М. Изд-во "Московский рабочий". 1965, 644 стр. Тираж 1000. Цена 2 руб. 40 коп.
Советские историки 20-х годов, изучая по свежим следам события Великого Октября, значительную долю внимания уделили лагерю контрреволюции1 , в первую очередь мелкобуржуазным партиям. По истории этих партий вышли работы А. В. Луначарского, В. Н. Мещерякова, Ю. М. Стеклова, И. Вардина, П. Н. Попова и других авторов2 . Многие из этих работ были подготовлены в соответствии с постановлениями Оргбюро ЦК РКП(б), которое 12 декабря 1921 г. утвердило план выпуска серии специальных брошюр и поручило агитпропотделу ЦК "разработать в недельный срок вопрос об издании литературы для молодежи о меньшевиках и эсерах, обратив внимание на историю развития этих партий"3 . Предусматривалось издание книг: "Кто такие меньшевики", "Меньшевики в революции 1905 года", "Меньшевики и Октябрьская революция", "Народники и марксисты", "Левые эсеры", "Возникновение партии социалистов-революционеров и ее развитие до 1917 г.", "Эсеры у власти", "Вожди эсеров" - с привлечением в качестве авторов Е. М. Ярославского, В. В. Адоратского, П. Н. Лепешинского, Ю. М. Стеклова, В. Н. Мещерякова и других. В мае 1922 г. Оргбюро приняло решение подготовить семь книг по истории России, в том числе книгу И. Вардина "Буржуазные и мелкобуржуазные партии в русской революции"4 .
Позднее, однако, в кругах советских историков утвердилось мнение, что история контрреволюции не заслуживает внимания как предмет исследования, и изучение деятельности буржуазных и мелкобуржуазных партий прекратилось. Вопрос о них освещался лишь попутно в работах по истории КПСС, в связи с рассмотрением борьбы большевиков против этих партий. Между тем программа, тактика, политика буржуазных и мелкобуржуазных партий, процесс их эволюции и ее причины требуют самостоятельного анализа: такой анализ помогает разобраться во многих явлениях современного мирового революционного процесса, правильно определить тактику рабочего класса и марксистско- ленинских партий по отношению к непролетарским слоям и их политическим группировкам. Естественно поэтому, что интерес советских исследователей к истории буржуазных и мелкобуржуазных партий вновь начал активно проявляться, свидетельством чему служит выход в свет ряда работ5 , в том числе и книги В. В. Комина (Калининский педагогический институт).
От предшествующих работ ее отличает прежде всего попытка рассмотреть не историю какой-либо одной партии или ее отношения к какой-либо одной проблеме, а нарисовать общую картину положения и деятельности буржуазных и мелкобуржуазных партий с февраля 1917 по январь 1918 г., что автору в целом удалось. В книге освещен ряд вопросов, прежде слабо изученных в исторической литературе. Обстоятельно исследуется, например, деятельность Временного комитета Государственной думы, формирование Временного правительства, рассматривается, что конкретно скрывается за формулировкой о добровольной сдаче ему власти меньшевиками и эсерами. Специальный параграф посвящен партии народных социалистов, о которой (в отличие от меньшевиков, эсеров и кадетов) по-
1 М. Н. Покровский. Контрреволюция за четыре года. М. 1922; В. Владимирова. Год службы "социалистов" капиталистам. Очерки из истории контрреволюции в 1918 г. М. -Л. 1927; И. Вардин. Политические партии и русская революция. "Красная новь", 1922; П. Лисовский. На службе капитала. Эсеро-меньшевистская контрреволюция. Л. 1928; И. Майский. Демократическая контрреволюция. М. 1923, и др.
2 И. Вардин. Революция и меньшевизм. М. 1925; П. Н. Попов. Мелкобуржуазные антисоветские партии. М. 1924, и. др.
3 ЦПА ИМЛ, ф. 274, оп. 60, д. 45, лл. 75 - 76.
4 Там же, л. 76; д. 88, л. 30; ф. 17, оп. 60, д. 88, л. 28.
5 И. Я. Трифонов. Конец мелкобуржуазных партий меньшевиков и эсеров. "Ученые записки" Ленинградского государственного университета. N 258. 1959; П. П. Никишов. Из истории краха левых эсеров в Туркестане. Фрунзе. 1965; Е. Г. Гимпельсон. Из истории образования однопартийной системы в СССР. "Вопросы истории", 1965, N 11; Р. М. Илюхина. К вопросу о соглашении большевиков с левыми эсерами (октябрь 1917 - февраль 1918 г.). "Исторические записки". N 73. 1963, и др.
чти никогда и ничего не писалось; приводятся сведения о радикально-демократической партии, о которой столь мало известно читателю.
Страницы, касающиеся буржуазных партий, особенно кадетов, по своему исполнению лучшие в книге. Можно отметить, в частности, интересное освещение связей кадетов с Корниловым. Немало приведено в монографии малоизвестных фактов и свидетельств. Менее удачно, однако, изложена история мелкобуржуазных партий, в первую очередь эсеров, полная противоречий и колебаний, частых перемен позиций, свидетельствующих, по сути дела, о перманентном кризисе, который они претерпевали. Возможно, проскальзывающая порою поверхностность объясняется стремлением В. В. Комина представить как можно шире панораму событий. Но это приводит автора подчас к спорным выводам. В какой-то степени это, видимо, есть следствие и подбора тех источников, которыми пользовался В. В. Комин.
Внимание автора сосредоточено на деятельности центральных органов партий. Он не касается позиций местных организаций, почти не использует их материалы. Только в одном-двух случаях им приводятся документы о позиции меньшевистских организаций Златоуста, Красноярска и Москвы. Но в отличие от кадетов, в силу своей социальной однородности целиком стоявших на позициях контрреволюции, меньшевики и эсеры почти никогда не проявляли единства ни по одному крупному вопросу. Их местные организации нередко стояли и левее и правее своего ЦК. Одни требовали от него более энергичной борьбы с большевиками; другие настаивали на более решительной поддержке их и разрыве коалиции с кадетами. В. В. Комин говорит лишь о расхождениях внутри ЦК партии эсеров, в то время как решающее влияние на политику партии эсеров оказывали нередко не споры между членами ЦК, а отношение к сложившемуся положению вещей местных организаций. Опираясь на одни только материалы ЦК, автор приходит к выводу, что между февралем и июлем 1917 г. разногласия в партии эсеров выражались лишь в зарождении течений - правого, левого и центра (стр. 383), в то время как в действительности это зарождение, приведшее позднее к кризису партии, произошло гораздо раньше. Так, ровно за два года до Февральской революции, на Лондонской конференции социалистов стран Антанты, делегацией эсеров были оглашены две различные декларации: одна - в поддержку войны, другая - с резким ее осуждением6 . То, что это было расхождение не только в "верхах" партии и что из него вытекали определенные практические действия, видно из двойственного отношения эсеров в годы войны к Военно-промышленному комитету. Заметим также, что рабочую группу Центрального ВПК автор рассматривает лишь как легальный центр меньшевиков (стр. 65), тогда как идея ее создания встретила поддержку и со стороны ЦК эсеров. В то же время на Путиловском заводе в Петрограде было заключено соглашение между большевиками, эсерами-интернационалистами и межрайонцами о совместном выступлении на собрании выборщиков ВПК против участия рабочих в этой буржуазной затее7 .
В. В. Комин, определяя время начала сотрудничества мелкобуржуазных партий, утверждает, что основа для "единства действий меньшевиков всех направлений с народническими партиями и группами" закладывалась в первые дни Февральской революции (стр. 107 - 108). Между тем блок стал складываться раньше, и этому содействовало, в частности, "оборончество". В. И. Ленин еще в сентябре 1915 г. подчеркивал, что в России имеются два основных революционных течения: революционеры-шовинисты и революционеры - пролетарские интернационалисты8 . То же следует сказать о сотрудничестве мелкобуржуазных партий с буржуазией. Автор считает, что оно ведет начало с апреля 1917 г., со вступления министров-"социалистов" в состав Временного правительства (стр. 428). Однако фактически его следует отсчитывать с момента провозглашения мелкобуржуазными партиями "гражданского мира" во имя победы в империалистической войне. Таким образом, меньшевики и эсеры вступили в Февральскую революцию уже готовыми социал- соглашателями.
Помимо общей социал-шовинистской платформы, основой для сотрудничества меньшевиков и эсеров служила и общность их программных установок. Хотелось бы увидеть разбор программ этих партий, отношения данных партий к своим программам на различных этапах революции и попыткам эсеро-меньшевистских лидеров теоретически обосновать ими свою повсе-
6 К. В. Гусев. Крах мелкобуржуазных партий в СССР. М. 1966, стр. 17.
7 ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 5, д. 618, л. 3.
8 См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 49, стр. 151.
дневную политику. В книге, например, указывается, что меньшевики считали буржуазию гегемоном буржуазно-демократической революции и поэтому выступали против Советов как органов власти рабочих и солдат, не пользовавшихся доверием буржуазии (стр. 274). Но автор не говорит о том, чем обосновывали "невозможность" власти Советов эсеры. Между тем эсеры исходили из созданной ими теории надклассового "народовластия", фактически исключавшей классовую борьбу, и заявляли, что "в революционный переходный период... регулирование государственной жизни достигается путем соглашения между органами, выражающими волю отдельных классов и групп населения"; поэтому и Советы, в которых буржуазия не представлена, не могли являться, по их мнению, органами власти, а должны были "служить политической организацией рабочего класса, временной формой единой социалистической партии"9 .
Трудно согласиться с репликой В. В. Комина, что в мае 1917 г. наметилась лишь линия отхода эсеров от своей аграрной программы. В тезисах по аграрному вопросу III съезда партии эсеров прямо указывалось, что немедленный захват земли знаменует собой разрыв с буржуазией и поэтому крестьянское движение надо направить в такие формы, которые не отрицали бы основ современного буржуазного общества10 . Это был отказ от программы, правда, пока еще завуалированный. Публично он прозвучал осенью 1917 г., когда был обнародован законопроект Маслова11 . Вопрос о программах важен потому, что "грехопадение" мелкобуржуазных партий стало результатом не какого-то стечения обстоятельств или злой воли кого-то из руководителей: оно во многом объяснялось и внутренне противоречивыми программными установками. Как отмечал В. И. Ленин, вред, наносимый делу социализма этими партиями, надо объяснять не ошибками тех или иных деятелей, а, наоборот, эти ошибки следует считать "неизбежным результатом фальшивой программной и политической позиции" данных партий12 .
Во введении говорится, что выступления меньшевиков и эсеров против Советской власти после роспуска Учредительного собрания "не являлись уже отражением деятельности организованных сил этих партий... Это уже были группы обреченных заговорщиков" (стр. 15). В замыкающей книгу главе утверждается, что к концу ноября - началу декабря 1917 г. от партии эсеров "осталась небольшая группка политических банкротов... Почти вся масса ее рядовых членов за несколько месяцев после июльских событий перешла на сторону большевиков. Некоторая часть ее, идя по пути влево, задержалась в новой партии левых эсеров. Но... прошло несколько недель и крестьянские массы оставили также и левых эсеров, полностью перейдя на сторону большевиков" (стр. 572). Наконец, в заключение делается вывод: после роспуска Учредительного собрания "мелкобуржуазная контрреволюция - правые эсеры и меньшевики также были лишены своей социальной опоры и не могли уже угрожать существованию диктатуры пролетариата"; угрозы со стороны внутренней контрреволюции в начале 1918 г. для Советской власти были уже не страшны, хотя некоторыми возможностями контрреволюция еще обладала, так как в советских органах "продолжали еще играть известную роль левые эсеры" (стр. 633 - 634). Здесь В. В. Комин упрощает вопрос, преуменьшая сложность борьбы с мелкобуржуазными партиями. Вправе ли автор говорить, что в то время левые эсеры оставались уже генералами без армии, если в апреле 1918 г. в этой партии насчитывалось около 80 тыс. членов, а на V съезде Советов левые эсеры составляли 25% делегатов? Можно ли писать, что эсеры и меньшевики уже с января 1918 г. не представляли никакой опасности, если в 1918 г. налицо были Самарская учредилка и Уфимская директория, покушения на вождей революции, Ижевское восстание, меньшевистское правительство в Грузии? Правильно ли утверждать, что эсеры были лишены своей социальной опоры, если вспомнить, что до весны 1918 г. Советская власть не приступала даже к частичной экспроприации кулачества? Наконец, не были еще полностью преодолены и колебания мелкобуржуазной массы, которая, как указывал В. И. Ленин, только после продолжительного периода тяжелой борьбы и мучительных испытаний, после уроков колчаковщины, после сравнения диктатуры пролетариата с диктатурой капиталистов пришла к выводу, что пер-
9 ЦПА ИМЛ, ф. 274, оп. 1, д. 1, лл. 10 - 11.
10 Там же, д. 14, л. 92.
11 См. также: В. В. Гармиза. Как эсеры изменили своей аграрной программе. "Вопросы истории", 1965, N 7.
12 В. И. Ленин. ПСС. Т. 7, стр. 352.
вая лучше последней13 . Если бы в январе 1918 г. у партии эсеров не оставалось рядовых членов и никто не шел за мелкобуржуазными партиями, то большевикам незачем было бы, вести переговоры в Уфе и Томске, заключать соглашения с боротьбистами на Украине и т. п. Даже когда началась иностранная интервенция и белогвардейская диктатура, то и тогда еще не была окончена борьба с мелкобуржуазными партиями, особенно с эсерами. Они вновь вышли на авансцену в конце гражданской войны и при переходе к нэпу. Используя противоречия "военного коммунизма", они организовали ряд антисоветских выступлений вроде "антоновщины" и Кронштадтского мятежа. Борьба с остатками мелкобуржуазных партий носила длительный и упорный характер. Напомним, что вопрос об антисоветских партиях и течениях рассматривался в 1922 г. на XII Всероссийской конференции РКП(б). Таким образом, не следует отождествлять политическое банкротство, которое потерпели мелкобуржуазные партии в рассматриваемый период, с их реальной гибелью. В. В. Комин не поставил, к сожалению, проблемы численности мелкобуржуазных партий и степени их влияния. А это хотелось бы увидеть прежде всего потому, что автор больше всего пишет о меньшевиках. Между тем гораздо влиятельнее и активнее была эсеровская партия.
Несколько слов об отношении автора к работам своих предшественников.
В. В. Комин много внимания уделил зарубежной литературе, и в этом - положительная черта его исследования. Но из советских работ им названы только книги В. Владимировой, статья И. И. Минца, монографии О. Н. Чаадаевой и П. В. Волобуева (работы А. В. Луначарского, М. Н. Покровского, Е. М. Ярославского даже не упомянуты). Тем не менее автор счел возможным дать такую характеристику всем вышедшим ранее трудам: "Вся существующая иностранная и отечественная литература (за исключением работ В. Владимировой и И. И. Минца) о деятельности контрреволюционных сил в нашей стране страдает почти полным отсутствием документальных материалов. Все работы писались, как правило, на основе мемуаров, воспоминаний и отрывочных сведений сомнительной достоверности, исходивших от буржуазных и мелкобуржуазных эмигрантов..." (стр. 15). Трудно поверить, что А. В. Луначарский, М. Н. Покровский и другие крупные деятели нашей партии и науки опирались лишь на источники "сомнительной достоверности" или что М. Н. Покровский и Н. В. Крыленко, выступавшие обвинителями на процессе эсеров, не основывались на фактах и документах. В целом эта книга, результат большой работы, является определенным вкладом в дальнейшее исследование сложной и малоизученной темы. Следует надеяться, что по этой теме появятся в свет новые книги и статьи, в том числе принадлежащие перу В. В. Комина.
13 См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 40, стр. 17.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
 |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
|
Либмонстр Россия ® Все права защищены.
2014-2026, LIBMONSTER.RU - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие России |
|
Россия
Беларусь
Украина
Казахстан
Молдова
Таджикистан
Эстония
Россия-2
Беларусь-2
США-Великобритания
Швеция
Сербия
