Войска Народно-революционной армии Дальневосточной республики в феврале 1922 г. под Волочаевкой в ожесточенном бою разгромили белогвардейцев, положив начало окончательному изгнанию интервентов и контрреволюционеров с Советского Дальнего Востока. Эту выдающуюся победу они одержали накануне двухлетия ДВР.

Дальневосточная республика¹ занимала обширную территорию к востоку от Селенги и озера Байкал до побережья Тихого океана, включая в себя Забайкальскую, Амурскую, Приморскую, Сахалинскую и Камчатскую области. Однако фактически власть правительства ДВР весной 1920 г. распространялась только на Прибайкалье. В Приморье бесчинствовали японские оккупанты, в Забайкалье - белогвардейский атаман Семенов. По территории республики рыскали остатки бежавших из Сибири колчаковцев, каппелевцев, пепеляевцев. Вместе с японскими интервентами они представляли серьезную угрозу независимости ДВР. Для защиты республики из частей 5-й краснознаменной армии, разгромившей Колчака, и партизанских соединений, закаленных в битвах за Советскую власть в 1918 - 1920 гг., была создана Народно- революционная армия (НРА). Партизанские отряды сводились в регулярные подразделения и части, устанавливалась строгая военная дисциплина. Но в Приморье сохранились и отдельные партизанские отряды, которые не вошли в НРА, так как были отрезаны японскими и белогвардейскими войсками от освобожденной территории. Эти-то отряды и стали ядром развернувшегося в Приморье в 1922 году партизанского движения.

Когда в 1920 г. НРА совместно с партизанскими отрядами разгромила семеновские банды в Забайкалье, вынуждены были эвакуировать свои войска из Забайкалья, а также из Хабаровского района и японские интервенты. Но они не отказались от планов колонизации Советского Дальнего Востока и "временно" остались в Приморье. Между НРА и японскими войскам, находившимися в Приморье, была установлена 60-километровая нейтральная зона к северу от станции Уссури. В мае 1921 г. с помощью японцев белогвардейцы свергли во Владивостоке Приморское областное управление ДВР, а власть захватили представители крупной дальневосточной буржуазии во главе с братьями Меркуловыми² . Значительная часть территории Дальнего Востока стала плацдармом для организации всевозможных авантюр против ДВР. В противовес ДВР там образовался так называемый "черный буфер". Остатки семеновско- каппелевских частей составили его вооруженные силы - "белоповстанческую армию", которая под командованием генерала Молчанова двинулась к Хабаровску. Предварительно белогвардейцы провели массовые операции в партизанских районах Сучана, Анучино и Яковлевки, вынудив партизан отойти глубоко в тайгу и сопки. НРА не смогла остановить натиск белых, отступила к Хабаровску, а затем оставила город, задержавшись у станции Ин. Здесь народоармейцы одержали в открытом бою свою первую победу над "белоповстанческой армией", не пустив ее далее на запад.

ЦК РКП(б), правительство РСФСР и Совет Министров ДВР приняли ряд мер по укреплению военной мощи этой республики. Главкомом и военным министром ДВР в декабре 1921 г. был назначен герой гражданской войны, выдающийся полководец Красной Армии В. К. Блюхер. Партийные и военные организации ДВР уделяли большое внимание организации борьбы в тылу врага. Предстояло собрать уцелевшие партизанские отряды, сплотить их, поднять боеспособность, определить боевые задачи. Военный совет НРА назначил командующего партизанскими отрядами Приморья и образовал

¹ См. о ней: Б. М. Шерешевский. Создание Дальневосточной республики. "Вопросы истории", 1966, N 3.

² См. К. Н. Шишкин. Гражданская война на Дальнем Востоке. М. 1957, стр. 190.

стр. 104

партбюро (13 чел.) по руководству партизанским движением в крае. Мандат командующего был вручен А. К. Флегонтову - старому большевику, опытному командиру, хорошо зарекомендовавшему себя ранее в боях с белыми и интервентами³ .

Обстановка в некоторых партизанских отрядах Приморья была тогда довольно сложной. Вот как писал о ней активный участник борьбы за Советскую власть на Дальнем Востоке, позднее историк Б. К. Рубцов: "Трудно передать ту атмосферу, которая создалась среди партизан после разгрома регулярных частей и, особенно, со взятием белогвардейцами Хабаровска. Отсутствие связи с центром, между районами и частями, полная независимость, совершенная материальная необеспеченность, отсутствие директив, настойчивость белых и ловкий подход белогвардейцев к населению, повсеместный, и ловкий удар с их стороны по партотрядам при моральной придавленности среди частей, в организациях и у работников делали дальнейшую работу чрезвычайно тяжелой"⁴ . Однако в ряде отрядов, обстановка была все же гораздо более благоприятной. Партбюро разработало свой маршрут движения в тыл врага, к районам базирования партизанских отрядов, где предполагалось установить связь со всеми местными группами, боровшимися за Советскую власть. Предстояло двигаться так, чтобы, минуя населенные, пункты с (возможными гарнизонами противника, выйти в места, откуда было бы удобно контролировать коммуникации белых и интервентов между Хабаровском и Владивостоком. 14 декабря 1921 г. группа Флегонтова прибыла на поезде на станцию Котиково (южнее Хабаровска). Здесь она покинула район железной дороги, так как белые, продвигаясь вдоль железнодорожного полотна в западном направлении, занимали все села окрест. В Котикове нашли охотника- проводника. Погрузили на лошадей скудные запасы продовольствия и двинулись за ним. В декабре в Приморье обычны сильные снегопады, после чего с большим трудом можно отыскать тропы между хуторами и деревнями. На пятый день дошли до горного кряжа. Дальше проводник дороги не знал. Пошли самостоятельно, утопая в снегу и ориентируясь по речкам и горным кряжам. На десятые сутки пути съели все продукты, остался лишь овес для лошадей, которые вскоре, однако, пали. Варили овсяную кашу без соли. Наконец, показалась долина реки Бикин. Отсюда шла уже проторенная дорога. По ней добрались, перевалив через хребет Чишинадзе, до Иманской долины. Здесь стало известно о том, что белоказаки рассеяли ряд партизанских отрядов и знают о продвижении группы Флегонтова в партизанские места.

Небольшая, затерявшаяся в тайге деревушка была избрана для предварительного базирования. По деревням и хуторам, чтобы собрать рассредоточившихся партизан, направили связных. "На наш клич, - вспоминал А. К. Флегонтов, - собралось около 100 человек, оружие нашлось, оказалось до 40 человек кавалеристов-партизан. Отряд был готов. Командиром отряда был назначен тов. Ярошенко. Его задачей было действовать в районе Имана, в ближайшем тылу противника, оттягивая на себя как можно больше каппелевских частей и оказывая тем самым всемерную помощь сражающимся под Хабаровском частям НРА"⁵ . Оставив созданный здесь партизанский отряд, Флегонтов переместился со своей группой в глубь Приморья. В деревне Подгорной крестьяне сообщили, что где-то неподалеку скрывается партизанский отряд Борисова. Установили с ним связь, и Флегонтов выехал на встречу с его командиром. "Борисова я нашел в глухой тайге в новосельческой деревушке, - писал А. К. Флегонтов, - и с ним два десятка революционно настроенных и преданных ребят. Материальное положение их было ужасное, все они были почти босые, питались кукурузой, зато настроение у "них было бодрое. Ежедневно группами человек по 5 они выходили к линии, портили полотно дороги, мешали меркуловцам производить фуражировку и скупку скота... Наш приезд, а стало быть, и налаженная связь с центром влили бодрость, а выданные деньги дали возможность приобрести одежду и укрепили боевую мощь и боеспособность отряда"⁶ . В деревне Чугуевке Флегонтов сформировал конный партизанский отряд. Перева-

³ А. К. Флегонтов - забайкальский казак, член Хабаровского Совета, в 1920- 1921 гг. - командир 1-й Амурской дивизии. В декабре 1921 - мае 1922 г. - командующий партизанскими отрядами Приморья. Погиб в годы Великой Отечественной войны в Белоруссии на посту командира партизанского отряда.

⁴ "В огне революции". Сборник статей и воспоминаний о революционных событиях на Дальнем Востоке. Хабаровск. 1927, стр. 200.

⁵ Там же, стр. 172.

⁶ Там же, стр. 173.

стр. 105

лив через хребет Сихотэ-Алинь, его группа вышла к деревне Биневской, где располагались партизанские части, объединенные под общим командованием М. П. Вольского. В то же время в долине Сучана действовала группа во главе с Н. К. Ильюховым, посланным из Владивостока партийным подпольем с задачей возглавить партизанские отряды Приморья. Вскоре Флегонтову стали подчиняться обе группы. При командующем был создан Совет партизанских отрядов, названный впоследствии Военным советом.

Прибытие представителя краевой партийной организации и наладившаяся связь с центром оживили партизанское движение. Постепенно оно приобрело более целеустремленное и организованное направление. От отдельных эпизодических выступлений партизаны перешли к планомерной, широкой борьбе с белыми и интервентами по всему Приморью. Во главе штаба и Политотдела стояли опытные партизаны Б. К. Рубцов и Я. К. Кокушкин. Приморье было разделено на 8 районов; каждому из них отводился определенный участок железной дороги Хабаровск - Владивосток. Как раз в это время развернулись бои НРА с "белоповстанческой армией" под Волочаевкой, окончившиеся полным разгромом противника. Партизанам через разведчиков стало известно, что "отступление белых из-под Хабаровска приняло панический характер. Город Хабаровск белыми оставлен почти без сопротивления. Белые стягивают свои части к Бикину, где предполагают дать решительное сражение. В Бикин брошены все резервы городов Владивостока, Никольска-Уссурийского и Опасска для устройства укреплений"⁷ . Весть о крупной победе над отборными частями белогвардейцев сразу получила широкий отклик в партизанском крае.

Театр партизанской войны в 1922 г. охватывал уже меньшую по сравнению с 1918 - 1920 гг. территорию. В зону этих операций входила только часть Приморской области, ограниченная с севера Амуром. Под контролем партизан находилось и побережье от Николаевска до Владивостока. Лишь узкой полоской земли вдоль железной дороги Хабаровск - Владивосток владели белогвардейцы, но и там они не чувствовали себя спокойно. Командование "белоповстанческой армии" держало на охране железной дороги - единственной артерии, по которой имелась устойчивая связь между Хабаровском и Владивостоком, почти столько же войск, сколько вело боевые действия с частями НРА под Хабаровском, - от 6 до 7 тысяч⁸ . В борьбе с белыми и интервентами партизаны применяли оружие, которое добывали у противника, изготовляли сами или с большим трудом доставляли через линию фронта. Вооружение было из арсеналов многих государств: винтовки и пулеметы русские, японские, американские, английские, французские... Артиллерии партизаны имели мало, что отрицательно сказывалось во время боев с противником на открытом пространстве. А. К. Флегонтов просил у Главного штаба НРА прислать побольше патронов. "Все бойцы имеют, - сообщалось в его письме, - на руках не более 25 - 40 шт. при полном отсутствии резервов для пополнения"⁹ . Гильзы от патронов обязательно подбирались. На базах партизанские умельцы вновь набивали их охотничьим порохом, вставляли капсюли и самодельные пули.

В тех отрядах, которые запаслись динамитом и бикфордовым шнуром, научились изготовлять из консервных банок бомбы. Пустыми консервными банками интервенты замусорили всю тайгу. Поэтому корпусов для бомб хватало с избытком. В банку укладывался динамит, заделывался бикфордов шнур, насыпались куски железа, нарубленная проволока - и бомба готова. Бикфордов шнур поджигали спичкой и после счета до 8 смельчак швырял бомбу как можно дальше в сторону противника. Творческие находки партизан приводили к появлению неожиданных для врага средств борьбы: ямы-ловушки на тропах и лесных дорогах, лесные завалы, кованые металлические ежи. Никаких технических средств связи партизаны не имели. Но существовал проверенный способ оповещения о происходящих событиях от деревни к деревне - нарочным на лошади. В партизанском крае в каждой деревне оставались доверенные люди. Обнаружив подходящих к деревне белогвардейцев или японцев, нарочный скакал по тайным тропам с донесением в соседнюю деревню. Из этой деревни следующий нарочный мчался дальше. У партизан всегда оставалось поэтому достаточно времени, чтобы подготовиться и выставить засады или же сняться и уйти в более безопасное место. Только

⁷ ЦГАСА, ф. 221, оп. 1, д. 587, л. 7.

⁸ "В огне революции", стр. 202.

⁹ ЦГАСА, ф. 221, оп. 1, д. 587, л. 52.

стр. 106

в середине 1922 г. в штаб партизанских отрядов Приморья был доставлен радиоприемник, по которому штаб мог получать информацию и директивы от Военного совета НРА.

О сколько-нибудь централизованном снабжении партизанских отрядов, "находившихся далеко в тылу врага, продовольствием, оружием и боеприпасами не могло быть и речи. Изредка удавалось переправить через линию фронта партию боеприпасов. Командиры отрядов, располагавшихся в районах лесозаготовок и крупных рыбалок, облагали местных богачей налогами, а на полученные деньги покупали продовольствие и одежду. Все суда, промыслы и фабрики, принадлежавшие японцам, были конфискованы; доходы от них шли на нужды партизан и местного населения. В зимнее время, когда морозы в Приморье достигают 40 - 50°, требовалась добротная теплая одежда. Японцы завезли на свои склады огромное количество меховых вещей и белья. Склады оружия и теплых вещей были желанными объектами во время налетов партизан зимою на вражеские гарнизоны. Внешний весьма живописный облик партизан красочно описывал в 1920 г. П. П. Постышев: "Партизаны в брезентовых ичигах различного цвета, в папахах, шапках, ушанках, полушубках, в тулупах, в армяках, заросшие и небритые, с длинными красными бантами натруди, с различным оружием на плечах - берданками, винтовками русскими, японскими, охотничьими ружьями, револьверами всех систем (с маузерами, наганами, кольтами), с гранатами за поясами, с гордо поднятой головой шли по центральным улицам Хабаровска, стараясь крепче отбивать свой победный шаг"¹⁰ .

История народной войны в Приморье изобилует примерами смелых и отважных действий партизан. Вот, например, налет на станцию Муравьево-Амурская, где находился артиллерийский склад белых. Отряд под командованием Ярошенко получил приказ ликвидировать склад. В январскую ночь 1922 г. партизаны трижды безуспешно атаковали его. Только на четвертый раз удалось в рукопашной схватке уничтожить охранников и затем взорвать склад. Позднее партизаны неоднократно совершали такие же налеты на станции Губерово, Иман, Прохаско, Свиягино и др.¹¹ . Еще более дерзкая, в полном смысле слова геройская операция была совершена во время налета на Хабаровск, где находились тыловые базы белых, укрепившихся под Волочаевкой. В середине января партизанские командиры обсудили план операции. Для ее осуществления создавался сводный ударный отряд в 800 - 1000 добровольцев. Он формировался в 75 км от Хабаровска, в деревне Вятская. Для маскировки налета запретили всякое передвижение партизан вблизи Хабаровска. Ударный отряд делился на три группы пехоты и две группы кавалерии. Город разбивали на три участка, а группы получали конкретные задачи в определенном участке. Договорились о средствах связи, сигналах и местонахождении руководителя операции. Каждому командиру на время боя назначался заместитель. Вечером на 350 подводах партизаны двинулись к Хабаровску с таким расчетом, чтобы к утру быть на окраине города. В 8 км от Хабаровска, в деревне Гаровка, сделали привал и далее продвигались пешком, выслав вперед конных разведчиков.

Белые ничего не подозревали. Разведчики бесшумно сняли сторожевую заставу у радиостанции, вывели ее из строя и получили у пленных гарнизонный пароль. По улицам, на которых стояла сонная тишина, двинулись к центру города. Первыми заметили партизан в казармах на Алексеевской и Корсаковской улицах. Вспыхнула беспорядочная стрельба. Нападение партизан вызвало такую панику, что кавалерийский отряд белых окольными путями вскачь выбрался из города и по льду Амура ушел на китайскую сторону. Партизанская кавгруппа обнаружила у берега четыре баржи, на которых размещался Уфимский стрелковый полк. Партизаны плотно закрыли люки, и белые просидели в баржах до конца боя. На городском вокзале отступавшие под натиском партизан белые наткнулись на солдат своего же железнодорожного батальона. В завязавшейся перестрелке погибло до 240 белогвардейцев. Пленных партизаны сразу же разоружали и отпускали. Артиллерия, захваченная в городе, из-за невозможности вывезти ее в тайгу приводилась в негодность. Уличные бои продолжались около часа, а затем партизаны организованно покинули город. "Со слов пленных, взятых в бою, - вспоми-

¹⁰ "Таежные походы". Сборник эпизодов из истории гражданской войны на Дальнем Востоке. М. 1935, стр. 79.

¹¹ В. П. Голионко. В огне борьбы. М. 1958, стр. 253.

стр. 107

нал один из участников этой операции, Д. И. Бойко-Павлов, - выяснилось, - что в Хабаровске к моменту налета партизан находились значительные части. Наиболее важными были стрелковая бригада с тремя эскадронами кавалерии, железнодорожный батальону офицерская рота. Эти части предназначались к отправке на фронт в качестве главной колонны при наступлении на позиции нашей Народно-революционной армии"¹² . Белое командование организовало преследование ушедших из Хабаровска партизан, сняв с фронта 2 полка пехоты, 2 пулеметные команды, пушки и кавалерийский эскадрон. В течение пяти дней белые пытались догнать партизан, однако из этого ничего не вышло.

Деятельность партизан направлялась штабом, который намечал боевые задачи партизанским районам. Зимой партизаны действовали в основном по коммуникациям белых и интервентов, прежде всего на железной дороге Хабаровск - Владивосток. До мая 1922 г. налеты на тщательно охранявшуюся железнодорожную полосу носили эпизодический характер, но затем штаб разработал подробное расписание, по которому магистраль южнее Хабаровска разбивалась на ряд участков, контролируемых отдельными партизанскими отрядами¹³ . Общая задача состояла в том, чтобы систематически уничтожать подвижной состав, рельсы, путейские сооружения и телеграфную связь. Начальник штаба партотрядов Приморья Б. К. Рубцов вспоминал: "Всего нет никакой возможности перечислить, но такие случаи, как обстрел бело- японских казарм на Второй Речке; взрыв бронепоезда, от которого буквально ничего не осталось, а на расстоянии многих верст от силы взрыва из окон вылетали стекла; остановка поездов; захват важной секретной японской почты; обстрел города Никольск-Уссурийского из артиллерии, для чего нашим артиллеристам перед этим пришлось пройти с пушками таежными тропами свыше 100 верст, волоча их почти все время на себе; обстрел 1,9 конными партизанами японского кавалерийского полка, находившегося на занятиях; разгон целых белогвардейских бригад во время ночных налетов - все это заставляло противника нервничать и наносило ему неизмеримый ущерб"¹⁴ .

В марте 1922 г. Военный совет партизанских отрядов составил для помощника главкома. ДВР С. М. Серышева обширный доклад о состоянии партизанского движения и перспективах дальнейшей борьбы. Машинописный доклад напечатали на длинном куске бязи. Партизанский связной обмотал ткань с текстом вокруг тела и с напарником отправился из Чугуевки, где тогда располагался Военный совет, через горные хребты, тайгу, снега, мимо вражеских гарнизонов, по охотничьим тропам, через линию фронта в штаб НРА, находившийся южнее Хабаровска¹⁵ . Связные прибыли в поселок Бикин к командующему Восточным фронтом НРА Я. З. Покусу и передали ему доклад. В этом документе, помимо изложения общего состояния партизанского движения в Приморье, содержались конкретные предложения об усилении боевой деятельности партизан. "Разгром регулярных частей, быстрое отступление по линии Иман - Хабаровск и занятие белыми Хабаровска, отсутствие информации, полная изолированность, голодовка, холода - все это убивало моральное состояние людей. В данное время положение это изменилось, поднялся дух, если люди раздеты и разуты и не сыты, если они изнервничались и устали, то все-таки у них желание драться не убито, а усилилось, и люди бодрятся, надеясь на поддержку и скорую победу. Повышение настроения и уверенности в партотрядах, тогда как в частях белых таковые понижаются, где случаи отказа исполнять боеприказы, избиение комсостава, дезертирство и ропот с каждым днем усиливаются в значительной степени. Зарегистрированы переходы белых солдат на нашу сторону"¹⁶ . Так, на сторону партизан перешло 25 человек из Уральского казачьего полка, солдаты из гарнизонов в Анучине, Ново-Веселой.

Партизанские отряды, говорилось в докладе Военного совета, располагались порайонно во главе со следующими командирами: в Иманском - Е. Г. Ярошенко, Спасском - Борисов, Приханкайском - Лебедев, Анучинском - Г. М. Шевченко, Никольск-Уссурийском - Топорков, Сучанском - М. П. Вольский, Ольгинском - Назаренко. На 5 марта 1922 г. в партизанских отрядах насчитывалось: штыков - 1480, сабель-

¹² "Таежные походы", стр. 278.

¹³ ЦГАСА, ф. 221, оп. 1, д. 587, лл. 260 - 261.

¹⁴ "В огне революции", стр. 205.

¹⁵ ЦГАСА, ф. 221, оп. 1, д. 587, л. 33.

¹⁶ Там же.

стр. 108

320, пулеметов - 21 (в сведениях о боевом составе партизанских отрядов на 20 июня, присланных позднее в штаб НРА, указываются такие цифры: всего партизан - 1853, орудий легких - 3, винтовок - 1489, пулеметов - 27)¹⁷ . Далее в докладе сообщалось: "Ощущается недостаток в опытных работниках. Во всех партотрядах Приморья не более 9 - 12 работников, являющихся начполитчастей, военкомами отдельных партотрядов, освобождены от непосредственного несения строевой службы, остальные же политруки выполняют все обязанности бойца (сторожевая служба и т. д.). Политработа ограничивается информацией по текущему моменту. Лучшая же политработа в военное время - это примерное поведение коммунистов"¹⁸ .

Вот краткие характеристики некоторых партизанских командиров, которые дал им начальник Политотдела: "Начальник Ольгинского военного района Назаренко. Коммунист. Хорошие отзывы как о человеке. Пользуется положительной репутацией среди населения. Начальник района Д. Силин. Боевой командир. Старый преданный партизан. Следует выдвинуть, дать военное образование. Начальник Сучанского военного района М. Вольский. Коммунист. Старый партизан. Великолепный организатор и выполнитель партизанских налетов. Хладнокровен. Командир Сидоров. Коммунист. Из бывших офицеров, хороший командир, храбр, выдержан. Пользуется симпатиями партизан и населения. Начальник Анучинского военного района Шевченко. Старый партизан. С большим военным опытом. Бывший казак, вахмистр. Храбр и горяч" и т. д.¹⁹ .

В районах Приморья, где оперировали партизаны, восстанавливалась народная власть. Уполномоченные меркуловского "правительства" были в некоторой безопасности лишь в пределах гарнизонов, где находились японцы или белогвардейцы. Представитель меркуловцев в Анучинском районе с отчаянием сообщал во Владивосток: "В деревнях, прилегающих к Анучино, население не сочувствует продвижению белоповстанческих войск в глубь области, чинит всевозможные препятствия, до убийства отдельных чинов включительно. Крестьяне больше симпатизируют красным отрядам... В Анучинском районе оперирует отряд Г. Шевченко. Шевченко пользуется большим уважением среди партизан и крестьян. Стоит только нашей разведке или отряду выйти из Анучино, красные, уведомленные крестьянами, устраивают засады. Осведомленность отряда Шевченко о расположении наших войск, хорошее вооружение, обмундирование, сочувствие крестьян и величина отряда Шевченко - 800 - 900 человек - заставляют терять надежду на борьбу"²⁰ .

К весне 1922 г. положение белых и интервентов в Приморье стало крайне непрочным. Белогвардейцы оказались на грани полного разгрома, и только поддержка японцев задерживала их окончательное уничтожение. 24 апреля главком войск ДВР В. К. Блюхер направил партизанскому командованию Приморья директиву, в которой предлагал: "...Развить энергичную партизанскую борьбу с меркуловцами, имея в виду создать в шестидесятикилометровой полосе ("нейтральная зона" между НРА и японскими интервентами. - Б. Д. ), охраняемой японцами, невыносимые условия жизни"²¹ . Общее командование партизанскими отрядами Приморья начал вскоре осуществлять М. П. Вольский.

Летом, убедившись в бесплодности попыток удержаться в Приморье, японцы объявили о предстоящем выводе своих войск, но партизанские отряды не ослабили боевой готовности, постоянно ожидая каких-либо провокаций со стороны интервентов. В то же время стало очевидным, что белогвардейцы, пользуясь присутствием японцев, пытались использовать летнее время для наступления против ДВР. Партизанское командование решило взять наступательную инициативу в свои руки. "Сентябрь, - вспоминал

¹⁷ В. П. Голионко приводит следующие данные о численности партизан: "Если на 1 января 1922 г. общая численность партизан не превышала 1000 человек, то к 1 марта она дошла до 1600 человек" (см.: В. П. Голионко. Указ. соч., стр. 254). М. И. Губельман называет такие цифры: штыков - 1400, сабель - 117, а всего - 1 517 человек (М. И. Губельман. Борьба за Советский Дальний Восток. М. 1958, стр. 225- 226). По-видимому, число их в 1922 г. колебалось в пределах 1600 - 1800 человек. К осени, после боев под Спасском, когда победа была близка, многие партизаны были отпущены домой.

¹⁸ ЦГАСА, ф. 221, оп. 1, д. 587, л. 33 об.

¹⁹ Там же, лл. 403 - 404.

²⁰ Там же, л. 31. Численность отряда явно завышена.

²¹ Там же, д. 569, л. 54.

стр. 109

Б. К. Рубцов, - нужно считать началом повсеместного наступления партотрядов на противника. Даже в таком удаленном районе, как Посьетский, экспедиционная группа под командой Демина совершает ряд блестящих налетов на белогвардейские таможенные и пограничные посты, имеет несколько столкновений с белыми и японцами"²² . Появление партизан поблизости от Владивостока вызвало панику среди местной буржуазии и японцев. К тому же времени относится переход партизанских отрядов под непосредственное командование НРА. Действия партизан стали более четко планироваться в соответствии с общими задачами, выполнявшимися НРА по освобождению Дальнего Востока.

После разгрома белых под Спасском окончательная победа над врагом стала вопросом дней. Партизаны взяли железную дорогу до Владивостока под полный контроль. Теперь прекратилось и дневное движение вражеских поездов. Белые могли использовать для снабжения своих войск только гужевой транспорт. Партизаны атаковали белогвардейцев в Никольск-Уссурийском, Осиповке, Ивановке и Монастырище, отвлекая с фронта значительные силы противника. Особенно ожесточенные бои велись за овладение Монастырищем, которое несколько раз переходило из рук в руки²³ . 13 октября партизаны установили прямой контакт с командиром ударной группы НРА С. С. Вострецовым и стали в дальнейшем действовать по указанию командира 2-й Приамурской дивизии. Белые отступали к Владивостоку и к станции Пограничная, стремясь поскорее добраться до портов или уйти сушею в Китай.

Японские интервенты предприняли еще одну попытку спасти белогвардейцев. Командованию НРА был предъявлен ультиматум, чтобы войска НРА не вступали во Владивосток, пока оттуда не эвакуируются японцы. Под прикрытием последних из Приморья бежали остатки "белоповстанческой армии". Еще до вступления во Владивосток частей НРА, поскольку красные партизаны выполнили свои задачи, было принято решение расформировать партизанские отряды. Местом расформирования назначался Никольск- Уссурийский. "Значительная часть личного состава, - свидетельствовал Б. К. Рубцов, - была уволена в бессрочный отпуск и уехала к себе на родину с полным сознанием выполненного до конца революционного долга после 3, 4 и даже 5 лет беспрерывной борьбы за Приморье. Отряды Сучанского и Никольск- Уссурийского районов составили из себя милицию: первые - города Владивостока, а вторые - Никольска. Все имущество партотрядов пошло на пополнение частей Народно-революционной армии. Командный и политический состав частично влился в ряды армии и в значительной степени создал тот скелет, вокруг которого оформилась революционная власть Приморья с его аппаратом и органами"²⁴ .

Партизаны Приморья за период своих активных действий причинили белым и оккупантам немалый урон. С декабря 1921 по октябрь 1922 г. они уничтожили около 2 тыс. вражеских солдат, захватили большие трофеи, 200 человек взяли в плен. Из попавших в руки партизан писем японских офицеров и солдат видно, с каким страхом относились те к постоянным партизанским акциям: железная дорога считалась у них местом, где всегда можно найти смерть или увечье²⁵ .

Созданная 30 октября 1922 г. комиссия по ликвидации штаба партизанских отрядов вскоре завершила работу и официально объявила о прекращении партизанской деятельности в Приморье²⁶ . Так закончилась героическая борьба красных партизан за Советский Дальний Восток. 14 ноября Народное собрание ДВР обратилось с просьбой к ВЦИК РСФСР о принятии республики в состав Советской России. 15 ноября ВЦИКом был утвержден соответствующий декрет. А 30 декабря 1922 г. делегаты Дальнего Востока вместе со всей делегацией РСФСР голосовали за создание великого Советского Союза, неразрывной частью которого стал и Дальний Восток.

²² "В огне революции", стр. 208.

²³ В. П. Голионко. Указ. соч., стр. 274.

²⁴ "В огне революции", стр. 212.

²⁵ ЦГАСА, ф. 221, оп. I, д. 587" л. 397.

²⁶ Там же, д. 580, л. 149.

Постоянный адрес данной публикации: