ЧИСЛО КОМАНДИРОВОК КАЛИНИНГРАДСКОГО ОМОНА НА СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ ПЕРЕВАЛИЛО ЗА ДЕСЯТОК. ОСЕТИЯ. ИНГУШЕТИЯ. ЧЕЧНЯ. ДАГЕСТАН. ПОСЛЕДНЯЯ ИЗ НИХ ЗАВЕРШИЛАСЬ В НАЧАЛЕ МЕСЯЦА. О НЕЙ КОРРЕСПОНДЕНТУ "СТРАЖА БАЛТИКИ" РАССКАЗАЛ КОМАНДИР ОТРЯДА ПОДПОЛКОВНИК МИЛИЦИИ МИХАИЛ СЫЧЕВ

В ПЕРВЫЕ дни нового года в Махачкале перед нами была поставлена задача - сменить ханты-мансийский ОМОН, который нес службу в райцентре Унцукуль Дагестана на границе с Чечней. Он примечателен тем, что в десяти километрах находится село Гимры - родина мюридизма, породившего в XIX веке на Кавказе газават или так называемую священную войну. В августе сепаратисты немного не дошли до него. Тая они планировали создать своего рода религиозный центр. Аварцы, которые живут в тех краях, говорят, что сами их не пустили.

- Как вас приняли местные жители?

- Хорошо. Они не скрывали, что в прошлую войну помогали чеченцам. Принимали семьи, давали продовольствие и даже перебрасывали оружие. В эту войну чеченцы решили навязать им новые правила игры. И это вызвало протест. Но мы надеялись только на себя.

- Какие конкретно задач вам пришлось выполнять?

- На территории района находится Ирганайская ГЭС - одна из крупнейших. От водохранилища, расположенного на высоте нескольких тысяч, метров, через тоннель в горе вода обрушивалась на турбину. Существует только одна задвижка. Достаточно ее взорвать, и для воды не остается преграды. Если бы это произошло, такого города, как Буйкакск, попросту не стало бы, а в Махачкале все ходили бы по щиколотку в воде. В 800 метрах от ГЭС находятся склады с 50 - 60 тоннами взрывчатых веществ, использовавшихся для горнопроходческих работ.

Нагрузка была очень серьезная. До нас те же функция выполнял отряд из 50 человек. Нас было 30. Пришлось держать восемь круглосуточных постов. Это - многовато. Половина людей уходила на охрану объектов в горах. Вокруг складов и основного узла ГЭС были оборудованы пулеметные гнезда. Оттуда велось наблюдение за окрестностями с помощью биноклей или приборов ночного видения.

И в месте базирования приходилось держать три круглосуточных поста для собственной охраны. Поэтому было не до отдыха.

Самая тревожная ситуация сложилась после взятия Грозного, когда разрозненные остатки групп боевиков начали покидать столицу. И оперативники, и местные жители приносили вести о том, что в одном или другом месте видели подозрительных людей. Все это, конечно, нельзя было оставлять без внимания. Мне кажется, что десантники и морские пехотинцы так потрепали бандитов в Беде иском ущелье, что им было уже не с руки ввязываться в бой с нами.

- Пришлось дм вам принимать участие в прямых столкновениях с бандитами?

- 20 января мы были готовы для вливания в штурмовые группы, чтобы принять участие в освобождении Грозного. До него было 260 километров. По гололеду и горным дорогам до Ханкалы пришлось добираться двое суток. Выполняя приказ, мы оставили объект без охраны. Видимо, он был признан ошибочным, и мы вернулись.

- Что вы считаете наиболее важным результатом командировки?

- Главное, что мы как уехали, так и приехали в полном составе. Часть участников командировки представлена к медали "За отличие в охране общественного порядка". Это - трудовая милицейская медаль. Ее надо заслужить кровью и потом.

Permanent link to this publication: