Этот многоэтажный жилой дом "свечка" хорошо виден почти с любой точки ростовского микрорайона Военвед. Выполненный в современном архитектурно- строительном стиле, выкрашенный в светлые тона, он напоминает гордую бригантину, поднимающую свои белоснежные паруса. Под окнами - любовно ухоженная цветочная клумба, у дверей подъезда - деловитая консьержка, время от времени добродушно поругивающая не в меру расшалившихся ребятишек. Словом, довольно респектабельный, уютный дом. Но это лишь впечатление непосвященных. Жители военного городка знают, что во многих квартирах этого красавца-дома надолго поселилась тихая скорбь. В них проживают семьи погибших на Северном Кавказе военнослужащих.

...Жанна Ворсина, вдова погибшего в январе 1995 года в Грозном майора Валерия Ворсина, держится с достоинством. На просьбу о встрече с журналистами согласилась сразу - надо так надо. Она военнослужащая одной из частей Ростовского гарнизона, связист. Растит дочь Анну десяти лет.

- В доме таких семей, как наша, около десяти, - рассказывает Жанна. - С самого начала так повелось, что живем мы некоей доверительной коммуной. Общая беда, наверное, объединила. Нередко собираемся у кого-нибудь из своих, пьем чай, делимся новостями.

Друг о друге они знают все: как ведут себя в детском саду или учатся в школе их ребятишки, у кого на кухне потек кран и сколько запросил за его ремонт управдомовский сантехник...

От пожилых людей приходилось слышать: нечто подобное царило в человеческих взаимоотношениях в первые послевоенные годы. С той лишь разницей, что тогда такой дружной коммуной была вся страна.

Конечно, каждый из этих людей живет своей собственной жизнью: нужно работать и растить детей, строить и заново перестраивать отношения с внешним миром, далеко не всегда доброжелательным и гуманным. Но много у них и общего. В известной мере их коммуну можно считать сколом не такой уж малой части наших сограждан, которых безжалостно опалила война.

С получением жилья особых проблем у них в общем-то не было. Нужно отдать должное руководству Министерства обороны и командованию Северо-Кавказского военного округа. На сегодняшний день ни одна из семей офицеров и прапорщиков, погибших в 1994 - 1996 годах на территории Чеченской Республики, без квартиры не осталась. Сейчас жилищный вопрос активно решается и для семей военнослужащих, погибших в период проведения нынешней контртеррористической операции.

Общая проблема и камень преткновения - расчет метража жилой площади на члена семьи. До самого последнего времени при выдаче жилья квадратные метры на погибшего главу семейства не выделялись. Некоторые из самых настойчивых женщин доходили до Москвы, но и там вопрос решался со скрипом. Так, по сей день, например, живет в двухкомнатной малогабаритной квартире с двумя детьми вдова Героя России старшего лейтенанта Валерия Очеретного - Алла. Ютится в однокомнатной квартире-малометражке с дочерью вдова старшего прапорщика Виктора Паршонкова - Марина.

А ведь дети растут, следовательно, растут и проблемы, в том числе и с жилой площадью для них.

Правда, в последние месяцы дело сдвинулось. Так, по решению в ту пору командующего войсками Северо-Кавказского военного округа генерала армии Виктора Казанцева Жанна Ворсина, одна из первых среди находящихся в аналогичном положении, получила ордер на вселение в двухкомнатную квартиру, а ранее занимала однокомнатную.

Вообще, как заметили Жанна Ворсина и ее подруги, в течение минувшего полугодия отношение к ним и властных структур, и различных организаций, благотворительных фондов заметно

стр. 43

переменилось к лучшему. Внимание к их проблемам, заботам стало более пристальным. Многие из вдов побывали на приеме у командующего войсками СКВО, причем инициатива исходила от принимающей стороны. Вдовы также стали гостями торжественных мероприятий по случаю празднования Дня защитника Отечества и Международного женского дня, побывали на концертах и встречах с артистами. Татьяна Завьялова, Светлана Моисеева и некоторые другие члены семей погибших воинов стали участниками бесплатной туристической поездки на Кипр, организованной Министерством обороны Российской Федерации совместно с благотворительным фондом "Линия жизни". Кстати, фондом выдвигалось требование, чтобы женщин включали в списки для поездки только в том случае, если они сами являлись военнослужащими, принимавшими участие в боевых действиях. Это требование было соблюдено, и поэтому многие вдовы оказались "за бортом" акции. А власти Турции, узнав, что отдыхать летят российские военные, закрыли для самолета свое воздушное пространство...

И все же новое отношение к себе женщины, естественно, заметили. А вот радоваться этому пока не спешат: предыдущий опыт их был весьма горек. Приходилось порой от иных чиновников слышать стереотипно- циничную фразу: я, дескать, вашего мужа в Чечню не посылал. И все же вдовы и матери погибших надеются, что все, о чем рассказано здесь, - не разовые мероприятия, а первые реальные признаки изменения всей социальной политики по отношению к семьям погибших при исполнении служебного долга военнослужащих.

Пока же ситуация такова, что многие виды льгот для такой категории граждан просто не предусмотрены. И прежде всего это касается детей павших воинов. Пенсия до достижения ими совершеннолетия, хоть и довольно скромная, полагается. Но это, пожалуй, и вся государственная помощь. Причем закон не делает различий: умер ли кормилец от болезни, погиб в бою за интересы России или, что тоже печально, закончил свои дни по причине несчастного случая в быту.

Где только не побывала Наталья Подольская, вдова погибшего у стен Грозного капитана Петра Подольского, когда их дочери Вике пришла пора после окончания школы определяться с выбором дальнейшего жизненного пути. Работники военкоматов, ректоры вузов и руководители предприятий, к которым она обращалась за помощью, только руками разводили. Такие, как Вика Подольская, почему-то не входят в перечень лиц. имеющих преимущества при зачислении в вуз. Справедливо ли это? Не думаю.

Не будем лицемерить: в наше непростое время поддержка родителей для юноши или девушки на жизненном старте ох как важна. И будь хоть семи пядей во лбу, но если загодя не было возможности, скажем, позаниматься с репетиторами из числа преподавателей избранного вуза или посещать платные вузовские подготовительные курсы, шансы стать студентом невелики. У Вики такой возможности не было, вот и пришлось ей пойти учиться в один из ростовских коммерческих колледжей. Обходится это семье погибшего капитана в 2 тысячи рублей за семестр. Для их скромного бюджета сумма весьма значительная. И предложений по выплате гуманитарных именных стипендий Подольским пока не поступало.

В таком же "неприкаянном"

стр. 44

положении находятся дошколята: льготная плата за посещение детских садов для них не предусмотрена. И в школах далеко не везде готовы кормить их бесплатным обедом. Нужно учесть такое обстоятельство: по статистике 75 - 80 процентов военнослужащих, погибших в последние годы на Северном Кавказе и в других горячих точках, - люди в возрасте до 35 лет. Следовательно, у большинства из них остались малолетние дети. Актуальность проблемы очевидна.

На протяжении последних лет испытанным и надежным другом для "чеченских" вдов был Союз ветеранов Афганистана Октябрьского района города Ростова-на-Дону. Так вышло, что в этом городском районе ныне проживает наибольшее количество семей погибших. Возглавляет союз Александр Кокотчиков, и именно по его инициативе товарищи еще несколько лет назад приняли решение считать "чеченских" вдов членами союза со всеми вытекающими отсюда последствиями. Женщины не только принимают участие в деятельности организации, но и получают от нее существенную поддержку. За эти годы они получили от товарищей-афганцев" сотни килограммов гуманитарных продуктов. десятки ребятишек-сирот отдохнули в детских оздоровительных лагерях по выделенным "афганцами" путевкам. Стоит Союз и на страже социальных прав семей погибших. Был момент, к примеру, когда местные власти попытались отменить для них льготы по оплате коммунальных услуг, проезду в общественном транспорте. Союз ветеранов Афганистана не успокоился, пока не добился отмены дискриминационного решения.

- Эти женщины - наши сестры, - лаконично говорит Александр Кокотчиков.

По мере сил не остаются в стороне и некоторые другие организации, учреждения Ростовской области. Среди наиболее активных - Ростовский-на-Дону филиал страховой компании "Инкорстрах", которым руководит офицер запаса Алексей Спесивцев. По решению директората филиала члены более чем 30 семей погибших военнослужащих прикреплены за счет компании на медицинское обслуживание к больнице "Водник", персонал которой считается в донской столице одним из наиболее квалифицированных. Более того, дети из этих семей получили бесплатные страховые полисы от "Инкорстраха".

Со значительной скидкой продает вдовам погибших свою парфюмерно- косметическую продукцию ростовский магазин "Ландыш". В благотворительной работе участвуют также и другие предприятия, организации. Поэтому говорить о том, что члены семей погибших военнослужащих брошены на произвол судьбы, значит, грешить против истины. Речь, наверное, стоит вести не об этом.

По большому счету, помощь со стороны общественных организаций, предприятий являет собой добровольную попытку из "низов" прикрыть брешь в социальных государственных программах, призванных защищать права и интересы этой категории жителей страны. Конечно, на Руси никогда не было недостатка в людях сострадательных, сердобольных. Не случайно именно у нас родилась поговорка: "С миру по нитке - голому рубаха". И все же выделение "нитки" - суть личное дело того или иного руководителя. Сегодня дал, а завтра - нет. Неумолимая логика рынка, когда "каждый за себя, один Бог за всех", подсказывает: с добросердечием "на плаву" коммерческой стихии долго не продержишься.

Поэтому нетрудно убедиться на практике: с каждым годом все "худеют" благотворительные статьи расходов крупных фирм и банков, а мелкие предприниматели, даже желая, не в силах помочь своему ближнему. Да и. если честно, другие их волнуют проблемы. Отсюда естественный вывод - переходный период в становлении государственной социальной политики явно затянулся, пора бы находить решения в новых условиях.

...Совсем рядом с красавцем-многоэтажкой "вдовьим домом" заканчивается строительство еще одного жилого здания. Темно-серый бетон отталкивает взгляд. Стены еще не успели покрасить. Скоро его, конечно, покроют тонким светло-радужным слоем. В дом въедут радостно озабоченные жильцы. Но все ли сложится у них хорошо? Увы, и это уже известно: среди новоселов будут и они - слишком рано поседевшие женщины в траурных черных платках...

Permanent link to this publication: