Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: RU-13399
Автор(ы) публикации: Г. В. ФОКЕЕВ

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами

Прошло 15 лет со времени тройственной англо-франко-израильской агрессии против Египта, последовавшей после национализации Суэцкого канала. Империалистическая агрессия, ее предыстория, преодоление и некоторые итоги развития событий на Ближнем Востоке уже привлекли внимание советских историков1. Однако некоторые аспекты проблемы остались пока не изученными, например, борьба за ликвидацию последствий агрессии, приобретшая особое звучание в наши дни. Необходим и анализ политики США в этом районе, а также советско-американских отношений, которые по вине американского правительства не превратились тогда в сотрудничество в интересах международного мира и обеспечения прав народов данного региона. Исследование событий 1956 - 1957 гг. представляет не только академический интерес. В 1967 г. Израиль развязал новую войну против арабских народов, и все еще неликвидированные последствия этой агрессии есть причина того, что Ближний Восток остается одной из "горячих точек" мировой политики. Нынешние события в этом регионе во многом напоминают те, что имели место в 1956 - 1957 годах. Идентичны цели, во многом идентичны методы, с помощью которых агрессоры, несмотря на единодушное осуждение мировой общественности, при прямой или косвенной поддержке правящих кругов ряда империалистических государств, прежде всего США, пытаются закрепить за собой плоды своей разбойничьей политики.

26 июля 1956 г. египетское правительство национализировало Суэцкий канал. В сентябре - октябре Совет Безопасности ООН рассматривал суэцкий вопрос, а в конце октября - начале ноября Израиль, Англия и Франция начали агрессию против Египта. 2 ноября 1956 г. Чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла резолюцию, призывавшую к прекращению огня в Египте и возвращению к линии перемирия, установленной между Египтом и Израилем в 1949 году. Однако до вечера 4 ноября Генеральный секретарь ООН Д. Хаммаршельд получил согласие на прекращение огня лишь от Египта. Что же касается агрессоров, то они активизировали военные действия, пытаясь достичь решающего военного преимущества: утром 5 ноября в Порт-Саиде был выброшен англо-французский десант, а израильские войска, оккупировав Синайский полуостров, почти вплотную подошли к Суэц-


1 См., например, "История внешней политики СССР" под ред. Б. Н. Пономарева, А. А. Громыко и В. М. Хвостова. Т. 2. М. 1971; "История международных отношений и внешней политики СССР". Т. 3. М. 1967; "Международные отношения после второй мировой войны". М. 1965; "Новейшая история арабских стран". М. 1968; О. Э. Туганова. Международные отношения на Ближнем и Среднем Востоке. М. 1967.

стр. 64


кому каналу. Тем самым резолюция Генеральной Ассамблеи повисла в воздухе.

Накануне, 4 ноября, по предложению Канады (возможно, инспирированному США) была принята еще одна резолюция: о создании "чрезвычайных сил ООН", которым надлежало "разделить" воюющие стороны и затем проконтролировать восстановление территориального статус-кво2. Такой шаг американской дипломатии объяснялся тем, что США, а вместе с ними и Канада, не верили, что тройственная агрессия может обеспечить интересы капиталистического Запада на Ближнем Востоке, опасались ответной реакции арабских народов на эту агрессию и стремились отмежеваться от нее с тем, чтобы пробудить доверие к себе со стороны арабских государств. Резолюция Генеральной Ассамблеи предлагала Генеральному секретарю ООН провести консультации с теми государствами, которые изъявят желание предоставить контингента своих войск, и подготовить конкретный план создания "чрезвычайных сил". К вечеру 4 ноября первый вариант этого плана был уже готов. Но агрессоры, как и в случае с резолюцией о прекращении огня, игнорировали проект. В то время, как Египет безоговорочно согласился с ним, Англия, Франция и особенно Израиль обусловили свое согласие с указанным планом многочисленными оговорками, которые, по существу, извращали его первоначальный смысл. Хаммаршельд сообщил 4 ноября, что министерство иностранных дел Израиля заявило об отказе признавать линию перемирия 1949 г. и требует убрать из Газы персонал комиссии ООН по наблюдению за перемирием3, что свидетельствовало о намерении аннексировать этот район. Все это означало фактический провал канадского проекта, поскольку в соответствии с резолюцией "чрезвычайные силы ООН" предполагалось создать лишь "с согласия заинтересованных стран".

В этих условиях решающей оказалась позиция СССР. 5 ноября советская делегация потребовала созыва Совета Безопасности для рассмотрения сложившейся ситуации и представила проект резолюции, согласно которому все члены ООН, а особенно СССР и США как постоянные члены Совета Безопасности, имеющие в своем распоряжении мощные военно-воздушные и военно-морские силы, призывались в том случае, если агрессоры не прекратят в течение 12 часов огня и не выведут в трехдневный срок свои войска, оказать Египту военную или иную помощь посредством посылки вооруженных сил, военных инструкторов, добровольцев, а также в других формах4. В тот же день Председатель Совета Министров СССР направил письма главам правительств Англии, Франции и Израиля, в которых была изложена твердая позиция Советского Союза в отношении агрессии и подчеркивалась решимость СССР любыми средствами добиться ее прекращения. Осуждая варварские действия интервентов против Египта, правительство СССР ставило, например, перед премьер-министром Англии А. Иденом вопрос: "В каком положении оказалась бы сама Англия, если бы на нее напали более сильные государства, располагающие всеми видами современного истребительного оружия? А ведь такие страны могли бы в настоящее время и не посылать к берегам Англии военно-морского и военно-воздушного флота, а использовать другие средства, например, ракетную технику..."5. Хотя советский проект резолюции был отвергнут вечером 5 ноября в Совете Безопасности (против него вместе с Англией и Францией голосовали и США), твердая советская позиция сыграла свою роль. 6 ноября военные действия в Египте были прекращены.


2 General Assembly Resolution 998 (ES-1).

3 "United Nations Yearbook, 1956". N. Y., p. 29.

4 Ibid., p. 30.

5 "Правда", 6.XI.1956.

стр. 65


По существу, это предопределило и согласие агрессоров с появлением в Египте "чрезвычайных сил ООН". 7 ноября в докладе Генеральной Ассамблее об этих силах Хаммаршельд отметил, что они должны "разделить" между собой войска агрессоров и египетские войска по линии перемирия, которая сложилась в тот момент, а затем, по мере отвода израильских войск, продвигаться за ними вплоть до линии перемирия, установленной в 1949 году6.

Первые части "чрезвычайных сил" появились в зоне Суэцкого канала 15 ноября, и к 3 декабря они заняли позиции между египетскими и израильскими войсками в Синайской пустыне. Однако Израиль в отличие от Англии и Франции, полностью эвакуировавших 22 декабря свои войска из Египта, стал с самого начала оттягивать отвод своих войск, пытаясь аннексировать часть египетской территории и вынудить ООН юридически санкционировать эту акцию. Отвечая на вопрос иорданского представителя, 21 декабря Хаммаршельд сообщил в Совете Безопасности, что израильское правительство информировало ООН об отводе с 3 декабря своих войск примерно на 50 км от Суэцкого канала (здесь проходит стратегически важный горный рубеж), но в отношении дальнейших планов вывода войск с оккупированной территории ограничилось лишь неопределенными намеками. Затем Израиль обещал к концу первой недели января 1957 г. отвести свои войска на линию Эль-Ариша. При этом точные сроки полного ухода с египетской территории не были названы.

Предпринимая эти открыто аннексионистские действия, израильское правительство исходило из того, что Соединенные Штаты, выступавшие вначале по ряду внутриполитических и внешнеполитических причин за прекращение агрессии, теперь перешли к открытой конфронтации Советскому Союзу и его дипломатическим усилиям в районе Ближнего Востока. Это проявилось уже в первые дни создания "чрезвычайных сил ООН", которые мыслились западными дипломатами отнюдь не как средство безболезненного возвращения к линии перемирия 1949 года7. Когда было объявлено, что при Генеральном секретаре ООН образуется консультативный комитет из представителей нескольких государств - членов ООН и польский делегат предложил в его состав Чехословакию, эта кандидатура была отвергнута западными державами без каких-либо на то оснований. В состав комитета не вошел ни один представитель социалистических стран. Отвергнуто было и предложение Румынии послать войска в состав "чрезвычайных сил"8.

После того, как американский делегат голосовал за канадскую резолюцию, даже страны Багдадского пакта (исключая Англию) на сессиях Совета этого пакта 8 ноября в Тегеране и 23 ноября в Багдаде осудили израильскую агрессию и потребовали отвода израильских войск за линию перемирия 1949 года9. 29 ноября американское правительство опубликовало заявление о поддержке Багдадского пакта как фактора "коллективной безопасности" на Ближнем Востоке. Однако в нем ничего не говорилось о той позиции, которую члены пакта заняли по вопросу о выводе израильских войск, а лишь в самой общей форме подчеркивалось стремление "сохранить мир" в данном регионе10. Очевидно, правительство США готовилось тогда, выражаясь словами государственного секретаря Д. Ф. Даллеса, к "мучительной переоценке ценностей" и при этом не хотело вызывать недовольство Израиля.


6 United Nations Documents A/3302 and Add.; 1 - 30 and Add.; 4/Rev. 1.

7 Именно по этой причине социалистические страны воздержались в ООН при голосовании канадской резолюции.

8 См. "United Nations Yearbook, 1956", p. 33.

9 "Documents on International Affairs, 1956". L. 1959, pp. 313 - 314, 339 - 340.

10 Ibid., pp. 341 - 342.

стр. 66


Выражением нового политического курса США на Ближнем Востоке явилась "доктрина Эйзенхауэра", изложенная в послании президента конгрессу от 5 января 1957 года. Вдохновитель и фактический автор этой доктрины Д. Ф. Даллес видел в ней логическое продолжение всей предшествующей американской политики в этом регионе, цель которой заключалась в стремлении захватить здесь прочные политические позиции, полностью оттеснив СССР и социалистические страны от участия в решении его проблем. Путем проведения этой доктрины Запад и в первую очередь США пытались включить арабские страны и Израиль в некую единую политическую общность, то есть осуществить план, который выдвинули США вместе с другими империалистическими державами в начале 50-х годов, но от которого в свое время (при вступлении в Багдадский пакт) отказалась Англия11.

Разумеется, "доктрина Эйзенхауэра" не была простым повторением старого политического курса, поскольку условия коренным образом изменились. Суэцкая авантюра Англии и Франции и их фактическое поражение лишили эти державы, которые считались традиционными выразителями интересов западного мира на Ближнем Востоке и в Северной Африке, большей части их влияния. Американское правительство стремилось заполнить образовавшийся, говоря его словами, "вакуум силы", заменив англичан и французов, как это было сделано в 1947 г. в Греции и Турции, а в 1954 - 1955 гг. - в Индокитае, и помешать росту авторитета Советского Союза среди арабских народов, которым он в трудные дни подал руку помощи и дружбы.

Президент требовал, чтобы конгресс разрешил использовать американские войска "для обеспечения и защиты целостности и политической независимости" тех стран Ближнего Востока, "которые попросят о такой помощи против открытой агрессии со стороны любого государства, контролируемого международным коммунизмом"12. Фактически Эйзенхауэр предлагал ближневосточным странам специфическую форму военного союза с США, не закрепленного формально каким-либо договором, в котором вся тяжесть обязательств как будто бы должна была лечь на американскую сторону, а механизм действия которого вроде бы зависел только от пожеланий и просьб лидеров самих ближневосточных стран. Уже одно согласие с этой доктриной, как полагало американское правительство, должно было помешать потенциальному развитию контактов этих стран с СССР. А для того чтобы придать особую притягательность этому неофициальному военному союзу, Эйзенхауэр предложил ежегодно предоставлять принявшим его странам "экономическую помощь" на сумму в 200 млн. долларов, а также оказывать военную помощь и содействие в рамках ранее принятых американских "оборонительных программ". Принятие ближневосточными странами этого "довеска" должно было обеспечить Соединенным Штатам Америки средства давления на их политику и гарантировать "надежность" этого союза.

"Доктрина Эйзенхауэра" носила фактически антисоветский характер. Эта устремленность, желание заставить арабские страны отказаться от каких-либо связей с СССР и другими странами социалистического содружества были разоблачены в Заявлении ТАСС "О политике Соединенных Штатов на Ближнем и Среднем Востоке", опубликованном 13 января 1957 года. В нем констатировалось наличие "серьезной угрозы миру и безопасности в районе Ближнего и Среднего Востока",


11 Статья 5 турецко-иракского договора от 24 февраля 1955 г., послужившего основой Багдадского пакта, гласила, что к нему может примкнуть лишь то государство, которое полностью признано обеими договаривающимися сторонами. Это исключало Израиль, которого Ирак не признавал.

12 "Congressional Record". Vol. 103, pt. I, p. 226.

стр. 67


проистекавшей из возможности "вмешательства США в дела арабских стран вплоть до военной интервенции", в том числе даже и без формальной просьбы какого-либо правительства, а лишь в порядке "помощи" одной арабской стране против другой, обвиненной в намерении совершить "агрессию" против своих соседей с помощью сил "международного коммунизма". Как писала в те дни египетская газета "Аль-Ахрам", "если какая-нибудь арабская страна осмеливается выступить за свое право на независимость, то ее сразу же обвиняют в приверженности к коммунизму"13. Формулировка Эйзенхауэра о применении "доктрины" лишь в случае "открытой агрессии" носила нарочито неопределенный характер и давала возможность использовать ее в любом удобном для США случае. Именно поэтому в Заявлении ТАСС было подчеркнуто, что "намечаемые правительством США в отношении района Ближнего и Среднего Востока шаги, предусматривающие возможность использования вооруженных сил Соединенных Штатов Америки в этом районе, могут привести к опасным последствиям, вся ответственность за которые целиком ляжет на правительство США".

Готовясь начать политическое наступление на Ближнем Востоке и в Северной Африке, правительство США учитывало ту степень разобщенности, которая выявилась в отношениях между странами этого региона и которая должна была облегчить принятие ими американского предложения, а также настроения представителей феодально-монархических или реакционных прозападных режимов в арабских странах. Из арабских государств Северной Африки последнее обстоятельство касалось прежде всего Ливии. Ее население, особенно образованная или жаждущая получить образование молодежь, активно впитывала идеи арабского освобождения и независимости, идущие от Египта. Правительство Ливии отвечало на это влияние политическими преследованиями, в том числе раскрытием всевозможных "заговоров" против королевского режима, которые якобы организовывало египетское посольство. Ливийские власти оправдывали этим репрессии против сторонников сближения с Египтом и поддерживали в достаточно напряженном состоянии отношения с этой страной, которую они рассматривали как катализатор внутренней политической оппозиции. Характерно, что во время англо-франко-израильской агрессии Ливия потребовала от Англии, чтобы та не использовала свои ливийские базы для действий против Египта, но почти одновременно был "раскрыт" очередной "египетский заговор" против короля Идриса, выслан военный атташе Египта и приняты меры для укрепления восточной границы14. Ливийское правительство не позволило также добровольцам выехать в Египет для борьбы с агрессией.

Не было особой близости и между Египтом и Суданом. Надежды на объединение этих двух стран, существовавшие в Каире в 1953 - 1955 гг., не оправдались. Даже лидеры суданской Национально-юнионистской партии, выступавшие ранее с такой программой, отказались от нее. В еще меньшей степени было склонно пойти на объединение с Египтом коалиционное правительство А. Халила, пришедшее к власти в июле 1956 г. и состоявшее в основном из представителей партии "Аль-Умма", которая зарекомендовала себя как сторонница проанглийской ориентации, враждебно настроенная к социально-политическим процессам, которые имели место в Египте. В дни тройственной интервенции правительство Халила, по существу, лишь на словах поддерживало Египет.

Суданское правительство опасалось, что в условиях народного подъема, связанного со срывом империалистической агрессии, может


13 См. "Правда", 8.I.1957.

14 См. I. W. Zartman. Government and Politics in Northern Africa. N. Y. 1963, p. 100.

стр. 68


возродиться идея "единства долины Нила" и произойдет усиление активности тех элементов, которые и раньше выступали за государственный союз Судана с Египтом. Поэтому оно тщательно избегало действий, которые могли бы стимулировать активность проегипетски настроенных политических деятелей и слоев. По существу, суданское правительство придерживалось политики нейтралитета и не стремилось к каким-либо союзам с другими североафриканскими арабскими странами.

С прекращением англо-франко-израильской агрессии против Египта наступило новое похолодание в отношениях между Египтом и другими арабскими странами Северной Африки. Правительства этих стран хотели бы "спустить на тормозах" тот взрыв арабского национализма, который был вызван агрессией и рассматривался ими как угроза собственному существованию. Панарабским идеям была противопоставлена концепция федерации стран Магриба с включением в ее состав Ливии. Политический акцент при этом был сделан на самостоятельное от Египта и арабских стран Ближнего Востока развитие стран Северной Африки.

6 января 1957 г., во время визита премьер-министра Ливии Бен Халима в Тунис, был подписан тунисско-ливийский договор о дружбе, устанавливавший между двумя странами отношения "вечной дружбы" и "братства". Ливия и Тунис обязались "координировать свою политику и осуществлять сотрудничество в интересах обеспечения своей независимости и суверенитета"15. При этом специально отмечалось, что координация политики предусматривается как в отношении "государств Запада и Востока", так и в отношении "соседних братских стран". В тунисско-ливийском договоре были предусмотрены также широкие меры по экономическому, техническому и культурному сотрудничеству, и, по меткому замечанию западных наблюдателей, "с тех пор тунисские инженеры, профессора, техники быстро стали заменять в Ливии своих египетских коллег"16.

На церемонии подписания тунисско-ливийского договора премьер-министр Туниса Х. Бургиба говорил о "магрибской солидарности", явно противопоставляя ее Египту, о котором он предпочел вообще умолчать. Позднее, в статье, опубликованной в американском журнале "Foreign Affairs", он высказался откровеннее, охарактеризовав задачи внешней политики Туниса как, во-первых, "стремление к союзу с другими североафриканскими странами, интересы которых он разделяет", во-вторых, сохранение "братских отношений с арабскими странами Востока" и, наконец, обеспечение "тесного союза со свободными странами Запада" в интересах "безопасности и экономического прогресса"17. Вторая из перечисленных целей не находила отражения в текущей политике: во всяком случае, отношения с Египтом оставались чрезвычайно напряженными. Внешним выражением этого был тот факт, что в Каире нашел убежище бывший генеральный секретарь партии "Нео-Дестур" С. Бен Юсеф, выступивший в конце 1955 г. против Бургибы и заочно приговоренный в Тунисе 24 января 1957 г. к смертной казни. Выбор момента для этого суда и приговора совпал с усилиями Бургибы, направленными на политическое отделение Магриба от остального арабского мира, и являлся частью этой политики. 30 марта 1957 г. Бургибе удалось добиться нового успеха в осуществлении своей идеи. Во время официального визита в Марокко он и Балафредж скрепили своими подписями тунисско-марокканский договор о друж-


15 Цит. по: M. Khadduri. Modern Libya. A Study in Political Development. Baltimore. 1963, p. 279.

16 "Foreign Affairs", 1958, Vol. 36, N 2, p. 309.

17 "Foreign Affairs", 1957, Vol. 35, N 4, p. 650.

стр. 69


бе и сотрудничестве, хотя и не такой "всеобъемлющий", как договор Туниса с Ливией, но все же предусматривающий взаимные консультации по международным проблемам и сотрудничество в области культуры и торговли. В договоре подчеркивалась "необходимость солидарности всех стран Северной Африки"18, из числа которых, по-видимому, исключался Египет, поскольку он по своим традиционным связям и интересам считался страной Ближнего Востока.

Для того, чтобы обеспечить "единство" Магриба, необходимо было "приручить" и руководителей алжирского национально-освободительного движения, предоставив им достаточно широкие возможности использовать Тунис как базу для развертывания своих вооруженных сил. Этим Бургиба надеялся уменьшить египетское влияние на фронт национального освобождения Алжира (ФНО), штаб-квартира "Внешней делегации" которого находилась в Каире19. При этом Бургиба, как сообщал американский журнал "The Reporter", особенно активно стремился помешать ФНО установить контакты с Советским Союзом20. В апреле 1957 г., когда ликвидация последствий империалистической агрессии и защита завоеваний национально- освободительной революции поглотили все внимание и силы Египта, Бургиба добился своего: "Внешняя делегация" ФНО перенесла свою штаб-квартиру из Каира в Тунис.

Отсутствие единства среди арабских стран не осталось незамеченным израильским правительством, которое учитывало это при формулировании своей политики. Главным объектом его дипломатического наступления стал вначале вопрос о компетенции "чрезвычайных сил ООН" и районе их действий. В письме к президенту Эйзенхауэру от 8 ноября 1956 г. премьер-министр Израиля Бен-Гурион настаивал, чтобы эти силы были размещены не только на Синайском полуострове, но и в зоне Суэцкого канала с фактическим изъятием ее из-под юрисдикции Египта. Только на этих условиях Израиль соглашался очистить Синай21.

Резолюция Генеральной Ассамблеи настолько нечетко формулировала цели сил ООН и сроки их деятельности, что допускала возможность различной интерпретации. Однако в главном - признании за Египтом "суверенных прав в отношении любых вопросов, касающихся пребывания и деятельности сил ООН" - не было никакой неясности. Это уточнение было достигнуто в ходе обмена мнениями между Хаммаршельдом и египетским правительством в ноябре 1956 г., и только благодаря этому Египет согласился на присутствие "чрезвычайных сил ООН". Поэтому претензии Израиля серьезно даже не обсуждались в рамках ООН. Кроме того, западные державы, видимо, понимали, что попытка заменить англо-франко-израильскую агрессию в зоне Суэцкого канала "вмешательством войск ООН", как это неизбежно было бы воспринято в арабском мире, значительно отодвинула бы сроки открытия навигации на Суэцком канале, в которой государства Запада были чрезвычайно заинтересованы. Недаром Генеральный секретарь ООН немедленно откликнулся на просьбу Египта в начале 1957 г. о помощи в расчистке Суэцкого канала и предложил, чтобы работы шли "с наивысшей скоростью и эффективностью"22. Именно поэтому соответствующие правительства оказывали определенное давление на Израиль. Кроме того, полное удовлетворение требований Израиля означало бы, по мнению американского правительства, не просто отсрочку открытия Суэцкого канала, но и возрождение здесь конфликт-


18 Ibid., p. 310.

19 В отличие от "Внутренней делегации", находившейся в Алжире.

20 "The Reporter", 3.IV.1958.

21 "The Arab States and the Arab League. A Documentary Record". Vol. II. Beirut. 1962, pp. 817 - 818.

22 "Documents on International Affairs, 1957". L. 1960, pp. 183 - 184.

стр. 70


ной ситуации практически в той же форме, какую только что удалось ликвидировать, а это, как полагали в Вашингтоне, могло бы лишь еще более сблизить арабские государства с СССР и странами социалистического содружества.

Однако израильское правительство отнюдь не сразу отказалось от своих аннексионистских требований. 14 января 1957 г. оно уведомило Генерального секретаря ООН, что израильские войска очистят 22 января весь Синайский полуостров, кроме Шарм-аль-Шейха, господствующего над входом в Акабский залив. Об условиях эвакуации этого пункта оно предлагало начать дополнительные переговоры с Генеральным секретарем ООН23. В этом документе отсутствовало какое-либо упоминание о Газе и прилегающем к ней районе, что говорило о стремлении Израиля удержать его за собой. Докладывая Генеральной Ассамблее об израильских обещаниях и предложениях, Хаммаршельд намекнул на желательность удовлетворения некоторых требований Израиля, в частности в отношении размещения "чрезвычайных сил ООН" в Шарм-аль-Шейхе, а также в Газе, как определенной гарантии ООН в отношении свободы судоходства по Акабскому заливу, а также мер против возобновления активных действий организаций палестинских беженцев из района Газы24. Упомянув Газу, Генеральный секретарь ООН подтвердил таким образом резолюцию Генеральной Ассамблеи от 2 ноября 1956 г. об отводе израильских войск за линию перемирия 1949 года. Генеральная Ассамблея, в свою очередь, в резолюции от 19 января 1957 г. подтвердила необходимость полного вывода израильских войск и предложила Генеральному секретарю продолжать соответствующие усилия с тем, чтобы "в течение пяти дней" доложить ей о результатах25.

По существу, Израилю был предъявлен ультиматум с требованием в течение 5 дней уточнить свою позицию в вопросе о выводе войск из Шарм-аль-Шейха и района Газы. 28 января израильское правительство направило Хаммаршельду соответствующую "памятную записку"26, в которой настаивало, чтобы "чрезвычайные силы ООН" сменили израильские войска в Шарм-аль-Шейхе и оставались там на неопределенно долгое время, вне зависимости от позиции Египта, для "обеспечения свободы навигации" по Акабскому заливу и "предотвращения какого-либо возобновления враждебных действий". Относительно района Газы в "памятной записке" говорилось, что Израиль не стремится к его аннексии, но даже после вывода своих войск собирается оказывать этому району "всестороннюю помощь" в области хозяйства и организации управления, причем израильская полиция будет осуществлять здесь "наблюдение за порядком". Израильское правительство информировало Генерального секретаря ООН, что первые шаги в указанном направлении им уже сделаны. По существу, израильское правительство предлагало ООН санкционировать создание карликового "буферного государства", которое в дальнейшем можно было бы поглотить. Впрочем, даже в случае несогласия ООН одобрить предлагаемый план Израиль не собирался отказываться от этой территории. В тот самый день, когда в ООН была послана "памятная записка", кнессет принял резолюцию, в которой говорилось, что "Израиль будет продолжать оккупировать район Газы и нести ответственность за его внутреннюю и внешнюю безопасность"27.

24 января 1957 г. Хаммаршельд направил Генеральной Ассамблее свой второй доклад, посвященный проблеме вывода израильских


23 "Keesing's Contemporary Archives" (далее - "Keesing's..."). 1957 - 1958, p. 15353.

24 Ibid.

25 General Assembly Resolution 1123 (XI).

26 См. "Documents on International Affairs, 1957", pp. 185 - 189.

27 Ibid., p. 189.

стр. 71


войск28. Он вновь подчеркнул необходимость придерживаться буквы ранее принятых резолюций и в этом плане отвергал претензии Израиля на Газу. Однако в докладе еще более отчетливо проявилась готовность пойти навстречу требованиям агрессора и разместить на длительное время "чрезвычайные силы ООН" в Газе, Шарм-аль-Шейхе и по всей демаркационной линии между Израилем и Египтом. Правда, Хаммаршельд указал, что размещение этих сил на египетской территории возможно лишь с согласия правительства Египта. 2 февраля 1957 г. Генеральная Ассамблея ООН одобрила предложения Хаммаршельда. В первой из принятых в этот день резолюций Ассамблея призывала Израиль "без промедления" завершить полный отвод войск за линию перемирия 1949 г., то есть и из района Газы29. Вторая резолюция призывала Израиль и Египет "скрупулезно придерживаться" положений соглашения о перемирии от 24 февраля 1949 г. и указывала на необходимость разместить для этого "чрезвычайные силы ООН" по демаркационной линии30. В этой резолюции по-прежнему было много неясностей, связанных с объемом компетенции, сроком пребывания и условиями вывода "чрезвычайных сил ООН" с египетской территории; поэтому социалистические страны и арабские государства воздержались при ее голосовании. Воздержался и израильский представитель, резервируя тем самым свою позицию, которая стала ясной 3 февраля, когда кабинет министров Израиля отверг резолюцию Генеральной Ассамблеи. Генеральный директор МИД Израиля У. Эйтан в заявлении для печати от 8 февраля изложил существо "новой" позиции своего правительства: Израиль не эвакуирует Шарм-аль-Шейх без "эффективных гарантий" для своего судоходства и не вернет Газу под контроль египетской администрации31.

В условиях, когда ООН оказалась неспособна быстро разрешить проблему ликвидации последствий израильской агрессии, египетское правительство усиленно занялось поисками союзников в районе конфликта. Убедившись в негативном или индифферентном отношении своих африканских соседей, Египет сконцентрировал внимание на восточно-арабских странах, в которых настроения против агрессивных действий Израиля были весьма сильными во всех слоях общества и это влияло на формирование политики соответствующих правительств. Король Саудовской Аравии Сауд и король Иордании Хусейн, а также президент Сирии аль-Куатли быстро откликнулись на предложение президента Египта Насера встретиться в Каире для обсуждения положения на Ближнем Востоке. Эта встреча 19 января 1957 г. завершилась подписанием "договора солидарности" между Египтом, Сирией, Саудовской Аравией и Иорданией32. Согласно этому договору, арабские страны обещали усилить нажим на Израиль. Египет вместе с Саудовской Аравией и Сирией дал обещание выделять Иордании для усиления и поддержания ее армии ежегодную денежную субсидию, которая должна была заменить английскую, получаемую Иорданией с 1948 года.

Созданная таким образом "коалиция государств", как вскоре выяснилось, существовала лишь на бумаге. По замечанию английской исследовательницы Р. Т. Уолл, "к концу апреля появилось много признаков того, что согласие между Египтом, Иорданией, Сирией и Саудовской Аравией все более слабеет"33. В апреле в Иордании в результате дворцового переворота ушел с политической сцены С. Набулси,


28 United Nations Document A/3512.

29 General Assembly Resolution 1124 (XI).

30 United Nations Document A/Res./461.

31 "Keesing's...", 1957 - 1958, p. 15358.

32 См. "The Arab States and the Arab League". Vol. II, pp. 287 - 288.

33 "Survey of International Affairs, 1956 - 1958". L. 1962, p. 175.

стр. 72


премьер-министр, а затем министр иностранных дел Иордании, являвшийся сторонником сближения с Египтом. Это повлекло за собой сближение Хусейна с королем Ирака (а через него - и с Англией). В итоге Египет не получил в тот момент от восточноарабских стран реальной помощи в борьбе за вывод израильских войск.

11 февраля 1957 г. правительство СССР выступило с дипломатической инициативой, направленной на скорейшее урегулирование спорных проблем и создание на Ближнем Востоке и в Северной Африке условий для беспрепятственного и всестороннего политического и социально- экономического развития стран этого региона. Советское правительство направило США, Англии и Франции идентичные ноты с изложением программы совместных действий, которая включала в себя: (1) "сохранение мира на Ближнем и Среднем Востоке путем урегулирования спорных вопросов исключительно мирными средствами на основе метода переговоров"; (2) взаимное невмешательство во внутренние дела стран этого района; (3) отказ от вовлечения их в военные блоки с участием великих держав; (4) ликвидация иностранных военных баз и вывод иностранных войск с территории стран Ближнего и Среднего Востока; (5) взаимный отказ от поставок оружия в эти страны; (6) содействие их экономическому развитию "без предъявления каких бы то ни было при этом политических, военных или иных условий, несовместимых с достоинством и суверенитетом этих стран"34. Указанные предложения были адресованы прежде всего США и ставили целью воспрепятствовать осуществлению в районе Ближнего Востока односторонних действий, предусмотренных "доктриной Эйзенхауэра", которые, как говорилось в нотах, создали бы "искусственные экономические и политические барьеры, мешающие нормальным связям между государствами". Советское правительство заявляло, что, со своей стороны, оно не стремится к приобретению здесь баз или концессий.

Общие принципы политики великих держав на Ближнем Востоке, изложенные в советских нотах, имели в виду и конкретные неотложные цели, а именно: возвращение к территориальному статус-кво в районе Ближнего Востока как исходной предпосылке их осуществления. Американское правительство отрицательно отнеслось к советской инициативе. Навязывая арабскому миру "доктрину Эйзенхауэра", США одновременно активно поддерживали политические и территориальные претензии Израиля, выполнявшего роль их наиболее верного агента на Ближнем Востоке. В то же время советская программа не оставляла американскому правительству сколько-нибудь существенного простора для маневрирования. Не вызывала сомнений решимость правительства СССР оказать всю необходимую помощь Египту в освобождении захваченной территории и в случае отрицательной реакции США. Поэтому в своих собственных интересах, стремясь обеспечить потенциальный успех "доктрины Эйзенхауэра", американское правительство вынуждено было уже в день получения советской ноты направить Израилю "памятную записку", в которой указывалось, что США не могут поддержать израильские притязания на Газу35.

Хотя текст американской "памятной записки" 17 февраля был опубликован в печати, Тель-Авив медлил с ответом. Тогда 22 февраля представитель Ливана предложил Генеральной Ассамблее ООН проект резолюции, призывающей к экономическим санкциям против Израиля. Дискуссия, развернувшаяся на Генеральной Ассамблее, показала, что многие государства не исключали даже возможности военных санкций. Советский Союз энергично поддерживал призыв


34 "Правда", 13.II.1957.

35 См. "Documents on International Affairs, 1957", pp. 191 - 193.

стр. 73


к санкциям, в то время как США выступили против них. Поскольку, однако, "машина голосования" в ООН, обычно с успехом использовавшаяся Вашингтоном, в данном случае, как это показала дискуссия, могла подвести, США постарались форсировать получение от Израиля согласия на вывод вооруженных сил, что сняло бы вопрос о санкциях с повестки дня. Представитель Израиля в ООН А. Эбан еще пытался торговаться: 25 и 26 февраля на встречах с Хаммаршельдом он предложил, чтобы ООН послала в Газу после вывода оттуда израильских войск "комиссию по расследованию", которая бы представила рекомендации Генеральной Ассамблее относительно будущего этого района. Но он получил отказ, подкрепленный ссылкой на соглашение о перемирии 1949 г. и юридические права Египта36. Это окончательно поставило Израиль перед выбором: или полностью очистить захваченную территорию, или столкнуться с санкциями. Когда Генеральная Ассамблея 1 марта вновь приступила к рассмотрению вопроса о санкциях, министр иностранных дел Израиля Г. Меир заявила, что "теперь правительство Израиля может себе позволить" вывод войск из Газы и Шарм-аль- Шейха37.

Лишь после этого 9 марта конгресс США одобрил "доктрину Эйзенхауэра", а 11 марта правительство США ответило отрицательно на ноту СССР от 11 февраля38. Демагогически заявляя о невмешательстве в дела государств Ближнего Востока, США одновременно форсировали собственное вмешательство в дела этого района. 9 марта, в день утверждения "доктрины Эйзенхауэра" конгрессом, президент США назначил Д. П. Ричардса своим специальным эмиссаром для поездки по странам Ближнего Востока и Северной Африки с целью убедить их правительства принять "доктрину".

Некоторые страны этого региона высказали свое отношение к "доктрине Эйзенхауэра" еще до ее официального утверждения. Х. Бургиба уже 11 января 1957 г. заявил о ее принятии, так как "доктрина", по его словам, "соответствует нашим интересам и, возможно, интересам всего арабского мира"39. Днем раньше Сирия резко отвергла утверждение, что на Ближнем Востоке существует "угроза международного коммунизма", и в связи с этим и всю "доктрину". Другие арабские страны заняли более осторожную позицию, рассчитывая на американскую поддержку в вопросе о полном выводе израильских войск. В совместном заявлении Египта, Сирии, Иордании и Саудовской Аравии после "встречи в верхах" в Каире 19 января тезис о "международном коммунизме" не фигурировал вообще: стороны заявили лишь о "непризнании теории вакуума", противопоставив ей концепцию арабского национализма40.

США торопились использовать политические и психологические преимущества, которые, по их мнению, предоставлял им вывод израильских войск. 12 марта Д. Ричардс пустился в путь. В течение марта, апреля и мая 1957 г. он побывал в 15 странах Ближнего Востока и Северной Африки. Наилучший прием, с точки зрения целей американской политики, он встретил в Ливии, которую посетил с 17 по 20 марта. Опубликованное после его визита совместное американо-ливийское коммюнике было целиком составлено в духе "доктрины Эйзенхауэра". Ричардс обещал Ливии американскую военную и экономическую помощь в размере 7 млн. долларов41. Принимая "доктрину Эйзенхауэра",


36 Ibid., p. 202.

37 Ibid., p. 203.

38 Ibid., pp. 71 - 73.

39 "Keesing's...", 1957 - 1958, p. 15656.

40 "Documents on International Affairs, 1957", pp. 257 - 258.

41 См. "The Arab States and the Arab League". Vol. II, pp. 923 - 924; M. Khadduri. Op. cit., p. 285.

стр. 74


ливийское правительство рассчитывало использовать ее для конкретных политических целей укрепления положения Ливии среди государств Северной Африки. После принятия "доктрины" в начале апреля Бен Халим предпринял некоторые антиегипетские шаги: закрыл египетский клуб в Триполи, приказал убрать везде портреты Насера. В равной мере и Тунис, который Ричардс посетил в мае, стремился использовать "доктрину Эйзенхауэра" в антиегипетских целях, а также и в своих отношениях с Францией, придерживаясь концепции "разбавления" французского присутствия путем усиления роли других империалистических держав. Если ливийское правительство на словах все-таки подчеркнуло свои "особые отношения" с арабскими странами, то Тунис афишировал свою приверженность к Западу, выражая одновременно сожаление, что объем предложенной ему помощи (3 млн. долл.) "намного меньше того, что выделено для стран, угрожающих покинуть западный лагерь"42.

Антифранцузские аспекты "доктрины Эйзенхауэра" еще сильнее подчеркнул марокканский король Мохаммед V. Хотя он еще до приезда Ричардса согласился с "самим принципом доктрины", он одновременно подчеркивал необходимость приспособления ее к "политическому, географическому и дипломатическому положению этой страны (Марокко. - Г. Ф.), ведущей переговоры с Францией и Испанией"43. Такое толкование "доктрины" настолько обеспокоило Ричардса, что он срочно "забил отбой": Марокко и Тунис, заявил он, не входят в район, для которого предназначалась "доктрина", хотя, может быть, правительство США и сделает для них исключение44. В дальнейшем, выступая в конгрессе об итогах миссии Ричардса, президент Эйзенхауэр не назвал ни Марокко, ни Тунис в числе стран, которым была обещана помощь в рамках его "доктрины". Ричардс побывал и в Судане, стремясь побудить его правительство примкнуть к "доктрине Эйзенхауэра". Хартум колебался. Те же соображения, что и в прошлом, определяли эти колебания: принятие "доктрины" вызвало бы усиление натиска на правительство изнутри. С другой стороны, отказ мог привести к росту солидарности с Египтом. В опубликованном 22 апреля коммюнике суданское правительство ограничилось выражением благодарности Ричардсу за разъяснения и пообещало "изучить" вопрос. Через месяц в Хартуме было заявлено, что суданское правительство решило не высказывать никакого мнения о "доктрине" и не будет посылать ответа правительству США45. Это была завуалированная попытка обеспечить американскую поддержку без установления формальных связей с США.

Деятельность Ричардса в Северной Африке весьма походила на попытку "окружения" Египта. Вместе с тем США не оставляли попыток побудить его наравне с другими арабскими странами примкнуть к "доктрине", сменив тем самым свою внешнеполитическую ориентацию, которой он придерживался с середины 1955 года. Египетское правительство очень осторожно подходило к выработке своего решения по данному вопросу и не торопилось с окончательным ответом, надеясь использовать межимпериалистические противоречия для разрешения ряда проблем, в частности вопросов о порядке взимания сборов за проход через Суэцкий канал, о праве Израиля пользоваться каналом, а также о статусе Газы.

Еще в середине февраля Англия, Франция, США и Канада предложили, чтобы сборы за проход через канал поступали в специально


42 См. Ch. F. Gallagher. The United States and North Africa: Morocco, Algeria and Tunisia. Cambridge (Mass.). 1963, p. 205.

43 "Le Monde", 9.III.1957.

44 "The Keesing's...", 1957 - 1958, p. 15656.

45 Ibid.

стр. 75


созданный банк, откуда 50% поступлений выплачивалось бы Египту46. Это была новая попытка оспорить полный суверенитет Египта над Суэцким каналом. Египет дал ответ только 18 марта, после вывода израильских войск со своей территории. В меморандуме, адресованном всем дипломатическим миссиям в Каире, египетское правительство, по существу, отвергло требования Запада. Оно обещало соблюдать "букву и дух" конвенции 1888 г. об использовании канала, не повышать сборов и выплатить компенсацию бывшим держателям акций Международной компании Суэцкого канала при условии, что Египет будет получать все сборы за пользование каналом47. Одновременно оно проводило в сотрудничестве с ООН срочные меры по открытию канала для навигации. 29 марта через канал прошла первая группа из 9 судов, капитаны которых уплатили сборы Египту. Английское и французское правительства запретили судам своих стран использовать канал на этих условиях, а правительство США 28 марта "посоветовало" американским судовладельцам не использовать канал до тех пор, пока не будут ликвидированы все "физические и юридические препятствия" для этого48.

Вновь осложнился и вопрос о Газе. 11 марта, через день после того, как ООН назначила сюда военного губернатора, египетское правительство назначило своего губернатора (генерала Латифа), который 13 марта прибыл в Газу. В тот же день Бен-Гурион выступил в кнессете с угрозой возобновить без предупреждения военные действия против Египта. Г. Меир срочно вылетела в Вашингтон для того, чтобы обсудить это "нарушение" Египтом условий вывода израильских войск. Д. Ф. Даллес заверил свою собеседницу, что политика США останется такой, как она была определена в заявлениях президента и других официальных лиц. Он обещал поддержать "осуществление Организацией Объединенных Наций своей ответственности в Газе" и обеспечение права прохода через Тиранский пролив, а также высказался за "урегулирование проблемы Суэцкого канала в соответствии с шестью принципами, одобренными Советом Безопасности и принятыми Египтом"49. Вместе с тем после встречи Г. Меир с Даллесом было опубликовано не совместное коммюнике, а лишь американское заявление, в котором не отвергалась полностью идея "присутствия Египта" в Газе, а обязательства США относительно поддержки Израиля в вопросе о Суэцком канале были неопределенными и, во всяком случае, более расплывчатыми, чем в отношении вопроса о проходе через Тиранский пролив. 2 апреля 1957 г. на пресс-конференции в Вашингтоне Д. Ф. Даллес сослался на то, что в письме Эйзенхауэра Бен-Гуриону от 2 марта, которое рассматривалось как изложение основ американской политики в этом районе, говорилось лишь об Акабском заливе и Газе, но не о Суэцком канале, хотя Даллес и заметил, что "верит" в право всех стран на проход через канал. Он заявил, что США не будут оказывать давления в виде военных угроз или бойкота канала. Наоборот, по словам Даллеса, США стремятся к тому, чтобы "улучшить и поднять экономику Египта и его арабских соседей" на основе "взаимозависимости этого района с другими районами". Он заявил далее, что этому может способствовать "здравая египетская политика"50. Следовательно, американское правительство еще не потеряло надежды на вовлечение Египта в орбиту американской политики и приглашение Ричардса в эту страну.


46 "Survey of International Affairs, 1956 - 1958", p. 159.

47 См. "Documents on International Affairs, 1957", p. 215.

48 "Keesing's...", 1957 - 1958, p. 15547.

49 "The Arab States and the Arab League". Vol. II, p. 650.

50 "Documents on International Affairs, 1957", pp. 217 - 219.

стр. 76


Большое значение для упрочения позиций Египта в это время имело Заявление ТАСС от 29 марта 1957 г., в котором осуждались угрозы Израиля начать войну и делалось предупреждение израильскому правительству51. 19 апреля Советское правительство направило ноты США, Англии и Франции, в которых вновь сообщило о своей поддержке Египта и предлагало, "чтобы четыре великие державы заявили, что они осуждают применение силы как средства решения неурегулированных проблем этого района"52. Это позволило Египту твердо придерживаться своей позиции. 24 апреля египетское правительство опубликовало декларацию о Суэцком канале, в общем повторявшую меморандум от 18 марта53. Оно предложило компенсацию бывшим английским и французским акционерам Суэцкого канала, что должно было снять вопрос о том, кто будет взимать навигационные сборы. В мае - июне США, Англия и Франция приняли эту декларацию, разрешив своим судам использовать канал на египетских условиях.

Урегулировано было и положение в Газе, где установилось взаимопонимание в разграничении функций между "чрезвычайными силами ООН" и египетской администрацией, суверенные права которой никто больше не оспаривал. Этому также способствовала позиция, занятая СССР и изложенная 26 марта 1957 г. на пресс-конференции в МИД СССР, где было заявлено, что Советский Союз "решительно выступал и выступает против всяких попыток придать войскам ООН несвойственные им функции"54.

Как пишет американский историк Л. Биндер, такое развитие событий позволило египетскому правительству более четко определить свой политический курс, призвать всех арабов, выступающих за неприсоединение и нейтралитет, к единству55. Таким образом, "неприсоединение и нейтралитет" были противопоставлены "доктрине Эйзенхауэра", которая означала фактическое присоединение к западному лагерю. Это заставило Вашингтон заняться соответствующей корректировкой американской политики на Ближнем Востоке. Первым признаком этого явилось согласие США, данное в ходе переговоров с Англией на Бермудских островах в конце марта, принять активное участие в деятельности военной комиссии Багдадского пакта, к которому египетское правительство всегда относилось резко отрицательно. США более не маскировали своих активных военно-политических связей с недавним агрессором на Ближнем Востоке. Фактически США признали, что "доктрину Эйзенхауэра" невозможно навязать каким-либо странам, кроме тех, которые уже были вовлечены США или другими западными державами в систему многосторонних или двусторонних военных соглашений (исключением явился лишь Ливан). Теперь американское правительство предприняло меры к открытому включению Израиля в систему "доктрины Эйзенхауэра", от чего оно воздерживалось на начальном этапе миссии Ричардса. 21 мая израильское правительство опубликовало заявление об итогах переговоров с Ричардсом (завершенных "из-за недостатка времени" в Вашингтоне56), в котором "приветствовало поддержку Соединенных Штатов"57.

В условиях, когда США нагнетали напряженность на Ближнем Востоке, Советский Союз вновь напомнил о своей программе, которая могла бы решительно изменить развитие событий. Эту цель преследо-


51 "Правда", 29.III.1957.

52 "Правда", 21.IV.1957.

53 "Правда", 26.IV.1957.

54 "Правда", 27.III.1957.

55 L. Binder. The Ideological Revolution in the Middle East. N. Y. 1964, p. 246.

56 Краткосрочность визита Ричардса в Израиль объясняется, по- видимому, нежеланием США привлекать внимание арабской общественности к этой части его турне.

57 "Documents on International Affairs, 1957", pp. 296 - 297.

стр. 77


вала, в частности, советская нота правительству США от 19 апреля. В ней СССР предлагал, чтобы четыре великие державы осудили применение силы в районе Ближнего Востока. Данное предложение выдвигалось в качестве "первого шага в направлении оздоровления и нормализации обстановки на Ближнем и Среднем Востоке"58 и в дальнейшем предусматривало совместную гарантию четырьмя великими державами статус-кво в этом районе, что, в свою очередь, должно было проложить путь к урегулированию спорных проблем, в том числе и к возможному признанию Израиля со стороны арабских государств. 11 июня 1957 г. США, Англия и Франция направили ответные ноты Советскому правительству. В них они отвергали новое советское предложение, ничего не предлагая взамен. Ссылка на Багдадский пакт и его обязательства, содержавшаяся в нотах, означала, что эти державы предпочитают односторонние действия любому соглашению с СССР59. Это и было отмечено в нотах СССР правительствам США, Англии и Франции от 3 сентября 1957 г.60, в которых было вновь повторено предложение осудить применение силы на Ближнем Востоке, имея в виду, в частности, остановить кампанию угроз и шантажа, развернувшуюся в это время в США, Англии и Турции по отношению к Сирии. Однако ноты западных держав от 24 сентября содержали опять лишь отрицательный ответ.

Таким образом, позиция США привела к срыву советско-американского диалога в отношении согласованных действий в районе Ближнего Востока, что не могло не повлиять на развитие международных отношений. Попытки использовать "доктрину Эйзенхауэра" в качестве основного инструмента в политике Запада в этом регионе встретили решительное противодействие Советского Союза, стран социалистического содружества и арабских народов и в итоге были сорваны. Твердая позиция СССР, поддержанного всеми прогрессивными силами мира, в том числе и большинством арабских народов, привела к срыву попыток агрессии против Сирии и интервенции в Ливан. Это означало окончательный крах "доктрины Эйзенхауэра", провал попыток американских правящих кругов решать ближневосточные проблемы вопреки интересам народов этого региона с позиций, враждебных СССР, стране, которая неизменно выступает за сохранение мира.

За истекшее десятилетие, особенно после израильской агрессии 1967 г., ситуация в арабском мире серьезно изменилась. Это сказывается на характере и перспективах развития международных отношений на Ближнем Востоке. "Сегодня арабский мир уже не тот, каким он был несколько лет тому назад, - сказал Л. И. Брежнев, выступая на XV съезде профсоюзов СССР. - Окрепли прогрессивные режимы, ширится межарабское сотрудничество, значительно возрос военно-оборонительный потенциал арабских государств. Все это - факторы долгосрочного действия, и именно они в конечном счете определят соотношение сил на Ближнем Востоке"61. К числу таких факторов, бесспорно, относятся и дружба и сотрудничество между СССР и прогрессивными арабскими государствами. Эта дружба и сотрудничество непрестанно развиваются и крепнут, являясь основой успешного завершения и закрепления итогов национально-освободительных революций в Северной Африке и на Ближнем Востоке.


58 "Правда", 21.IV.1957.

59 См. "Documents on International Affairs, 1957", pp. 77 - 78.

60 "Правда", 5.IX.1957.

61 Л. И. Брежнев. Решения XXIV съезда КПСС - боевая программа деятельности советских профсоюзов. М. 1972, стр. 22.

Orphus

© libmonster.ru

Постоянный адрес данной публикации:

https://libmonster.ru/m/articles/view/БОРЬБА-ЗА-ЛИКВИДАЦИЮ-ПОСЛЕДСТВИЙ-АГРЕССИИ-ПРОТИВ-ЕГИПТА-В-1956-1957-ГОДАХ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Марк ШвеинКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: https://libmonster.ru/Shvein

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Г. В. ФОКЕЕВ, БОРЬБА ЗА ЛИКВИДАЦИЮ ПОСЛЕДСТВИЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ ЕГИПТА В 1956 - 1957 ГОДАХ // Москва: Русский Либмонстр (LIBMONSTER.RU). Дата обновления: 09.02.2017. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/БОРЬБА-ЗА-ЛИКВИДАЦИЮ-ПОСЛЕДСТВИЙ-АГРЕССИИ-ПРОТИВ-ЕГИПТА-В-1956-1957-ГОДАХ (дата обращения: 22.02.2019).

Найденный поисковым роботом источник:


Автор(ы) публикации - Г. В. ФОКЕЕВ:

Г. В. ФОКЕЕВ → другие работы, поиск: Либмонстр - РоссияЛибмонстр - мирGoogleYandex

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Похожие темы
Публикатор
Марк Швеин
Кижи, Россия
613 просмотров рейтинг
09.02.2017 (744 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Похожие статьи
В период производства гоминидами орудий многократного использования формируется система понятий «моё – не моё орудие». В период образования парных союзов, взамен гаремов, формируются системы понятий «моя – не моя женщина», «мой – не мой мужчина». В конфликтах, возникающих в связи с рождением в стаде животных человеческих (правовых) отношений, больше шансов выжить получали те популяции гоминид, особи которых с меньшим количеством нарушений рождающихся правоотношений формировали условные рефлексы, тормозящие эти нарушения. Мать, осознав систему понятий «мой – не мой ребенок» и сформировав собственное «я», сразу же стала помогать своим детям (посредством второй сигнальной системы) осознавать системы понятий «моё – не моё», «я – не я», что сразу же сделало мозговые ресурсы человека современного вида на 95% излишними.
Каталог: Философия 
4 часов(а) назад · от Геннадий Твердохлебов
Антропосоциогенез есть процесс формирования социальных законов, посредством неопределенной и комбинативной изменчивости генотипов с элиминацией тех популяций, особи которых были наименее приспособлены подчинять свою деятельность зарождающимся правоотношениям. Правоотношения зарождались в период систематической трудовой деятельности гоминид по изготовлению орудий многократного использования, когда производители орудий стали требовать признания права собственности на орудие собственного изготовления.
Каталог: Право 
2 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Основой движения и всех изменений в материальном мире признается ЭФИР.
Каталог: Философия 
2 дней(я) назад · от Александр Кумин
Суть и форма портала миров. The essence and form of the portal of worlds.
Каталог: Философия 
3 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Диалектику нередко называют инструментом познания природы. Но, по мнению автора этой статьи, инструмент этот пока настолько же несовершенен, насколько были бы несовершенны ножницы, без объединяющего два лезвия этого инструмента центрального винтика. Этим "винтиком" в диалектике является тот факт, что "борьба" противоположностей, - являющаяся движущей силой развития всех процессов природы, -не абсолютна. "Борьба" рождается при отклонении диалектической системы от состояния равновесия, и цель этой "борьбы" восстановление утраченного равновесия системы.
Каталог: Философия 
7 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Около двух с половиной тысяч лет тому назад Зенон Элейский пытался обратить внимание исследователей на то, как важно точно (адекватно реальности) определять понятия, которые используются в описании тех или иных процессов. Но, видимо, его попытки оказались тщетны, ибо исследователи, и поныне, не уделяют должного внимания определению базовых понятий при описании, в частности, физических процессов.
Каталог: Философия 
7 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов
Событие №-90 --- Знаковое событие небесно-информационного характера нашего времени - это появление в небе над городом Шайенн в штате Вайоминг необычного солнечного столба.(США.2018 г.) Событие №-91 --- Знаковое событие небесно-информационного характера нашего времени - это появление в небе над Киевом необычно яркого разноцветного заката.(Украина.2018 г.) Событие №-92 --- Знаковое событие небесно-информационного характера нашего времени - это появление в небе над Набережными Челнами полукруглого гигантского облака.(Россия.2018 г.)
Каталог: Философия 
11 дней(я) назад · от Ваха Дизигов
АНГЛИЯ В ВОЙНЕ ЗА ФОЛКЛЕНДЫ (МАЛЬВИНЫ)
Каталог: Военное дело 
13 дней(я) назад · от Россия Онлайн
И. Л. ФАДЕЕВА. ОФИЦИАЛЬНЫЕ ДОКТРИНЫ В ИДЕОЛОГИИ И ПОЛИТИКЕ ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ (ОСМАНИЗМ - ПАНИСЛАМИЗМ). XIX - НАЧАЛО XX В.
Каталог: История 
13 дней(я) назад · от Россия Онлайн
ПЕРВЫЙ АНТИСОВЕТСКИЙ СГОВОР ИМПЕРИАЛИСТОВ: влияние на Россию через Украину и Кавказ (СЕНСАЦИЯ!)
13 дней(я) назад · от Россия Онлайн

Либмонстр, международная сеть:

Актуальные публикации:

Загрузка...
ПОСЛЕДНИЕ ЗАГРУЖЕННЫЕ ФАЙЛЫ ЕСТЬ СВЕЖИЕ ЗАГРУЗКИ!
 

Актуальные публикации:

Загрузка...

Русский Либмонстр, последние СТАТЬИ:

Русский Либмонстр, последние КНИГИ:

Актуальные публикации:

Загрузка...

Либмонстр - всемирная библиотека, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!
БОРЬБА ЗА ЛИКВИДАЦИЮ ПОСЛЕДСТВИЙ АГРЕССИИ ПРОТИВ ЕГИПТА В 1956 - 1957 ГОДАХ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру($)

Русский Либмонстр ® Все права защищены.
2014-2019, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


СЕТЬ ЛИБМОНСТР ОДИН МИР - ОДНА БИБЛИОТЕКА

Россия Беларусь Украина Казахстан Молдова Таджикистан Узбекистан Эстония Россия-2 Беларусь-2
США-Великобритания Германия Китай Индия Швеция Португалия Сербия

Создавайте и храните на Либмонстре свою авторскую коллекцию: статьи, книги, исследования. Либмонстр распространит Ваши труды по всему миру (через сеть филиалов, библиотеки-партнеры, поисковики, соцсети). Вы сможете делиться ссылкой на свой профиль с коллегами, учениками, читателями и другими заинтересованными лицами, чтобы ознакомить их со своим авторским наследием. После регистрации в Вашем распоряжении - более 100 инструментов для создания собственной авторской коллекции. Это бесплатно: так было, так есть и так будет всегда.

Скачать приложение для смартфонов