7 декабря во Владивостоке состоялись вооруженные демонстрации местного гарнизона с требованием передачи всей власти в руки советов. 12 декабря Владивостокский совет вновь подтвердил решение о переходе всей власти в руки советов.

В Харбине и в полосе отчуждения Китайской восточной железной дороги (КВЖД) местный совет объявил себя 12 декабря 1917 г. единственным органом власти. Просуществовал он, однако, недолго. 26 декабря при соучастии консульского корпуса китайские войска совместно с белогвардейцами разогнали Харбинский совет и начали разоружение революционно настроенных воинских частей по всей линии КВЖД. Полоса отчуждения КВЖД и Харбин превратились с этого времени в один из очагов контрреволюции на Дальнем Востоке, где формировались на деньги интервентов белогвардейские отряды.

19 декабря Хабаровский совет принял постановление о признании власти Совнаркома и перевыборе советов. 25 - 28 декабря в Хабаровске заседал III дальневосточный краевой съезд советов, большинство в котором принадлежало большевикам и левым эсерам. Было вынесено решение о передаче всей власти в руки советов.

Краевой съезд вынес также постановление о введении рабочего контроля над промышленностью, 8-часовом рабочем дне, организации комиссариата труда и т. д.

В течение декабря 1917 г. большая работа была проведена также по организации Красной гвардии. 21 ноября Владивостокским советом было вынесено специальное постановление в этом направлении. 1 де-

¹ И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 519. 10-е изд.

² Все даты в статье по новому стилю.

³ Первая краевая конференция РСДРП состоялась 18 сентября 1917 г. в Никольске-Уссурийском. Из присутствовавших 15 делегатов, представлявших 4700 членов партии, 11 делегатов были большевиками. На этой конференции произошло окончательное размежевание между большевиками и меньшевиками.

кабря советом был утвержден устав Красной гвардии, а 13 декабря состоялось первое общегородское собрание красногвардейцев, и был избран ЦК Красной гвардии. Большая работа по организации Красной гвардии была проведена и в других местах области. Так, например вопрос об организации Красной гвардии разбирался на заседании Хабаровского совета 19 декабря 1917 года.

Если власть советов в значительной части Приморья и в Хабаровске установилась в ноябре - декабре 1917 г., то в Амурской и Забайкальской областях этот процесс несколько затянулся. Отрицательную роль в этом отношении сыграло, между прочим, оппортунистическое руководство некоторых партийных организаций, как например Читинской, где одно время подвизались троцкист Е. Преображенский и ряд лиц, разделявших штрейкбрехерские позиции расстрелянных ныне врагов народа - Зиновьева и Каменева¹ .

Подобное положение вещей нашло выражение в том, что в Чите 4 января 1918 г. был организован так называемый "народный совет" на основе коалиции представителей местного совета и земского и городского самоуправления. Естественно, что такого рода коалиция не могла организовать должного отпора контрреволюционным бандам, зашевелившимся в самой Чите и в остальном Забайкалье. Более того, "народный совет" в известной мере стал прикрытием и пособником этой контрреволюции. Только 16 февраля 1918 г. силами Красной гвардии, при поддержке прибывшего с фронта революционного казачества, "народный совет" был ликвидирован и Читинский совет смог приступить к советизации области. 24 марта 1918 г. третий съезд советов Забайкальской области объявил о переходе власти в руки советов. Было вынесено также решение об организации Красной армии и упразднении сословных привилегий казачества.

В Амурской области власть к советам также перешла далеко не сразу: в городе Свободном власть перешла в декабре 1917 г., в Зее - в начале января 1918 года. В Благовещенске, где было сильно влияние меньшевиков и эсеров и связанной с ними казачьей верхушки, переход власти в руки советов несколько задержался. Тем не менее, благовещенские рабочие, солдаты и матросы уже в конце октября 1917 г. организовали демонстрацию с требованием передачи всей власти в руки советов. Однако власть в Благовещенске фактически оставалась еще в руках атамана Гамова, который издал 21 ноября 1917 г. приказ, объявлявший, что "ввиду перерыва связи с центром вся полнота власти сосредоточивается в руках казачьего войскового правительства"² .

Только 18 января 1918 г., после перевыборов, большевики получили большинство в Благовещенском совете. 1 февраля совет объявил себя высшим органом власти в области. Надо отметить при этом, что благодаря недостаточной решительности и активности руководства местного совета в Благовещенске продолжали свою деятельность контрреволюционное войсковое казачье правительство и местное земство. Своевременно они не были разогнаны.

25 февраля 1918 г. IV амурский областной крестьянский съезд в свою очередь признал единственной властью, как в центре, так и на местах советы. Съезд вынес постановление о немедленной организации Красной гвардии и Красной армии и послал приветствие Ленину. В этом приветствии говорилось: "Шлем крепкое рукопожатие мужи-

¹ См. подробности в статье А. Шурыгина "О читинской оппортунистической группировке Преображенского-Соколова в 1917 г." в журнале "Пропагандист-агитатор" N 8 за 1936 гол. Хабаровск.

² Газета "Амурское эхо" N 799 за 1917 год.

ка - поселенца далекой окраины - вождю всемирного пролетариата Владимиру Ильичу Ленину"¹ .

В ответ на переход власти в руки советов начался саботаж контрреволюционного чиновничества, в частности союза почтово-телеграфных, банковских и других служащих, действовавших по наущению меньшевиков и эсеров. Тем не менее, в ноябре - декабре 1917 г. посланные во все учреждения комиссары советов смогли наладить работу учреждений.

В других пунктах Дальнего Востока власть в руки советов перешла, в зависимости от тех или иных причин, приблизительно в то же время, что и в основных центрах Дальнего Востока, В конце февраля власть в руки советов перешла в Николаевске на Амуре, 15 марта 1918 г. - в Александровске на Сахалине; на Камчатке советская власть установилась в основном также к марту 1918 г., хотя в самом Петропавловске несколько раньше (22 января 1918 г.).

Давая оценку этому периоду распространения Великой пролетарской революции на местах, с октября 1917 г. до марта 1918 г., Ленин говорил о победном, триумфальном шествии большевизма из конца в конец громадной страны:

"С октября наша революция, отдавшая власть в руки революционного пролетариата, установившая его диктатуру, обеспечившая ему поддержку громадного большинства пролетариата и беднейшего крестьянства, с октября наша революция шла победным, триумфальным шествием. По всем концам России началась гражданская война в виде сопротивления эксплоататоров, помещиков и буржуазии, поддержанных частью империалистской буржуазии.

"Началась гражданская война, и в этой гражданской войне силы противников советской власти, силы врагов трудящихся и эксплоатируемых масс, оказались ничтожными; гражданская война была сплошным триумфом советской власти, потому что у противников ее, у эксплоататоров, у помещиков и буржуазии, не было никакой, ни политической, ни экономической опоры, и их нападение разбилось. Борьба с ним соединяла в себе не столько военные действия, сколько агитацию; слой за слоем, масса за массой, вплоть до трудящегося казачества, отпадали от тех эксплоататоров, которые пытались вести ее от советской власти"² .

*

С первых же дней Великой пролетарской революции Япония усиленно готовится при поддержке остальных своих союзников к проведению интервенции на Дальнем Востоке. Уже в конце ноября 1918 г. "Таймс" сообщал о посылке японских войск в Харбин³ .

В середине декабря 1917 г. буржуазной печатью сознательно распространялись слухи о якобы имевшем место десанте японских войск во Владивостоке⁴ . 4 января 1918 г. японское правительство приняло решение о посылке во Владивосток военного судна. Такое же решение было принято и английским правительством⁵ .

12 января 1918 г. во владивостокской бухте появился без всяких

¹ Газета "Благовещенские известия" от 17 марта 1918 года.

² Ленин. Соч. Т. XXII, стр. 390.

³ "Таймс" от 30 ноября 1918 года.

⁴ "Таймс" от 12 декабря 1917 г. и "Тан" от 13 декабря 1917 года.

⁵ "Foreign relations of the United States. 1918. Russia". Washington T II, стр. 84. 1932.

официальных предупреждений японский броненосец "Ивами", 14 января - английский крейсер "Суффольк", а 17 января - японский крейсер "Асахи". Это были первые вестники интервенции.

4 апреля 1918 г. во владивостокском отделении японской конторы "Исидо" были убиты двое японцев и один ранен. Убийство было совершено "неизвестными" с явно провокационной целью. На другой же день, 5 апреля, в расклеенном по городу объявлении командующий японской эскадрой извещал население о том, что события 4 апреля заставили его якобы для защиты жизни и имущества, подданных Японской империи высадить десант и принять меры, какие он считал соответствующими¹ . Начало интервенции было положено. 5 апреля в 6 часов утра, во Владивостоке был высажен первый десант японских войск в составе 2 рот. Днем было высажено около 60 человек английской морской пехоты, В правительственном сообщении РСФСР от 5 апреля 1918 г. по поводу японского десанта прямо и резко ставился вопрос о том, что "буржуазная Япония выступает как смертельный враг советской республики"² .

Придавая большое значение этому десанту, повод для которого был создан самими же японцами, Ленин совместно со Сталиным немедленно откликнулся на него телеграммой от 7 апреля 1918 г. на имя Владивостокского совета. В этой телеграмме наши вожди гениально предусмотрели те шаги, которые необходимо было сделать в связи с началом японской интервенции, в дальнейшем развертывании которой они не сомневались.

"Мы считаем положение весьма серьезным, - читаем мы в телеграмме, - и самым категорическим образом предупреждаем товарищей. Не делайте себе иллюзий: японцы, наверное, будут наступать. Это неизбежно. Им помогут все без изъятия союзники. Поэтому надо начинать готовиться без малейшего промедления и готовиться серьезно, готовиться изо всех сил. Больше всего внимания надо уделить правильному отходу, отступлению, увозу запасов и железнодорожных материалов.

"Не задавайтесь неосуществимыми целями. Готовьте подрыв и взрыв рельсов, увод вагонов и локомотивов, готовьте минные заграждения около Иркутска или в Забайкальи. Извещайте нас два раза в неделю точно, сколько именно локомотивов и вагонов вывезено, сколько осталось. Без этого мы не верим, и не будем верить ничему..."³ .

Японский десант, как и оказалось впоследствии, был только началом. 29 июня 1918 г. части обманутых своими офицерами чехословацких войск, находившихся во Владивостоке и готовившихся к эвакуации, по указке организаторов интервенции, при участии местной буржуазии, меньшевиков и эсеров захватили власть в свои руки. Исполком местного совета был арестован.

Дальнейшая кампания за развертывание интервенции на Дальнем Востоке привела уже не к единичным выступлениям японцев или чехословаков: 6 июля 1918 г. была подписана совместная прокламация представителями "союзного" командования во Владивостоке, в которой было объявлено, что "ввиду опасности, угрожающей Владивостоку и союзным силам, здесь находящимся, от открытой и иной работы австро-германских военнопленных, шпионов и эмиссаров, настоящим город и его окрестности берутся под влияние охраны союзных держав

¹ "Действия Японии в Приамурском крае". Сборник документов, стр. 11. Владивосток. 1921.

² "Известия" от 6 апреля 1918 года.

³ Ленин "Из эпохи гражданской войны", стр. 32. Партиздат. 1934.

и будут приняты все необходимые меры для его защиты, как от внешней, так и от внутренней опасности"¹ .

2 августа 1918 г. японское правительство издало декларацию, в которой указывало, что оно, "движимое чувством искренней дружбы к русскому народу", видя необходимость оказания помощи чехословакам и "стремясь к согласованию своих действий с желанием американского правительства, а также к согласованию совместно с союзниками в этой экспедиции, решило приступить незамедлительно к выделению соответствующих сил для предположенной, цели. Некоторое количество этих войск вслед за сим посылается во Владивосток..."² .

5 августа была опубликована соответствующая декларация США. 8 августа обратилось к "народам России" за подписью Бальфура британское правительство. 30 августа была выпущена декларация китайского правительства, 19 сентября - французская декларация и 3 октября - декларация итальянского правительства. Все они клялись в своей "любви к России" и необходимости в связи с этим... посылки своих войск на территорию Советской России. На Дальнем Востоке началась общесоюзная интервенция.

В августе - сентябре 1918 г. во Владивостоке высадилось до 100 тыс. союзных войск, причем численность одних японских войск была доведена до 72 тыс. человек. Ленин писал в этот период:

"Англо-японские капиталисты хотят восстановить власть помещиков и капиталистов в России, чтобы вместе делить добычу, награбленную в войне, чтобы закабалить русских рабочих и крестьян англо-французскому капиталу, чтобы содрать с них проценты по многомиллиардным займам, чтобы потушить пожар социалистической революции, начавшийся у нас и все более грозящий перекинуться на весь мир"³ .

Рабочие и грузчики Владивостока, Хабаровска, Читы, КВЖД и других железных дорог, горняки Сучана, Амурских и Забайкальских приисков немедленно откликнулись на выступление интервентов, организуясь для борьбы. Так, например, с образованием в июле 1918 г. Уссурийского фронта сюда стекались формировавшиеся повсюду отряды Красной гвардии. Центром формирования был Хабаровск, рабочие которого, в особенности грузчики, проявили колоссальную активность. Из Сучана в начале июля прибыли в Никольск-Уссурийский 2 отряда горняков. Все они горели желанием дать отпор наступавшим на Хабаровск войскам интервентов: чехословаков, французов, англичан, японцев, - а также бандам атамана Калмыкова.

Огромную роль в борьбе с организованными на территории Манчжурии белогвардейскими бандами казачьего атамана Семенова, предпринявшими еще в январе 1918 г. наступление на Забайкалье, сыграли совместно с революционными казачьими частями местные отряды Красной гвардии, особенно читинских рабочих. В начале марта и в мае 1918 г. этими отрядами под руководством любимого на Дальнем Востоке вождя партизан Сергея Лазо белые банды были разбиты и выброшены обратно в пределы Манчжурии.

В Благовещенске на Амуре в начале марта 1918 г. было также успешно ликвидировано контрреволюционное, гамовское выступление, в котором принимали участие и японские резиденты.

Однако под напором превосходивших своей численностью и во-

¹ "Действия Японии в Приамурском крае", стр. 12.

² См. декларацию в "Japan Year Book" за 1921 - 1922 годы, стр. 794.

³ Ленин. Соч. Т. XXIII, стр. 205.

оружением сил интервентов отрезанные от остальной Советской России дальневосточные отряды Красной гвардии и армии и руководящие партийные и советские органы вынуждены были в сентябре 1918 г. "борьбу с врагом организованным фронтом ликвидировать"¹ . Надо было готовиться к дальнейшей борьбе в новых условиях.

Власть советов пала под напором объединенных сил международной и внутренней контрреволюции, при самом активном участии меньшевиков и эсеров, шедших на любую подлость, дабы ликвидировать на Дальнем Востоке власть трудящихся. 1 сентября пала Чита, 4 сентября - Хабаровск, 18 сентября - Благовещенск.

Пятый съезд трудящихся Дальнего Востока, заседавший в Хабаровске 25 - 28 августа 1918 г., указал в своем постановлении, что "если же под напором огромных вражеских сил мы должны будем отойти от теперь занятых нами позиций, то сделаем это в последнюю минуту... для того, чтобы, собравшись со свежими силами, вновь ринуться на обнаглевших врагов..."² .

*

В одной из своих речей товарищ Сталин указывал, что "интервенция вовсе не исчерпывается вводом войск, и ввод войск вовсе не составляет основной особенности интервенции... Интервенция имеет более гибкий характер и более замаскированную форму", а именно "путем организации гражданской войны внутри зависимой страны, путем финансирования контрреволюционных сил против революции, путем моральной и финансовой поддержки своих... агентов против революции"³ .

Такими агентами "союзников" на Дальнем Востоке были многочисленные атаманы и генералы в лице атаманов Семенова и Калмыкова, генерала Хорвата, адмирала Колчака и др. И вполне точно английское министерство иностранных дел определяло роль и место этих агентов, когда сообщало своему представителю в Китае, что "Семенов и его войска составят весьма полезный с политической и военной точки зрения придаток ко всякой оккупационной армии, в случае союзнической или чисто японской интервенции в Сибири"⁴ .

Кем и на какие средства формировались на Дальнем Востоке с конца 1917 г. - начала 1918 г. белогвардейские отряды? О помощи деньгами, оружием и патронами, которая оказывалась японцами Семенову, сообщал, между прочим, на своем допросе Колчак⁵ .

Японская газета "Хоци" писала, что "без японской помощи Семенову не удастся справиться с большевиками"⁶ .

Японский представитель Сидехара официально заявлял на Вашингтонской конференции в 1922 г., что "Япония наряду с некоторыми из союзников начала помогать главе казаков... Японцам не хотелось оставлять своего друга... и они продолжали поддерживать связь с атаманом Семеновым"⁷ .

Многочисленные данные неопровержимо доказывали, что японцы

¹ См. решения урульгинской конференции партийных, советских и военных работников от 28 августа 1918 года. Сборник Дальистпарта N 2, стр. 101. 1924.

² Газета "Дальневосточные известия" N 160 за 1918 год.

³ И. Сталин "Об оппозиции". Статьи и речи, стр. 425. М. 1928.

⁴ "Foreign relations of the United States. 1918. Russia". Washington. Т. II, стр. 109. 1932.

⁵ "Допрос Колчака", стр. 110. Л. Гиз. 1925.

⁶ Газета "Дальневосточные известия" от 20 июни 1918 года.

⁷ . "Вашингтонская конференция", стр. 111. Изд. НКИД. М. 1924.

посылали Семенову (так же, как это делают в настоящее время итальянские и германские фашисты, помогающие генералу Франко) деньги, оружие, артиллеристов, инструкторов и т. д.

В связи с той поддержкой, которую оказывала Япония Семенову, НКИД отправил 24 апреля 1918 г. японскому правительству ноту, в которой указывал, что "значительное число японских граждан и даже официальных лиц принимает непосредственное участие в гражданской войне на стороне контрреволюционных элементов против правительства РСФСР.

"В последний раз мы обращаем внимание японского представителя на присутствие в шайке известного бандита, есаула Семенова, японских артиллеристов и на нахождение в этой шайке японских орудий. Мы указывали также на недопустимое вмешательство японского консула во Владивостоке в деятельность революционного суда.

"Опубликованные данные с неопровержимостью устанавливают широкое участие японских правительственных агентов "в контрреволюционной борьбе против российского правительства. Таковые действия Японии побуждают нас ныне же выяснить в форме, не оставляющей никаких сомнений, позицию токийского кабинета в отношении к правительству РСФСР и, в частности, намерено ли японское правительство в будущем поддерживать контрреволюционные элементы в России, либо оно пожелает немедленно же назначить гласное расследование деятельности некоторых своих агентов, отозвать безусловно уличенных и преподать остальным определенные инструкции.

"В противном случае правительство РСФСР должно будет принять против подобных агентов те же меры, какие принимаются против русских граждан - контрреволюционеров"¹ .

Помимо атаманов Семенова и Калмыкова интервенты делали ставку на генерала Хорвата. Так, например японское правительство неофициально предложило ему взять на себя единоличное руководство установлением порядка и организацией независимого сибирского правительства, обещая ему в этом полную поддержку.

В апреле 1918 г. в Харбине организуется "Дальневосточный комитет защиты родины и учредительного собрания", главную роль, в котором играл генерал Хорват. Харбин превращается, таким образом, в центр, где формируются контрреволюционные правительства и белогвардейские отряды.

16 апреля в Пекине организовалось контрреволюционное дальневосточное правительство во главе с Хорватом и Колчаком в роли военного министра. "Союзные представители в Китае, - пишет в своих воспоминаниях министр Колчака Гинс, - ознакомившись с идеей Д. Л. Хорвата (об организации борьбы с большевиками. - Г. Р. ), высказали ему полное сочувствие и готовность оказать самую действительную поддержку"² .

9 июля Хорват объявил себя всероссийским временным правителем и создал "деловой кабинет" во главе с кадетом Востротиным.

О поддержке и помощи японцев в этот период сообщал сам Хорват: "С самого начала формирования в полосе отчуждения Китайской восточной железной дороги добровольческих войск для борьбы с германо-большевизмом японское военное министерство помогало снабжением частей оружием, артиллерией и другими видами довольствия. После свержения советской власти со стороны японского пра-

¹ "Известия" от 26 апреля 1918 года.

² Г. Гинс "Сибирь, союзники и Колчак". Т. I, стр. 227. Харбин. 1921.

вительства последовало предложение об оказании более существенной материальной поддержки на случай формирования нами воинских частей на регулярных началах... Принимая во внимание, что этим способом достигается скорейшее восстановление русской армии, я предложение это принял, тем более что, отказавшись, я рисковал обострить отношения с японцами, с которыми, по моему мнению, необходимо поддерживать добрососедские отношения"¹ .

Во Владивостоке после чехословацкого контрреволюционного переворота 29 июня 1918 г. было организовано также претендовавшее на власть "Временное правительство автономной Сибири" во главе с правым эсером Дербером. Правительство это поддерживало тесную связь с интервентами и искало поддержки у японского правительства² . "Организовалось так называемое временное сибирское правительство из видных изменников рабочего дела, - писали "Дальневосточные известия". - Условились с иностранными капиталистами, как лучше расхищать богатство страны, закабаляя трудящихся в вечное рабство..."³ .

Помимо Семенова и Хорвата, по распоряжению английских военных кругов, был направлен на Дальний Восток и адмирал Колчак, который прибыл в Пекин, как он сам указывал, " марте 1918 года. Там был разработан план организации в полосе отчуждения КВЖД вооруженной силы под видом охраны этой полосы, а в действительности с целью использовать ее для контрреволюционных выступлений⁴ .

Изменники и предатели родины, агенты иностранного империализма, русские белогвардейцы вкупе с меньшевиками и эсерами направо и налево распродавали народное достояние. Будучи не в состоянии вести борьбу собственными силами, они искали поддержки у своих хозяев - интервентов. "За спиной этих контрреволюционных русских генералов, - указывал товарищ Сталин, - стояли империалисты Англии и Америки, Франции и Японии, без поддержки которых серьезная гражданская война в России была бы совершенно невозможна"⁵ .

*

Во время господства на Дальнем Востоке интервентов, атаманов, колчаковцев и прочей контрреволюционной своры рабочий класс потерял все добытые им в Октябре завоевания. Беспощадно закрывались рабочие организации, был увеличен рабочий день, снижена заработная плата. Рабочие подвергались арестам, пыткам, расстрелам.

Помимо расправы с рабочими японцы не переставали организовывать карательные экспедиции против мирного населения сел, деревень и станиц.

Занимая, некоторые селения, японцы сжигали их, а попавшее в их руки население почти целиком, от мала до велика, уничтожали.

Печальную известность получила, например, варварская расправа японцев с населением села Ивановки, Амурской области, имевшая место в марте 1919 года: село после бомбардировки было сожжено, среди жителей было убито и сожжено до 300 человек. Японский штаб в Благовещенске цинично назвал в выпущенном им заявлении расправу с Ивановкой "единственно целесообразной мерой".

¹ ЦАОР, ф. 135, д. N 678.

² См. публикацию в "Красном архиве" N 29, стр. 126.

³ Газета "Дальневосточные известия" от 2 июля 1918 года.

⁴ "Допрос Колчака", стр. 107.

⁵ И. Сталин "Об оппозиции", стр. 425.

Примеры расправ интервентов и белобандитов с мирным населением можно было бы увеличить до бесконечности. Приведем еще один. На станции Адриановна в Забайкалье (согласно показаниям американского полковника Морроу), "пленники, наполнявшие целые вагоны, выгружались, затем их вели к большим ямам и расстреливали из пулеметов... Апогеем казней было убийство за один день пленных, содержавшихся в 53 вагонах, всего более 1600 человек. Степанов (полковник, семеновский палач. - Г. Р. ) говорил, что он не может заснуть, если не убьет кого-нибудь в этот день. На следующий за резней день в Адриановну прибыл Семенов. Степанов ему доложил, и затем были банкет и пиршество"¹ .

В одном из своих обращений (январь 1920 г.) Амурский облисполком указывал, что "пепел вместо цветущих крестьянских деревень, разрушенные до основания железные дороги, груды бумажек вместо золота, миллионы вдов и сирот, десятки тысяч изуродованных, замученных в застенках и забитых до смерти раскаленными шомполами и нагайками людей, потоки невинной человеческой крови, всеобщий развал, безудержная спекуляция, умирающие от голода и отчаяния - вот результат хозяйничания буржуазных авантюристов и бандитов с Колчаком и Семеновым во главе..."² .

Различными способами боролся рабочий класс с интервенцией и контрреволюцией, начиная от саботажа, бойкота и забастовки и кончая участием в вооруженных восстаниях и партизанском движении.

Белогвардейцы и интервенты с ненавистью относились к большевикам и их организациям. Чтобы уничтожить последние, контрреволюция не останавливалась ни перед какими зверствами. Но ничто не могло уничтожить большевистского влияния на массы.

Находившаяся в глубоком подполье большевистская партия держала тесную связь с партизанскими отрядами, посылая для руководства своих крупнейших работников. "Партизанская борьба, - писал Ленин - есть неизбежная форма борьбы в такое время, когда массовое движение уже дошло на деле до восстания"³ .

В таежные базы была налажена постоянная переправа людей, оружия и средств. Происходившая во второй половине апреля 1919 г. III дальневосточная партийная конференция во Владивостоке разработала целый ряд мероприятий по руководству партизанским движением. Специальные решения об организации руководства партизанским движением приняла также всесибирская омская подпольная конференция 20 - 21 марта 1919 года.

Партизанское движение в своей основе не было стихийным. Большевистская партия организовывала партизанские отряды и руководила ими. Дезорганизующее, анархистское влияние сказывалось лишь в тех случаях, где большевистское руководство было недостаточным. Ядро партизанских отрядов составляли рабочие фабрик и заводов, горняки, грузчики. Вокруг них формировалась бедняцко-середняцкая масса дальневосточных сел, деревень и станиц. Местное население в своем подавляющем большинстве поддерживало партизан, - информировало их о войсках интервентов и белогвардейцев, помогало партизанам, скрывало их, снабжало продовольствием, одеждой, транспортом.

Большую роль сыграло также участие местных национальностей в партизанской борьбе. Рабочие и крестьяне - буряты, корейцы, ки-

¹ Газета "Нью-Йорк трибюн" от 13 апреля 1922 года.

² ЦАОР, ф. 342, д. N 7, л. 200.

³ Ленин. Соч. Т. X, стр. 84.

тайцы, эвенки (тунгусы) и другие - активно боролись вместе с дальневосточным пролетариатом против ига интервентов и белогвардейцев. Плечом к плечу со всеми принимали участие в борьбе и большевистски настроенные группы из числа бывших военнопленных, находившихся в дальневосточных лагерях. Немало погибло на Дальнем Востоке мадьяр, немцев, австрийцев, чехов и др. в борьбе за власть советов.

Быстро росли партизанские отряды, из мелких и небольших создавались постепенно целые полки и даже армии. Борьба шла за восстановление советской власти, за проведение в жизнь лозунгов Великой, пролетарской резолюции. Несмотря на оторванность от остальной Советской России дальневосточные партизаны являлись одним из отрядов бойцов, ведших борьбу за торжество социализма. Действуя в белогвардейском тылу, они сделали очень много для нарушения нормальной деятельности тыла, что не могло не оказать своего влияния на ту борьбу, которую вела Красная армия с Колчаком на Урале и в Сибири.

Интервентам и белобандитам было о чем призадуматься, когда, например, в Ольгинском уезде, Приморской области, установилась в апреле 1919 г. советская власть, когда мобилизация, объявленная Колчаком в Приморье, потерпела крах, так как население предпочитало уходить в ряды партизан.

На первом повстанческом съезде трудящихся Приморской области 23 мая 1919 г., происходившем в селе Анучине, была вынесена резолюция, что "истинно народной, наиболее желанной для рабочих и крестьян и всех трудящихся властью является только власть советов рабочих и крестьянских депутатов..."¹ .

В конце июня 1919 г. в селе Сергеевке состоялся первый съезд трудящихся Ольгинского уезда. Был избран уездный исполком, а командующим партизанскими отрядами утвержден С. Лазо, организовавший борьбу против интервентов на Сучане, в Приморье. "Рядом с именами Чапаева и Щорса, - писала "Правда", - имя Лазо огненными буквами вписано в историю социалистических побед..."² .

Успешно шла борьба и на Амуре. Так, например, во второй половине сентября 1919 г. был избран в селе Ромны "Таежный исполком", которому фактически принадлежала власть в Амурской области.

Дезорганизуя белогвардейский тыл, рабочие не раз применяли стачки. В июне и июле 1919 г. волна стачек охватила значительную часть Приморья, забастовали также рабочие КВЖД. В одной из прокламаций подпольного районного железнодорожного комитета РКП(б) во Владивостоке (декабрь 1919 г.) мы читаем: "Товарищи-железнодорожники! Вы нерв страны, ее главная питательная артерия. Ваша работа важнее целых армий, так как без сообщения враги трудящихся остались бы, беспомощны. На вас лежит важнейшее дело самоорганизации и организационной помощи революционному пролетариату.

"Товарищи, организуйте связь и ячейки на местах, связывайте их с главными группами, через последних с партийными, коммунистическими организациями, работайте, пусть каждый внесет свою лепту в дело общего освобождения..."³ .

Помимо стачек в городах и на железных дорогах партизаны постоянно нарушали нормальную деятельность Уссурийской, Амурской и других железных дорог. В конце августа 1919 г. был произведен,

¹ ЦАОР, ф. 342, д. N 7, л. 71.

² "Правда" от 11 ноября 1936 года.

³ ЦАОР, ф. 3778, д. N 1.

например, знаменитый "капитальный ремонт Амурки", когда партизанские отряды одновременно в разных местах успешно разрушили Амурскую железную дорогу, надолго выведя ее из строя¹ .

Не только в Приморье и на Амуре, но и в Забайкалье и Прибайкалье партизаны держали в вечном страхе интервентов и белобандитов, предпочитавших держаться поблизости к своим крупным базам, В глубь страны, объятой пламенем восстания, они лезть не рисковали, зная, что это обходится им очень и очень дорого. На Сучане, на Имане и в других местах Приморья, под Виноградовкой, Чудиновкой² и другими селами и деревнями на Амуре, под Богдатью в Забайкалье и т. д. подчас плохо вооруженные и одетые партизанские отряды не раз били и уничтожали "непобедимую" японскую императорскую армию.

*

К концу 1919 - началу 1920 г. потерпели поражения на основных фронтах Советской республики Колчак, Деникин, Юденич. Провалились, по определению товарища Сталина, первые два похода Антанты (весна и осень 1919 г.) против Советской России.

Победы Красной армии на всех фронтах и, в частности в Сибири" привели к улучшению международного и внутреннего положения Советской России. Среди представителей капиталистического мира стали раздаваться голоса о необходимости возобновления торговых отношений с Советской Россией. 16 января 1920 г. Верховный союзный совет постановляет снять блокаду с Советской России и отозвать свои войска из Сибири. Правительство США еще 5 января 1920 г. выносит решение об эвакуации своих войск.

Серьезное влияние на решение об эвакуации иностранных войск оказали также начавшиеся среди них недовольство и брожение, чему Ленин придавал большое значение. В своей речи на московской губернской партконференции он говорил:

"В продолжение трех лет на территории России были армии английская, французская, японская. Нет сомнения, что самого ничтожного напряжения сил этих трех держав было бы вполне достаточно, чтобы в несколько месяцев, если не несколько недель одержать победу над нами. Если нам удалось удержать это нападение, то лишь разложением во французских войсках, начавшимся брожением у англичан и японцев"³ .

В одном из документов, относящихся к февралю 1920 г., герой гражданской войны на Дальнем Востоке С. Лазо приводил данные и революционном настроении среди японских солдат. Пребывание японских солдат на территории Советской России не могло не оказать на них революционизирующего влияния. "Японцы укращают себя красными ленточками, и были случаи, когда японские солдаты срывали с себя погоны, и т. д. В Никольске режим у японцев очень строгий. Почти никого не выпускают из казарм. Однако имели место случаи такого рода: японский солдат появился на базаре с красным бантом, который с гордостью показывал прохожим. При приближении же своего офицера он на время снимал бант либо закрывал его рукой. В Никольске уже распространяли листовки на японском языке, япон-

¹ См. подробности в сборнике "Таежные походы", стр. 310. М. 1935.

² Здесь, например, погиб целый японский батальон, были захвачены несколько орудий и пулеметов, винтовки и другое вооружение. Такие случаи были не единичны.

³ Ленин. Соч. Т. XXV, стр. 485.

ские солдаты брали их с громадным удовольствием, и даже сами показывали их русским с чувством гордости. Установлен даже способ передачи листовок: они передаются ночью японским патрулям. Получены достоверные сведения о переходе в Амурской области 10 японских солдат на сторону партизан. Все это определенно говорит нам, что и японская армия не такая железная, как это нам кажется"¹ . Японскому командованию неоднократно приходилось сменять ненадежные дивизии и заменять их новыми.

Старейший руководитель японской компартии покойный Сен Катаяма писал, что "японские солдаты, вернувшиеся из Сибири, дали верное освещение революции, прямым результатом чего было то, что эти солдаты часто становились во главе крестьянского движения в Японии..."² .

Международная обстановка того времени, приводившая к известной изоляции Японии, успехи Красной армии и мощный размах, который приняло партизанское движение, - все это заставило также и японцев учесть сложившиеся условия, изменить линию своего поведения и приступить к частичной эвакуации и перегруппировке своих войск.

В январе 1920 г., согласно решению владивостокской подпольной конференции большевиков, развернулась работа по подготовке восстания. Одним из главных руководителей был С. Лазо. Был создан ревштаб, велась большая работа среди гарнизона. Однако вследствие наличия во Владивостоке большого количества, интервентских войск решено было восстание начать под лозунгом в ременной передачи власти приморской земской управе. Это было сделано для того, чтобы зыбить у интервентов, готовившихся к эвакуации, почву для каких-либо придирок и выступлений.

В воззвании дальневосточного областного военно-революционного штаба коммунистов (большевиков) от 25 января 1920 г. говорилось: "Мы знаем настроение воинских частей, все они хотят бороться за восстановление советской власти. Но товарищи солдаты должны понимать, что, пока во Владивостоке стоят иностранные войска, мы не можем бороться за восстановление советской власти, так как такое выступление будет беспощадно подавлено японцами с согласия других союзников. Поэтому мы должны бороться за такие цели, которые можно было бы осуществить и при наличии союзных войск... Необходимо так повести переворот, чтобы союзники и в особенности Япония не имели бы прямого повода выступить против вас..."³ .

24 - 26 января во Владивостоке восстал егерский батальон, а 26 января гарнизон станции Океанской перешел на сторону партизан. Одновременно партизанские части, державшие связь с гарнизоном, заняли Никольск-Уссурийский. 31 января в связи с восстанием в самом Владивостоке и наступлением на город партизанских частей колчаковский палач генерал Розанов бежал под защиту японцев. Во Владивостоке организовалось временное правительство в лице приморской областной земской управы. Военный совет возглавил Лазо, который правел большую работу по организации регулярной революционной армии.

Создавшаяся обстановка вынудила японцев начать эвакуацию своих войск из Амурской области, концентрируя их главным образом

¹ ЦАОР. ф. 342, д. N 7.

² См. журнал "Пролетарская революция" N 2 - 3 за 1927 год.

³ ЦАОР, ф. 342, д. N 7, л. 203.

в Приморье. Штаб японской армии в Амурской области объявил 3 февраля 1920 г. о своем нейтралитете, 4 февраля власть в Благовещенске была передана местному земству, а 5 февраля власть перешла в руки временного исполкома советов рабочих, крестьянских, солдатских и казацких депутатов. 13 февраля 1920 г. бежал из Хабаровска атаман Калмыков, 16-го город был занят красными частями. В Забайкалье наступавшие партизанские части заняли в начале марта Верхнеудинск, выбив оттуда семеновцев. В городе также организовалась временная земская власть.

Огромная работа, в труднейших условиях проделанная за эти годы большевистской партией, самым тесным образом связанной с массами, дала свои результаты: контрреволюция на Дальнем Востоке трещала по всем швам.

*

Поддержка Антантой Польши в ее борьбе с Советской Россией, а также Врангеля, закрепившегося в Крыму, открыла, как подчеркивали Ленин и Сталин, новую полосу гражданской войны.

Это был третий, по определению товарища Сталина, поход Антанты.

Япония внимательно следила за тем, что делается на западном и южном фронтах: успехи и неудачи советских войск находили свое отражение и на Дальнем Востоке.

Приступив к частичной эвакуации и перегруппировке своих войск и заняв на время позицию "нейтралитета", японские империалисты ждали только удобного случая, чтобы выступить снова. Именно поэтому японцы и не подумали ответить на мирные предложения советского правительства от 25 февраля 1920 года.

Это был новый этап интервенции на Дальнем Востоке, когда Япония выступила самостоятельно. Японии не хотелось расставаться с Приморьем. Оторванность Дальнего Востока от центров Советской России и стремление Японии, во что бы то ни стало, продолжать интервенцию объясняют затяжку гражданской войны на Дальнем Востоке до 1922 года.

К числу провокационных выступлений японцев в этот период принадлежат мартовские события 1920 г. в Николаевске на Амуре, когда, лицемерно прикрывшись маской мира, японцы в ночь с 11 на 12 марта напали внезапно на партизан (выступление это окончилось для японцев неудачно), а также события 4 - 5 апреля в Приморье.

"Методы японских агрессоров известны всему миру, - писала "Правда" в связи с последними событиями в Китае, - они провоцируют "инцидент", затем посылают свои войска якобы для наведения порядка и, наконец, истребляя мирное население, захватывают чужую территорию..."¹ .

Так же действовали японские интервенты и в 1918, и в 1920, и в последующие годы.

К выступлению во Владивостоке японцы готовились давно. В город все время подвозились свежие войска, которые располагались как в самом городе, так и в окрестностях. Тигровая гора - командующая высота в районе вокзала и Эгершельда - была занята японцами, и 3 апреля на ее вершине был поднят японский флаг.

Положение японцев было выгодно для них также потому, что к этому времени Владивосток покинуло большинство войск остальных

¹ "Правда" от 31 июля 1937 года.

интервентов. В своем донесении реввоенсовету V армии Лазо еще 1 апреля указывал, что "по агентурным данным, японцы предъявят, ультиматум с рядом требований. Оценка тактики японцев: более вероятно - они не пойдут на столкновение, но будут создавать инциденты, давить на нас вплоть до оккупации ряда пунктов в целях больше получить при заключении мира, но возможно, что мы стоим накануне открытого выступления..."¹ .

3 апреля 1920 г. командующий японскими войсками генерал Оой предъявил приморскому правительству ультиматум, полный наглых требований.

Для переговоров с японским командованием по данному вопросу была послана специальная делегация, которая в заседаниях 3 - 4 апреля, не желая идти на конфликт, решила принять ряд японских условий.

Однако это отнюдь не удовлетворило японцев, так как переговорами они хотели прикрыть подготовку к выступлению. В ночь с 4 на 5 апреля 1920 г. отряды японских войск начали обстреливать и занимать, по заранее выработанному плану, центральные учреждения города: вокзал, телеграф, гауптвахту, земскую управу, гостиницы и другие здания. Захвачены были стоявшие на рейде военные суда.

Озверелая японская военщина с отвратительной жестокостью, расстреливала всех, кто был, застигнут ею врасплох, будь то мужчины, женщины, дети. Без всякого повода японские интервенты открывали огонь по мирному населению. В корейской слободке, например, они подожгли школу, причем во время пожара, по рассказам свидетелей, оттуда неслись отчаянные человеческие крики. "Неслыханное количество зверств проделали японцы в Сибири² , - говорил Ленин.

Наши войска не смогли оказать должного сопротивления во много раз превосходившему их численностью и вооружением противнику и частью сложили свое оружие, частью отступили за город, в сопки, организуясь для дальнейшей борьбы.

С наглостью, на которую были способны только японские милитаристы, генерал Оой поспешил выпустить 5 апреля объявление, в котором обвинял во всем... русские войска. Подобные же методы японцы применяют в Манчжурии и Китае и в настоящее время.

Японцы не ограничились выступлением 4 - 5 апреля во Владивостоке: одновременно ими были подвергнуты разгрому Никольск-Уссурийский, Хабаровск, Спасск, Шкотово и целый ряд других городов и селений Приморья.

При содействии белогвардейцев были убиты, замучены и расстреляны тысячи наших солдат, советских и партийных работников и просто мирного населения. Зверства японцев и белых дошли до того, что любимейший вождь дальневосточных партизан Сергей Лазо, а также наши руководящие военные работники А. Луцкий и В. Сибирцев были в конце мая 1920 г. сожжены озверевшими бандитами в паровозной топке на станции Муравьево-Амурской (ныне станция Лазо).

Несмотря на учиненный разгром, японцы своей цели все же не достигли. Трудящиеся Прибайкалья, Амура, Приамурья и Приморья все, как один, встали на защиту своих завоеваний и приготовились к отпору. Разгромить одним ударом новую власть, как того хотели японцы, им не удалось. Во Владивостоке был организован ревштаб, руководивший отступлением наших войск и организацией партизанских от-

¹ ЦАОР, ф. 342, д. N 7, л. 169.

² Ленин. Соч. Т. XXVI, стр. 7.

рядов. На происходившем в Благовещенске съезде трудящихся Амурской области был избран Военно-революционный комитет, и началась организация амурской Красной армии. Командующим войсками восточного фронта был назначен С. Серышев, а военным комиссаром - П. Постышев.

Одновременно для ликвидации конфликта были начаты переговоры с японцами, для чего была создана специальная русско-японская согласительная комиссия. 29 апреля ею было выработано и подписано так называемое соглашение о прекращении боевых действий и ненахождении русских войск "в пределах, ограниченных линией, проходящей в 30 км от конечного пункта, занимаемого японскими войсками по Уссурийской железной дороге с одной стороны, и линией русско-китайско-корейской границы с запада и юга - с другой"¹ . Соглашение это касалось также Сучанской железной дороги. Временно пришлось пойти на некоторые уступки японцам.

В связи с создавшимся к этому времени на Дальнем Востоке положением - нежеланием японских милитаристов уходить из его пределов и необходимостью избежать с ними дальнейших столкновений, - мы были вынуждены отказаться на время от советизации Дальнего Востока и пойти в качестве временной меры на создание дальневосточной "буферной" демократической республики (ДВР), руководящую роль, в которой играли большевики. Из частей V Красной армии и партизанских отрядов была сформирована народно-революционная армия (НРА). На мирные переговоры Япония не шла, а воевать в тех условиях, в которых находилась тогда Советская Россия, было очень трудно. Дело усугублялось, как мы уже говорили, начавшейся советско-польской войной. Создание ДВР явилось прекрасным образцом умелой тактики ленинско-сталинской партии в исключительно сложных международных и внутренних условиях того периода.

В своем выступлении на фракции РКП(б) VIII съезда советов (21 декабря 1920 г.) Ленин говорил о причинах образования ДВР, учитывая трудность борьбы с Японией в тот период: "Обстоятельства принудили к созданию буферного государства - в виде Дальне-Восточной республики... вести войну с Японией мы не можем и должны все сделать для того, чтобы попытаться не только отдалить войну с Японией, но, если можно, обойтись без нее, потому что нам она по понятным условиям сейчас непосильна"² .

Желая сконцентрировать свои войска, как мы уже говорили, главным образом в Приморье, японское правительство опубликовало в июле 1920 г. декларацию, в которой извещало о своем решении эвакуировать Забайкалье. Здесь на них со всех сторон напирали партизаны.

В сентябре 1920 г. японцы были вынуждены эвакуировать Нерчинск и Читу (Чита была сделана столицей ДВР), а к середине октября - все Забайкалье.

В конце октября 1920 г. белогвардейцы-семеновцы были разбиты красными частями и бежали из Забайкалья. Так называемая "Читинская пробка", мешавшая прямой связи Забайкалья с Амуром и Приморьем, была ликвидирована. Остатки белогвардейских банд (семеновцев и колчаковцев, - так называемых капелевцев) отступили в пределы Манчжурии, на линию КВЖД. При содействии японцев белогвардейцы получили возможность в ноябре - декабре 1920 г. перебраться по КВЖД в пограничные районы Приморья. На случай новых выступ-

¹ "Действия Японии в Приамурском крае" стр. 39.

² Ленин. Соч. Т. XXVI, стр. 7.

лений здесь сосредоточивалась солидная сила, которую японцы могли в случае необходимости использовать в любой момент.

Так как виновниками событий в Николаевске на Амуре японцы объявили... партизан, то они решили эти события использовать для оправдания своих захватнических планов в отношении северного Сахалина и захватить его в качестве компенсации за свои неудачи.

В марте 1920 г. в Татарский пролив были отправлены два японских броненосца. 22 апреля они появились на рейде Александровска - главного города северного Сахалина. Был высажен двухтысячный десант.

Вскоре весь северный Сахалин был оккупирован японцами. На острове японцы ввели собственное военно-гражданское управление, объявив, что русские законы не имеют никакой силы на территории Сахалина. Вся общественная, частная, хозяйственная и иная деятельность была строго регламентирована.

Американский журналист Денни писал об оккупации Сахалина: "Японцы фактически продолжают контролировать морское побережье и тихоокеанскую оконечность Сибири. Японское правительство установило также гражданскую администрацию на северной части Сахалина, введя там японские порядки и управление... В настоящее время на Сахалине человек может жить с разрешения японских властей, и даже если он умрет, он может быть похоронен только в согласии с японскими правилами"¹ .

В одном из сахалинских объявлений японского командования указывалось, что "обязанности по поддержанию законности и порядка в оккупированной местности будут возложены на японских правительственных чинов".

В обязательном распоряжении японского командования, от 14 июля 1920 г. без всякого стеснения говорилось, что, приступая к военному управлению русской частью Сахалина, японское командование предлагает всем учреждениям передать ему свои дела² .

Японцы захватили в свои руки на Сахалине рыбные промыслы, каменноугольные копи, нефтяные и лесные участки и т. д. Были организованы специальные акционерные компании для разработки естественных богатств северного Сахалина.

Синдикат японских фирм отправил на остров специальную комиссию по обследованию естественных богатств острова и организации их эксплоатации.

Необходимо также отметить, что селения на северном Сахалине и даже улицы получили японские наименования³ . Было введено обязательное для всех празднование дня рождения японского императора. Японцы намеревались, как мы видим, "всерьез и надолго" обосноваться на северном Сахалине, превратив его полностью в свою колонию по типу Кореи.

*

В начале 1921 г. Япония предпринимает очередную попытку закрепиться на территории Дальнего Востока. Японские милитаристы вырабатывают ряд новых мероприятий, направленных к поддержке и организации белогвардейских сил. Японский журналист Каваками писал, например, что "японцы действовали, исходя из принципа, что боль-

¹ "Нью-Йорк таймс" от 4 июня 1922 года.

² Далькрайархив, ф. 1036, т. II.

³ ЦАОР, ф. 4504, д. N 1.

шевики были их врагами, причем все их военные мероприятия исходили именно из этой точки зрения"¹ .

В связи с поражением Врангеля в Крыму в конце 1920 г. в кругах интервентов возник план послать часть врангелевских войск на Дальний Восток для дальнейшей организации борьбы с Советской Россией. В начале января 1921 г. в Париже между представителями Японии и Франции были выработаны условия, которые предусматривали переброску на Дальний Восток врангелевских войск. В качестве компенсации за борьбу с Советской Россией Япония должна была получить свободу действий в Сибири.

В начале марта 1921 г. в Порт-Артуре состоялось тайное совещание представителей Японии и Франции с участием русских белогвардейцев. На этом совещании был выработан дальнейший план организации новых нападений на Советскую Россию. В качестве основных условий Япония выдвигала требования, проведение которых в жизнь превращало бы Советский Дальний Восток в японскую колонию.

В мае 1921 г. белогвардейские отряды (Унгерна, Бакича, Кайгородова и др.), организованные и поддержанные Японией, вторглись в пределы Сибири и Дальнего Востока. Получив от Красной армии отпор, выступления эти потерпели неудачу. 6 июля 1921 г. Урга (ныне Улан-Батор) была занята в результате совместных действий красно-монгольских частей и Красной армии. Сподвижник атамана Семенова, кровавый барон Унгерн, был взят в плен и вскоре расстрелян после суда над ним в Новосибирске² .

В этот же период, 26 мая 1921 г., во Владивостоке и ряде других мест Приморья белогвардейцы произвели при прямой поддержке японцев контрреволюционный переворот. Небольшие отряды милиции не могли противостоять десяткам тысяч японцев и вооруженным японцами белогвардейцам. В Приморье сосредоточилось к этому времени большое количество остатков разгромленных в Сибири и Забайкалье белых армий. Японцы пытались создать в Приморье обстановку, которая способствовала бы продолжению интервенции и укреплению позиций японского империализма.

Власть во Владивостоке захватили представители, так называемого бюро несоциалистических организаций во главе с крупными местными торговцами-спекулянтами братьями С. и Н. Меркуловыми.

Япония хотела противопоставить "черный буфер" - приамурское временное правительство - демократическому буферу - ДВР - и сохранить в своих руках Приморье.

В связи с меркуловским переворотом НКИД обратился 1 июня 1921 г. с радиотелеграммой к министрам иностранных дел Франции, Англии и Италии. В этой радиотелеграмме дана была оценка новой попытке кучки белогвардейцев раздуть при содействии японцев пламя гражданской войны в Приморье.

В телеграмме указывалось, что советское правительство неоднократно повторяло свои мирные предложения японскому правительству и, тем не менее, несмотря на все стремления Советской России к миру японское правительство вплоть до последнего времени является инициатором новой интервенционистской кампании, направленной против власти рабочих и крестьян³ .

¹ Kawakami. "Japan's pacific policy", p. 225. 1922.

² Подробности см. в брошюре Ем. Ярославского "Барон Роман Унгерн фон Штернберг". М. 1922, и в нашей статье "Разгром Унгерна и образование Монгольской народной республики" в журнале "Борьба классов" N 4 за 1936 год.

³ "Правда" от 3 июня 1921 года.

Вскоре после переворота белогвардейцы заключили с представителями японского командования соглашение о том, что белогвардейские войска, по заранее разработанному плану, должны будут начать наступление против народно-революционной армии ДВР. Японцы снабжали их оружием. В свою очередь белогвардейцы уступали за бесценок японцам ценные грузы и имущество. Имелись, например, сведения о соглашении Меркуловых с японцами, по которому покупателями распродаваемых за бесценок различных грузов могли быть только японцы¹ . В феврале 1922 г. была сдана в аренду японцам Уссурийская железная дорога² .

Для характеристики японских притязаний в этот период чрезвычайно показательными являются также 17 требований, предъявленных Японией на дайренской конференции. Конференция эта происходила между представителями ДВР и Японии в течение августа 1921 г. - апреля 1922 г. (имела 39 заседаний) и была прервана исключительно, но вине японской делегации.

Несмотря на уступчивость в целом ряде вопросов со стороны ДВР японцы выдвинули такие требования, принятие которых ставило бы Дальний Восток в положение японской колонии. Естественно, они были отвергнуты делегацией ДВР. Японские требования сводились к тому, чтобы правительство ДВР сделало Владивосток чисто торговым портом под иностранным контролем. Правительства ДВР и Японии должны были подписать договор о пересмотре японо-русской рыболовной конвенции. Японцы требовали расширения прав японских рыбопромышленников и предоставления им более широких прав каботажа у русского морского побережья.

Согласно требованиям, правительство ДВР должно было обязаться перед японским правительством, никогда не вводить на своей территории коммунистического режима и сохранять принцип частной собственности не только в отношении японских подданных, но и своих граждан.

Правительство ДВР должно было отменить - и не устанавливать никогда в будущем - всякие ограничения для японских подданных в области горнопромышленности, земледелия и лесных промыслов; японским подданным предоставлялась полная свобода торговли, занятий ремеслами и промыслами наравне с подданными ДВР. Правительство ДВР должно было предоставить японским подданным право собственности на землю и свободное плавание по реке Амуру под японским флагом.

Правительство ДВР должно было срыть и в необходимых случаях взорвать все свои крепости и укрепления по всему морскому побережью в районе Владивостока и на границе с Кореей. Правительство ДВР должно было обещать никогда их не восстанавливать в будущем, а также не предпринимать никаких военных мер в районах, прилегающих к Корее и Манчжурии.

Правительство ДВР не должно было никогда держать в водах Тихого океана военного флота и уничтожить существующий.

При разрешении николаевского вопроса правительство ДВР должно было передать японскому правительству северную часть острова Сахалина в аренду сроком на 80 лет как компенсацию за понесенные японскими подданными убытки во время николаевских событий³ .

Японцы старались затянуть дайренскую конференцию, делая при

¹ "Правда" от 7 мая 1922 года.

² Газета "Дальневосточный путь" от 16 апреля 1922 года.

³ Газета "Дальневосточный путь" от 4 мая 1922 года.

этом вид, что они идут на уступки, главным образом в связи с происходившей в это время вашингтонской конференцией (ноябрь 1921 г. - январь 1922 г.), на которой должен был разбираться, по предложению США, в числе других вопросов и "сибирский вопрос".

Еще 15 октября 1921 г. США, не заинтересованные в продолжении японской интервенции, обратились к Японии с нотой, в которой было подчеркнуто, что США с большим взиманием наблюдают за дальневосточными делами. "Неблагоприятные переговоры Японии с ДВР, монгольские и китайские вопросы являются показателем совершенно сепаратной и эгоистической политики. США самым серьезным образом пришлось бы чувствовать сожаление, если бы вашингтонская конференция вследствие неискренней на Востоке политики встретилась бы с затруднениями". США высказывали, поэтому пожелание, чтобы японское правительство, учитывая американские интересы, самым быстрым образом урегулировало и закончило бы "сибирский вопрос". "В противном случае, - говорилось в ноте, - США должны будут признать политику, проводимую Японией на Востоке, неправильной и потребуют передачи сибирского вопроса как совершенно открытого и неурегулированного на разрешение вашингтонской конференции". В ноте указывалось также на желательность того, чтобы японское правительство высказало свои основные положения относительно эвакуации своих войск¹ .

Ленин недаром неоднократно говорил в своих речах о противоречиях в лагере капиталистов, в частности о японо-американских противоречиях, которые необходимо использовать:

"Есть ли коренные противоположности в современном капиталистическом мире, которые надо использовать? Есть три основных, которые я бы хотел назвать. Первая, ближайшая к нам, это - отношения Японии и Америки. Война готовится между ними. Они не могут мирно ужиться на побережьях Тихого океана, хотя эти побережья разделяют 3 тысячи верст. Это соперничество неоспоримо вытекает из отношений их капитализмов"² .

В другом месте (в статье "Лучше меньше, да лучше") Ленин также говорил о значении для нас внутренних противоречий и конфликтов "между преуспевающими империалистическими государствами Запада и преуспевающими империалистическими государствами Востока", о том, что поход западноевропейской контрреволюции, направленный к поддержке русской контрреволюции, "сорвался из-за противоречий в лагере контрреволюционеров Запада и Востока, в лагере эксплоататоров восточных и эксплоататоров западных, в лагере Японии и Америки..."³ .

Поражение и неудачи, которые терпели белогвардейцы и интервенты на Дальнем Востоке, вынудили Японию поставить в порядок дня вопрос об эвакуации своих войск. Некоторую роль, как мы видели, сыграло и давление со стороны США. В связи со всем этим в специальной декларации Япония вынуждена была заявить на вашингтонской конференции о том, что она собирается эвакуировать свои войска из Приморья. Пространно говорилось при этом, что "вопрос об отозвании войск из Сибири является для Японии не таким простым, каким он был для других союзных держав". Делались ссылки на необходимость защиты японских подданных, охраны корейских границ и на другие причины.

¹ "Новости жизни" от 17 октября 1921 года.

² Ленин. Соч. Т. XXV, стр. 501.

³ Ленин. Соч. Т. XXVII, стр. 416.

Одновременно японцы пытались уверить в том, что ни одна часть Приморской губернии не находилась в состоянии военной оккупации со стороны Японии. Вопреки фактам утверждалось, что японские войска, расположенные в южной части Приморья, не установили какого-либо гражданского или военного управления и не упразднили местных властей. Их деятельность сводилась якобы к мерам самозащиты против угрозы их собственной безопасности и безопасности их страны и соотечественников¹ .

В действительности все южное Приморье находилось в руках у японцев, хотя японские милитаристы с обычной для них наглостью и отрицали это.

По имеющимся данным, 8 и 11-я пехотные японские дивизии под командованием генерала Тачибана занимали линии железных дорог от Владивостока до станции Пограничная, а также от станции Никольск-Уссурийский до станции Шмаковка и от станции Угольная до станции Сучан. Кроме того, в Приморье японцы занимали село Ивановку, село Владимиро-Александровское, пост Посьет возле Корейской границы и др. Под японским контролем находилась также так называемая тридцативерстная полоса железной дороги. Главные силы японских войск были сосредоточены в самом Владивостоке и его окрестностях: в Никольске-Уссурийском, Спасске, Раздольном, Шкотове и т. д. На станции Евгеньевка всегда находились два - три японских бронепоезда. Помимо указанных четырех больших гарнизонов в ряде пунктов по линиям железной дороги были разбросаны незначительные гарнизоны силою от одного батальона до взвода. Охрана железнодорожных линий лежала на этих частях. Все мосты, водокачки, станции и разъезды японцы обнесли крепкими и надежными проволочными заграждениями. Были вырыты также хорошо оборудованные окопы для стрельбы стоя² .

*

Дабы продемонстрировать перед конференцией успехи белых, Япония сделала в ноябре 1921 г. последнюю попытку раздуть пламя гражданской войны на Дальнем Востоке. В конце ноября созданная и вооруженная японцами так называемая белоповстанческая армия перешла в наступление. Белым удалось занять 2 декабря станцию Муравьево-Амурской, 4 декабря - Иман, 12 декабря - Бикин, а 22 декабря 1921 г. - Хабаровск, откуда они двинулись на запад для похода "на Москву".

В связи с переформированием в 1921 г. народно-революционной армии Дальневосточной республики, основная масса которой находилась в Забайкалье, сразу не удалось организовать отпор белогвардейцам. Армия испытывала также недостаток продовольствия и вооружения.

Еще III дальневосточная конференция РКП(б), происходившая 9 - 27 июня 1921 г. в Чите, обратила особое внимание на необходимость в связи с меркуловским переворотом максимального напряжения всех сил партии и страны в деле обороны ДВР. Дальневосточная партийная организация пополнила ряды НРА коммунистами. С этой целью была проведена партийная мобилизация. Это мероприятие усилило армию, обеспечила ее политически. За сравнительно короткий срок большевистская партийная организация армии восточного фронта

¹ "Вашингтонская конференция", стр. 111.

² Филимонов, Б. "Белоповстанцы", стр. 4. Шанхай. 1932.

провела большую работу по политическому воспитанию наших бойцов.

Новый главком народно-революционной армии тов. В. К. Блюхер, один из победителей черного барона Врангеля под Перекопом, по прибытии на Дальний Восток выработал план борьбы с белогвардейцами. Идея этого плана заключалась в том, чтобы под прикрытием частей, находившихся в районе станции Ин, а также Надеждинско-побережной группы произвести сосредоточение на архаринских позициях 1-й отдельной читинской пехотной бригады.

Передовые части народно - революционной армии восточного фронта должны были оттянуть силы противника на запад от Хабаровска. Подпустив противника к архаринским позициям, наши части должны были перейти затем в энергичное наступление, в чем им должны были оказать помощь действовавшие в тылу партизанские отряды. Преследуя отступающего противника вдоль р. Амура в восточном направлении и затем от Хабаровска вдоль р. Уссури на юг, наши части должны были поставить своей целью окончательную ликвидацию "белоповстанческой" армии.

Перелом операций на восточном фронте произошел после инского боя 28 декабря 1921 года. Наступление противника на Ин окончилось для него неудачей. Особенно отличился в этом бою наш бронепоезд N 8. Со времени инского боя вплоть до начала февраля 1922 г. на фронте не было крупных операций. Обе стороны усиленно готовились к предстоящей борьбе.

За это время белое командование успело сильно укрепить волочаевские позиции - рубеж, на котором остановились белые. Были созданы искусственные проволочные заграждения. Район, занимаемый противником, представлял прекрасно укрепленный плацдарм со стрелковыми и пулеметными окопами, обнесенными в несколько рядов проволочными заграждениями. Волочаевская сопка (около 100 м), занятая и укрепленная противником, командовала над равниной. Вместе с укрепленными позициями, прекрасно сочетавшимися с лесными участками, она закрывала подступы к Хабаровску.

Белое командование считало это направление для себя совершенно безопасным.

28 января 1922 г. для непосредственного руководства операциями на фронт прибыл тов. Блюхер.

Покойный тов. Захаров, командир 6-го стрелкового полка, отличившегося под Волочаевкой, писал в своих воспоминаниях: "С приездом тов. Блюхера настроение наших бойцов и командиров заметно поднялось. Этому, конечно, немало способствовала огромная политико-воспитательная работа, которая проводилась в наших частях почти ежедневно.

Тов. Блюхер придавал особо важное значение волочаевскому фронту, поэтому он лично занялся подготовкой армии к предстоящему наступлению.

31 января по его приказанию на станции Ин был проведен день парада-митинга, вылившегося в смотр наших сил. Этот парад еще больше сплотил нашу армию, заразил ее энтузиазмом и непреклонной волей к победе. Выстроенные в длинную ровную шеренгу, бойцы имели бодрый праздничный вид. Над городом реяли пунцовые знамена и плакаты с лозунгами: "Хабаровск должен быть красным!", "Вперед, за освобождение Приморья!", "Привал на Имане - отдых во Владивостоке"¹ .

¹ "Таежные походы" стр. 289.

4 февраля тов. Блюхер принимает решение о переходе армии в наступление.

В своей телеграмме военному совету народно - революционной армии в Читу тов. Блюхер сообщал: "Я решил перейти в наступление 7 - 8 февраля, предварительно овладев районом Ольгохты как плацдармом для развертывания всей группы, имеющей задачей наступление по железнодорожному направлению, и для развертывания забайкальской группы на юговосток от Волочаевки, чем будет соблюдена экономия сил и людей. Кроме того, занятием Ольгохты мы на ближайшие два дня сковываем внимание противника, старающегося, пользуясь затишьем, сосредоточить свои силы"¹ .

В своем обращении к белым частям от 5 февраля 1922 г. генерал Молчанов, призывая к победе, писал: "Вопрос самого нашего бытия требует полного напряжения всех сил для достижения победы. Побеждает тот, кто страстно желает этого. С победой мы живем. Неудача может лишить нас самого бытия как антибольшевистской организации"² . Последнее предсказание сбылось сравнительно скоро.

В мороз, доходивший в эти дни до 40 градусов, красные бойцы повели борьбу за овладение станцией Ольгохта. 8 февраля Ольгохта несмотря на повторную контратаку белых была замята 2-м стрелковым полком Читинской бригады (наступление началось еще 5 февраля). Особенно отличились во время этих боев 3-я легкая батарея и бронепоезд N 8. Немало бойцов и командиров за этот бой было награждено орденами Красного знамени.

10 февраля началось дальнейшее наступление для овладения Волочаевкой.

"В основу плана по захвату Волочаевки, - пишет тов. Блюхер, - и уничтожению белых было положено следующее: 5, 6-м и особым Амурским полком под общим командованием Покуса атаковать Волочаевку с фронта в полосе железной дороги. Сводная бригада обходит к югу от железной дороги левый берег волочаевского укрепленного района между Волочаевкой и Верхне-Спасским. 1-я читинская и сводная кавалерийская бригады под командой тов. Томина (командир забайкальской группы войск. - Г. Р. ) имели задачей отрезать пути отхода противника к Хабаровску. Партизанский отряд Шевчука из района, где р. Поперечная впадает в Тунгуску, должен был ударить на юг по тылу противника в районе железной дороги. Как видим, идея этого плана сводилась к уничтожению противника между Волочаевкой и Хабаровском с тем, чтобы уберечь Хабаровск от белогвардейского разгрома. Иначе говоря, ударом с фронта в полосе железной дороги, а также глубоким обходом и ударом сильной группы Томина имелось в виду не только разбить, но и уничтожить белогвардейские банды раньше, чем они достигнут Хабаровска"³ .

Как сообщали оперативные сводки штаба народно-революционной армии, сводная стрелковая бригада 10 февраля, в 12 часов, начала бой за овладение Волочаевкой. Частями 5-го стрелкового полка и 4-го кавалерийского были атакованы позиции противника вдоль сопки Июнь-Карань и одновременно нанесен удар по железной дороге с юго-запада (частями 6-го стрелкового полка); несмотря на сильный артиллерийский огонь неприятельского бронепоезда продвижение против-

¹ ЦАКА, д. N 91 - 278, л. 64.

² "Борьба за Хабаровск". Сборник. Чита. 1922.

³ "Известия" от 11 февраля 1937 года.

ника было задержано. В начале боя был подбит противником наш единственный танк.

В результате введения в бой резерва, особого Амурского полка, упорно сопротивлявшийся противник в 18 часов был выбит из западной части Волочаевки. К вечеру наступление, приостановилось. Надо было убрать раненых, отогреться бойцам. Мороз достигал 35 градусов. 11 февраля, в 6 часов, очистив с боем Верхне-Спасское, части НРА продолжали преследование противника. В бой были введены наши бронепоезда NN 8 и 9, что содействовало поднятию боевого духа ваших бойцов. Окружив к вечеру 11 февраля Волочаевку, сводная стрелковая бригада рано утром 12 февраля перешла к решительной атаке и, действуя на правом фланге 6-м и 3-м стрелковыми полками и одновременным ударом 4-го кавалерийского полка со стороны Даниловки, в 11 часов 20 минут заняла Волочаевку. Как сообщали оперативные сводки штаба НРА на 12 февраля 1922 г., сопротивление противника было исключительно велико. Многие наши бойцы, штурмовавшие укрепления белых, расстрелянные картечью вражеских пушек, повисли на проволочных заграждениях.

"Когда мы подошли к проволочным заграждениям, - пишет в своих воспоминаниях тов. Захаров, - белые встретили нас ураганом пуль, но ни один боец не дрогнул. В людях, несмотря на мороз, голод, жажду, смертельную усталость и изнурение жило сознание непреклонной большевистской воли, билось большевистское сердце.

"Разрывая тела колючей проволокой, они лезли вперед, стиснув зубы, с глазами, горящими последней решимостью. Большинство погибло тут же, запутавшись в железных сетях под ливнем пуль и осколков. Но никто не отступал. С каждой минутой колючие тенета таяли, редели. Вот их осталось всего два ряда. Крепкие колья не выдержали последнего отчаянного напора, затрещали и рухнули. Образовалась брешь, и в нее, как в прорвавшуюся плотину, хлынула людская волна. Противник не выдержал и быстро начал покидать снеговые брустверы. Волочаевка была взята"¹ .

На левом фланге успешно действовала в это время, преодолевая огромные трудности, обходная колонна Томина. Перед колонной была поставлена задача - отрезать путь отхода противнику в районе Казакевичева, стремясь уничтожить его живую силу² .

Двигаясь, все дальше вперед, красные части заняли 14 февраля Хабаровск.

Можно привести немало примеров героического поведения красных бойцов в эти памятные дни. Так, например, по занятии Волочаевки в передовой перевязочный отряд был привезен один боец, раненый в руку и в ногу и страшно обмороженный. Он был без сознания. Придя часа через три в себя, он, прежде всего, спросил: "Где я? Взята ли Волочаевка?"

Во время боев под Волочаевкой было убито свыше 120 наших бойцов, ранено около 800, обморожено 200. Убитые герои были похоронены на сопке Июнь-Карань. Здесь над их могилой высится в настоящее время памятник.

Получив сведения о победе под Волочаевкой, правительство ДВР и Дальбюро ЦК РКП(б) послали 14 февраля приветствие тов. Блюхеру. В этом приветствии говорилось, что мужественная народно-революционная армия бьется с полчищами белогвардейцев - этих японских

¹ "Таежные походы", стр. 297.

² ЦАКА, д. 91 - 398, л. 64.

наемников, бесстыдно продающих нашу страну интервентам, желающих воскресить старые, царские порядки, вернуть господство чиновников, капиталистов и помещиков... Народно-революционная армия, защищающая интересы бедноты, стоит неприступной твердыней на пути движения белогвардейцев, разрушая их предательские планы¹ .

После волочаевских боев белая армия начала откатываться к югу под защиту японских штыков. Только они могли задержать на время ее окончательный и неизбежный разгром.

"Под Волочаевкой, как и перед Перекопом, - говорит товарищ Блюхер, - революционная армия показала величайшие образцы героизма, преданности нашей партии и делу пролетарской революции. Как со взятием Перекопа был нанесен сокрушительный удар врангелевщине, удар на юге, так и под Волочаевкой был нанесен окончательный удар белогвардейщине и интервенции на Дальнем Востоке. Волочаевская эпопея показала всему миру, как умеют драться люди, желающие быть свободными"² .

После занятия Хабаровска части НРА неуклонно продолжали двигаться на юг, к Никольску-Уссурийскому и Владивостоку. 18 февраля ими была занята станция Вяземская, а 21 февраля - станция Розенгартовка. В начале марта были заняты Бикин, Бочарово и другие станции Уссурийской железной дороги.

При взятии Троицкосавским кавалерийским полком села Казакевичева (8 февраля 1922 г.) в общественном сарае были обнаружены 27 трупов народоармейцев коммунистического отряда, взятых в плен еще в казакевичевском бою 19 декабря 1921 года. Белогвардейцами трупы были изуродованы так, что невозможно было установить фамилии народоармейцев. Когда была создана комиссия для расследования зверств белогвардейцев в Казакевичеве, японская военная миссия отказалась принять участие в работе комиссии³ .

Большую помощь регулярной народно-революционной армии оказали действия партизанских отрядов, вновь сформированных с лета 1921 г. в тылу у белых в Приморье. Старые бойцы готовились к новым боям с белогвардейцами, захватившими в свои руки Приморье. Основными районами, где шло развертывание партизанских отрядов, были Анучинский, Сучаиский, Спасский, Никольск-Уссурийский, Приханкайский и Ольгинский. На первых порах, в период наступления на Хабаровск, белым удалось одержать в некоторых районах ряд успехов, однако уже с января 1922 г. наступил перелом. Партизанское движение этого периода отличалось большой организованностью и дисциплиной. Организующая роль партии была исключительной (в Чите находилось Дальбюро ЦК РКП(б), была связь с центром и т. д.); кроме того, сказался опыт героической борьбы масс за истекшие годы. Наконец, партизанские части действовали в контакте с регулярной народно-революционной армией.

Неустойчивость тыла белых усилилась вследствие забастовок во Владивостоке и других местах.

Еще 27 - 31 июля 1921 г. во Владивостоке имела место всеобщая политическая забастовка, направленная против меркуловского правительства. Выступили рабочие судостроительного завода, грузчики, железнодорожники, трамвайные рабочие и др. Жизнь в городе была фактически парализована.

Центральный стачечный комитет обратился к рабочим с призывом

¹ Газета "Дальневосточный путь" N 61 за 1922 год.

² "Известия" от 11 февраля 1937 год.

³ Газета "Боец и пахарь" N 48 за 1922 год.

качать повсюду политические стачки против меркуловского правительства.

В начале июня 1922 г. объявили забастовку рабочие Сучанских копей, на которых порядок охранялся специальным японским отрядом. 15 июня забастовали рабочие судостроительного завода во Владивостоке.

В лагере белых в связи с поражением белой армии и японской эвакуацией начался полный разброд.

23 июня 1922 г. во Владивостоке открылся так называемый "Земский собор", состоявший по большей части из оголтелых монархистов. "Земский собор" избрал "правителем Приамурского края" генерала Дитерихса. Немало времени потратил "Земский собор" на то, чтобы решить вопрос о том, кому передать в будущем власть. Он обратился с телеграммой к "вдовствующей императрице" Марии Федоровне и бывшему великому князю Николаю Николаевичу с верноподданнической просьбой "соблаговолить возглавить Приамурский край верховным правителем из членов царского дома по его усмотрению и воле..."

15 августа 1922 г. была опубликована декларация командующего японскими экспедиционными войсками в Приморье генерала Тачибана о том, что эвакуация японских войск начнется с конца августа 1922 года.

Большое влияние на это решение оказало также ухудшение внутреннего положения Японии после мировой войны. Государственный долг Японии за 1918 - 1921 гг. возрос с 3 млрд. до 4 млрд. иен. Колоссально выросло за это время количество аграрных волнений (в том числе так называемые рисовые бунты). В 1917 г. их было 85, в 1921 г. - 1680. В 1920 г. из 30 префектур только в 9 не было аграрных волнений. Промышленность испытывала после мировой войны депрессию. Усилилась безработица, росло количество стачек. На первомайских демонстрациях рабочих в Токио в числе лозунгов стали появляться требования немедленного вывода японских войск с Дальнего Востока. В Корее разрасталось революционно-освободительное движение. Значительные круги буржуазии, как, например партия консейкай, были настроены оппозиционно к политике правительства. Часть прессы открыто высказывалась против продолжения интервенции, называя ее бессмысленной.

Японская газета "Дзи-Дзи" писала в ноябре 1922 г.: "История фиаско японской военной экспедиции в Сибири ясно продемонстрировала перед нами ту истину, что если правительство будет осуществлять политику без согласия большинства народа, то это приведет к тяжелым результатам. Но для того, чтобы получить эти ценные выводы, Японии пришлось с июля 1918 г. по октябрь 1922 г. мобилизовать свыше 10 дивизий, сменить трех главнокомандующих: Отани, Оой и Тачибана, истратить 600 млн. иен и потерять убитыми свыше 2700 и умершими от болезней свыше 800 человек. Вот какой дорогой ценой Япония получила эти выводы"¹ . Необходимость и неизбежность эвакуации заставили Японию возобновить переговоры с ДВР.

4 сентября 1922 г. в Чанчуне открылась конференция, на которой присутствовали делегаты как ДВР, так и РСФСР.

На конференции Япония хотя и подтвердила свое решение о выводе войск из Приморья, однако отказалась очистить северный Сахалин. 25 сентября 1922 г. переговоры в связи с этим были прерваны.

¹ См. "Красное знамя" N 39 за 1922 год. "Дзи-Дзи" явно преуменьшает потери своей страны от безрассудной, оголтелой политики японских империалистов.

Приняв и подтвердив свое решение об эвакуации Приморья, японцы с ней, однако, не спешили. Они хотели дать возможность белобандитским шайкам скрыться из Приморья в Манчжурию, Корею и частично Японию.

Новый опереточный "правитель" края Дитерихс переименовал, между прочим, потрепанные белогвардейские части в "земскую рать". "Воеводой" он назначил самого себя. Однако от перемены вывески мало что изменилось. "Земская рать" попрежнему продолжала отступать под натиском частей НРА и партизанских отрядов.

9 октября белые банды потерпели новое поражение под Спасском. Попытка удержаться на этом укрепленном плацдарме им не удалась. Одно из последних, решающих столкновений с ними у НРА произошло 13 - 14 октября под селом Монастырищем, причем партизанскими отрядами Приморья этот бой начат был еще за несколько дней до этого. Партизаны заставили белогвардейцев оттянуть часть сил из-под Спасска и других мест и связали их в действиях против победоносно наступавшей НРА. Попытка белых выправить положение окончилась полной неудачей. После разгрома под Монастырищем им ничего не оставалось другого, как бежать заграницу. Уходя, белогвардейцы и интервенты спешили разграбить Владивосток.

Народное имущество погружалось на суда; что не удавалось увезти, приводилось в негодность. Разграблены были, например, железнодорожные склады на Первой речке и на Эгершельде. Было расхищено железнодорожное депо, портились оставшиеся паровозы и вагоны. В крепости взрывались форты и склады со снарядами и военным имуществом. Вследствие взрывов были разрушены также многие жилые дома. Происходили грабежи и насилия.

В ночь на 21 октября в рабочей слободке вооруженные белобандиты булыжниками и прикладами выбивали окна в домах, населенных рабочими; производили аресты и уводили арестованных на суда. Судьба их осталась неизвестной. В городе было фактически полное отсутствие власти.

В ноте правительства Советской республики и правительства ДВР от 22 октября 1922 г. прямо говорилось о разгроме и разрушении города благодаря попустительству и покровительству японского командования. Белобандиты при участии японских офицеров и солдат грабили военные склады и пакгаузы, захватывали и уводили военные и торговые суда. Убытки, нанесенные Дальневосточному краю, были огромны.

После ухода 25 сентября 1922 г. японских войск из Николаевска на Амуре обнаружилось, например, что из крепости Чныррах было вывезено японцами огромное количество металла; крепостная железнодорожная линия была снята и увезена; с крыш снималось оцинкованное железо; орудия были приведены в негодность; снаряды в громадном количестве разбросаны по земле без верхней свинцовой оболочки; увезена радиостанция; уведены русские канонерки "Вотяк", "Шквал", "Монгол", "Бурят" и пароход "Сильный"; в устье Амура были установлены заграждения, препятствующие прохождению судов, и т. д. и т. д.¹

Разграбленный и разгромленный интервентами и белогвардейцами Владивосток был занят войсками НРА 25 октября 1922 г., в 16 часов 25 минут.

¹ Подробности см. в газете "Дальневосточный путь" N 206 от 9 августа 1922 г. и последующих номерах.

Приморье было очищено, наконец, от белоинтервентских банд.

26 октября, на другой день после взятия Владивостока, Ленин послал телеграфный привет освобожденному Приморью: "К пятилетию победоносной Октябрьской революции Красная армия сделала еще один решительный шаг к полному очищению территории РСФСР и союзных ей республик от войск иностранцев-оккупантов. Занятие народно-революционной армией ДВР Владивостока объединяет с трудящимися массами России русских граждан, перенесших тяжкое иго японского империализма..."¹ .

На пленуме Московского совета 20 ноября 1922 г. Ленин подчеркнул значение занятия Владивостока, являвшегося неразрывной частью советской территории:

"Вы знаете прекрасно, сколько жертв принесено при достижении того, что сделано, вы знаете, как долго тянулась гражданская война и сколько сил она взяла. И вот, взятие Владивостока показало нам (ведь, Владивосток далеко, но, ведь, это город-то нашенский), показало нам всем всеобщее стремление к нам, к нашим завоеваниям. И здесь и там - РСФСР. Это стремление избавило нас и от врагов гражданских и от врагов внешних, которые наступали на нас. Я говорю о Японии"² .

Занятием Владивостока был в основном положен конец гражданской войне на Дальнем Востоке.

13 ноября 1922 г. народное собрание ДВР постановило объявить власть советов на всем русском Дальнем Востоке.

16 ноября 1922 г. ВЦИК в свою очередь постановил объявить Дальневосточную республику нераздельной составной частью РСФСР.

Только в некоторых отдаленных северных районах Дальнего Востока продолжали орудовать белые банды: в районе Охотска и Якутской области банды бывшего колчаковского генерала Пепеляева; на севере Камчатки, в Гижигинском, Анадырском и Чукотском районах, - банды Бочкарева, отправившиеся сюда незадолго до ликвидации белогвардейщины в Приморье.

Весной и летом 1923 г. эти банды, с которыми вели борьбу возглавляемые большевиками местные партизаны, были окончательно ликвидированы специальными экспедициями V краснознаменной армии РККА. Вплоть до 1925 г. продолжала Япония держать в своих руках северный Сахалин, эксплоатируя его богатства. В результате твердой позиции советского правительства Япония была вынуждена, в конце концов, вернуть северный Сахалин, что было зафиксировано японо-советским соглашением от 20 января 1925 г. и дополнительным соглашением о Сахалине от 1 мая 1925 года.

Весь Дальний Восток стал отныне навсегда советским!

*

Японский империализм отличается особой агрессивностью. Примерами этого могут служить захват Японией Манчжурии, война с Китаем и т. д. Японский империализм этим, однако, не ограничивается. Забыв уроки интервенции 1917 - 1922 гг., он открыто готовится к войне с СССР и захвату его территории. Более половины японского бюджета уходит, как известно, на военные нужды. Япония готовит военно-экономические базы, закупает стратегическое сырье заграницей, про-

¹ Ленин. Соч. Т. XXVII, стр. 310.

² Там же, стр. 362.

водит реорганизацию и перевооружение армии и флота. Манчжурию Япония превратила в свой плацдарм для предстоящей борьбы с СССР. Еще в своей речи на XVI съезде партии товарищ Сталин говорил: "Каждый раз, когда капиталистические противоречия начинают обостряться, буржуазия обращает свои взоры в сторону СССР: нельзя ли разрешить то или иное противоречие капитализма, или все противоречия, вместе взятые, за счет СССР"¹ .

Оголтелые японские империалисты не перестают все время покушаться на границы нашей великой родины. Своими провокациями на наших границах Япония пытается прощупать нашу обороноспособность, и каждый раз ей приходится убеждаться в том, что не так-то просто вести войну с Советской Россией. Тем не менее, в Японии усиленно ведется открытая пропаганда необходимости войны с Советским Союзом и отторжения территории Дальневосточного края. Еще в 1927 г. японский премьер генерал Танака подал японскому императору меморандум о так называемой позитивной политике в Манчжурии. О Советском Союзе мы находим в этом меморандуме следующие строки: "В программу нашего национального роста входит, по-видимому, необходимость вновь скрестить наши мечи с Россией. Если мы заглянем в будущее Японии, то мы должны признать неизбежность войны с Россией на полях северной Манчжурии... Манчжурия и Монголия являются теми восточными странами, которые еще совершенно не развиты. Раньше или позже нам придется воевать здесь с Советской Россией"² .

В Японии не переставали и не перестают появляться такие "труды", в которых говорится о необходимости войны с СССР и подробно разбирается вопрос о возможности столкновения с Красной армией. Японские милитаристы мечтают захватить Приморье, северный Сахалин, Приамурье, Камчатку и Забайкалье. Им мерещатся богатства Сибири и даже Урала. "Одна часть военных людей в Японии, - говорил товарищ Сталин в своем докладе на XVII партийном съезде, - открыто проповедует в печати необходимость войны с СССР и захвата Приморья при явном одобрении другой части военных, а правительство Японии, вместо того, чтобы призвать к порядку поджигателей войны, делает вид, что это его не касается"³ .

Видимо, японская военщина позабыла о том, как она была бита в годы гражданской войны доблестными сынами нашей родины.

Выступая на XVII съезде партии, тов. Ворошилов говорил по этому поводу: "Японские военные писатели и просто военные, публицисты и ученые, фабриканты и политики, общественные и государственные деятели за последние два года так много и открыто писали и говорили о необходимости войны Японии против СССР, так иной раз цинично, откровенно в статьях и речах обсуждали подробности завоевания нашего Приморья, Забайкалья и даже всей Сибири, что было бы странным, если бы мы сделали вид, что ничего не замечаем, что мы попрежнему доверчиво относимся к нашему дорогому соседу"⁴ . Под видом "борьбы с коммунизмом" фашистская Германия и Япония заключили в ноябре 1936 г. соглашение, направленное против СССР. Фашистская Италия также примкнула теперь к этому соглашению.

¹ И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 357.

² Журнал "Коммунистический интернационал" N 33 - 34 за 1931 год.

³ И. Сталин "Вопросы ленинизма", стр. 552.

⁴ "XVII партсъезд". Стенографический отчет, стр. 234, Партиздат. 1934.

Союзниками оголтелых фашистских захватчиков оказались в сваю очередь предатели и изменники родины - презренные троцкистские и бухаринские выродки, враги народа во главе с Троцким, которые намеревались в случае своего прихода к власти, как выяснилось на процессе параллельного троцкистского центра, уступить Японии Приморье и Приамурье. "Современный троцкизм, - говорил товарищ Сталин в своем докладе на Пленуме ЦК ВКП(б) 3 марта 1937 г., - есть не политическое течение в рабочем классе, а беспринципная и безыдейная банда вредителей, диверсантов, разведчиков, шпионов, убийц, банда заклятых врагов рабочего класса, действующих по найму у разведывательных органов иностранных государств"¹ .

Японский империализм, готовясь к борьбе с Советским Союзом, не только сооружается в этих целях, но и пытается подорвать мощь нашей Красной армии, нарушить работу нашего транспорта, тяжелой промышленности и др. Для этого он засылает к нам шпионов, диверсантов и вредителей, обучаемых в специальных школах в Харбине и других местах. В этом деле белогвардейское отребье не за страх, а за совесть служит японским империалистам. В цитированном выше докладе на Пленуме ЦК ВКП(б) товарищ Сталин говорил, что "в тылы Советского Союза буржуазные государства должны засылать вдвое и втрое больше вредителей, шпионов, диверсантов и убийц, чем в тылы любого буржуазного государства"² .

Процесс параллельного троцкистского центра со всей ясностью показал в свою очередь, что нет никакой разницы между интересами троцкизма и интересами японской разведки, японского генерального штаба. Троцкисты Князев, Турок, Лившиц и др. выполняли, как выяснилось на процессе, задания представителя японской разведки - "г-на X". Для этого они организовывали крушения на советских железных дорогах, передавали секретные государственные документы и т. д. Японский диверсант Авербах, осужденный в городе Свободном по процессу 44, говорил на допросе: "Японцы требовали, чтобы мы перешли к массовым диверсиям, выводили из строя станки, оборудование, поджигали предприятия и особенно активизировали диверсии, когда во взаимоотношениях между Японией и СССР наступила известная напряженность". Японской разведкой давались задания по организации отравления красноармейцев, мирного населения и т. д.

Японская буржуазная газета "Мияко" поместила 20 февраля 1937 г. сообщение о секретном заседании пленума бюджетной комиссии японской нижней палаты. Депутат парламента Асида обратился к военному министру Сугияма с запросом: "Известна ли армии провозоспособность Сибирской железной дороги?" Ответив на этот вопрос положительно, Сугияма на дальнейший запрос указал, что "в России имеются элементы, находящиеся в оппозиции к нынешнему правительству, и именно через них мы и знаем". Этими элементами как раз и являются троцкистские наемники японской разведки. Необходимо также отметить, что "вскрытые недавно японские шпионско-диверсионные гнезда выявили одну чрезвычайно характерную черту, присущую методам японской разведки. Целый ряд лиц из числа антисоветского продажного отребья, привлеченных к суду в 1936 - 1937 гг. за шпионаж и диверсию по заданию японцев, оказался старыми японски-

¹ И. Сталин "О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников". См. "Историк-марксист" N 2 за 1937 г., стр. 8.

² Там же, стр. 6.

ми разведчиками, завербованными еще в годы интервенции (1918 - 1922)"¹ .

Товарищ Сталин призывал нас, поэтому помнить и никогда не забывать, что "пока существует капиталистическое окружение, будут существовать у нас вредители, шпионы, диверсанты и убийцы, засылаемые в наши тылы агентами иностранных государств"² .

Забайкалье, Приамурье и Приморье - это социалистические, советские форпосты на Дальнем Востоке. Они бдительно охраняются славными пограничниками, героической непобедимой ОКДВА во главе с ее командующим маршалом Советского Союза тов. Блюхером. В своей речи на XVII съезде кашей партии тов. Ворошилов говорил: "Все наше Приморье, как и наш северный Сахалин, как и нашу Камчатку, как каждую пядь всей нашей дальневосточной земли, мы должны отстоять, во что бы то ни стало. И отстоим, безусловно!.. Мы все как один человек убеждены не только в том, что мы отстоим свой Дальний Восток, но и выйдем победителями из любой войны, если нам ее навяжут..."³ .

В своем обращении к товарищу Сталину VI чрезвычайный съезд советов ДВК писал в ноябре 1936 г., что Дальневосточный край стал форпостом социализма на Востоке, что, как и во всей стране, там стало жить лучше, жить стало веселей. "Никому мы не отдадим ни одного вершка родной земли. Рубежи края одеты в железо и бетон. Славная ОКДВА, уже испытанная в боях, молодой, но могучий Тихоокеанский флот и отважные краснознаменные пограничники зорко и бдительно стальной нерушимой стеной охраняют спокойствие дальневосточных рубежей Советской страны"⁴ .

О гранитную мощь Дальневосточного края сломают себе головы японские хищники.

¹ "Подрывная работа японской разведки", стр. 8. Партиздат. 1937.

² И. Сталин "О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников". См. "Историк-марксист" N 2 за 1937 г., стр. 6.

³ "XVII партсъезд". Стенографический отчет, стр. 235.

⁴ "Правда" от 13 ноября 1936 года.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Г. РЕЙХБСРГ:

Комментарии: