В последние два десятилетия, после того как пали все советские идеологические ограничения на научные и культурные связи с Турцией, а в самой Турции был наведен порядок в ее архивном деле, у российских историков появилась возможность работать в турецких архивах.

Особенно активно архивные изыскания в Турции пытаются вести ученые, изучающие национальные истории тюркских народов постсоветского пространства. Действительно, для них, как, впрочем, и вообще для изучения средневековья Восточной Европы, хранящиеся в турецких архивохранилищах османские документы представляют большой интерес. Однако их освоение является совсем непростым делом, поскольку турецкий язык, родственный и близкий другим тюркским языкам, требует для работы с документами на нем специальной языковой подготовки, а особые трудности возникают при знакомстве с его османским вариантом.

В 1928 г. в Турции отказались от использования для своего языка арабского алфавита и перешли на латиницу. Арабский шрифт был явно неудобен для тюркских языков: он не предполагает обязательного изображения на письме гласных звуков, что объясняется своеобразной закономерностью их употребления в арабском языке. Тюркские же народы даже в иностранных словах обычно стремятся согласные буквы разделить гласными. Тюркские тексты, написанные арабским шрифтом, порой превращались в некие ребусы, которые читатель должен был уметь разгадывать. Поэтому обучение грамоте было непростым делом. Это оказывалось общей проблемой для всех тюркских народов, что привело большинство из них к отказу от арабского алфавита. Введение в Турции латиницы упростило написание, сделав его фонетически более точным, однако сильнее выявило те расхождения между тюркскими языками, которые ранее на письме не были так заметны. Теперь же фонетические особенности каждого языка ярко обозначились.

В Турции в XX в. менялся не только шрифт, алфавит, но и сам язык. Проводившаяся в стране языковая реформа предполагала замену широко используемых ранее арабских и персидских слов словами с тюркскими корнями. Эта замена шла очень активно, в газетах печатались списки слов, от которых предлагалось отказаться и которые следовало заменить новыми. Такая, казалось бы искусственная (а то и насильственная), мера имела успех, что говорило о том, что изменения в языке назрели и были необходимы. Язык обновился. В чем-то он приблизился к турецкому простонародному и к другим тюркским языкам, но османский язык стал непонятен всем. Произошел языковый, а следовательно и культурный, разрыв. Для современной турецкой молодежи во многом стали непонятны ни великий османский поэт Тевфик Фикрет (такого же удаления от нас, как, например, А. Блок), ни даже речи Кемаля Ататюрка. Их надо переводить на современный язык. Ряд турецких писателей, издававших свои первые книги в 1940 1950-х гг., позднее сами переводили их на современный язык.

С пониманием османских текстов появились проблемы в самой Турции. Прежде всего это коснулось и ранее труднопонимаемого формализованного османского языка официальных документов. Недаром еще старое российское востоковедение требовало от османистов знания не только современного им османского языка, но и персидского и арабского. А.К. Казем-бек, один из основоположников российской туркологии, утверждая необходимость такого триязычия, писал: "Персиянин, основательно знающий свой язык, не имея даже никакого практического знания в турецком... лучше поймет самые трудные и замысловатые сочинения на турецком... чем природный турок, не знающий ни персидского, ни арабского" (цит. по: [Иванов, 2001, с. 97-102]). Современный турецкий еще более отдалился от османского, а работа в турецких архивах с османскими документами стала требовать особой подготовки даже от самих турок.

Ряд историков наших северокавказских республик попытались прибегнуть в такой работе к помощи своих соотечественников, уже давно проживающих в Турции. Думаю, это возможный вариант. Среди потомков тех, кто переселился в Турцию с Кавказа в XIX-XX вв., есть те, кто не только учился в современных университетах, но и ранее окончил медресе. Они знакомы с арабским и османским языками. Однако далеко не всегда именно они берутся за переводы и выявление нужных документов.

В Турции около архивов и на международных конференциях, где присутствуют иностранные ученые, часто появляются пожилые люди, предлагающие свои услуги по латинской транслитерации османских текстов. Очевидно, не всегда следует отказываться от их услуг, так как среди них также встречаются настоящие знатоки османского языка. Нельзя ограничиваться лишь публикацией переводов и латинописьменного варианта источника. Обязательно должно присутствовать четкое факсимиле османского текста. Только в этом случае документы могут действительно считаться введенными в научный оборот.

В настоящее время возможны прямые контакты и с турецкими архивистами. Приятно отметить, например, публикацию "История Центральной Азии в османских документах. Т. 1: Политические и дипломатические отношения" (Самарканд, 2011), подготовленную совместно Международным институтом центральноазиатских исследований ЮНЕСКО и турецким обществом архивистов. Публикация содержит факсимиле, транслитерацию документов и краткое их резюме на русском, английском и современном турецком языках. Обработка и транслитерация документов выполнены турецкими специалистами, редактирование и перевод на русский язык - туркологами, вышедшими из российской школы востоковедения, - Ш. Мустафаевым и Г. Мамедовым.

Совместно с турецкими архивистами и при участии стамбульского Центра социально-стратегических исследований "Кавказский дом" в Кабардино-Балкарии был подготовлен сборник османских документов [История адыгов..., 2009]. Ему предпослана статья заместителя генерального директора архива Башбаканлык Мустафы Будака, в которой он отмечает, что в последние годы активизировалось внимание к документам о связях Османской империи с Кавказом. Всего же, как констатирует турецкий архивист, с 1921 по 2005 г. по кавказской проблематике в архиве работало 216 человек, большую часть которых составляли студенты, выполнявшие свои курсовые работы и не продолжавшие позднее исследовательскую деятельность.

В этом издании помещены переводы документов и факсимильные копии их османских текстов. Транслитерация документов отсутствует. По тем правилам, которые приняты для публикации османских текстов в Турции, она обязательна. Это естественно, так как арабская графика большинству турецких читателей незнакома. Научные публикации османских документов за рубежами Турции, на мой взгляд, могут быть ограничены переводами и факсимиле подлинника, но последнее, подчеркиваю, обязательно.

Именно такой формой публикации (перевод и арабо-письменный оригинал) пользуются, например, французские исследователи группы А. Беннигсена с 1960-х гг., первенствующие в изучении документов османских архивов по истории Восточной Европы. Их работа с османскими документами начиналась с семинара по османской палеографии, ведущую роль в котором играл известный турецкий историк П. Баратав, проживавший тогда во Франции.

Подобную же попытку использовать международное сотрудничество для изучения балканского региона в 1980-е гг. сделало научное общество СИБАЛ. Были проведены семинары по славянской, латинской и османской палеографии. Мне удалось присутствовать на семинарах по османской палеографии, состоявшихся в Будапеште и Софии. В Будапеште (точнее, в его пригороде Вышеграде) были рабочие заседания, на которых все специалисты сидели за одним рабочим столом, каждый читал предложенный им документ и останавливался на тех его деталях, которые ему были не совсем ясны; затем они коллективно обсуждались, пока не находилось понятное их толкование. Это была очень полезная научная школа для всех участников. В Софии, к сожалению, такой совместной работы не было. Были лишь сообщения о тех или иных публикациях османских источников, осуществленных в разных странах. Позднее эти встречи прекратились, и никаких печатных итогов, насколько мне известно, подведено не было. Французские же историки сумели создать на базе семинара П. Баратава целую школу по османскому источниковедению.

Наиболее успешно в этой области в Российской Федерации работают наши казанские коллеги. Они ознакомили русскоязычных читателей с переводами наиболее известных публикаций французских коллег (см.: [Восточная Европа..., 2009] и нашу рецензию на это издание в № 3 журнала "Восток (Oriens)" за 2012 г.), а также самостоятельно издали сборник османских документов из древлехранилищ Турции, касающихся Волжско-Уральского региона (Казань, 2008), показав нам образец того, как следует работать с османскими документами. Приятно, что эта работа была выполнена именно в Казани, где в свое время зарождалась российская тюркология. Было бы правильно, если бы казанские коллеги смогли организовать научный семинар по османской палеографии для тюркологов из бывшего Советского Союза. Это не-

обходимо, так как османское источниковедение становится модной научной дисциплиной и хотелось бы, чтобы оно развивалось на прочном научном фундаменте. Возможны в настоящее время и более широкие научные контакты с турецкими архивистами - у них наработан определенный научный опыт, которым следует воспользоваться. Незачем снова изобретать велосипед.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Восточная Европа средневековья и раннего нового времени глазами французских исследователей. Сборник статей / Отв. ред. И.А. Мустакимов, А.Г. Сидиков; научн. ред. И.В. Зайцев, Д.А. Мустафина; ввод, ст. В.В. Трспавлов. Казань, 2009.

Документы по истории Волго-Уральского региона XVI-XIX веков из древлехранилищ Турции. Сборник документов / Сост. И.А. Мустакимов. Казань. 2008.

Иванов С.М. Турция глазами учеников Мирзы Казсм-бека // Мирза Казем-бек и отечественное востоковедение. Доклад и сообщение научной конференции. Казань. 2001. С. 97-102.

История адыгов в документах османского государственного архива. Вып. 1 / Отв. ред. Б.Х. Бгажноков, сост. А.В. Кушхабисв. Нальчик, 2009.

История Центральной Азии в османских документах. Т. 1: Политические и дипломатические отношения I Науч. ред.: Ш. Мустафасв, М. Серии; обр. и транслит. док.: К. Гурулкан, М. Билгин, Н. Пакирдаг; пер. на рус. яз. Г. Мамсдова; пер. на англ. яз. А. Эфсндисва. Самарканд, 2011.

 Канд. ист. наук, ведущий научный сотрудник ИВ РАН С. Ф. ОРЕШКОВА

Permanent link to this publication: