С осени 1896 г. Э. Бернштейн в серии статей под общим названием "Проблемы социализма" начал критику идеологических установок социал-демократии, призывая к переоценке и пересмотру идейного наследия К. Маркса и Ф. Энгельса ¹ .

Вопрос о начале и сущности полемики между Э. Бернштейном и К. Каутским неоднократно поднимался в историографии, но, несмотря на это, продолжает принадлежать к числу спорных. В советской исторической науке бернштейнианство характеризовалось как оппортунистическое, враждебное марксизму течение в международном социал-демократическом движении. Подобная точка зрения основывалась на ленинских оценках ревизионизма, который подчеркивал, что в 1890-е годы внутри марксизма возникло враждебное ему течение. "Бывший ортодоксальный марксист Бернштейн дал имя этому течению, выступив с наибольшим шумом и с наиболее цельным выражением поправок к Марксу, пересмотра Маркса, ревизионизма" ² , - писал В. И. Ленин. Достаточно высоко оценивая критику Каутским Бернштейна, лидер большевиков указывал и на слабые стороны его аргументации, подчеркивая, что по отдельным моментам речь нужно вести не о полемике против Бернштейна, а об уступке, сдаче "позиций оппортунизму" ³ .

Эти ленинские постулаты были развиты советскими исследователями, которые указывали на сходство между центризмом (скрытым оппортунизмом) Каутского и ревизионизмом (открытым оппортунизмом) Бернштейна, на "дружеский" характер критики Каутским Бернштейна и т.п. ⁴

С конца 1980-х годов в отечественной историографии наметилась тенденция к переосмыслению идейно-теоретических воззрений западной социал- демократии, в том числе и оценок ревизионизма. Были признаны заслуги Бернштейна как первого, кто

(с) 2003 г.

Кретинин Сергей Владимирович - доктор исторических наук, профессор исторического факультета Воронежского государственного университета.

¹ Так называемая первая серия статей Бернштейна состояла из пяти статей, объединенных под названием "Проблемы социализма. Собственное и привнесенное". См. Die Neue Zeit, 1896/97, Bd. 1, S. 164 - 171, 204 - 213, 303 - 311, 772 - 783; Bd. 2, S. 100 - 107, 138 - 143. Вторая серия статей "Проблемы социализма" вышла под заголовком "Социализм и занятия ремеслами молодежи". См. Ibid., 1897/98, Bd. I, S. 37 - 44, 484 - 497, 548 - 557; Bd. 2, S. 225 - 232, 388 - 395. Позднее эти статьи Бернштейна были изданы отдельной брошюрой. См. Bernstein E. Die Voraussetzungen des Sozialismus. Die Aufgaben der Sozialdemokratie. Stuttgart, 1899.

² Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 17, с. 16.

³ Там же, т. 33, с. 106.

⁴ См., например, Айзин Б. А. Подъем рабочего движения в Германии в начале XX века. М., 1954, с. 62 - 78; Галкин И. С. Рабочее движение в Германии 1871 - 1914 годов. М., 1957, с. 54 - 59; Петряев К. Д. Очерки по истории Германии начала XX века (1900 - 1914 гг.). Одесса, 1959, с. 272 - 273; Чагин Б. А. Из истории борьбы против философского ревизионизма в германской социал-демократии, 1895 - 1914. М. -Л., 1961; Айзин Б. А. Борьба против ревизионизма в германской социал- демократии в конце XIX века (1898 - 1899 гг.). - Германское рабочее движение в новое время. Сб. статей. М., 1962; Чернецовский ЮМ. Ленин и борьба против международного ревизионизма. Л., 1970; Овчаренко Н. Е. Германская социал-демократия на рубеже двух веков: Идейно- политическая эволюция СДПГ в период империализма. М., 1975; Клямкин ИМ. Революционный марксизм против методологии ревизионизма и центризма. Воронеж, 1988; Петренко ЕЛ. Ленинские принципы критики оппортунизма. М., 1988.

стр. 11

выступил против догматического толкования марксизма и явился достойным продолжателем учения Маркса и Энгельса ⁵ . Н. Е. Овчаренко признавал, что при всех элементах утопизма и догматизма доктрина Бернштейна - "это альтернативный вариант реформистского социализма для определенных условий соответствующей исторической полосы развития" ⁶ . Говоря о полемике Бернштейна и Каутского, отечественные авторы акцентируют внимание на различиях между их воззрениями, в частности, по проблеме врастания в социализм ⁷ . Однако до сих пор эта проблема не стала предметом специального исследования. В настоящей статье делается попытка рассмотреть вопрос о начале и сущности дебатов по проблеме ревизионизма, опираясь на корреспонденцию Бернштейна и Каутского, преимущественно - неопубликованную.

В зарубежной историографии существует масса литературы, в которой раскрыты различные аспекты полемики вокруг ревизионизма между Бернштейном и Каутским ⁸ . Одним из спорных на сегодняшний день моментов является вопрос о начале ревизионистских выступлений Бернштейна. Казалось бы, здесь присутствует известная ясность: с осени 1896 г. Бернштейн начал публикацию своих знаменитых "Проблем социализма", а с 1898 г. началась открытая дискуссия между ним и марксистскими ортодоксами во главе с Каутским. Однако еще в 1954 г. немецкий исследователь П. Гай высказал предположение о том, что до написания "Проблем социализма" Бернштейн должен был апробировать свои идеи в более ранних произведениях ⁹ . Гаю вторил Б. Густафссон, который считал началом "разрыва" Бернштейна с ортодоксальным марксизмом его комментарий к популярной книге французского автора Л. Геритье "История Французской революции 1848 г. и Второй республики" ¹⁰ . Долгое время год издания этой работы не был доподлинно известен, что давало основания Густафссону относить его к 1895 или к началу 1896 г. Тем самым историк вольно или невольно пытался отнести начало ревизионизма Бернштейна к более ранним срокам. С ним был солидарен другой исследователь - Т. Мейер, который датировал комментарий Бернштейна к книге Геритье 1896 г. ¹¹

Современные исследователи установили, что указанная работа Геритье с комментарием Бернштейна была опубликована в 1897 г. ¹² , т.е. уже после "первой серии" ре-

⁵ См. Петренко ЕЛ. Социалистическая доктрина Э. Бернштейна. М., 1990, с. 42; А гаев С Л. Движение и цель. - Полис, 1991, N 2, с. 155 - 165.

⁶ Овчаренко Н. Е. Две жизни Эдуарда Бернштейна. - Новая и новейшая история, 1994, N 4, 5, с. 224. См. также: Кретинин С. В. Карл Каутский: опыт переосмысления (1854 - 1938 гг.). - Новая и новейшая история. 1995, N 1,с. 151 - 152.

⁷ См. Петренко ЕЛ. Карл Каутский: Очерк социалистических воззрений. М., 1991, с. 35.

⁸ См., например: Manias E. Kautsky und der Kautskyanismus. Die Funktion der Ideologic in der deutschen Sozial-demokratie vor dem ersten Weltkrieg. - Marxismustudien, 2 Bde. Tubingen, 1957, S. 151 - 197; Steinberg H. -J. Sozialismus und deutsche Sozialdemokratie. Zur Ideologic der Partei vor dem I. Weltkrieg. Hannover, 1967; Holzheuer W. Karl Kautskys Werk als Weltanschauung. Miinchen, 1972; Frei H. Fabianismus und Bernstein'scher Revisionismus 1884 - 1900. Bern, 1979; Hunlich R. Karl Kautsky und der Marxismus der II. Internationale. Marburg, 1981; Walther /?."...aber nach der Sundflut kommen wir und nur wir". "Zusammenbruchstheorie". Marxismus und politisches Defizit in der SPD 1890 - 1914. Frankfurt a.M., 1981; Waldenberg M. Karl Kautsky e Eduard Bernstein: due concezione delta strategia - Filipo Turati e europeo. Napoli, 1985, p. 97 - 107; Geari D. Karl Kautsky. Manchester, 1985; Schelz-Brandenburg T. Eduard Bernstein und Karl Kautsky: Entstehung und Wandlung des sozialistischen Parteimarxismus im Spiegel ihrer Korrespondenz 1879 bis 1932. Koln-Weimar - Wien - Bohlau, 1992; Carsten F.L. Eduard Bernstein 1850 - 1932. Eine politische Biographic. Miinchen, 1993; Raution V. -M. Die Eduard Bernstein-Debatte. Die politisch-ideologische Stromungen und die Parteiideologie in der Sozialdemokratischen Partei Deutschlands 1898 - 1903. Helsinki, 1994.

⁹ Gay P. Das Dilemma des demorkatischen Sozialismus. Eduard Bernsteins Auseinandersetzung mil Marx. Niirnberg, 1954, S. 84.

¹⁰ Gustafsson B. Marxismus und Revisionismus. Eduard Bernsteins Kritik des Marxismus und ihre ideenge-schichtlichen Voraussetzungen. Frankfurt a.M., 1972, 2. Aufl., S. 90.

¹¹ Meyer T. Bernsteins konstruktiver Sozialismus. Eduard Bernsteins Beitrag zur Theorie des Sozialismus. Berlin -Bonn - Bad-Godesberg, 1977, S. 137.

¹² cm. Schelz-Brandenburg T. Op. cit., S. 289.

стр. 12

визионистских статей Бернштейна в "Нойе цайт". Учитывая это, Мейер возвратился к традиционной точке зрения, считая, что с 1896 по 1898 гг. Бернштейн занимался формулированием ревизионистской критики "партийного марксизма", а с 1898 г. начинается его активная критика сначала со стороны А. Парвуса и Р. Люксембург, а затем - и Каутского ¹³ .

Что касается собственно содержания комментария Бернштейна, то он вряд ли может быть отнесен к одному из первых документов с программным изложением ревизионистской концепции Бернштейна. Исследователей, видимо, ввел в заблуждение тот факт, что тот большое внимание уделил О. Бланки и бланкизму, на сходство которого с марксизмом он указывал в своих позднейших работах. Однако в указанном комментарии Бернштейн, напротив, давал Бланки высокую оценку, а цель данного комментария он видел вовсе не в обнаружении и критике слабых сторон марксистской теории, а в том, чтобы показать слабые стороны работы Геритье. Бернштейн писал 19 апреля 1896 г. Каутскому по поводу данного комментария: "Эта самая неприятная работа из того, что мне приходилось делать за последнее время... Это будет ужасно, если Геритье станет марксистом. Его естественное состояние это бланкизм перемешанный со швейцарской демократией" ¹⁴ .

Более аргументированную точку зрения по поводу начала отхода Бернштейна от марксизма выдвигает Г. Хирш, называющий конкретную дату - 29 января 1897 г., когда Бернштейн выступил с речью перед британскими социалистами на тему "Чему действительно учит Маркс" ¹⁵ . С аналогичных позиций выступает и И. Гильхер-Хольтей, относящий данное событие к февралю 1897 г. ¹⁶

На наш взгляд, поиск некоей точной датировки начала ревизионистских выступлений Бернштейна представляется не совсем оправданным. В конце концов речь идет лишь о создании некоей схемы методологического порядка, которая уже априори будет ориентирована на самообоснование. Куда более важной представляется проблема эволюции, вызревания у Бернштейна ревизионистских воззрений. Мы постараемся осветить данный вопрос на основе переписки между Бернштейном, Каутским и другими лидерами германской и европейской социал-демократии. Повторимся, что при этом мы не преследуем цель найти некие исходные хронологические рубежи возникновения ревизионизма.

На наш взгляд, эволюция идейно-теоретических воззрений Бернштейна проистекала из его и Каутского критики тактики СДПГ в политической области в 1893 - 1895 гг. Тогда в переписке Бернштейна и Каутского стали проскальзывать нотки сомнения в истинности идеологических установок социал-демократии. Так, Бернштейн в письме Каутскому от 19 сентября 1896 г., касаясь критики Ф. Энгельсом Прудона, выступавшего за огосударствление лишь крупных монополий, рассуждал о том, что "если я сам вижу возможность, или даже необходимость в иной программе действий, означает ли это, что я - мелкий бюргер? Я думаю, что нет. Просто я смотрю на положение вещей иными глазами" ¹⁷ . Обратим внимание на этот тезис, который является, на наш взгляд, ключом к пониманию ревизионизма Бернштейна, ратовавшего именно за альтернативность восприятия социализма, за возможность сосуществования различных точек зрения на его природу. Показателен в этом отношении ответ Каутского, который, на наш взгляд, не совсем понял сущности тирады Берн-

¹³ Meyer Т. Karl Kautsky im Revisionismusstreit und sein Verhaltnis zu Eduard Bernstein - Marxismus und Demokratie. Karl Kautsky Bedeutung in der sozialistischen Arbeiterbewegung. Frankfurt a.M. - New York, 1992, S.62.

¹⁴ International Instituut voor Soziale Geschiedenis. Amsterdam (далее - IISG). NachlaB Karl Kautsky, D V 362.

¹⁵ cm. Hirsch H. Der "Fabier" Eduard Bernstein. Zur Entwicklungsgeschichte des evolutionaren Sozialismus. Berlin - Bonn - Bad- Godesberg, 1977, S. 121.

¹⁶ cm. Gilcher-Hohey I. Das Mandat des Intellektuallen. Karl Kautsky und die Sozialdemorkatie. Berlin, 1986, S. 121.

¹⁷ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 372.

стр. 13

штейна и сосредоточил внимание на вопросе об огосударствлении крупной промышленности. "Действительно, - писал Каутский, - вначале мы проведем огосударствление крупной монополистической промышленности, но поскольку мы стоим у руля, то любая капиталистическая промышленность, и вообще любое промышленное производство, использующее наемный труд, абсолютно не смогут функционировать. Потребности рабочих будут удовлетворены в полной мере, что приведет к невозможности получения наживы за их счет. Если пролетариат овладеет политической властью, и мы не будем считать необходимым проведение экспроприации, то собственники начнут осаждать революционное правительство с тем, чтобы вынудить нас принять их условия" ¹⁸ . Эти рассуждения Каутского полностью тождественны утверждениям Маркса и Энгельса, которые еще писали, что к числу первых мероприятий пролетариата должна относиться "постепенная экспроприация земельных собственников, фабрикантов, владельцев железных дорог и судовладельцев" ¹⁹ . Однако Бернштейн высказал свои опасения по поводу высказываний Каутского. Он писал, что сам думал так же, как и Каутский, но "имеется одно "если". Что если удовлетворение далеко идущих требований рабочих является грандиозной ошибкой, которая легко может повлечет за собой другие неудачи... В самом начале - если только не с другой стороны - я предполагаю "анархический коммунизм". Возможно, что это лишь пустые сомнения, но они живут во мне, и часто то, что я вижу вокруг, лишь усиливает эти сомнения" ²⁰ .

Приведенный пример споров вокруг экспроприации наглядно демонстрирует эволюцию Бернштейна от ортодоксального марксизма, начало которой было положено сомнениями относительно приемлемости марксистских рецептов к современному ему капитализму. Разъяснения Каутского, сделанные в традиционном ключе, судя по всему лишь усиливали эти сомнения и создавали предпосылки для основательного пересмотра Бернштейном социалистической теории. Не менее важной предпосылкой ревизионизма Бернштейна стало обсуждение парламентского курса СДПГ.

Вскоре после смерти Энгельса Каутский сформулировал тезис о "парламентском кретинизме" германской социал-демократии. "Я полагаю, что ни одна другая социал-демократическая партия не страдает парламентским кретинизмом в той степени, как германская" ²¹ , - писал он, имея в виду погоню руководства СДПГ за голосами избирателей и депутатскими мандатами. Бернштейн, разделяя взгляд Каутского, акцентировал внимание на расхождениях между социалистической теорией и практикой. "Мы, так сказать, все поставили на одну карту, и если будет допущена всего лишь одна ошибка, то вслед за ней последуют другие, - писал он, ...на практике мы представляем собой по сути лишь обычную радикальную партию, которая не делает ничего, что не делали бы другие радикальные партии" ²² .

При этом и Каутский и Бернштейн не отрицали возможность и необходимость компромиссов с другими политическими силами. Рассуждая об отличиях между "фольмарщиной" и истинной социал-демократической политикой, Каутский писал Бернштейну: "Мы добились таких больших успехов, что вполне можем стать чисто демонстрационной партией. Мы обязаны внимательно следить за другими партиями и классами (они не являются реакционной массой), чтобы при необходимости суметь скооперироваться с теми или другими из них... Политика компромиссов очень сложна и требует всестороннего изучения существующих условий, в то время как отказ от политики компромиссов осуществим лишь посредством пары высказываний" ²³ .

¹⁸ Ibid.,DV 138.

¹⁹ Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 331.

²⁰ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 375.

²¹ Российский государственный архив социально-политической истории (далее - РГАСПИ), ф. 204, оп. 1, д. 393, л. 1.

²² IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 342.

²³ Ibid., С 155.

стр. 14

Каутский тем самым стремился доказать, что социал-демократическая партия не должна отказываться от своего классового характера с целью привлечения на свою сторону как можно большего числа сторонников (что предлагал по сути Фольмар и его сторонники), а указывал на возможность и необходимость использования непролетарских классов, слоев, партий и организаций для достижения целей пролетарской партии и пролетарского движения. Такой подход полностью разделял Бернштейн, писавший, что "для недовольных непролетариев мы можем значить очень много... и при этом не отказываясь от классового характера" ²⁴ . Бернштейн делал различия между "принципиальным компромиссом" и "тактическим компромиссом", утверждая, что партия должна избегать компромиссов по принципиальным вопросам, сохраняя свой характер и свои цели ²⁵ .

Как видим, на начальном этапе ревизионистских выступлений Бернштейна (а вышеприведенные цитаты взяты из переписки Каутского и Бернштейна преимущественно за декабрь 1896 г.) Каутский не только не осуждал, но и практически полностью поддерживал своего друга. Неслучайно, в автобиографии, написанной после первой мировой войны, он заметил о критической кампании Бернштейна: "Это вначале в высшей степени мне понравилось. Я видел в этом продолжение того, что начали Энгельс и я" ²⁶ .

Каутский высоко оценил "Проблемы социализма" Бернштейна, и писал ему, что с нетерпением ожидает продолжение его серии статей в "Нойе цайт" ²⁷ . С начала 1897 г. Каутский вновь попытался привлечь Бернштейна к соредактированию "Нойе цайт". В ходе переписки между ними по этому поводу активно обсуждался вопрос о характере журнала, равно как и о сущности марксистской теории. Бернштейн просил Каутского уточнить "в каком смысле мы с тобой являемся на сегодняшний день марксистами". Для Бернштейна марксизм был неразрывно связан с критическим переосмыслением идейно- теоретического наследия Маркса и Энгельса. "Поскольку мы являемся их учениками, мы должны критически подходить к Марксу и Энгельсу" ²⁸ , -писал он. При этом Бернштейн считал, что именно критический марксизм и является истинным, "строгим" марксизмом. Он писал Каутскому, что "Нойе цайт" должен носить "свободно" или критически-марксистский характер, что для меня то же самое, что и строго марксистский ²⁹ .

Каутский спокойно отреагировал и на это заявление своего друга, отметив лишь, что понятие "строгий марксизм" им практически не употребляется, но он предоставляет Бернштейну право самому оперировать подобными терминами. Что касается критического отношения к наследию Маркса и Энгельса, то Каутский солидаризовался в этом вопросе с Бернштейном. "Я рассматриваю "Нойе цайт" как орган критики и при этом также - самокритики" ³⁰ .

Подобное согласие между Бернштейном и Каутским мы можем констатировать на протяжении 1896 - 1897 гг., причем оно проявлялось и в оценке, пожалуй, основного предмета дальнейших дискуссий - Марксова метода. Бернштейн соглашался с Каутским, что Маркс "в достаточной степени предоставил нам инвентарь и, самое главное, суть метода" ³¹ . Более того, Бернштейн был согласен с той правкой, которую внес Каутский в одну из его ревизионистских статей первой серии. "Твоя корректура сделана конечно же в том смысле, что я и хотел выразить, - благодарил он Каутского. - Меня особенно радует, что ты согласен с моей статьей" ³² .

²⁴ Ibid., D V 398.

²⁵ Neue Zeit, 1896/97, Bd. 1, S. 522.

²⁶ Kautsky K. Das Werden eines Marxisten. Leipzig, 1930, S. 19.

²⁷ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 159.

²⁸ Ibid., D V 418.

²⁹ Ibidem.

³⁰ Ibid., С 175.

³¹ Ibid., DV 419.

³² Ibid., D V 420.

стр. 15

Первые серьезные опасения относительно характера критической кампании Бернштейна возникли у Каутского в связи с публикацией статьи его друга "Толпа и преступление". Хотя он написал Бернштейну, что его статья "очень хорошая" и направлена в печать ³³ , ее содержание вызвало у Каутского сомнения. Позднее он писал Адлеру, что именно в этой статье "я впервые заметил у Эде побуждения, направленные против любого революционного движения" ³⁴ .

Однако в тот период (в конце 1897 г.) Каутский был еще далек от того, чтобы критиковать Бернштейна, который рассуждал в своей публикации об опасности, исходящей от неуправляемой толпы. Он лишь ограничился внесением в текст его статьи редакционного примечания об отличии толпы от организованного массового движения. "Средство, при помощи которого можно преодолеть опасность, исходящую от толпы, заключается не в усилении полицейских сил, а только в массовой организации трудящихся масс" ³⁵ . При этом Каутский в целом продолжал разделять критический настрой Бернштейна, невзирая на критику, в том числе со стороны А. Бебеля ³⁶ .

С другой стороны, формально не выступая против своего друга, можно говорить о начале Каутским его внутренней, на уровне писем, критики, на что указывает И. Гильхер-Хольтей ³⁷ . Ганс-Йозеф Штайнберг считает, что подобным поведением Каутский "мало-помалу" выманивал Бернштейна" ³⁸ , заставляя его полностью раскрыть свои взгляды. Тем не менее, сам Каутский признавался позднее Адлеру, что вплоть до появления знаменитой статьи Бернштейна с формулировкой конечной цели социализма они находились с отцом-основателем ревизионизма "в полной гармонии" ³⁹ .

В январе 1898 г. Бернштейн опубликовал статью под названием "Борьба социал- демократии и революция в обществе", в которой прозвучала его знаменитая формулировка "Движение - все, конечная цель - ничто!". С этого времени уместно говорить о начале открытой полемики против Бернштейна, в которой вскоре принял участие и его старый друг.

Главную причину выступления Бернштейна Каутский усматривал в его изоляции от германского социал-демократического движения. Он писал Бернштейну, что относит его сомнения в правильности социалистической теории и практики "на твою эмиграцию и на твою изоляцию. Этого не было, пока был жив Энгельс" ⁴⁰ . В своей ранней автобиографии Каутский подчеркивал, что "Англия способствовала пробуждению... странных склонностей у Бернштейна" ⁴¹ . В этом с ним был солидарен и Бебель, считавший, что после смерти Энгельса Бернштейн подпал под влияние "английского воздуха" ⁴² .

В этой ситуации Каутский считал необходимым "выписать" Бернштейна из Англии и направить его, например, в Цюрих. При этом он вновь пытался реализовать свою старую задумку относительно соредактирования им и Бернштейном "Нойе цайт". Эта идея вновь была активизирована Каутским в конце 1897 г. и получила кон-

³³ РГАСПИ, ф. 204, оп. 1. д. 945, л. 1.

³⁴ К. Kautsky an V. Adler, 21.03.1899. - Adler V. Briefwechsel mit August Bebel und Karl Kautsky. Wien, 1954, S. 304.

³⁵ Die Neue Zeit, 1897/98, Bd. 1, S. 235.

³⁶ cm. Scheh-Brandenburg T. Op. cit., S. 305.

³⁷ cm. Gilcher-Holteyl. Op. cit., S. 122 - 123.

³⁸ Steinberg H. -J. Streitgesprach iiber die Aktualitat des Bernsteinschen Revisionismus - Bernstein und der Demokratischer Sozialismus. Bericht uber den wissenschaftlichen Kongress "Die historische Leistung und aktuelle Bedeutung Eduard Bernsteins". Berlin - Bonn, 1978, S. 430.

³⁹ K. Kautsky an V. Adler 21.03.1899. -Adler V. Briefwechsel.., S. 304.

⁴⁰ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 196.

⁴¹ Каутский К. Автобиография. Издание Е. М. Алексеевой, 1905, с. 13.

⁴² A. Bebel an E. Bernstein 16.10.1898. -Adler V. Briefwechsel..., S. 256. Бернштейн возразил на это Бебелю: "Это даже весело, то, что вы все заявляете мне: "Ты рассматриваешь Германию через английские очки". Но английские очки как раз и являются фундаментом официальной партийной доктрины, против которой я бунтую" (E. Bernstein an A. Bebel 10.10.1898. - Ibid., S. 260).

стр. 16

кретные очертания весной 1898 г., когда он предложил Бернштейну совместно редактировать журнал в Цюрихе. "Если ты переберешься в Цюрих, то это не меняет существа дела. Я бы предложил тебе поделить редакцию и жалованье" ⁴³ , - писал Каутский Бернштейну в конце марта 1898 г. Однако Бернштейн ответил весьма уклончиво: "Я не имею четкого представления о том, какие обязанности налагает редакционная работа - я имею в виду не количественные, а качественные" ⁴⁴ . Тем самым Бернштейн давал понять, что не намерен отказываться от своих взглядов в угоду редакционной политике.

За включение Бернштейна в состав редколлегии "Нойе цайт" выступал и Бебель, который после встречи с ним в Швейцарии писал Каутскому: "Я убежден, что если он не попадет в абсолютно иное окружение, то его будет уже невозможно исправить" ⁴⁵ . Однако Бебель скептически оценивал возможности для успешной реализации плана Каутского. Последний так же был вынужден констатировать, что с привлечением Бернштейна к редактированию "Нойе цайт" возникли большие проблемы. "То, что ты пришел к убеждению, что Эде неисправим, мне вполне понятно" ⁴⁶ , - писал Бебель Каутскому.

Тем не менее, Каутский попытался склонить Бернштейна к переходу в "Нойе цайт", использовав в качестве предлога для партийного руководства тот факт, что ему нужно время, чтобы вести дискуссию с ... Бернштейном! Каутский, заявив, что собирается полностью отказаться от редактирования, предложил разделить редакторские обязанности между Бернштейном и Мерингом ⁴⁷ . Однако такому повороту дел воспротивился Диц, предложивший в помощь Каутскому Г. Линдемана. Каутский, который затеял всю эту историю только для того, чтобы освободить место для Бернштейна, выступил резко против введения Линдемана в состав редколлегии. Он писал Бернштейну, что Линдеман "настолько труслив, что у него даже не хватает мужества поставить свои имя под написанной им статьей" ⁴⁸ . Однако в итоге, после того, как Диц дал Каутскому гарантии сохранения за ним прав главного редактора, тот примирился с кооптацией Линдемана ⁴⁹ , тем более, что против Бернштейна выступил другой редактор "Нойе цайт" Меринг, опасавшийся, что его интересы будут ущемлены ⁵⁰ . Таким образом, план Каутского по привлечению Бернштейна к соредактированию "Нойе цайт" провалился.

Что касается содержательной стороны полемики между Каутским и Бернштейном, то она началась с обсуждения формулы Бернштейна "Движение - все, конечная цель - ничто!". В опубликованном виде это положение звучало следующим образом: "Я заявляю открыто, что я практически не вижу смысла и интереса в том, что принято понимать под конечной целью социализма". Эта цель, какова бы она не была, для меня не означает практически ничего, в то время как движение - все" ⁵¹ . Показательно, что это откровенно ревизионистское, да к тому же малопонятное, положение не было поначалу оспорено Каутским. Тем самым, вполне справедливо заключает Т. Шельц- Бранденбург, Каутский предоставил Бернштейну дискуссионную трибуну, возможность начать активную критическую кампанию ⁵² .

⁴³ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 182.

⁴⁴ Ibid., D V 436. Сам Бернштейн планировал в этот период отойти от партийных дел и, поселившись в Цюрихе, открыть вместе с женой собственное "маленькое дело " (Ibid., D V 436).

⁴⁵ A. Bebel an К. Kautsky 09.09.1898. -Bebel A. Briefwechsel mit Karl Kautsky. Assen, 1971, S. 110.

⁴⁶ A. Bebel an K. Kautsky 24.09.1898. - Ibid., S. 111.

⁴⁷ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 200.

⁴⁸ Ibid., С 202.

⁴⁹ Ibid., С 204.

⁵⁰ Ibid., С 205.

⁵¹ Die Neue Zeit, 1897/98, Bd. 1., S. 556.

⁵² Schelz-Brandenburg T. Op. cit., S. 306. После того, как его высказывание было понято как отказ от радикальной критики капитализма и социалистического преобразования общества. Бернштейн был вынужден оправдываться, подчеркивая, что ему следовало бы сформулировать свою мысль следующим образом: "Движение является для меня всем, поскольку оно заключает в себе и цель". - Vorwarts 08.II.1898.

стр. 17

Касаясь формулировки "конечной цели", Каутский подчеркивал, что "если его верно понять, то оно является абсолютно верным, но его очень легко интерпретировать в неверном свете, что и дало возможность обрушиться на тебя твоих противников в партии и на партию - ее врагов" ⁵³ . С подобной постановкой вопроса Бернштейн был солидарен с Каутским ⁵⁴ . Однако толерантность Каутского по отношению к ревизионистским выкладкам Бернштейна не разделяли другие социал-демократы, вступившие с ним в открытую полемику. Застрельщиком этого процесса был А. Парвус, который опубликовал серию материалов из 11-ти статей, в которых поступательно опровергал утверждения Бернштейна ⁵⁵ . Вслед за Парвусом выступили Р. Люксембург, К. Цеткин, К. Гениш, участие которого в полемике Каутский в принципе не осуждал ⁵⁶ .

Такой поворот событий весьма удивил Бернштейна. "То, что было мною сказано намеками в ранних статьях, осталось незамеченным. Теперь же этим занялась вся партийная пресса" ⁵⁷ , удивлялся он. Каутский как мог пытался объяснить Бернштейну, что многие его не так поняли. "Твоя знаменитая статья о цели и движении при первом прочтении меня сильно шокировала; и куда меньше - при повторном" ⁵⁸ , - писал он в начале июня 1898 г. Тем самым Каутский фактически продемонстрировал и собственное критическое отношение к заявлению своего друга. Тем не менее на официальном уровне он продолжал игнорировать выпады Бернштейна даже тогда, когда против них выступили многие германские и зарубежные социал- демократы. В письме Г. В. Плеханову от 22 мая 1898 г. он весьма сдержанно отозвался о его выступлениях против Бернштейна, объяснив свою пассивность в этом вопросе чрезмерной загруженностью, в частности, работой над "Аграрным вопросом", а также надеждой на то, что, вернувшись из эмиграции, Бернштейн осознает свою неправоту ⁵⁹ . В письме от 4 июня того же года Каутский просил Плеханова внести некоторые коррективы в местами чересчур резкую, по его мнению, статью с критикой Бернштейна в "Нойе цайт" ⁶⁰ . Эти изменения касались "лишь отдельных... обидных реплик личного характера" ⁶¹ .

Однако безмолвие Каутского по поводу публикаций Бернштейна достаточно быстро вызвало недовольство среди критиков ревизионизма. Тот же Парвус писал, что отдельные высказывания Каутского "могут быть определенно истолкованы как согласие с Бернштейном" ⁶² . Все это требовало от Каутского скорейшего определения по вопросу ревизионизма. Его дальнейшее молчание было чревато серьезными последствиями.

Полемика вокруг ревизионизма проходила на фоне подготовки СДПГ к очередным выборам в германский рейхстаг, которые состоялись в июне 1898 г. Социал-демократы в итоге увеличили число избирателей почти на 300 тыс., получив около 1,7 млн. голосов, провели в парламент 56 депутатов (вместо 44 в 1893 г.). По этому поводу Каутский писал Бернштейну: "Наш прогресс достаточно значительный, чтобы сохранить респектабельность, но не достаточно велик, чтобы заставить наших врагов

⁵³ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 178.

⁵⁴ Ibid., DV 431.

⁵⁵ См. Sachsische Arbeiter-Zeitung, 28.1, 01.11, 06.11, 07.11, 12.11, 18.11, 22.11, 24.11, 26.11, 01.Ill, 06.111, 09.111, 11.111,24.111.1898.

⁵⁶ РГАСПИ, ф. 213, on. I, д. 58, л. I.

⁵⁷ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 432.

⁵⁸ Ibid., С 192.

⁵⁹ РГАСПИ, ф. 213, on. 1, д. 60, л. 6. Это письмо было позднее опубликовано Каутским. См. К. Kautsky an E. Bernstein 28.05.1898 - Der Kampf, 1925, S. 1 - 2.

⁶⁰ РГАСПИ, ф. 413, on. 1, д. 61, л. 2.

⁶¹ Там же, д. 62, л. 1.

⁶² Sachsische Arbeiter-Zeitung, 26.III.1898.

стр. 18

оцепенеть от ужаса и ярости. Это как раз лучший моральный базис для нашей деятельности" ⁶³ .

Выборы продемонстрировали растущий авторитет социал-демократии, возросли ее возможности в сфере парламентской активности. Успех на избирательном поприще играл на руку ревизионистам, которые получали дополнительные аргументы, подтверждавшие верность их идейно-теоретическим выкладкам, требовавшим переориентации социал-демократии в пользу мирного движения, "врастания" в социализм.

Накануне выборов Бернштейн направил Каутскому свою очередную статью под названием "Реалистический и идеологический момент в социализме" (вторая часть), в которой весьма резко выступил против абсолютизации экономического детерминизма и распространении его на все стороны общественной жизни. Он указывал, что существует "целый ряд исторических условий", которые "придают иной характер, или, если угодно, фальсифицируют воздействие производственных отношений на мысли и поступки рабочих" ⁶⁴ .

Новое откровенно ревизионистское заявление Бернштейна заставило Каутского отложить публикацию его статьи на период после выборов в рейхстаг. "Однако, довольно. Цель моего письма состоит в том, чтобы попросить у тебя извинения, если я обожду с публикацией до второй половины июня" ⁶⁵ , - писал Каутский Бернштейну в конце мая 1898 г. Однако Бернштейн пытался настоять на том, чтобы статья была опубликована раньше. Он писал, что "я просил бы, если это не будет выглядеть неприлично, не откладывать публикацию одной обычной статьи на столь долгий срок" ⁶⁶ . В итоге статья была опубликована сразу же после выборов и с редакционным примечанием, в котором указывалось, что публикация была задержана из-за "неприятностей", произошедших с рукописью ⁶⁷ .

Данный эпизод достаточно точно, на наш взгляд, демонстрирует позицию Каутского по отношению к ревизионистским статьям Бернштейна: начав их публикацию на страницах "Нойе цайт", он уже не имел морального права отказаться от них. Поэтому Каутский пытался путем затяжек и критических замечаний в адрес Бернштейна попытаться его вразумить. В частности, он писал Бернштейну по поводу спорной статьи, что она "вызвала куда большее несогласие, нежели все твои предыдущие" ⁶⁸ . В то же время Каутский продолжал выражать Бернштейну свою поддержку, подчеркивая "во многом я согласен с тобой всем сердцем и рад, что могу это тебе сказать. Но по отдельным, весьма значительным, моментам я все же должен тебе возразить" ⁶⁹ .

В связи с этим заслуживает быть отмеченной точка зрения, впервые сформулированная Г.-И. Штайнбергом, о том, что Каутский переоценивал значение Бернштейна как социалистического теоретика ⁷⁰ , видел в нем куда большую величину и авторитет, нежели тот имел на самом деле. Каутский писал Бернштейну о его "новом учении", о том, что "все сводится сейчас к тому новому, что ты думаешь поставить на место старого" ⁷¹ . Т. Шельц- Бранденбург склонен объяснять подобную ситуацию традиционным почтением, которое Каутский испытывал перед Бернштейном, которого он воспринимал как учителя и наставника ⁷² . На наш взгляд, следует так же особо сказать и о том, что Каутский не верил в то, что Бернштейн может быть осужден

⁶³ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 194.

⁶⁴ Die Neue Zeit, 1897/98, Bd. 2, S. 389.

⁶⁵ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 191.

⁶⁶ Ibid., D V 446.

⁶⁷ Die Neue Zeit, 1897/98, Bd. 2, S. 388.

⁶⁸ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 192.

⁶⁹ Ibid., С 193.

⁷⁰ Steinberg H. -J. Sozialismus und deutsche Sozialdemokratie, S. 78.

⁷¹ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 193.

⁷² Schelz-Brandenburg T. Op. cit., S. 322.

стр. 19

большинством германской социал-демократии. Все предыдущие выступления в ревизионистском духе - Блоса, Шрамма, Фольмара, Давида и др. - не приводили к каким-либо кардинальным изменениям как в области политической практики, так и в области идеологии. Иными словами, до Бернштейна никакие выступления оппозиции не приводили к сколь-нибудь существенным расколам внутри партии. Поэтому Каутский имел все основания полагать, что шумиха вокруг Бернштейна быстро уляжется и все пойдет как и прежде. И даже Бернштейн и его сторонники, будучи неоднократно осужденными на съездах СДПГ, не только не были исключены из партии, но и продолжали занимать в ней видные посты (тот же Бернштейн был в 1902 - 1906 и 1912 - 1918 гг. депутатом рейхстага).

В то же время Каутский не мог бесконечно потакать Бернштейну, который вовсе не собирался прислушиваться к критике и следовать его (Каутского) советам. В итоге в письме Бернштейну от 19 июля 1898 г. Каутский констатировал, что "из твоих последних статей складывается впечатление, что ты полностью чужд нашему движению" ⁷³ . Каутский пытался апеллировать к партийному долгу и партийной дисциплине: "Мы являемся людьми партии и обязаны подчинять партийным нуждам если не наши убеждения, то, по крайней мере, наши поступки" ⁷⁴ . Однако Бернштейн возражал своему другу: "Как литератор я не представляю ничего, если я не могу проявить свою индивидуальность при этом и должен от себя требовать суметь обосновать истинность доктрины определенными аргументами, найдя при этом столь же веские аргументы против неверных положений" ⁷⁵ . Тем самым Бернштейн выступал с позиций свободы творчества и критики в рамках социал- демократической партии, отстаивая право на идеологические дискуссии. Однако подобный подход шел вразрез с политикой и идеологией СДПГ, которая базировалась на ортодоксально-марксистских положениях и не допускала их ревизии. И Каутский, как "римский папа марксизма", должен был оберегать социалистическую идеологию от попыток ревизии а-ля Бернштейн.

В конце июля 1898 г. Каутский впервые резко возразил Бернштейну, положив тем самым начало разрыву между ними. В одном из писем Бернштейн сформулировал свой очередной тезис касательно социалистической теории. "Если мы, те, кто исследует теорию, подчиним наши убеждения и ограничим владеющие нами внутри нее формулы или строгие целостности, представляющие ту же теорию, то поймем, почему движение не стоит на месте" ⁷⁶ .

В свою очередь Каутский заявил, что "с каждой статьей, что ты мне пишешь, ты демонстрируешь все больший поворот от марксизма и приближение к фабианству и малонизму ⁷⁷ ...Я сохраняю верность своим старым убеждениям. Мне не знакомы никакие условия и теории, что заставили бы меня усомниться в этом. Не смогли этого сделать и твои статьи" ⁷⁸ . Тем самым Каутский провел грань между ревизионизмом Бернштейна и собственно марксизмом. Можно сказать, что этим был обозначен разрыв между Каутским и Бернштейном в идеологической плоскости.

Таким образом, Каутский долго не желал порывать с Бернштейном, уговаривал его не выступать столь активно и резко, соглашался с некоторыми положениями его критики. Однако в итоге Каутскому пришлось определиться. Первое выступление, в котором он публично осудил ревизионистские выпады Бернштейна, произошло на съезде СДПГ в Штутгарте 3 - 5 октября 1898 г. Каутский сосредоточил свою критику на двух основных моментах. Во-первых, он подверг сомнению выкладки Бернштейна о том, что в Западной Европе имел место рост собственников, подчеркнув, что в

⁷³ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 196.

⁷⁴ Ibid., С 198.

⁷⁵ Ibid., D V 470.

⁷⁶ Ibidem.

⁷⁷ Имеются в виду последователи французского социалиста Бенуа Малона.

⁷⁸ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 198.

стр. 20

этом случае социал-демократия в принципе не может достичь поставленной цели - социализма. Во-вторых, Каутский осудил предложение Бернштейна о возможности мирного развития (эволюции) в направлении социализма, указав, что подобное можно предположить применительно к Англии, но никак не к Германии. Он заявил, что в Германии "победа демократии возможна лишь через победу пролетариата" ⁷⁹ .

Сам факт публичного выступления Каутского да еще в устной форме (чего Каутский никогда не любил) показателен в том плане, что тем самым он стремился показать Бернштейну, что тот перешел грань дозволенного в своей критике марксизма. Тем самым Каутский как бы делал последнее предупреждение своему старому другу. При всем при этом он по сути так и не вступил в полемику с основными выводами Бернштейна, заявив, что партийный съезд это не место для научной дискуссии. Более того, свою речь Каутский закончил фразой, которая стала знаменитой: "Бернштейн заставил нас думать, будем ему за это благодарны" ⁸⁰ .

Таким образом, Каутский продемонстрировал Бернштейну открытость для дальнейших контактов с ним и указывал на возможность продолжения дискуссии. Каутский продолжал уверять Бернштейна в своей дружбе, советуя ему "не превращать свое сердце в мертвую яму" ⁸¹ . Однако Бернштейн был явно раздосадован той критикой в его адрес, что прозвучала из уст Каутского. Тщетно Каутский пытался успокоить его, говоря о том, что "не буду скрывать, что отдельные пункты твоей критики партии я принял и на свой счет, но это была критика тех, кто не разделяет основ зрелого марксизма, критика против выступлений утопизма и бланкизма" ⁸² .

Каутский вообще пытался уверить своего друга, что его выступление на Штуттгартском съезде носило спонтанный характер (хотя Бебель в своей речи, в которой он зачитал заявление Бернштейна с разъяснением его позиции, сказал, что помимо него (Бебеля) на съезде по этому вопросу должен выступить и "мой друг Каутский" ⁸³ ). Каутский убеждал Бернштейна, что именно его - Бернштейна - заявление, зачитанное на съезде, вынудило самого Каутского выступить с критикой. Бернштейн в свою очередь пытался оправдаться тем, что он составил данное заявление как "вынужденный ответ" на тот случай, если бы Парвус, Люксембург, Цеткин и другие делегаты "попытались бы спровоцировать съезд на принятие резолюции, направленной против меня" ⁸⁴ . Однако Каутский не принял всерьез оправдания Бернштейна, заявив, что все это "твоя пустая фантазия" ⁸⁵ .

В итоге Каутский достаточно конкретно написал Бернштейну: "Неужели ты думаешь, что я не выступил бы тут же, если бы кто-то другой написал статью о "конечной цели"!" ⁸⁶ . Тем самым Каутский окончательно дал понять, что его толерантность в отношении ревизионистских выпадов Бернштейна объяснялось лишь их старой дружбой и надеждой на то, что последний должен в итоге одуматься. Однако Бернштейн уже, что называется, закусил удила. Каутский также твердо стоял на своем. В итоге их дружба дала серьезную трещину, и Каутский констатировал, что потерян "тон нашей старой дружбы" ⁸⁷ . С грустью писал Каутский в ноябре 1898 г. российскому народнику Н. Ф. Даниельсону, переводчику первых трех томов "Капитала" на

⁷⁹ SPD-Parteitag Stuttgart, 1898. Protokoll. Berlin, 1898, S. 129.

⁸⁰ Ibid., S. 130. По этому поводу свое недоумение выражал Плеханов, писавший Ленину: "Кстати! Прошу Вас, прибавьте в подходящем месте примечание такого рода: "Мы и до сих пор не можем понять, за что собственно Каутский благодарил Бернштейна на Штуттгартском "партейтаге"". - Ленинский сборник, т. III. M., 1926, с. 244.

⁸¹ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 207.

⁸² Ibid., С 209.

⁸³ SPD-Parteitag Stuttgart, 1898. Protokoll, S. 125.

⁸⁴ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 480.

⁸⁵ Ibid., С 227.

⁸⁶ Ibid., С 208.

⁸⁷ Ibid., С 207.

стр. 21

русский язык, о невозможности дальнейшего сотрудничества с Бернштейном над обработкой четвертого тома "Капитала" ввиду "отхода" последнего "от марксизма" ⁸⁸ .

Бернштейн был лучшим другом Каутского, помогавшим и поддерживавшим его в трудные минуты. Поэтому разрыв с ним был очень болезнен для Каутского. Последние попытки восстановить нормальные отношения с Бернштейном были предприняты Каутским в середине 1899 г., когда он прямо предложил своему бывшему другу внести исправления в его ревизионистские статьи. "Тебе трудно будет отрицать, что предложение о цели и движении было написано тобой отнюдь не с целью защиты, а было ничем не спровоцированным выпадом" ⁸⁹ , - упрекал Бернштейна Каутский. Он признавал, что "моей ошибкой было то, что я не был столь дальновидным, как Парвус и Люксембург, которые уже задолго уловили смысл твоей брошюры" ⁹⁰ .

Несмотря на все это, Каутский по-прежнему не желал открытой полемики с Бернштейном. В том числе и из-за этого он принял активное участие в определении дальнейшем судьбы "ревизиониста N 1". Как известно, ни на Штуттгартском 1898 г., ни на последующих съездах СДПГ Бернштейн и его сторонник не были исключены из партии. Однако было ясно, что Бернштейн уже не может сохранить свои прежние позиции, в том числе в "Нойе цайт". Поэтому Каутский стал одним из авторов идеи создать под Бернштейна в Лондоне особое издание - "английскую социально-политическую корреспонденцию" ⁹¹ . Еще ранее было высказано предположение о переезде Бернштейна в США, которое Каутский так же поддержал ⁹² . Однако Бернштейн отказался от американского проекта: "Чем ехать в это болото, уж лучше я буду торговать спичками" ⁹³ . Неудачей закончилась и попытка Каутского добиться для Бернштейна поста секретаря объединенной австрийской и германской профсоюзной комиссии в Лондоне, о создании которой он консультировался с Адлером ⁹⁴ .

Что касается положения Бернштейна в редколлегии "Нойе цайт", то вокруг этого вопроса развернулась тонкая дипломатическая игра. И Бернштейн и Каутский осознавали невозможность дальнейшего сотрудничества. Однако ни тот, ни другой не спешили делать первый шаг. Вскоре после Штуттгартского съезда Каутский просил Бернштейна не покидать редколлегию ⁹⁵ . Чем больше осложнялись отношения между бывшими друзьями, тем меньше Каутскому хотелось продолжать сотрудничество с Бернштейном. Однако последний отказался добровольно покинуть "Нойе цайт". Вполне вероятно, что он рассчитывал выставить своего бывшего друга в дурном свете, как человека, сводящего с ним личные счеты. "Тем, что ты не хочешь уйти добровольно, а ждешь моей инициативы, ты желаешь выставить меня в качестве плохого парня, который выбрасывает на улицу своего друга из-за его превосходства" ⁹⁶ , - писал он Бернштейну в конце июня 1899 г. В итоге при посредничестве Ауэра в октябре 1899 г. был заключен "мир в Амстердаме", и Бернштейн согласился оставить пост редактора "Нойе цайт", но при условии, что его статьи и в дальнейшем будут публиковаться в этом издании ⁹⁷ . Можно также вполне определенно утверждать, что Бернштейн, чей доход в значительной мере определялся за счет редакторского жалованья, получил денежную компенсацию.

Бернштейн использовал мини-скандал вокруг "Нойе цайт" для того, чтобы пролоббировать свою очередную статью "К теории стоимости", которую Каутский пер-

⁸⁸ РГАСПИ, ф. 213, оп. 1, д. 67, л. 2.

⁸⁹ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 230.

⁹⁰ Ibidem.

⁹¹ Ibid., С 219.

⁹² Ibid., С 201.

⁹³ Ibid., D V 457.

⁹⁴ К. Kautsky an V. Adler 10.04. 1899. -Adler V. Briefwechsel..., S. 312.

⁹⁵ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 210.

⁹⁶ Ibid., С 292.

⁹⁷ Ibid., D V 486.

стр. 22

воначально положил под сукно ⁹⁸ . Однако это была последняя крупная публикация Бернштейна в "Нойе цайт" периода дебатов вокруг ревизионизма. Его следующая статья на тему "Проблемы монизма" была отклонена Каутским, который писал Бернштейну, что для такого материала у него "нет места" ⁹⁹ . Нельзя сказать, чтобы "Нойе цайт" был полностью закрыт для Бернштейна, который публиковал там время от времени преимущественно небольшие заметки. Однако журнал был закрыт для ревизионистских работ Бернштейна, которому пришлось перенести акцент на журнал "Социалистише Монатс-хефте", который он попытался сделать конкурентом "Нойе цайт" ¹⁰⁰ .

В начале 1899 г. Бернштейн объединил и дополнил свои ревизионистские статьи в книге "Предпосылки социализма и задачи социал-демократии". Первая реакция Каутского на это появилась лишь спустя два месяца ¹⁰¹ . В 1899 г. в "Нойе цайт" публиковались первые статьи Каутского, направленные против Бернштейна: "Бернштейн и материалистическое понимание истории", "Бернштейн и диалектика", "Бернштейн о теории стоимости и классах" ¹⁰² . Осенью того же года на основе этих статей появилась книга Каутского "Бернштейн и социал-демократическая программа. Антикритика". В русском переводе она вышла под названием "К критике теории и практики марксизма (Антибернштейн)" ¹⁰³ .

Идея написать эту книгу возникла у Каутского еще до выхода книги Бернштейна. Он понимал, что даже серия журнальных и газетных публикаций не может сравниться по объему и общественному резонансу с книгой. Судя по всему, долгое молчание Каутского по поводу "Предпосылок социализма" Бернштейна как раз объяснялось скорее тем, что он начал работать над ответной книгой, а не тем, что он все еще раздумывал, вступать в полемику или нет. Так, еще 12 декабря 1898 г. Каутский сообщал Плеханову о своем скором выступлении против Бернштейна ¹⁰⁴ . Еще когда книга Бернштейна только ожидалась, Каутский писал ему, что "чтобы дать обоснование моим прочим возражениям, я должен написать книгу. Возможно, я это сделаю" ¹⁰⁵ .

Каутский работал над своей "Антикритикой" очень быстро, не желая посвящать Бернштейна в ход работы. Лишь в начале июня 1899 г. Бернштейн узнал об этом от Дица и напрямую спросил Каутского: "Если я верно понял известие от Дица, ты пишешь книгу, направленную против меня" ¹⁰⁶ . Каутский ответил уклончиво, сославшись на желание редакции берлинского "Форвертс" ¹⁰⁷ .

Каутский признавал во введении к книге, что он не связывает с дискуссией больших надежд, поскольку "едва ли это может быть средством выяснения того, на чьей стороне находится истина" ¹⁰⁸ . Во введении он довольно четко давал понять, что не видел особого смысла в споре о различном понимании истины им и Бернштейном. Однако из этого спора возникло разногласие по тактическим проблемам, что вело помимо всего прочего к тому, что идеи Бернштейна могли быть использованы врагами социал-демократии. Отсюда Каутский выводил необходимость отпора ревизионистским нападкам, направленным против партийной программы.

⁹⁸ См. Die Neue Zeit, 1899/00, Bd. 1, S. 356 - 363, 398 - 404.

⁹⁹ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 240.

¹⁰⁰ Об этом писал в мае 1900 г. Давид, который подчеркивал свою принадлежность к тем социал-демократам, которых сам назвал "бернштейнианцами" (IISG. NachlaB Eduard Bernstein, D 126).

¹⁰¹ Vorwarts, 16 - 19. III. 1899.

¹⁰² Die Neue Zeit, 1898/99, Bd. 2, S. 36 - 50, S. 68 - 81.

¹⁰³ См. Каутский К. К критике теории и практики марксизма (Антибернштейн). Одесса, 1905.

¹⁰⁴ РГАСПИ, ф. 213, оп. I, д. 69, л. 2.

¹⁰⁵ IISG. NachlaB Karl Kautsky, С 218. О необходимости объединения в книгу статей, направленных против Бернштейна, писал Каутскому в апреле 1899 г. и Моттелер. См. РГАСПИ, ф. 203, оп. 1, д. 227, л. 1.

¹⁰⁶ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 479.

¹⁰⁷ Ibid., S. 229.

¹⁰⁸ Kautsky K. Bernstein und das sozialdemokratische Programm. Eine Antikritik. Stuttgart, 1899, S. VI.

стр. 23

Каутский писал: "Общая часть нашей программы отнюдь не является просто украшением партийного здания, невинным удовольствием для "теоретиков", не имеющим никакой реальной цели, как хотели бы представить "практики". Напротив, эта часть как раз имеет практическую задачу, состоящую в том, чтобы провести границу между нами и не только нашими решительными врагами, но и всеми слабыми, колеблющимися кантонистами, которые и здесь и там охотно присоединяются к нам, но которые не разделяют нашей борьбы до конца при всех условиях" ¹⁰⁹ . Тем самым Каутский подчеркивал, что его книга направлена как раз против случайных попутчиков социал-демократии, тех, кто никогда не разделял и не разделяет ее целей.

Полемизируя с Бернштейном, Каутский признавал, что предсказание Маркса относительно неизбежного роста "физиологической нищеты" населения оказалось неверным. Однако он выступил против реверансов в сторону теории стоимости австрийского экономиста Е. Бем-Баверка, указывая, что его и Маркса экономические воззрения следует рассматривать как две совершенно различные вещи ¹¹⁰ . Каутский возражал против приписывания Марксу и Энгельсу особых теорий: "теории обнищания" и "теории крушения", согласно которым доведенный до нищенского состояния пролетариат может захватить власть в результате глобального социально-экономического кризиса капиталистического общества, которое рухнет под тяжестью им же порожденных противоречий. Термины "теория обнищания" и "теория крушения", по Каутскому, придуманы не Марксом и Энгельсом, а их критиками.

Признавая рост материального благосостояния пролетариата, Каутский особый упор делал на "рост его социальной нищеты". По его мнению, рабочий класс все более и более лишается возможности пользоваться достижениями науки, культуры; жизненный уровень пролетариата повышается значительно медленнее, чем уровень жизни буржуазии. Это - подтверждение верности пророчества Маркса и доказательство неизбежности социальной революции.

В "Антибернштейне" Каутский сделал первую серьезную попытку соотнести понятия "социальная революция" и "политическая революция", указывая, что со времени Лассаля социал-демократия стремилась выяснить разницу между революцией с вилами и граблями и социальной революцией и доказать, что она выступает именно за осуществление социальной революции. Каутский выделял две основные предпосылки социалистической революции: высокий уровень развития производительных сил и высокий уровень организации пролетариата. "Концентрация капитала ставит на повестку дня решение исторической задачи: введение социалистического общественного порядка. Эта концентрация производит силу, призванную решить эту задачу - пролетариат и дает средства для этого решения: общественное производство, которое, однако, не приводит к окончательному решению задачи. Это обусловлено сознательностью, волей и борьбой пролетариата" ¹¹¹ . Дуальная схема "социальная революция - политическая революция" получила развитие уже в послевоенных трудах Каутского.

Полемизируя с Бернштейном, Каутский выступал против абсолютизации демократической системы. Признавая, что демократия является единственной политической формой, "в рамках которой рабочий класс может овладеть властью", он подчеркивал, что при этом демократия все равно является формой классового господства. Демократия, по Каутскому, "олицетворяет господство классов, составляющих или имеющих на своей стороне большинство населения" ¹¹² . При этом демократическая система представлялась Каутскому как раз той основой или той формой, в рам-

¹⁰⁹ Ibid., S. 4.

¹¹⁰ Ibid., S. 34 - 35. Критике Бем-Баверка были посвящены первые работы Р. Гильфердинга, высланные Каутскому в апреле 1902 г. См. IISG. NachlaB Karl Kautsky, D XII 580. См. русский перевод статей Гильфердинга: Гильфердинг Р. Бем-Баверк как критик Маркса. М., 1920.

¹¹¹ Kautsky К. Bernstein und das socialdemokratische Programm, S. 183, 54.

¹¹² Ibid., S. 170.

стр. 24

ках которой может быть уничтожено классовое деление общества. Таким образом, он считал, что цели революционной социал-демократии распространяются гораздо дальше, нежели борьба за демократизацию и социальные реформы, и состоят в кардинальном, революционном преобразовании общества.

"Антибернштейн" и другие работы Каутского рубежа веков были направлены не столько против самого Бернштейна, сколько против всех критиков марксизма. Полемику с Бернштейном лично Каутский вел вяло и неохотно, и не только из-за старинной дружбы, но и из-за философского оттенка ревизионизма Бернштейна. В философии же Каутский, по собственному его признанию, никогда не был особенно силен. Правда, ему удалось использовать одного из видных германских неокантианцев Ф. Штаудингера, который на страницах "Нойе цайт" (под псевдонимом Сади Гунтер) развенчал представление о том, что Бернштейн обновил марксистскую теорию при помощи современных на то время неокантианских методов, заявив, что его воззрения "полностью эклектичны" и не имеют под собой исследовательской методологии ¹¹³ .

"Антибернштейн" вызвал неоднозначную реакцию в рядах германской и международной социал-демократии. Сторонники ревизионизма были раздосадованы тем, что их публично осудил крупнейший знаток марксистской теории. Сам Бернштейн крайне резко отреагировал на книгу Каутского, написав ему: "Ты правильно сделал, что не прислал мне свою книгу. Я бы отослал ее обратно" ¹¹⁴ .

Критики ревизионизма, напротив, получили в лице Каутского на свою сторону решающий перевес. Помимо Каутского к числу виднейших критиков Бернштейна принадлежали уже упомянутые Парвус, Люксембург, Цеткин, Плеханов, а также Кунов, Адлер, Меринг, Ледебур, как ни странно Шенланк, и многие другие.

Так, Люксембург в работе "Социальная реформа или революция" сделала акцент на опровержение реформистских положений Бернштейна, считая, что тот предпринял первую попытку "теоретического обоснования оппортунизма в партии" ¹¹⁵ . Куно в серии статей "Теория крушения" подверг критике экономические взгляды "ревизиониста N 1". Он считал, что главная ошибка Бернштейна состояла в сомнении "относительно истинности спрогнозированного Марксом направления развития капитализма" ¹¹⁶ . Следует отметить, что и в дальнейшем Кунов предпочитал искать ответы на злободневные вопросы в трудах Маркса и Энгельса, а не пытаться самому ответить на них, интерпретировать марксизм с учетом новой ситуации. В этом как раз и заключалась одна из главных его слабостей как социалистического идеолога.

Таким образом, в полемике с Бернштейном формальную победу одержал Каутский, которого на словах поддерживало абсолютное большинство членов СДПГ, а также социалистов в других странах. На съездах СДПГ в Любеке (1901), Мюнхене (1902), Дрездене (1903) Бернштейн и его сторонники были осуждены. Однако до исключения их из партии дело не дошло. Против этого возражал и сам Каутский, который считал необходимым лишь дезавуировать Бернштейна ¹¹⁷ . В итоге Каутскому пришлось на протяжении 15 лет (вплоть до начала первой мировой войны) регулярно отвлекаться на полемику со своим старым другом. Отношения между ними особенно обострились накануне Любекского съезда 1901 г., когда Каутский был вынужден констатировать, что

¹¹³ Die Neue Zeit, 1898/99, Bd. 2, S. 644. Вопрос о воздействии неокантианства на Бернштейна был рассмотрен и Плехановым, который также был далек от того, чтобы относить Бернштейна к последователям Канта. См. Плеханов Г. В. Соч., т. XI. М., 1925, с. 47.

¹¹⁴ IISG. NachlaB Karl Kautsky, D V 485.

¹¹⁵ Luxemburg R. Gesammelte Werke. Berlin, 1970, Bd. 1, S. 440. С Люксембург в целом была солидарна Цеткин, писавшая Каутскому, что статья Люксембург "полностью и во всем мне понравилась" (IISG. NachlaB Karl Kautsky, D XXIII 320).

¹¹⁶ Die Neue Zeit, 1898/1899, Bd. 1, S. 356.

¹¹⁷ Об этом Каутский писал М. Грунвальду. См. РГАСПИ, ф. 308, оп. 1, д. 350, л. 2 - 3.

стр. 25

Бернштейн его "ненавидит как злейшего врага" ¹¹⁸ . Каутский даже отложил свой отпуск летом 1901 г., чтобы ответить на очередные выпады своего бывшего друга ¹¹⁹ .

Несмотря на видимое замирение на съезде 1901 г., когда, как писал Каутский, "мы протянули друг другу в Любеке руки и договорились забыть прошлое" ¹²⁰ , отношения между бывшими старыми друзьями продолжали оставаться крайне напряженными. Каутский не уставал подчеркивать, что видит свою задачу в том, чтобы "бороться в нашей партии со всем тем, что обозначается в настоящее время словом: бернштейни- анство" ¹²¹ . Для него стало делом чести выступать на каждом съезде СДПГ с критикой ревизионизма с тем, чтобы в очередной раз говорить о "победе над ревизионизмом в Германии", что он делал, в частности, после Мюнхенского съезда 1902 г. ¹²² Однако искоренить ревизионизм в германском социал-демократическом движении Каутскому и его сторонникам не удалось. Более того, выступление Бернштейна было лишь первым серьезным сигналом, свидетельствовавшим об изменении конъюнктуры в международном рабочем движении.

В июле 1899 г. французский социалист А. Мильеран вошел в состав французского правительства. Это событие не имело аналогов в истории социалистического движения. Оно вызвало бурную дискуссию и стало предметом обсуждения на Парижском конгрессе II Интернационала 23 - 27 сентября 1900 г. Одни социалисты поддержали и одобрили поступок Мильерана, назвав его образцом "новой тактики" (Ж. Жорес), другие требовали его осудить (Э. Ферри, Ж. Гед и др.). Каутский, формально отвергая путь к власти через коалиционное с буржуазными партиями правительство, попытался смягчить акценты и представить действия Мильерана "не как предательство", а "как недостаток". "Вхождение даже единственного социалиста в буржуазное правительство, - говорилось в подготовленной им резолюции Парижского конгресса, -должно рассматривать не как нормальное начало завоевания политической власти, но как вынужденное, временное, чрезвычайное средство" ¹²³ . Такая двусмысленная и расплывчатая формулировка вызвала нарекания со стороны противников "мильеранизма". Ее называли "каучуковой" ¹²⁴ .

С критикой позиции Каутского по вопросу "мильеранизма" выступил Лафарг, осудивший министериализм и позицию Жореса ¹²⁵ . Сам же Жорес, критикуя политику германских социал-демократов на конгрессе II Интернационала в Амстердаме в 1904 г., дал высокую оценку "великолепному товарищу Каутскому" как теоретику марксизма ¹²⁶ .

К числу проявлений ревизионизма отнес Каутский и пересмотр программы партией австрийской социал-демократии на съезде 1901 г. в Вене, который он считал шагом назад по сравнению с Хайнфельдской программой. Каутский сравнивал решение съезда с поступком английского джентльмена, который надел плавки на статую Аполлона Бельведерского, желая прикрыть наготу. "Так же комиссия по вопросу партийной программы решила облачить в плавки Хайнфельдского Аполлона, чтобы скрыть его марксистскую наготу, которая могла внушить отдельным ревизионистам предосуди-

¹¹⁸ К. Kautsky an V. Adler 31.05 - 1901. -Adler V. Briefwechsel..., S. 352.

¹¹⁹ См. РГАСПИ, ф. 213, on. 1,д. 82, л. 1.

¹²⁰ Там же, ф. 204, on. 1,д. 951, л. 1.

¹²¹ Каутский К. Автобиография, с. 15.

¹²² РГАСПИ, ф. 213, оп. 1, д. 89, л. 2.

¹²³ Internationaler Sozialisten-Kongress zu Paris, 23. bis 27. September 1900. Berlin, 1900, S. 17.

¹²⁴ Подробнее об этом см.: BraunthalJ. Geschichte der Internationale, Bd. 1. Hannover, 1961, S. 278 - 279.

¹²⁵ cm. Seidel J. Karl Kautsky und Paul Lafargue. - Karl Kautsky. Referate und Beitrage der halleschen Konferenz anlaBlich des 50. Todestages. Halle (Saale), 1990. S. 191. Показательно, что позицию Жореса критиковали многие тогдашние сторонники Каутского. Так, Цеткин писала ему, что "при всей симпатии к Жоресу лично и признании его заслуг" необходимо осудить его позицию (IISG. NachlaB Karl Kautsky, D XXIII 335). "Новую тактику" Жореса подвергла критике и Люксембург. -Luxemburg R. Op. cit., Bd. 1/2, S. 26 - 27.

¹²⁶ Internationaler Sozialisten-Kongress zu Amsterdam, 14. bis 20. August 1904. Berlin, 1904, S. 39.

стр. 26

тельные мысли" ¹²⁷ . Об этом же говорил Каутский на Венском съезде партии австрийской социал-демократии, в работе которого он принял участие как делегат от Нижней Австрии ¹²⁸ . Каутский должен был чувствовать себя уязвленным, поскольку, хотя он и являлся членом программной комиссии, но основной доклад он делал по вопросу о таможенной и торговой политике Австрии, причем его содокладчиком был назначен молодой и практически никому не известный Бенно Карпельс ¹²⁹ .

Ревизия партийной программы австрийскими социалистами привела к осложнениям в отношениях между Каутским и В. Адлером. "Я нахожу Германию более приемлемой для моего интеллектуального и политического развития, чем Австрия, - писал Каутский Адлеру, сравнивая ситуацию в Австрии и Германии, - и по своему собственному желанию я не поменяю первую на вторую" ¹³⁰ .

Таким образом, полемика с Бернштейном имела далеко идущие последствия для Каутского, в том числе и в области межличностных отношений. Она вызвала разрыв как с самим Бернштейном, так и споры с другими германскими и зарубежными социалистами. Коснулось это и прав на обработку материалов архива Маркса и Энгельса.

Еще в начале октября 1899 г. германские социал-демократы, в частности Каутский и Моттелер, активно обсуждали сведения о том, что Бебель намерен отказаться от участия Бернштейна в обработке архива Маркса и Энгельса ¹³¹ . Для Каутского этот вопрос был напрямую связан с правом на редактирование и издание рукописи Маркса "Теории прибавочной стоимости". Каутский стремился использовать опалу Бернштейна, чтобы закрепить за собой это отнюдь не бесспорное право. Бернштейн в свою очередь достиг соглашения с Дицем об издании в редактируемом им журнале "Документы социализма" рукописей Маркса и Энгельса. "Я не знаю, каким образом Диц додумался говорить с Бернштейном о редактировании архива Маркса", - возмущенно писал Каутский Бебелю ¹³² .

В итоге проблема редактирования архива Маркса и Энгельса вылилась в публичную полемику между Каутским и Бернштейном, в ходе которой каждый стремился доказать, что именно он виделся Энгельсу наиболее предпочтительной кандидатурой для этой работы ¹³³ . На стороне Бернштейна было то, что он, в отличие от Каутского, числился в числе душеприказчиков Энгельса и, живя в Лондоне, имел доступ к архиву. В пользу Каутского выступали те обстоятельства, что он еще вместе с Энгельсом занимался расшифровкой и редактированием рукописей Маркса, часть из которых (в том числе - "Теории прибавочной стоимости") находилась у него на руках, и то, что Бернштейн после своих ревизионистских выступлений не имел морального права распоряжаться архивом. Спор между Бернштейном и Каутским так и не выявил победителя, сохранил статус-кво. Это дало Каутскому возможность начать с 1903 г. публикацию рукописи Маркса ¹³⁴ .

Надо отметить, что столкновение по вопросу прав на архив Маркса и Энгельса было последним актом личного противостояния между Бернштейном и Каутским. В дальнейшем противостояние по линии "Каутский против Бернштейна" трансформировалось в противостояние большинства германской социал-демократии против ревизионизма, которое находилось в центре внимания практически всех съездов СДПГ и конгрессов II Интернационала до 1914 г. По мере дальнейшего развития капита-

¹²⁷ Die Neue Zeit, 1901/02, Bd. 1, S. 82.

¹²⁸ См. SDAPO-Parteitag 1901 in Wien. Protokoll. Wien, 1901, S. 121 - 124.

¹²⁹ Ibid., S. 138.

¹³⁰ K. Kautsky an V. Adler 15.11.1901. -Adler V. Briefwechsel, S. 377.

¹³¹ См. РГАСПИ, ф. 203, on. 1, д. 270, л. 1.

¹³² К. Kautsky an A. Bebel 05.01.1903. -Bebel A. Briefwechsel mil Karl Kautsky, S. 148.

¹³³ cm. Die Neue Zeit, 1905/06, Bd. 1, S. 167 - 168, S. 374 - 376, S. 470.

¹³⁴ Marx K. Theorien iiber den Mehrwert, Bd. 1. Stuttgart, 1905. Подробнее об этом см: Marxhausen T. Kautskys Herausgebe der "Theorien iiber den Mehrwert". - Karl Kautsky. Referate und Beitrage der halleschen Konferenz anlaBlich des 50. Todestages, S. 92 - 101.

стр. 27

лизма и приближения первой мировой войны последний все спокойнее относился к ревизионизму. Как справедливо отмечает К. Г. Буттервеге, "Карл Каутский - главный оппонент Бернштейна во время первой мировой войны все больше и больше воспринимал его идеи" ¹³⁵ . Позднее Каутский признал правоту Бернштейна по многим положениям, в частности, касательно критики "Манифеста Коммунистической партии". Он писал: "Еще Бернштейн в его ревизионистской кампании в конце прошлого столетия отметил, что широко цитируемые места из Коммунистического манифеста более не актуальны. И он был прав" ¹³⁶ .

С современных позиций с кажущейся легкостью можно однозначно констатировать, что историческая правота в итоге осталась за Бернштейном, сумевшем верно оценить тенденции развития капитализма и призвавшего социал-демократию переориентироваться в духе социал-реформизма. Однако, на наш взгляд, следует обратить внимание на то, что идеи Бернштейна были критически осмыслены, переработаны и использованы Каутским в его дальнейшем развитии марксистской теории. После "Предпосылок социализма" Бернштейн по сути не написал ни одного крупного теоретического труда, занимаясь редактированием трудов Лассаля, историческими изысканиями и работой над автобиографическим сочинением. Фактически Бернштейн так и остановился на идейно-теоретических постулатах конца XIX в., ограничиваясь лишь небольшими статьями и брошюрами полемического характера ¹³⁷ . Его идеи частично были реализованы в Герлицкой программе СДПГ 1921 г.

Что касается Каутского, то выступление Бернштейна заставило его кардинальным образом "профильтровать", или, если угодно, ревизовать (но не пересмотреть!) марксистскую теорию, точнее - его собственную (каутскианскую) версию марксизма. Каутский попытался внести ясность в теорию социалистической революции (работы "Социальная революция", "Путь к власти" и др.), с современных позиций подойти к оценке капиталистического способа производства (работы, посвященные империализму), материалистическому пониманию истории ("Этика и материалистическое понимание истории"), колониальному и национальному вопросам и т.д. Эта работа была продолжена Каутским в годы войны и в послевоенный период, когда им была создана целая серия фундаментальных теоретических произведений.

Несомненно заслугой Каутского следует признать сохранение и закрепление марксистской теории как идеологической основы СДПГ и международного социал-демократического движения. Его осторожная позиция по вопросу ревизионизма, на наш взгляд, помогла предотвратить раскол среди социалистов. Ревизионизм постепенно нашел свое место в теории и политической практике социал-демократии, в то время как Каутский активно использовал его выкладки в своих трудах. Однако кардинальное отличие позиции Каутского от Бернштейна заключалось как раз в постепенном и поступательном дополнении и развитии ортодоксального марксизма, а не в его пересмотре.

Таким образом, полемика с Бернштейном лишний раз подтвердила недоработанность основных положений учения Маркса и Энгельса. В этом плане перед Каутским открывалось широкое поле деятельности по развитию марксизма, что он и сделал в работах последующих лет. Выступление Бернштейна и "казус Мильерана" поставили перед Каутским новые задачи. В качестве преемника и хранителя ортодоксального марксизма он должен был попытаться предотвратить назревавший раскол в международном рабочем движении. На повестке дня стояло определение новых идеологических задач и ориентиров, чему Каутский и посвятил первое десятилетие XX в.

¹³⁵ Butterwege C.H. Staatsfrage, Revisionismus, Sozial-demokratie. - Marxismus und Arbeiterbewegung, Frankfurt a.M., 1980, S. 145.

¹³⁶ Kautsky K. Grenzen der Gewalt. Aussichten und Wirkungen bewaffneter Erhebung des Proletariats. Karlsbad, 1934,8.7.

¹³⁷ Исключение могут представлять лекции Бернштейна "Социализм прежде и теперь. Спорные вопросы социализма в прошлом и настоящем", прочитанные им в 1921 г. и изданные затем отдельной брошюрой. См. Bernstein E. Der Sozialismus einst und jetzt. Streitfragen des Sozialismus im Vergangenheit und Gegenwart. Berlin, 1922.

Permanent link to this publication: