Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: RU-15415
Author(s) of the publication: В. А. НИКОНОВ

Share with friends in SM

Сороковой президент США - Рональд Рейган - человек весьма необычной для главы американского правительства судьбы. Киноактер, ставший крупнейшим государственным деятелем, политик, предпринявший самую серьезную за послевоенные годы попытку "консервативной революции" в США, Рейган уже заслужил самое пристальное и живое внимание журналистов, публицистов, историков. Во всем мире вышли десятки биографических исследований, авторы которых дают различные оценки неоднозначной личности Рейгана, его политической карьеры и места в истории.

В США практически любой государственный деятель, бросая взгляд на прожитую жизнь, не может избежать соблазна посетовать на бедное и трудное детство. Политики любят играть на извечном стремлении американцев видеть в президенте живое воплощение "американской мечты", заключающейся в непоколебимой вере в возможности любого обитателя "бревенчатой хижины" занять место в Овальном кабинете Белого дома. Не стал исключением и Рейган, чей портрет, нарисованный им с помощью журналиста Р. Хэблера, чем-то похож на бессмертного Тома Сойера1 .

Рейганов нельзя отнести к элите американского общества, но и неимущими они тоже не были. В момент появления Рональда на свет в 1911 г. семья жила в квартире, расположенной над универмагом, где работал отец, в небольшом городке Тампико штата Иллинойс на Среднем Западе. Отец его, Джон Эдвард Рейган - выходец из Ирландии, католик по вероисповеданию. Он занимался торговлей обувью, отличался беспокойным и честолюбивым характером, был явно неравнодушен к спиртному, часто менял работу (торговый агент, управляющий универсальным магазином, совладелец обувного магазина). Семья постоянно переезжала с места на место. Только в 1920 г. Рейганы прочно обосновались в Диксоне (Иллинойс). Его мать - Нелли Уилсон Рейган - из шотландских иммигрантов. В воспоминаниях сына она предстает оплотом семьи, богобоязненной протестанткой, привившей ему почтение к религиозным заповедям.

В Диксоне прошли школьные годы Рональда, которого и родители, и одноклассники чаще называли "Датч" (голландец). Об этом времени у него сохранились самые добрые воспоминания. "Внеклассные занятия занимали большую часть моей школьной жизни, о чем я не жалею... Спорт для меня был на первом месте, за ним шли занятия художественной самодеятельностью и, наконец, школьная политика"2 . Маленький и тщедушный (лишь в колледже он заметно подрос - до 180 см -


НИКОНОВ Вячеслав Алексеевич - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Исторического факультета Московского университета.

1 Reagan R. Where's the Rest of Me? N. Y. 1981

2 Sincerely, Ronald Reagan. N. Y. 1983, p. 10.

стр. 60


и окреп), со слабым зрением (в годы политической карьеры массивные очки были заменены на контактные линзы), Датч видел в спорте возможность самоутверждения3 . С 14 лет он начал помогать семье, работая летом у строительного подрядчика и на водоспасательной станции в курортном местечке неподалеку от Диксона.

Скопив деньги и получив как способный спортсмен половинную стипендию, Рональд вслед за своим старшим и единственным братом Нилом поступил в 1928 г. в провинциальный гуманитарный колледж Юрика, принадлежавший религиозной организации "Ученики Христа". В годы "великой депрессии" (1929 - 1933) финансовое положение семьи ухудшилось. Рональду приходилось все годы учебы в колледже подрабатывать. Он мыл посуду в столовой, был тренером по плаванию, работал спасателем. К учебе Рональд относился без большого усердия и был озабочен прежде всего тем, чтобы не быть отчисленным за неуспеваемость из команд по американскому футболу, плаванию и легкой атлетике. Продолжались его занятия в драматическом кружке, за годы пребывания в колледже Рональд сыграл в 14 пьесах. Впечатляющим был список его постов в органах студенческого самоуправления, который венчала должность президента студенческого сената. В учебе Рейгану помогала очень хорошая зрительная память. "В ночь перед экзаменом Датч пробегал глазами учебник в течение часа или около того. На следующий день он перепархивал через экзамен"4 .

В 1932 г. Рейган закончил колледж с дипломом бакалавра (эквивалентом этой степени в СССР является незаконченное высшее образование) общественных наук и экономики. Он приобрел заметную популярность как спортивный комментатор. Во время поездки с бейсбольным клубом в Южную Калифорнию Рейгану удалось заключить свой первый контракт с ведущей голливудской кинокомпанией "Уорнер бразерс". На экране он появился в 1937 г. в фильме "Любовь носится в воздухе" и до 1964 г., когда вышла последняя картина с его участием - "Убийца", снялся в общей сложности более чем в 50 лентах. Играл по преимуществу героев-любовников и лихих ковбоев. О фильмах, в которых он играл, сам Рейган отзывается скептически, лишь один из них считает подлинным произведением искусства - "Короли Роу". Но актером он тем не менее был достаточно популярным и в общем преуспевающим. На съемочной площадке Рейган встретил и свою будущую супругу - актрису Джейн Уайман. Свадьба состоялась в 1940 году. Через год у них родилась дочь Морин, а в 1945 г. они усыновили сироту Майкла.

Когда началась вторая мировая война, Рейган, числившийся офицером запаса кавалерийского корпуса, был признан медицинской комиссией "ограниченно годным" к военной службе из-за плохого зрения. Весной 1942 г. его зачислили в авиацию и приписали к заведению, готовившему учебные фильмы по заказу командования ВВС. Только такой - "игровой" - и видел Рейган самую страшную в истории человечества войну, которую он закончил в чине капитана.

После войны его успехи на кинематографическом поприще стали менее блестящими: снимался он все реже, да и роли ему предлагали не самые лучшие. С 1947 г., продолжая эпизодически появляться на экране, Рейган посвящает себя руководству гильдией киноактеров. В Голливуде тогда, как и по всей стране, развернулась "охота на ведьм", многие десятки киноактеров, режиссеров оказались в "черных списках" и были лишены работы. Тогдашний исполнительный секретарь профсоюза актеров Дж. Дейлс вспоминает: "Было множество увольнений... Мы потеряли много членов из руководства профсоюза лишь из-за того, что один из них отказался предстать перед комитетом по расследованию антиамерикан-


3 Lawson D. The Picture Life of Ronald Reagan. N. Y. 1981, p. 17.

4 Sullivan G. Ronald Reagan. N. Y. 1985, p. 23.

стр. 61


ской деятельности палаты представителей. Рейган, насколько я знаю, не получал туда повестки. Рейган был среди тех, кто сам вызвался туда пойти"5 . Так уже в первые послевоенные годы в полной мере проявились его настроения. Более того, имеются документальные свидетельства того, что и сам Рейган, и его жена были добровольными осведомителями Федерального бюро расследований, и в досье ФБР будущий президент значился под кодовым номером Т-10 в числе 18 других "информаторов" из Голливуда6 .

Общности политических взглядов Рейгана и Джейн Уайман оказалось, однако, недостаточно для сохранения супружеского счастья. В 1948 г. жена подала на развод, мотивируя свой шаг излишней увлеченностью Рейгана "скучными" профсоюзными делами, которые не давали ему возможности посвящать себя семье. В 1952 г. он женился на Нэнси Дейвис, которую спас от обвинения в "симпатиях к коммунистам" и включения ее имени в "черные списки". В отличие от Джейн Уайман, ставшей кинозвездой первой величины после получения в 1948 г. "Оскара" за фильм "Джонни Белинда", Нэнси не считалась великой актрисой. Происходившая из артистической семьи, она с ранних лет выступала на бродвейских подмостках, после войны появлялась на телеэкранах в Нью-Йорке и с 1949 по 1957 г. снялась в 11 голливудских фильмах.

Второй брак Рейгана оказался прочным и счастливым. Все, хорошо знающие их семью, неизменно упоминают об удивительно трогательном и бережном отношении супругов друг к другу. В 1953 г. родилась их дочь Патриция Энн, в 1958 г. - сын Рональд Прескот. Женитьба на Нэнси сыграла большую роль в жизни Рейгана. Он не был создан для роли хозяина дома и главы семьи и охотно уступил ее супруге, которая очень помогла ему и в его будущей политической карьере. "Я никогда не встречал человека, столь неспособного справляться с сугубо личными конфликтами, - писал о Рейгане его многолетний помощник Майкл Дивер. - Когда возникали проблемы с его семьей или с персоналом, находившимся под его началом, Нэнси вынуждена была нести эту ношу"7 . Определенную роль в становлении Рейгана-политика сыграл отчим жены, состоятельный чикагский нейрохирург Лойал Дейвис, влиятельная фигура в консервативных политических кругах республиканской партии.

В начале 50-х годов происходит заметное изменение политических предпочтений Рейгана. В молодости он, как и его отец, причислял себя к либеральным демократам, восхищался Франклином Д. Рузвельтом. Впрочем, это восхищение он сохранил до настоящего времени и ни в одной из своих речей не позволил себе неодобрительно отозваться об этом президенте, хотя политика правительства Рейгана означала фактическое отрицание наследия либерального "нового курса". В Рузвельте, по свидетельству Дж. Буша, он видел человека "спасшего свободные институты страны в чрезвычайные 30 - 40-е годы"8 . После войны, включившись в антикоммунистическую деятельность, Рейган тем не менее оставался в рядах либеральной организации "Американцы за демократическое действие". В 1950 г. он активно поддерживал в борьбе за пост губернатора Калифорнии кандидата демократов актрису Хелен Дуглас, которая уступила тогда Ричарду Никсону. Но уже выборы 1952 г. застают его в рядах организации "Демократы за Эйзенхауэра", и до 1962 г. его симпатии были противоположны партийной принадлежности.

Настоящей "политической академией" стала для Рейгана служба в "Дженерал электрик". В 1954 г. он стал ведущим выходившей в эфир дважды в неделю программы "Театр "Дженерал электрик". Помимо годо-


5 Gh. Dalles. Oral History Interview, June 2, 1981. - Regional Oral History Office, University of California at Berkeley (UCB).

6 Wills G. Reagan's America: Innocents at Home. Garden City. 1987, p. 249.

7 Deaver M. Behind the Scenes. N. Y. 1987, p. 40.

8 Bush G. Looking Forward. N. Y. 1988, p. 229.

стр. 62


вого оклада в 125 тыс. долл., эта должность позволила ему обрести славу проповедника идей частного предпринимательства и установить обширные связи в кругах власть имущих. Все это ускорило его отход от демократической партии.

Официальная же "конфирмация" Рейгана в республиканскую веру состоялась в период его участия в провалившейся кампании Никсона за губернаторское кресло в Калифорнии в 1962 году. К этому времени его уже достаточно хорошо знали в кругах местной организации республиканцев, которой руководил Каспар Уайнбергер. "Он в течение многих лет был неутомимым оратором, призывавшим к взносам в партийную кассу... На меня всегда производило большое впечатление его умение общаться с аудиторией. Это фантастично!"9 , - вспоминал о начале 60-х годов Уайнбергер. Красноречие Рейгана обратило на себя внимание политиков национального масштаба. В 1964 г. он возглавил комитет "Граждане за Голдуотера" в Калифорнии, а в октябре того же года произнес транслировавшуюся на всю страну речь в защиту предводителя республиканских ультра. Он уверял, что США остались "единственным островком свободы во всем мире", призывал "восстановить для наших детей идеи американской мечты", оскверненные правительством демократов10 . Впоследствии эта речь, не привлекшая тогда к себе особого внимания, была объявлена образцом политической риторики.

На следующий день после провала Голдуотера на президентских выборах новоиспеченный политик Рейган обрушил всю силу своего красноречия на республиканских либералов, в отступничестве которых он усматривал главную причину поражения партии на выборах 1964 года. Вступая на самостоятельную политическую стезю, Рейган сразу и недвусмысленно давал понять, что его кредо - ультраконсерватизм.

Для актера заняться политикой - вещь в США не совсем обычная, но и не столь уникальная. Однако головокружительное восхождение Рональда Рейгана к вершине политической пирамиды США беспрецедентно. Оно было бы невозможно без широкой поддержки со стороны быстро набиравших после войны силу юго-западных группировок промышленно-финансовой олигархии. Эти "молодые" круги в правящем классе США, часто связанные с новейшими и наиболее передовыми в научно-техническом отношении отраслями производства, чувствовали себя аутсайдерами перед лицом политического преобладания "старого" капитала, "восточного истэблишмента" и Уолл-стрита и активно рвались к рычагам власти. Им были чужды идеалы социальной ответственности государства, они активно искали и пестовали политиков национального масштаба, способных бросить вызов либеральным программам "новых рубежей" Джона Кеннеди и "великого общества" Линдона Джонсона.

Рейган не случайно стал привлекать к себе все большее внимание крупнейших калифорнийских бизнесменов, тяжело переживавших поражение Голдуотера. Вскоре после выборов 1964 г. был создан комитет "Друзья Рональда Рейгана" во главе с миллионерами автомобильным торговцем Холмсом Таттлом, нефтепромышленником Генри Салватори, президентом компании "Юнион ойл" А Рубелом. Показательно откровение Таттла: "Мы верим в систему свободного предпринимательства. Мы чувствовали, что если хотим себя защитить и не испытывать постоянных колик в животе, то должны действовать. Мы собрали людей, которые имели те же интересы, и решили помочь Рону"11 . Политическая поддержка бизнеса делала свое дело: уже в сентябре 1965 г. опросы общественного мнения показали, что Рейган далеко опережал в Калифорнии


9 C. Weinberger. Oral History Interview, March 29, 1979. - UGB.

10 Ronald Reagan Talks to America. Old Greenwich. 1983, p. 17.

11 Smith H, Clymer A., Silk L., Lindsay R. Reagan the Man, the President. Oxford. 1980, p. 37.

стр. 63


всех возможных претендентов на губернаторский пост от республиканской партии12 .

Главным конкурентом Рейгана в борьбе за губернаторский пост являлся многоопытный мэр Сан-Франциско Дж. Кристофер, на стороне которого были республиканская партийная машина штата и многие видные политики, в том числе и Уайнбергер. Но Кристоферу оказалось не под силу состязаться в красноречии с Рейганом. "Я вспоминаю один митинг на юге штата, где присутствовали тысячи людей, а мы с Рейганом выступали, - объяснял причины своего поражения Кристофер. - Рейган первым взял слово и заявил, что когда он станет губернатором, то автоматически сократит бюджет на 10%. Это звучало прекрасно, толпа зааплодировала и ответила ему потрясающей овацией. Когда настала моя очередь, мне задали тот же вопрос. Я сказал: "Мой опыт руководства говорит мне, что автоматически это сделать нельзя... Надо работать над устранением дублирующих программ и сокращать бюджет постепенно". Что ж, меня освистали. И я понял, что мое дело проиграно"13 . Этот эпизод хорошо иллюстрирует одну особенность политического стиля Рейгана: стремление свести сложные проблемы к доступным каждому обывателю простым и популярным лозунгам. В США такая тактика, являющаяся порой откровенной демагогией, часто оправдывает себя.

Свою кампанию против кандидата демократов губернатора Э. Брауна Рейган провел под флагом критики уже изрядно дискредитированных программ "великого общества" президента Джонсона, проповеди жесткой линии в отношении антивоенных выступлений студентов Калифорнийского университета, которые вызывали недовольство многих добропорядочных граждан. И эта тактика принесла ему победу с огромным перевесом в 1 млн. голосов.

Содержание своей программы руководства штатом, получившей название "созидательное общество", он выразил в словах: "Это не что иное, как постоянные усилия, направленные на привлечение частного сектора к выявлению и решению проблем прежде, чем навалится правительство со своей размножающейся бюрократией"14 . Представители большого бизнеса составили штат новой администрации, которая подбиралась "Друзьями Рональда Рейгана". Неискушенный политический деятель, Рейган следовал сценариям и режиссуре своих могущественных благодетелей. Вступая на пост губернатора в 1967 г., он сразу дал понять, что главной его целью станет сокращение социально-экономических программ. Рейган был одним из немногих губернаторов, которые прославились как безоговорочные противники социальных мероприятий "великого общества". Э. Браун, предшественник Рейгана в губернаторском оффисе в Сакраменто, подводил первый итог: "Общие расходы на высшее образование были сокращены, и разрушительные последствия этого будут ощущаться еще несколько лет... помощь сельскому хозяйству, основа экономики штата, была урезана, и многие другие программы были упразднены или сделаны неэффективными"15 .

Свидетельствовало ли неприятие Рейганом программ социальной помощи о его бессердечии и полном пренебрежении к нуждам рядовых граждан? Думается, что нет. По рассказам многих близких к нему людей, Рейган - человек сентиментальный, принимающий близко к сердцу страдания отдельных людей. Однако, когда его сострадание вступало в противоречие с общетеоретическими установками на утверждение идеалов частнопредпринимательской инициативы, вторые чаще одерживали верх. Но в годы губернаторства Рейган нередко добровольно или вынужденно отходил от крайностей провозглашенного им самим жесткого поли-


12 Newsweek, 1965, September 27, p. 24.

13 G. Christopher. Oral History Interview, August 31, 1978. - UCB.

14 Issues 1968. Lawrence - Lnd. 1968, p. 117.

15 Brown E. Reagan and Reality: The Two Californians. N. Y. 1970, p. 208.

стр. 64


тического курса. Общий объем бюджетных расходов штата за 8 лет его пребывания в роли губернатора Калифорнии увеличился с 4,6 млрд. долл. до 10,2 млрд. и размер подоходных налогов с 6,64 долл. до 7,62 на каждые 100 долл. индивидуальных доходов16 . Число получателей социальной помощи не только не упало, но по некоторым программам даже возросло (так, число реципиентов помощи семьям с детьми на иждивении с 1967 по 1970 г. удвоилось17 ).

Такое расхождение между риторикой и практикой объяснялось сложившимся в Калифорнии положением, расстановкой политических сил (в легислатуре и верховном суде штата доминировали демократы), а также объективной потребностью в социальном маневрировании. Свою роль сыграл и стиль политического руководства Рейгана. "Прагматизм, оппортунизм и нелюбовь к длительным конфликтам - все эти факторы содействовали его готовности отказываться от некоторых из своих позиций и подписывать законы, которые он на словах не одобрял"18 , - писал придерживавшийся либеральных взглядов биограф Рейгана Р. Даггер.

В преддверии президентских выборов 1968 г. Рейган был уже одним из ведущих лидеров республиканской партии, уступая в популярности, по опросам, только Никсону, губернаторам Мичигана Дж. Ромни и Нью-Йорка Н. Рокфеллеру. И Рейган впервые попробовал попытать счастья в национальной избирательной кампании. Положения программы, которую губернатор готовился преподнести избирателям страны на президентских выборах, не отличались новизной: как и на выборах в Калифорнии, доминировали темы оппозиции "великому обществу" и жесткого подавления массовых демократических движений. Рост антивоенных, негритянских движений Рейган объяснял "попустительством национальных лидеров и институтов тирании толпы". Внешнеполитическая программа Рейгана совпадала с позицией самых оголтелых "ястребов". По ключевой в кампании 1968 г. вьетнамской проблеме его платформа предлагала прямое вторжение американских сухопутных войск на территорию ДРВ и отказ от мирных переговоров19 .

Выступавшие за выдвижение Рейгана организации действовали на Среднем Западе и во всех штатах Юга, однако по размаху и эффективности они значительно уступали комитетам Голдуотера, многие бывшие сторонники которого, особенно из демократов-сегрегационистов (расистов), оказались в лагере кандидата Американской независимой партии Джорджа Уоллеса20 . Не мог Рейган в полной мере рассчитывать на единодушную поддержку ультраправых республиканцев и в других частях страны. Не очень- то верившие в возможность победы начинающего губернатора на общенациональных выборах многие лидеры ультраконсервативного крыла, да и сам Голдуотер, склонялись к кандидатуре Никсона, рассматривая ее как "наименьшее зло" по сравнению с либеральными претендентами - Рокфеллером и Ромни21 .

Кандидатура Рейгана, который, по словам либерального публициста Д. Мюррея, "не обладал опытом управления, не имел осязаемой программы решения первоочередных внутренних и внешних проблем"22 , не находила массовой поддержки. В этих условиях Рейгану не оставалось ничего иного, как отказаться от попытки официально выступить в первичных выборах (праймериз), где его ожидало неминуемое пораже-


16 Dugger R. On Reagan: The Man and His Presidency. N. Y. 1983, p. 17.

17 Levy F. What Ronald Reagan Can Teach the United States About the Welfare Reform. In: American Politics and Public Policy. Cambridge - Lnd. 1978, p. 344.

18 DuggerR. Op. cit, p. 17.

19 The New York Times, 4.III, 6.VI, 5.VII.1968; Time, 1968, August 9, p. 8.

20 Chester L., Hudson G., Page B. An American Melodrama: The Presidential Campaign of 1968. N. Y. 1969, p. 202; The Reporter, 1968, March 21, p. 31.

21 The Vice-President for the Files, August 23, 1967. - Files of M. Watson, box 25, Lyndon B. Johnson Library.

22 Murray D. The Rise of Ronald Reagan. - The Progressive, 1968, February, p. 22.

стр. 65


ниє. Однако он не противился занесению своего имени в избирательные бюллетени на праймериз в некоторых штатах. Заручившись поддержкой части делегатов из штатов Запада и Юга, Рейган вознамерился вступить в открытый бой уже на национальном съезде партии. Это сражение не увенчало его лаврами победителя. Урок Голдуотера не прошел бесследно ни для американских избирателей, ни для республиканской партии. Рейгану с его откровенно индивидуалистской программой трудно было рассчитывать на успех в 1968 г., когда недовольство конкретными мероприятиями правительства Джонсона не означало еще отказа избирателей от поддержки его политики социального лавирования, а "вьетнамский синдром" менее всего мог благоприятствовать популярности интервенционистской внешнеполитической риторики. Республиканцы сделали ставку на умеренного консерватора Никсона, который и стал президентом.

Хотя между Никсоном и Рейганом существовал большой идеологический разрыв и многие программы администрации вызывали раздражение калифорнийского губернатора (особенно "план помощи семьям", предусматривавший установление гарантированного минимума доходов для каждой семьи, тенденция к разрядке напряженности в отношениях с СССР), открыто он никогда не критиковал Никсона. Президент ценил подобную лояльность, особенно ту поддержку, которую Рейган оказывал его политике эскалации военных действий в Индокитае. В 1972 г. Рейган возглавил в Калифорнии кампанию по переизбранию Никсона на второй срок. В разгар "уотергейта", когда в отставку вынужден был уйти вице-президент С. Агню, Никсон рассматривал возможность назначения на этот поет Рейгана, но его кандидатура оказалась неприемлемой для умеренных республиканцев и была отвергнута23 . Никсон впервые приобщил Рейгана к большой дипломатии. В 1971 г. президент отправил его на Тайвань с ответственной и малоприятной миссией - объяснить Чан Кайши причины поворота в китайской политике США24 .

Результаты деятельности Рейгана в Калифорнии вызывали самые противоречивые отклики. Бесспорно, ему не удалось провести в жизнь ультраконсервативные принципы, хотя сам он всегда доказывал обратное. Он вообще любил выдавать желаемое за действительное, на что обращали внимание и многие американские авторы. "В Калифорнии после восьми лет его правления выросли налоги, увеличился бюджет, разросся правительственный аппарат, однако он вед себя так, как будто не имел ко всему этому ни малейшего отношения, - писал публицист Р. Даллек, - И Рейган не притворялся, он действительно был в этом уверен. Одной из самых поразительных черт Рейгана на протяжении всей его карьеры было то, что он оправдывал свои противоречивые действия и снимал с себя ответственность за них... Все достижения периода его пребывания у власти - его; все провалы - последствия деятельности его предшественников... Когда он чувствует себя неуютно в каких-то вопросах или боится, что будет плохо выглядеть, он часто преувеличивает и искажает факты"25 .

Опыт, полученный Рейганом на губернаторском посту, не снимал вопроса о степени его политической компетентности и способности руководить страной. Его политический стиль, в котором сочетались броская демагогия со слабой проработкой конкретных политических проблем, попытками дать упрощенные ответы на все вопросы, по-прежнему вызывал в стране много споров. Но несмотря на все недостатки как личного свойства, так и связанные с его конкретной политической деятельностью в Калифорнии, Рейган оставался ведущим политиком, на которого делали ставку ультраправые в США. Их журнал "National Review" в 1975 г.


23 The Memoirs of Richard Nixon. Vol. 2. N. Y. 1978, pp. 247, 451.

24 Deaver M. Op. cit., p. 65.

25 Dalleck R. Ronald Reagan, the Politics of Symbolism. Cambridge (Mass.). 1984, p. 53.

стр. 66


так оценил его деятельность: "Рональд Рейган не был совершенным губернатором... Но его принципы и достижения ставят его выше любого из его современников, и мы задаем вопрос: кто еще обладает свойственной ему комбинацией преданности консервативным принципам, целеустремленности в отстаивании этих принципов перед лицом серьезных вызовов, готовности выполнить то, что он обещает, и великолепной личности, способной ясно объяснить свою мысль слушателям"26 .

Именно ультраправое движение, начавшее набирать силу после "уотергейта" в годы президентства Дж. Форда, сделало Рейгана политической фигурой национального масштаба. Начавшийся в середине 70-х годов сдвиг политической оси США вправо отражал прежде всего заметное ужесточение политики их правящего класса. Монополистическая олигархия в условиях спада волны демократических движений и наглядно проявившегося в период экономического кризиса 1973 - 1975 гг. "пробуксовывания" традиционных, рузвельтовско-кейнсианских методов государственно-монополистического регулирования усматривала выход из внутренних трудностей в более откровенном курсе на поддержку интересов корпораций, в усилении антидемократической практики, наступлении на права профсоюзов и потребителей. Индивидуалистические настроения в стране усиливались и как реакция на реальный провал столь широко разрекламированных демократами методов либерального реформаторства, которые не помогли решению острейших социально-экономических проблем. В значительной части многочисленного "среднего класса" Америки крепло (не без помощи буржуазных средств массовой информации и правых политиков) убеждение, что именно расширение программ помощи неимущим ведет к увеличению налогов, что именно государственные расходы и "чрезмерные" требования профсоюзов влекут за собой инфляцию.

На волне подобных настроений с потрясающей быстротой начали плодиться и крепнуть ультраконсервативные группировки, составившие ядро движения "новых правых". Особенно активизировались правые силы в республиканской партии, которые уже не останавливались перед критикой "своего" президента. Рейган был в первых рядах критиков Форда. Его недовольство вызывали решения последнего даровать амнистию дезертирам вьетнамской войны, назначить на пост вице-президента либерала Рокфеллера. Рейган протестовал против роста дефицита государственного бюджета, участия Форда в хельсинкском Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе (как и другие ультраправые, он считал, что, подписав хельсинкский Заключительный акт, президент допустил "предательство" интересов США и "порабощенных народов" Европы и проявил "готовность капитулировать перед русскими")27 .

В 1975 г. лидеры ряда ультраконсервативных организаций попытались подвигнуть Рейгана на то, чтобы он возглавил новую, третью партию, которая была бы "правее" республиканской. Однако он не спешил покинуть лоно "великой старой партии", прекрасно сознавая всю бесперспективность борьбы за президентское кресло вне рамок испытанного двухпартийного механизма и возлагая большие надежды на захват командных высот в республиканской партии28 . В ноябре 1975 г. он объявил о начале своей избирательной кампании за президентский пост. Его не смущали ни скептицизм прессы в отношении его шансов, ни отсутствие опоры в официальной структуре республиканской партии. Он надеялся на собственную организацию, поддержку (в том числе и финансовую) юго-западных монополистических групп, активное использование средств


26 National Review, 1975, January 17, p. 42.

27 A Time to Heal: An Autobiography of Gerald R. Ford. N. Y. 1979, pp. 295, 300 - 3(M; The Wall Street Journal, 13.II.1976.

28 Witcover J. Marathon: The Pursuit of the Presidency. 1972 - 1976. N. Y. 1977, pp. 46 - 47.

стр. 67


массовой информации и помощь всего ультраконсервативного движения в стране.

Краеугольным камнем своей программы Рейган сделал тезис о решительном уменьшении роли федерального правительства во всех сферах общественной жизни. Он предлагал сократить на 90 млрд. долл. федеральные расходы на социальное вспомоществование, жилищное строительство, образование, медицинское страхование, развитие общин. Власти штатов, согласно плану Рейгана, могли получать эти средства (конечно, в значительно меньшем объеме) за счет увеличения налогов на уровне штатов и местных органов управления29 . Свою внешнеполитическую программу Рейган выдержал в соответствии с классической риторикой "холодной войны".

Ход избирательной кампании показал, что ультраправым силам впервые с 1964 г. оказалось по плечу фактически на равных соперничать с респектабельными консерваторами. Марафон республиканских праймериз, который длился в течение шести месяцев, проходил с переменным успехом, ни Форду, ни Рейгану не удалось вырваться вперед, и лишь на съезде партии президент сумел склонить чашу весов в свою сторону. Предпочтение многих республиканцев определялось интересами последующего соперничества с кандидатом демократов, а не идеологическими симпатиями. Опросы показывали, что Форд уступал кандидату оппозиционной партии Дж. Картеру в соотношении 4:5, в то время как Рейган - 2:730 . Победа партии в ноябре представлялась более важным делом, чем выдвижение "идеологически чистого" ультраконсерватора, который все больше импонировал республиканской элите.

Противоречия между консервативными республиканцами, шедшими за Фордом, и рейгановскими ультра со всей отчетливостью проявились в принятой на съезде партии платформе, которая эклектично объединила установки обеих группировок. 5 августа Рейган прислал в комитет по подготовке программы обширный список своих предложений, из которых было ясно, что он готов пойти на уступки Форду по отдельным внутриполитическим проблемам, но ни на йоту не собирался поступаться своими внешнеполитическими принципами. "Платформа должна призывать к проведению программ, которые обеспечат нашим силам обороны первое место в мире", - писал Рейган31 . Все его требования вошли в избирательную платформу республиканцев (за исключением резко негативной оценки хельсинкского Заключительного акта).

Осенью 1976 г. Рейган вел активную кампанию в поддержку Форда и кандидатов партии в конгресс по всей стране, заодно укрепляя свои позиции в партийном аппарате на местах32 . Когда Форд все же уступил пост президента демократу Картеру, Рейган полностью посвятил себя пропаганде ультраконсервативных принципов, рассчитывая возглавить партию в следующей избирательной кампании. Он организовал комитет политического действия "Граждане за республику", который собирал огромные суммы для нужд предвыборной борьбы. Рейган произносил множество публичных речей, широко использовал забытые было в эпоху массового телевидения средства радиопропаганды, учитывая, что американцы охотно слушают радио, проводя многие часы за рулем своей машины33 .


29 U. S. News and World Report, 1976, March 1, p. 16; National Review, 1976, March 19, p. 268; The Progressive, 1976, March, pp. 18 - 21.

30 Race for the Presidency: The Media and the Nominating Process. Englewood Cliffs. 1978, p. 75.

31 R. Reagan to Platform Committee Members, August 5, 1976. - White House Central File. PL 1 - 2. Box PL79. Gerald R. Ford Library.

32 First Monday, 1976, October, p. 8.

33 Congress and the Nation: A Review of Government and politics. Vol. V. 1977 - 1980. Washington. 1981, p. 22; Dugger R. Op. cit, pp. 18 - 19.

стр. 68


Годы президентства Картера стали важным этапом в создании обновленной идейно-политической платформы Рейгана. В ее основе по-прежнему лежала критика "большого правительства" и федеральной бюрократии, призывы "к беспрецедентным сокращениям налогов и увеличению военных расходов"34 . Вместе с тем Рейган чутко уловил и отразил в своей программе ряд новых реалий американской политической атмосферы конца 70- х годов. В это время широчайшее распространение получает "бунт налогоплательщиков", отражавший недовольство значительной части "среднего класса" налоговым бременем. Эти настроения способствовали росту популярности идей теоретиков "экономики предложения", которые обосновывали в первую очередь необходимость резкого снижения налогообложения для стимулирования производственных инвестиций корпораций и увеличения накоплений. Эта концепция нашла политическое воплощение в 1978 г. в законопроекте республиканцев Дж. Кемпа и У. Рота о сокращении федерального подоходного налога на 33%, который Рейган восторженно поддержал35 . "Экономика предложения", по словам корреспондента "Washington Post" Л. Кэннона, "дала Рейгану как кандидату в президенты возможность с позитивной платформы выступать за урезывание налогов и промышленный рост, от которых выиграют и бизнесмены, и рабочие"36 . Неизбежные же сокращения социальных расходов республиканцы и Рейган, разумеется, не акцентировали.

Во внешнеполитической области Рейган поставил во главу угла возрождение "морального превосходства" США в мире, подорванного в результате "вьетнамской травмы". Его призывы вновь превратить США в "сияющий град на холме", обеспечить идеалы "Pax Americana" путем усиления военной мощи страны находили широкий отклик в обывательских слоях, десятилетиями приучаемых к преувеличенному представлению о роли США в мире и истосковавшихся по временам их былого величия и громких побед американского оружия. Большой эмоциональный резонанс приобрела кампания правых республиканцев во главе с Рейганом против решения администрации Картера о постепенной передаче контроля над Панамским каналом в руки правительства Панамы. Для значительной части американцев эта кампания, по замечанию политолога К. Филлипса, явилась "своего рода суррогатом уязвленного национализма", а потеря контроля над каналом - символом "ущемленной национальной чести"37 . На чувствах "оскорбленной национальной гордости" Рейган играл и в связи с неспособностью правительства Картера в течение полутора лет освободить американских заложников в Тегеране.

К выборам 1980 г., когда под влиянием начавшегося экономического кризиса и иранских событий авторитет Картера резко упал, в движение пришли все фракции республиканцев, увидевших реальную возможность взять в свои руки исполнительную власть. К этому времени выяснилось, что Рейган являлся не самым правым в партийной обойме. Более консервативные позиции занимали "новые правые" республиканцы, выступившие за "революционные" действия для того, чтобы максимально сократить государственное регулирование и воплотить в политическую практику принципы "христианского фундаментализма" и "морального очищения" общества. Нельзя сказать, чтобы эти идеи были чужды Рейгану. Но все же вряд ли можно признать обоснованным причисление его к когорте "новых правых".

Опасаясь заслужить клеймо "экстремист", Рейган ограничивался ролью "главного связующего звена в шатком альянсе между республи-


34 Carter J. Keeping Faith: Memoirs of the President. Toronto. 1982, pp. 528 - 529.

35 First Monday, 1980, February, p. 4.

36 Cannon L. Reagan. N. Y. 1982, p. 327.

37 Phillips K. Post-Conservative America: People, Politics, and Ideology in a Time of Crisis. N. Y. 1983, p. 27.

стр. 69


канским истэблишментом и новыми правыми"38 . Его следует отнести скорее к "старым" ультраправым, наследникам традиций Голдуотера, которые видели свою цель в резком сокращении федерального регулирования социальных программ, а не в полной их отмене, и заимствовали лозунги "морального очищения" общества скорее в конъюнктурных целях. "Он был консенсусным политиком, а не идеологом, - сокрушался один из видных представителей правых республиканцев Д. Стокмэн, занимавший в администрации Рейгана пост директора Административно-бюджетного управления. - Он не старался осуществить революцию, это не было у них в крови"39 .

В 1980 г. на пост президента от республиканской партии претендовало несколько политиков: либеральный конгрессмен Дж. Андерсон, центристы Р. Доул, Г. Бейкер и Дж. Буш, ультраправые Дж. Коннэлли и Ф. Крейн. Но явным лидером в кампании задолго до ее начала считался Рейган. На протяжении всего 1979 г. опросы общественного мнения неизменно показывали, что он многократно превосходил по популярности любого из своих республиканских соперников. Но в избирательную кампанию он вступил последним - 13 ноября 1979 года. Его штаб спокойно собирал денежные средства, планировал кампанию, вырабатывал программу, взвешивал, как лучше оттенить сильные стороны кандидата и замаскировать его слабости. А последних было немало. Во-первых, он был самым пожилым из всех президентов. В 69 лет еще никто в истории США не избирался в Белый дом. Во-вторых, за ним закрепилась репутация экстремиста, способного на полный демонтаж государственных программ и на безответственные шаги на международной арене, которые могли бы втянуть страну в войну. В-третьих, американцы не были уверены, что Рейган, проведший лишь два срока на посту губернатора, обладает достаточным опытом политического руководства в национальном масштабе.

Начало его избирательной кампании было стремительным, и оно должно было, по мысли его консультантов, сразу отмести все сомнения избирателей в отношении его способности осуществлять динамичное руководство страной. За первые пять дней Рейган выступил в девяти штатах, продемонстрировав энергию и напор, которым могли бы позавидовать и более молодые политики. Содержание его выступлений претерпело разительные перемены по сравнению с кампанией 1976 года. И сам Рейган, и его сторонники отдавали себе отчет в том, что даже в условиях определенного роста консервативных настроений в стране твердолобый консерватор не имел шансов на успех. Общий настрой кампании Рейгана его штаб определил следующим образом: "Представить Рейгана, исходя из его деятельности в Калифорнии, как новатора в подходе к различным проблемам. Рейган смягчит свой имидж борца против федерального правительства, не только подчеркивая свои заслуги в Калифорнии, но и путем выдвижения серии детальных предложений по проблемам энергетики и экономики"40 . Большое внимание Рейган уделил рассуждениям о восстановлении "моральных ценностей" США, которые якобы были попраны поколениями либералов, проповедовавших вседозволенность.

Энергичная кампания, обновленная программа, которой был придан налет умеренности, - все это позволило Рейгану с первых же дней завладеть вниманием общественности. Но демонстрация своей компетентности в государственных делах давалась Рейгану с большим трудом. Сомнения в его способности управлять страной сохранялись. На первом январском кокусе в Айове неожиданно для всех побеждает Буш. В штате Нью-Гэмпшир, обычно задающем тон всей кампании, Буш также вышел вперед. И тогда Рейган впервые соглашается вместе с другими


38 The New Republic, 1978, February 18, p. 10.

39 Stockman D. The Triumph of Politics. N. Y. 1987, p. 10.

40 Business Week, 1979, November 19, p. 50.

стр. 70


кандидатами республиканской партии принять участие в телевизионных дебатах, На них он набрал больший политический капитал, чем за всю предыдущую кампанию, что объяснялось не предпочтительностью его программы, а действительно незаурядной способностью уверенно чувствовать себя в самых щекотливых ситуациях и владеть вниманием аудитории.

Когда шесть республиканцев (Коннэлли не принял приглашения) предстали перед юпитерами местной телестудии, ее ведущий неожиданно заявил, что кандидатов слишком много для серьезного разговора и поэтому в дебатах примут участие только два фаворита - Буш и Рейган. Буш охотно согласился и сел за стол, и тогда Рейган громко крикнул ему: "А ну-ка встань, Джордж!" Буш покорно поднялся, и Рейган одержал первую психологическую победу, заставив своего оппонента подчиниться его властному окрику. Обиженные аутсайдеры, которых лишали права появиться за одним столом с "серьезными" претендентами, активно протестовали, и ведущий телепрограммы, чтобы как-то замять скандал, не нашел ничего лучшего, как попросить выключить микрофоны. И вновь Рейган оказался на высоте положения. "Не выключайте микрофон, я плачу за него, - спокойно сказал он под бурные овации собравшейся аудитории. - И я оплачу все эти дебаты из фонда своей кампании"41 . В итоге Рейган дал понять всей стране, кто из кандидатов является "главным".

Имидж сильного лидера и "справедливого арбитра", поборника партийного единства, созданный Рейганом, имел очень большое значение для его будущих успехов. "Важнее не быть, а казаться". Эту аксиому американской политики Рейган усвоил крепче и использовал в своих интересах чаще, чем, пожалуй, любой из современных политиков США. В Нью-Гэмпшире после дебатов Буш утратил этот перевес, и на первичных выборах он получил вдвое меньше голосов, чем Рейган. Триумфально прошествовав через праймериз в большинстве штатов, он добился легкой победы на конвенте республиканцев в Детройте.

Оценивая платформу Рейгана, либеральный журналист М. Грин подчеркивал: "Это старое вино в новых бутылках. Республиканцы, похоже, просто призывают к возвращению к старым временам, когда существовали низкие налоги, сбалансированный бюджет и регулирование было слабее. Другими словами, у них одна великая новая идея - будущее находится в прошлом"42 . Грин во многом был прав. Но он упускал из виду один важный аспект программы Рейгана, который выгодно отличал ее в глазах многих избирателей от идейных построений республиканских ультраконсерваторов прежних эпох. Традиционно консерваторы, проповедуя добродетели "среднего класса", призывали его умерить потребности, пойти на известные жертвы во имя сохранения "здоровой" экономической системы со сбалансированным федеральным бюджетом и низким уровнем цен. Рейган решительно менял эту старую пластинку. "Рейган полагает, что частный сектор с помощью симпатизирующего ему правительства может сделать жертвы ненужными... Сократив налоги, мы тем не менее можем сбалансировать бюджет и увеличить военную мощь. Другими словами, Рейган представляет себя в качестве защитника "пятой американской свободы", права потребления, и уверяет нас, что мы будем пользоваться этой свободой во время пребывания его на посту президента"43 , - писал республиканский журнал. Этот наигранный оптимизм рейгановской платформы импонировал "среднему классу".

И все же не столько приверженность американских избирателей программным установкам Рейгана способствовала его будущему успеху, сколько очевидные провалы находившейся у власти администрации Кар-


41 The New York Times, 2.II.1980.

42 Congressional Record, 1980, December 15", p. E5535.

43 Commonweal, 1981, May 8, p. 273.

стр. 71


тера, которая не смогла найти эффективных путей борьбы с начавшимся в 1980 г. экономическим кризисом, разрешить исключительно болезненную для национальных чувств проблему освобождения заложников в Тегеране. На телевизионных дебатах незадолго до выборов Картер, как считали американские обозреватели, продемонстрировал большую компетентность и глубину. Однако Рейган добился важной психологической победы, сумев подать себя вполне респектабельным политиком, отнюдь не склонным впадать в экстремистские крайности. Дрейф Картера в ходе кампании вправо нивелировал существенные различия во взглядах обоих кандидатов на основные вопросы внутренней и внешней политики, и Рейган не выглядел намного правее президента. В итоге Рейган выиграл не только дебаты, но и победил в кампании имиджей. "Антипатия к Картеру в конце концов перевесила боязнь в отношении Рейгана"44 .

Какой же отпечаток на политику США наложила личность Рейгана, насколько ему удалось изменить свою страну и насколько изменился он сам за время пребывания в Белом доме? Восьмилетний период власти администрации Рейгана войдет в историю США как время, когда была предпринята самая массированная попытка трансформации в консервативном ключе всей системы американского государственно-монополистического капитализма в том виде, как она сложилась в 30 - 70-е годы, пересмотра рузвельтовско-кейнсианской модели государственно-монополистического регулирования, осуществления политики "социального реванша" внутри страны и на международной арене.

Внутриполитический курс правительства был нацелен на такую перестройку элементов системы регулирования, которая позволила бы достичь основных целей стабилизации социально-экономической системы путем ограничения и даже свертывания ряда сфер традиционного федерального вмешательства и перемещения центра тяжести в воздействии на производство с государства на частный сектор. "В настоящий кризисный период правительство - не решение наших проблем, правительство само превратилось в проблему", - заявил Рейган в инагурационной речи. В то же время в отличие от республиканских ультраконсерваторов прежних эпох он не выступал с примитивными призывами возвращения к временам господства стихии неуправляемого рынка. "Я не собираюсь покончить с правительством, - подчеркивал президент. - Я, скорее, намереваюсь заставить его работать с нами, а не над нами; стоять на нашей стороне, а не ехать на наших спинах"45 .

В концентрированном виде первоначальный замысел администрации был изложен в обращении Рейгана к конгрессу 18 февраля 1981 г., которое американские обозреватели окрестили платформой "консервативной революции". Программа администрации, во-первых, предусматривала сокращение планировавшихся федеральных расходов на 197 млрд. долл. за трехлетний период. Наибольшую экономию должно было принести сокращение программ помощи штатам в области образования и развития науки, фондов вспомоществования (продовольственные талоны, помощь семьям с детьми на иждивении, школьные завтраки), медицинского страхования, общественных работ, а также субсидий на поддержание фермерских доходов, деятельность экспортно-импортного банка, почтовых служб и др. Бюджетные сокращения касались всех министерств и правительственных ведомств за исключением Пентагона, для которого предусматривался значительный прирост ассигнований. Во-вторых, Рейган предложил осуществить 30-процентное сокращение налогов в соответствии с установками законопроекта Кемпа - Рота. В-третьих, был выдвинут пакет


44 A Tide of Discontent: The 1980 Election and Their Meaning. N. Y. 1981, p. 21.

45 Public Papers of the Presidents of the United States. Ronald Reagan. 1981 Washington. 1982, pp. 1, 2.

стр. 72


мер по сокращению государственного регулирования, реализацией которого ведала специально созданная комиссия во главе с вице-президентом Дж. Бушем. В-четвертых, Рейган считал необходимым "не позволять денежной массе расти быстрее увеличения количества товаров и услуг"46 .

Установки правительства уже тогда представлялись весьма уязвимыми и противоречивыми. Они базировались на эклектическом соединении идей "экономики предложения" с ее упором на ускорение темпов роста за счет предоставления налоговых льгот крупному капиталу; монетаризма, ориентированного в первую очередь на борьбу с инфляцией с помощью ограничительной кредитно-денежной политики, неизбежно сдерживающей экономический рост; и традиционной консервативной экономической теории, ставящей во главу угла сбалансированность федерального бюджета. "Только страус может не заметить противоречий рейганомики", - говорил в 1981 г. известный американский экономист У. Геллер. А Д. Стокмэн добавлял: "Мы работали в течение лишь 15 - 20 дней и не продумали все досконально. Мы не учли все цифры"47 .

Но вместе с тем расстановка политических сил в США в целом благоприятствовала начинаниям администрации Рейгана. Результаты выборов 1980 г. повергли в шок либералов, и они не решались встать в открытую оппозицию правительству, опасаясь еще больше потерять расположение избирателей. Первоначально внутриполитические аспекты "рейганизма" не встречали и серьезного общественного противодействия. Свою роль здесь сыграла умелая пропагандистская подача курса администрации как средства оживления экономики и борьбы с инфляцией, которое в конечном счете поможет повысить доходы и уменьшить безработицу.

В ходе политической борьбы вокруг рейгановской программы размах "консервативной революции" заметно сократился. Под давлением умеренно консервативных республиканцев расходные статьи были сокращены на последующие три года на 130 млрд. долл. (билль Ф. Грэмма - Д. Латты), а не на 197 млрд., как запрашивал Рейган, и не на 256 млрд. долл., которые, по подсчетам Стокмэна, могли бы привести к сбалансированному бюджету48 . Возраставшая озабоченность в рядах правящей партии ростом бюджетного дефицита осложнила принятие налоговых предложений администрации. 30-процентное снижение налоговых ставок вызвало возражения и у многих представителей ближайшего окружения Рейгана, включая руководителя аппарата Белого дома Дж. Бейкера и министра финансов Д. Ригана. Президент был вынужден пойти на компромисс, согласившись на 23- процентное сокращение за трехлетний период (билль К. Хэнса - Б. Коннэбла)49 .

По двум другим направлениям социально-экономической программы Рейгана правительство также не смогло провести свою линию до конца последовательно. Денежная масса в 1981 - 1982 гг. росла на 5,8% в год (по сравнению с 7,5% в среднем в конце 70-х годов), опережая увеличение количества товаров и услуг50 . Администрация предприняла шаги к уничтожению Совета по зарплате и стабильности цен, ускорила отмену контроля за ценами на нефть, прекратила расследование ряда дел по обвинению корпораций в нарушении антитрестовского законодательства. И одновременно неудачей закончились попытки исполнительной власти прекратить действие регламентирующих актов в области защиты интере-


46 Ibid., pp. 108 - 115.

47 Time, 1981, September 21, p. 39; November 23, p. 26.

48 Newsweek, 1981 June 29, p. 5; July 6, p. 22; July 13, p. 24; Time, 1981, July 6, p. 16; Stockman D. Op. cit., p. 242.

49 Time, 1981, August 10. p. 26 - 27; U. S. News and World Report, 1981, August 10, pp. 20 - 21; Stockman D. Op. cit., pp. 254 - 255; Barrett L. Gambling with History: Reagan in the White House. N. Y. 1984, pp. 164 - 174.

50 Stein H. Presidential Economics: The Making of Economic Policy from Roosevelt to Reagan and Beyond. N. Y. 1984, p. 24.

стр. 73


сов потребителей, охраны окружающей среды, устранить контроль за рынком природного газа, положить конец существованию министерств энергетики и образования51 .

Несмотря на все риторические выпады правительства против разросшегося бюрократического аппарата, его численность сократилась только на 60 тыс. человек в 1981 г. (до уровня 2,72 млн. человек по сравнению с 2,77 млн. в 1980 г.), а затем неизменно росла, достигнув 2,9 млн. к 1985 г. и 3,1 млн. в 1987 году52 . Расходы на проведение регулирующих мероприятий в первой половине 80-х годов были ниже, чем в годы президентства Картера. Однако к 1987 г. они уже превышали в реальном исчислении уровень 1980 года53 .

Хотя сделанная Рейганом заявка на "консервативную революцию" была более масштабной, чем реальное ее воплощение на практике, представляется очевидным, что в первой половине 80-х годов администрация добилась самого существенного с 30-х годов поворота "вправо" в американской политике. Налоговая и расходная структура бюджета изменялись таким образом, чтобы подавлять потребительский компонент спроса и, напротив, стимулировать предложение через инвестиционный компонент. Произошло серьезное перераспределение национального дохода в пользу монополий. Лица с годовым доходом менее 10 тыс. долл. выиграли от сокращения налогов только 58 долл., а с доходом свыше 200 тыс. долл. - 24982 долл. в год54 . В результате осуществленных в 1981 г. мер, в течение первых четырех лет пребывания Рейгана у власти доля корпораций в общих налоговых поступлениях государства сократилась с 12,5 до 8,4%. Произошло и существенное перераспределение бюджетных приоритетов: удельный вес социальных расходов упал с 53,4 до 48,9%, а оборонных программ - возрос с 22,7 до 28%55 .

"Рейганомика" ставила американскую экономику в довольно сложное положение. Размер сокращаемых расходов не достигал и половины той суммы, которую терял федеральный бюджет в результате снижения налогов. А это означало (в условиях продолжавшегося кризиса, когда увеличения доходов граждан и соответственно поступлений в государственную казну ожидать не приходилось), что в "рейганомику" изначально был заложен огромный рост бюджетного дефицита. Вот почему правительство стало добиваться дальнейшего снижения расходов, что начинало вносить раскол в ряды республиканцев. Уже в октябре 1981 г. требование Рейгана о сокращении расходных статей еще на 13 млрд. долл. вызвало возражения либеральных республиканцев, которые способствовали провалу предложения "своего" президента. Под давлением центристских сил партии в 1982 г. Рейган был вынужден согласиться на повышение налогов, которое "съедало" около четверти суммы налоговых льгот, представленных годом ранее, и которое вообще было самым крупным в истории США56 .

Еще раньше обозначились пределы возможного наступления на социальные программы. Рейгану удалось добиться сокращения суммы ассигнований на продовольственные талоны для неимущих, бесплатные завтраки для школьников, на пособия по инвалидности, на государственные ссуды студентам. Но когда в мае 1981 г. правительство попробовало посягнуть на социальное страхование, включающее в себя в первую очередь


51 Cannon L. Op. cit, p. 344; Reaganomics: A Midterm Report. San Francisco. 1983, pp. 159 - 160.

52 Statistical Abstract of the United States 1987. Washington. 1986, p. 309; National Journal, 1988, March 5, p. 632.

53 Newsweek, 1988, September 12, p. 31

54 Edsall Th. The New Politics of Inequality. N. Y. 1984, p. 205.

55 U. S. News and World Report, 1985, November 25, p. 23.

56 Time, 1981, November 30, p. 30 - 31; U. S. News and World Report, 1982, August 2, p. 44.

стр. 74


пенсионные выплаты и пособия по безработице, оно потерпело сокрушительное поражение в конгрессе57 . Можно считать, что к концу 1981 г. инерция консервативных реформ Рейгана уже начала истощаться. "С этого времени, - отмечал политолог Т. Лови, - он вел политическую траншейную войну, без твердой опоры на республиканскую партию, и более не вселял страх в своих оппонентов"58 .

Серьезное сопротивление стал вызывать и внешнеполитический курс Рейгана. Демонстрируя свою воинственность, он напугал прежде всего самих американцев. Военная доктрина, которую министр обороны К. Уайнбергер назвал стратегией "прямого противоборства" США с СССР на глобальном и региональном уровнях, не только вобрала в себя крайности прежних милитаристских установок типа "балансирования на грани войны", но и усилила их. Стратегию первого ядерного удара по Советскому Союзу государственный секретарь А. Хейг объявлял "единственной возможностью для сохранения мира"59 . Целям достижения превосходства над СССР и развития способности к "победоносной" ядерной войне было подчинено наращивание дестабилизирующих, контрсиловых систем ядерного оружия: ракет МХ, подводных лодок "трайдент-2", ракет среднего радиуса "першинг-2".

Под углом зрения "биполярности" мира, соперничества США и СССР республиканское руководство рассматривало положение в развивающихся странах. В политике Рейгана в отношении национально-освободительных движений ("неоглобализм") исчезал реформистский компонент и ослабевала моралистская риторика в стиле картеровского "похода за права человека". И в то же время возросла предрасположенность Вашингтона к интервенционизму, его стремление путем прямого военного вмешательства (превентивной контрреволюции) воспрепятствовать прогрессивной эволюции развивающихся стран. "Президент Рейган медленно, но верно вернул Соединенным Щтатам роль мирового жандарма, которую они играли в послевоенные годы"60 , - заметил Р. Даггер.

Безудержная гонка вооружений, джингоистская риторика не только не помогли республиканцам расширить свою популярность среди избирателей, но, напротив, вызвали нарастание антивоенных настроений в стране, способствовали превращению движения за замораживание ядерного оружия СССР и США в мощный фактор общественно-политической жизни. Рост антиядерных настроений заставил Рейгана прибегнуть к маневрированию, и в мае 1982 г. он объявил о намерении возобновить переговоры не только об ограничении, но и сокращении числа межконтинентальных баллистических ракет61 .

Недовольство росло со стороны самых различных политических сил. Либералы решительно возражали против сокращения социальных расходов и роста военных программ. "Мистер Рейган и его подчиненные рассматривают Америку как поле битвы, на котором каждый думает только о себе и о своих союзниках в борьбе со всеми остальными. Последовательная политика администрации Рейгана заключается в поддержке сильных и богатых (традиционной основы республиканского электората) в ущерб бедным"62 , - подчеркивали либеральные американские журналисты. С противоположного конца политического спектра слышались обвинения в адрес Рейгана в "забвении тех принципов, которые принесли ему победу в 1980 г.", в "повороте на 180° и возвращении к знакомой


57 The Reagan Presidency: An Early Assessment. Baltimore - Lnd. 1983, p. 56.

58 Lowi Th. Ronald Reagan - Revolutionary? In: The Reagan Presidency and the Governing of America. Washington. 1984. pp. 48 - 49.

59 Historic Documents of 1982. Washington, 1983, p. 305.

60 Dugger B. Op. cit., p. 350.

61 Public Papers of the Presidents of the United States. Ronald Reagan 1982 Book 1. Washington. 1983, p. 582.

62 The New Republic, 1984, January 9 - 16, p. 7.

стр. 75


роли сборщика налогов для социальных программ демократов"63 . Лидеры "новых правых" не усматривали принципиальной разницы между "мягкотелой" позицией Картера на международной арене и внешней политикой Рейгана, обязанного, по их мнению, занять более жесткую позицию в отношении польских событий и не отменять эмбарго на продажу зерна СССР. В условиях не спадавшего экономического кризиса уровень поддержки политики администрации неуклонно снижался (с 60% летом 1981 г. до 41% к сентябрю 1982 года) "64 .

Но примечательно, что недовольство политикой правительства практически не отражалось на популярности самого Рейгана, у которого сложилась репутация "тефлонового" президента (в том смысле, что к нему ничего "не прилипало"). "Если оценить президентство Рейгана с точки зрения привычных стандартов, то его следует признать провалившимся, - писал журнал "Time". - Он часто забывает факты или неправильно их преподносит и следует своей идеологии вне зависимости от того, куда она заводит... Его бюджет постоянно не сбалансирован, а его программы нанесли ущерб беднякам ... Но похоже, что с большинством граждан он достиг взаимопонимания, которое нельзя объяснить согласием с его политикой. Его воспринимают как любимого дядюшку, пробившегося в Овальный кабинет"65 .

В чем же секрет "феномена личности" Рейгана, чем он импонировал большинству американцев? Ответить на этот вопрос непросто. Действительно, как президент он не обладал теми качествами, которыми обычно наделяют крупных политиков, - глубокими познаниями, бурной энергией, безупречным политическим чутьем, трудолюбием. Качества Рейгана-политика удачно описал Б. Боярский: "Рейган умен, но его нельзя назвать блещущим интеллектом; он быстро соображает, но ему не хватает интеллектуальной любознательности. Хотя он и говорит, что много читает, часто он темнит по этому вопросу... Он говорит длинными, бессвязными фразами и, найдя однажды ответ на какой- либо вопрос, будет повторять его снова и снова, как по некоему киносценарию. Одни и те же фразы и даже одни и те же абзацы кочуют из речи в речь"66 .

Он уделял мало времени своим президентским обязанностям, особенно в сравнении с Картером, который порой работал по 20 часов в сутки и вникал в малейшие детали государственного руководства. Обычный рабочий день Рейгана-президента выглядел следующим образом. Он вставал в 7.30 утра, смотрел программы утренних новостей, за завтраком листал свежие газеты и к 9.00 появлялся в Овальном кабинете. За этим следовал получасовой доклад ближайших помощников и встреча с помощником по национальной безопасности. Потом наступало время для заседаний кабинета, произнесения речей или встреч с представителями различных общественных организаций. По средам президент после обеда не работал (как и по пятницам, когда он уезжал на уик-энд в Кэмп-Дэвид). В остальные дни его рабочий день заканчивался к 5 вечера. Необходимую ему информацию Рейган получал из одно-, двухстраничных меморандумов, которые поступали от сотрудников Белого дома и из министерств (для важнейших внешнеполитических вопросов делалось исключение - допускались меморандумы объемом до пяти страниц)67 .

На заседаниях, где шло обсуждение политических вопросов, Рейган вел себя пассивно. "Он слушал, подбадривал, кивал, - пишет руководи-


63 National Review, 1982, May 14, p. 530; Dalleck R. Op. cit., p. 109.

64 Viguerie R. The Establishment vs. the People. Chicago. 1983, p. 9; Judis L., William F. Buckley, jr.: Patron Saint of the Conservatives. N. Y. 1988, p. 429 - 432; Newsweek, 1983, March 14, p. 41.

65 Time, 1984, August 27, p. 8.

66 Boyarsky B. Ronald Reagan: His Life and Rise to the Presidency. N. Y. 1981, p. 15.

67 Time, 1986, December 6, p. 17.

стр. 76


телъ аппарата сотрудников Белого дома Дональд Риган. - Но такое совещание, где бы он принимал решения или отдавал приказы, было редкостью... Он старался не задавать вопросов, не признаваться в недостаточной информированности в присутствии посторонних". Рейган предпочитал не вмешиваться в споры между различными членами кабинета и не принимал решения до тех пор, пока они сами не придут к взаимоприемлемому компромиссу. Причем решения не всегда принимались им, исходя из здравого смысла и государственных интересов. Иногда вмешивались и... сверхъестественные силы. Из воспоминаний Ригана явствует, что практически каждое важное решение президента предварительно согласовывалось с гадалкой из Сан-Франциско, с которой Нэнси связывалась по субботам по телефону из Кэмп-Дэвида. В соответствии с показаниями гороскопа клеточки календарей высших чинов администрации были раскрашены зеленым (для "хороших" для президента дней), синим (для "средних") и красным (для "плохих") цветом. Заранее было известно, что в "красные" дни Рейган не будет путешествовать, произносить публичных речей или встречаться с лидерами зарубежных стран68 . Президент доверял супруге не только согласование своих политических шагов с потусторонними силами, но и охотно следовал ее советам по вопросам назначения и смещения членов администрации, считался с мнением Нэнси по всем государственным проблемам.

Рейган, как это ни парадоксально прозвучит, был в известном смысле "аполитичным" президентом. Ему нравилось заниматься политикой, но она никогда не поглощала его полностью. Многоопытный спикер палаты представителей демократ Т. О'Нил дал ему такую характеристику: "Рональд Рейган - исключительно располагающий к себе и приятный человек. Он блестящий рассказчик, и у него отличное чувство юмора. Но в отличие от других президентов, которых я знал, Рональд Рейган всегда, казалось, держался на дистанции от деталей общественной политики и законодательства. Если у него был выбор, то он однозначно предпочитал говорить о спорте и кинофильмах"69 .

Казалось бы, все перечисленное выше свидетельствует против Рейгана. И действительно, стиль президента, который не столько управлял, сколько представительствовал, часто вызывал насмешки интеллектуалов. Но для миллионов рядовых граждан США, порой удивительно наивных, доверчивых, прагматичных, не склонных теоретизировать и разбираться в деталях, Рейган казался "одним из них". Как и все обычные люди, он делал ошибки, не знал тех вещей, о которых не ведал и средний американец. В этом смысле он казался подлинным воплощением основной массы населения страны.

Но популярность Рейгана нельзя объяснить лишь бессознательной симпатией к нему "средней Америки", у нее была и вполне рациональная основа. Дело в том, что многие аспекты политики администрации имели достаточно серьезный положительный резонанс. От сокращения налогов выиграли не только корпорации, но и большинство рядовых налогоплательщиков. Борьба за возвращение США "исключительного" положения на мировой арене пролила бальзам на националистические чувства американцев. Очень популярна была риторическая по своему характеру кампания за возрождение "традиционных моральных ценностей" США. "Быстрые социальные, культурные и политические перемены заставляли многих беспокоиться о разложении нации, - подчеркивали американские авторы. - Растущий уровень разводов, наркотики, преступность, порнография, самоубийства молодежи - все указывало на разло-


68 Regan D. For the Record: From Wall Street to Washington. San Diego 1988 pp. 3 - 4, 73 - 74, 188.

69 O'Neill T. Man of the House: The Life and Political Memoirs. N. Y 1987 p. 335.

стр. 77


жение общества. Рейган сказал народу, что решение этих проблем может быть найдено в религиозном и моральном возрождении и в возвращении к основным американским ценностям... Америка президента состояла из преуспевающих предпринимателей... из граждан, добровольно помогающих нуждающимся; из справедливого в моральном плане народа, воюющего с "империей зла"; из индивидуумов, которые ведут борьбу против бюрократического государства; из людей с глубокими религиозными чувствами. Эти рассуждения были привлекательны для очень многих. Большинство американцев знали, что его видение не соответствует современным реалиям, но надеялись, что таким будет их будущее"70 .

На чаше весов Рейгана был с 1983 г. и достаточно сильный экономический подъем, который продолжается в США до настоящего времени и который способствовал снижению уровней инфляции и безработицы. "Сам президент имел малое отношение к поиску и использованию политики и механизмов, которые помогли увеличить национальное богатство и общее благополучие"71 , - замечал Риган. Но именно президент получал политические дивиденды от экономического подъема.

Темы экономического роста, возрождения "морального духа" и "силы" Америки стали основным рефреном избирательной кампании Рейгана в 1984 году. Они находили отклик практически во всех слоях электората. Одновременно Рейган постарался сбить волну критики в адрес своей администрации за ее пренебрежение к интересам "человека с улицы" и стремление угодить большому бизнесу. Во многих выступлениях в 1984 г. президент заявлял о намерении увеличить размеры пенсий, расширить закупки правительством продукции фермерских хозяйств, поддержать усилия предпринимателей по переобучению рабочей силы72 .

Вместе с тем, чтобы не допустить роста недовольства "новых правых", Рейган предоставил им возможность взять под контроль составление платформы республиканской партии, что и отразилось на принятой на конвенте в Далласе в августе 1984 г. предвыборной программе. В ней были зафиксированы приверженность партии "сокращению дефицитов государственного бюджета посредством экономического роста и отказа от разорительных и ненужных правительственных программ", отрицательное отношение ко "всяким попыткам повышения налогов". Во внешнеполитическом разделе платформы не только восхвалялась гонка вооружений, но и содержались установки на ее дальнейшее усиление и на земле, и в космическом пространстве73 .

Получилось так, что Рейган вел кампанию против кандидата демократов У. Мондейла с более умеренных позиций, чем те, которые были зафиксированы в платформе его партии. После конвента он обещал в дальнейшем не покушаться на систему социального страхования, выступил с рядом миротворческих заявлений, предоставив возможность упражняться в антисоветской риторике вице-президенту Дж. Бушу. Темы "сурового реализма" Мондейла, который справедливо доказывал, что плоды циклического подъема не дошли до миллионов малоимущих граждан, и призывал американцев пойти на самопожертвование и согласиться с повышением налогов для борьбы с бюджетным дефицитом, явно не находили своего адресата. 66% опрошенных осенью 1984 г. считали, что дела в стране идут хорошо, а двое против одного полагали, что республиканцы лучше демократов справятся с экономическими проблемами74 . На выборах Рейган получил 59% голосов избирателей.


70 The Election of 1984; Reports and Interpretations. Chatham. 1985, p. 38.

71 Regan D. Op. cit, p. 143.

72 Business Week, 1984, July 16. p. 103.

73 The New York Times, 22.VIII.1984.

74 Time, 1984, September 17, p. 30, September 24, p. 9; Ladd E. On Mandates, Realignment and the 1984. Presidential Election. - Political Science Quarterly, 1985, Spring, p. 8.

стр. 78


В начале второго срока президентства стало очевидно, что идейный баланс "рейганизма" истощился. На первый план, затмив все остальные вопросы, вышла проблема сокращения бюджетного дефицита (государственный долг США в 1986 г. перевалил за 2 триллиона долл.). Законодатели от обеих партий стремились проявить максимальную "финансовую ответственность". Предложенный Рейганом проект бюджета на 1986 финансовый год, где предусматривалось увеличение реальных военных ассигнований на 5,9% при заметном урезании социальных расходов, был буквально растерзан самими республиканцами75 . В итоге уровень финансирования социальных программ снизился незначительно, а военные расходы, с учетом инфляции, стали сокращаться.

Осенью 1985 г. республиканская партия решилась на шаг, на несколько лет вперед определивший рамки политической борьбы. Законопроект Ф. Грэмма - У. Радмэна поставил задачу сбалансировать бюджет к 1991 г., для чего намечались ежегодно "потолки" превышения расходов над доходами (эти "потолки" ежегодно должны были снижаться на 36 млрд. долл). Рейган первоначально не поддержал билль, справедливо опасаясь, что реализация его положений вынудит конгресс прибегнуть к какой-либо форме повышения налогов и сокращению военных программ. Но финансовая реальность оказалась сильнее идеологических установок президента, и он вынужден был смириться с этим. В 1986 г., действуя в соответствии с законом Грэмма - Радмэна, конгресс почти на 30 млрд. долл. сократил запрос Белого дома на военные приготовления и вновь проявил нежелание покушаться на социальные программы76 .

Дискуссии вокруг бюджетного дефицита явно заслонили дебаты по налоговой реформе, которую Рейган называл главной задачей на второе четырехлетие своего президентства. В основе его подхода к этому вопросу лежала давно лелеемая ультраконсерваторами идея замены прогрессивного подоходного налога пропорциональным. Вместо действовавшей шкалы индивидуального подоходного налога (15 ставок от 11 до 50% в зависимости от размера доходов) предлагалось установить всего 3 ставки - 15, 25, 35%. Планировалось минимальные ставки на прибыли корпораций снизить с 46 до 33%, но при этом отменить налоговые скидки на производственные инвестиция монополий и ускоренную амортизацию оборудования. Борьба по налоговым проблемам, продолжавшаяся до осени 1986 г., принесла лишь частичный успех Рейгану, который в конечном счете был вынужден поддержать более либеральный контрбилль, предложенный демократами в конгрессе77 .

Еще одно разочарование президент испытал в связи с итогами промежуточных выборов 1986 г., которые он опрометчиво объявил своеобразным "референдумом" по вопросу о поддержке его политики. Правящая партия потеряла большинство в сенате, причем поражение потерпели наиболее рьяные сторонники администрации. Выборы 1986 г., писал известный комментатор Э. Льюис, "показывают нам, что движение крайне правых, пришедших к власти вместе с Рональдом Рейганом, миновало свой пик и пошло на спад"78 .

Не успели утихнуть страсти вокруг избирательной кампании, как корабль республиканского Белого дома налетел на рифы грандиознейшего политического скандала, окрещенного - по аналогии с "уотергей-


75 U. S. News and World Report, 1985, November 18, p. 59; November 25, p. 24.

76 Weekly Compilation of Presidential Documents, 1985, October 7, pp. 1190 - 1191; Time, 1985, October 21, p. 31 - 32; First Monday, 1985, November/December, p. 5; Newsweek, 1986, January 27, p. 37, February 17, p. 34.

77 Weekly Compilation of Presidential Documents, 1985, October 14, June 3, pp. 703 - 707; U. S. News and World Report, 1986, October 14, p. 28, November 11, p. 38; December 9, p. 28; December 23, p. 20; Time, 1986, May 19, pp. 12 - 14.

78 International Herald Tribune, 7.XI.1986.

стр. 79


том" - "ирангейтом"79 . В начале ноября 1986 г. стало известно, что американское оружие направлялось Ирану для дальнейшего расширения ирано- иракской войны и тайной передачи части его бандам душманов в Афганистане. Средства, выручаемые от торговли оружием, направлялись "контрас", с тем чтобы раздуть пламя необъявленной войны против Никарагуа. Заявления президента, будто афера в Иране была исключительно делом рук нескольких "нечистоплотных" сотрудников правительственного аппарата, действовавших якобы за спиной ничего не ведавшего вашингтонского руководства, явно не удовлетворили американскую общественность. Как стало известно, Рейган санкционировал (сначала через посредников) продажу противотанковых управляемых снарядов и зенитных ракет Ирану, хотя это прямо противоречило закону США о контроле над экспортом оружия. Возглавляемый президентом Совет национальной безопасности также занимался тайным снабжением "контрас" в тот период, когда поддержка их правительством была либо запрещена, либо ограничена конгрессом.

Как же оказалась возможной вся эта афера, как совместить ее с неоднократными заявлениями Рейгана, всегда изображавшего себя ведущим борцом с международным терроризмом и сторонником нейтралитета в ирано-иракском конфликте? Прежде всего "ирангейт" - это плод политики "неоглобализма". Рейган готов был поступиться многими официально провозглашенными принципами, чтобы возродить воздействие США на политику Тегерана. Но развитию "ирангейтских" событий способствовали и некоторые особенности мышления и политического стиля Рейгана. Не вникая серьезно в процесс управления, он действительно мог не знать о многих деталях незаконных операций (в частности, о переводе денег "контрас") и не задумываться об их возможных последствиях. Вероятно, искренним было желание президента добиться освобождения американских заложников, захваченных в Ливане экстремистской проиранской организацией.

Афера "Иран-контрас" высветила не только проблему некомпетентности внешнеполитического руководства, осуществляемого Рейганом, но и обнаружила, что у президента немало противников в среде правящей элиты США, которые без восторга воспринимали его "консервативную революцию" и увидели в "ирангейте" возможность хоть немного прижать рейгановскую "калифорнийскую мафию" и стоявший за нею юго-западный капитал. Под влиянием волны разоблачений "тефлоновый" щит Рейгана дал обильные трещины. "Рейган вступает в седьмой год президентства, имея в своем послужном списке крупнейшие в истории нашей республики дефициты бюджета и внешнеторгового баланса, - подчеркивал Дж. Рестон. - ...Одновременно с этим неправильная политика президента в отношении русских, в Центральной Америке и на Среднем Востоке расколола конгресс и разочаровала союзников. Ему не удалось по-настоящему убедить конгресс в правильности "экономики предложения" и ядерной политики в духе "звездных войн", он просто ослепил народ и запугал конгресс магией своей личной популярности, которую он теперь потерял из-за Ирана"80 .

С первых же дней работы конгресса 100-го созыва в 1987 г. стало очевидно, что демократы захватили политическую инициативу в свои руки. Они тщательно руководили расследованием "ирангейта", бросили вызов Рейгану по множеству вопросов - от помощи "контрас" и контроля над вооружениями до налоговой реформы и помощи бездомным. О шаткости его позиций в Капитолии свидетельствовало принятие законодателями вопреки вето президента ряда важных законопроектов


79 The Tower Commission Report. N. Y. 1987; Report of the Congressional Committees Investigating the Iran-Contra Affair, November 1987. Washington. 1987.

80 International Herald Tribune, 5.III.1987.

стр. 80


(о борьбе против загрязнения вод, о развитии транспортной системы), которые администрация без труда торпедировала в 1986 году. В конгрессе усилилось влияние умеренно либеральной группировки. Призывы ее представителей добиваться снижения международной напряженности были важным, хотя далеко не единственным фактором, заставлявшим администрацию изменить свой подход к проблемам взаимоотношений с СССР.

При рассмотрении эволюции подходов Рейгана к вопросам советско- американских отношений встает прежде всего вопрос о соотношении влияния объективных перемен в мире и изменений во взглядах самого Рейгана. Конечно, он всегда был и до сих пор остается последовательным антикоммунистом. И до начала 80-х годов Рейган полностью отрицал возможность ведения конструктивных переговоров с СССР, в адрес которого еще в ходе избирательной кампании 1980 г. он отпускал в основном такие эпитеты, как "держава монстров", "безбожный коммунизм". Затем последовало объявление "крестового похода" против "империи зла", призванного "оставить марксизм- ленинизм на пепелище истории". Помимо антикоммунистических инстинктов и упорного стремления вести разговор с нашей страной "с позиции силы", большую роль в выборе Рейганом именно такой линии поведения играл явный недостаток у него знаний о Советском Союзе, представления о котором он сформировал еще в 40-е годы. И, судя по рассказам его помощников, президент поначалу не собирался расширять свой кругозор в этом вопросе. Даже несмотря на их частые замечания, Рейган упорно приписывал Ленину цитаты, которые, как всем было известно, ему не принадлежали. Но Рейган затвердил их еще в годы "борьбы с коммунизмом" в Голливуде, и они буквально вошли в его плоть. Кроме того, советско-американскому сближению в начале 80-х годов не всегда благоприятствовала позиция тогдашнего советского руководства.

Первые симптомы отхода Рейгана от однозначно жесткой антисоветской риторики относятся к 1983 - 1984 годам. Подобная переориентация правительства США определялась рядом обстоятельств, как внутриполитических, так и международных. В правящем классе США росло убеждение в бесперспективности количественного наращивания военно- стратегического арсенала, фактически неприменимого в условиях "ядерного тупика". Увеличивалась озабоченность сверхамбициозной военной программой администрации и с точки зрения возможных экономических и социальных последствий ее реализации в полном объеме. Это заставляло Рейгана отказаться от прежних темпов наращивания ассигнований на оборону. Осознание опасных последствий неконтролируемой гонки вооружений все шире распространялось в массовом сознании. В 1984 г. 89% американцев считали, что "в ядерной войне не может быть победителя", 83% называли "бессмысленной" идею ограниченной ядерной войны, 84% выражали негативное отношение к идее создания ядерных вооружений для использования в качестве "козыря" на переговорах с СССР. "Конфронтационный курс вызывает элементарный страх ядерной войны и теряет поддержку внутри страны и со стороны союзников"81 , - доказывал вскоре после окончания избирательной кампании 1984 г. Г. Киссинджер.

Таким образом, поворот к большему реализму во внешнеполитической сфере отражал стремление Рейгана не допустить подрыва собственных политических позиций. Он был также следствием постепенного роста профессионализма администрации, накопления ею опыта в решении международных вопросов. Одной из важнейших причин возобновления и развития советско- американского диалога явилась изменившаяся после апрельского (1985 г.) Пленума ЦК КПСС линия руководства СССР, це-


81 The Washington Post, 20.XI.1984.

стр. 81


леустремленно проводящего в жизнь принципы нового политического мышления с его упором на первоочередное решение общечеловеческих проблем.

Вместе с тем имеются свидетельства, что изменению позиции президента способствовала его супруга. "Она лоббировала в пользу смягчения линии в отношении Советского Союза, сокращения военных расходов и против чрезмерного проталкивания "звездных войн" за счет бедных и неимущих"82 , - отмечал в своих мемуарах М. Дивер. Для Рейгана, откликающегося на личные симпатии порой с большей готовностью, чем на политические импульсы, позиция Нэнси, которая заботилась о месте своего мужа в истории, была очень важна.

О значимости для Рейгана личных контактов свидетельствовали и его встречи с М. С. Горбачевым. Не будет преувеличением сказать, что Генеральный секретарь ЦК КПСС поистине пленил президента. "Михаил Горбачев сам стал любимым учителем Рейгана, - писал журнал "Newsweek". - Во время трех встреч на высшем уровне Горбачев понял, что самый "эффективный путь к взаимопониманию с Рейганом - достижение личного расположения"83 . При всей его нелюбви к чтению Рейган внимательнейшим образом изучил книгу М. С. Горбачева "Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира". Конечно, президент далеко не во всем приветствовал политику перестройки в нашей стране, которая нацелена в первую очередь на упрочение основ социализма, то есть общественно-политической системы, для Рейгана неприемлемой. Но многие ее аспекты - особенно борьба с бюрократией и излишней государственной централизацией - были созвучны настроениям самого Рейгана и понятны ему. Пребывание в Москве, где президент увидел живых людей с их человеческими заботами и радостями, еще больше изменило его представление об СССР, заставило публично отречься от образа "империи зла". Идеи преемственности в практической реализации всего положительного, конструктивного, что было достигнуто в советско-американских отношениях в последние годы, стали лейтмотивом новой встречи в верхах, которая состоялась в декабре 1988 г. в Нью-Йорке.

В то же время Рейган далеко не полностью отказался от своих антисоветских убеждений, от ставки на военную силу. По итогам Московской встречи на высшем уровне 1988 г. М. С. Горбачев подчеркивал: "Мы ведем деловой разговор о сокращении вооружений, о разоружении, говорим о предпочтительности политических решений проблем. А с другой стороны, постоянно слышим, слышали и в этот раз в Москве, и много раз перед отъездом Президента к нам о ставке на силу. Значит, сила, вооруженная сила, военная мощь провозглашаются как главный принцип политики Соединенных Штатов в отношении Советского Союза, да и не только Советского Союза"84 . Поистине символом веры Рейгана оставалась идея милитаризации космоса в рамках программы СОЙ, которая нацелена в конечном счете на слом военно- стратегического паритета между СССР и США.

Годы пребывания Рейгана у власти принесли американскому обществу серьезные изменения. Консервативным силам в 80-е годы удалось захватить инициативу в определении идейно-политической повестки дня в США, сдвинуть вправо параметры дебатов по социально-экономическим вопросам. Но означало ли это отказ от государственно-монополистической идеологий и практики, составлявших стержень правительственной политики со времен "нового курса" Рузвельта? Конечно, нет. Отказ от государственного регулирования объективно нереален на совре-


82 Deaver M. Op. cit., р. 39.

83 Newsweek, 1988, June 6, p. 9.

84 Советско-американская встреча на высшем уровне. Москва 29 мая - 2 июня 1988 г. М. 1988, с. 143.

стр. 82


менном этапе развития капитализма. "Усиление стихийно-рыночного начала в современном капитализме, конечно, не означает возврата к "laissez faire", - подчеркивают советские авторы. - История не повторяется, такой возврат вообще невозможен. Речь идет не столько об уменьшении, сколько об изменении форм государственного вмешательства в экономику"85 . Администрации Рейгана удалось заметно сместить акценты в политике федерального регулирования, добившись увеличения удельного веса военных расходов в федеральном бюджете и относительного сокращения доли социальных программ.

Существенным фактором, ограничивавшим размах рейгановской "консервативной волны" и ставящим под сомнение ее распространение в будущем, явилось то обстоятельство, что правые экономические теории и результаты их претворения в жизнь не принесли США значительных успехов. Да, республиканцы могли поставить себе в заслугу заметный спад инфляции и рост занятости во второй половине 80-х годов. Но вместе с тем астрономический рост бюджетного дефицита и государственного долга, низкие темпы экономического роста, огромное отрицательное сальдо внешнеторгового баланса, низкая норма накопления внутри страны, увеличение числа граждан, находящихся за чертой бедности, свидетельствовали о несостоятельности "рейганомики".

После лекции, которую Рейган прочитал в Московском университете в дни его визита в СССР, один из студентов задал ему вопрос, как он относится к предстоящему расставанию с властью. Объяснив сначала существо 22-й поправки к Конституции США, которая ограничивает пребывание президента на этом посту двумя сроками, Рейган заявил, что считает эту поправку неправильной и после ухода в отставку развернет кампанию за ее отмену. После инагурации нового президента Рейган вернулся на свое обширное (688 акров) ранчо неподалеку от Санта-Барбары в Калифорнии, где его любимыми занятиями всегда были конные прогулки, заготовка дров для камина и починка забора. Много времени займёт у него создание президентской библиотеки- архива в Санта-Барбаре, где будут собраны все документы высшей исполнительной власти за годы его президентства. Ждут от Рейгана и мемуаров. Когда они выйдут в свет и исследователям станут доступны архивные материалы, разговор о Рейгане, человеке и президенте, можно будет вести на более прочном документальном фундаменте.


85 Капитализм на исходе столетия. М. 1987, с. 134.

Orphus

© libmonster.ru

Permanent link to this publication:

https://libmonster.ru/m/articles/view/РОНАЛЬД-РЕЙГАН

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Россия ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://libmonster.ru/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

В. А. НИКОНОВ, РОНАЛЬД РЕЙГАН // Moscow: Russian Libmonster (LIBMONSTER.RU). Updated: 05.10.2019. URL: https://libmonster.ru/m/articles/view/РОНАЛЬД-РЕЙГАН (date of access: 22.10.2019).

Found source (search robot):


Publication author(s) - В. А. НИКОНОВ:

В. А. НИКОНОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
70 views rating
05.10.2019 (17 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ КОЛЧАК
Catalog: История 
8 minutes ago · From Россия Онлайн
НАРОДНИЧЕСТВО В РОССИИ: УТОПИЯ ИЛИ ОТВЕРГНУТЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ
Catalog: Философия 
9 minutes ago · From Россия Онлайн
Блэкджек - самая популярная и самая прибыльная карточная игра. И онлайн, и оффлайн казино почти всегда предлагают эту великолепную игру своим посетителям.
Catalog: Лайфстайл 
5 hours ago · From Россия Онлайн
А. ИВАНОВ. СТО ЛЕТ ТРУДА ФРИУЛОВ В РОССИИ
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн
ЕЩЕ РАЗ ОБ "АКАДЕМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ"
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн
СТАЛИНСКАЯ ШКОЛА ФАЛЬСИФИКАЦИЙ
16 hours ago · From Россия Онлайн
ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ ВСЕСОЮЗНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ "НАРОДНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ ГОРЦЕВ ДАГЕСТАНА И ЧЕЧНИ в 20-50-х годах XIX в."
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн
У ИСТОКОВ ПАГУОШСКОГО ДВИЖЕНИЯ
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн
АЛЕКСАНДР I
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн
ЕЩЕ РАЗ О МАСОНСТВЕ В РОССИИ НАЧАЛА XX ВЕКА
Catalog: История 
16 hours ago · From Россия Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Загрузка...

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
РОНАЛЬД РЕЙГАН
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Russian Libmonster ® All rights reserved.
2014-2019, LIBMONSTER.RU is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Russia


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones