Ференц Мюнних, Председатель Венгерского Революционного Рабоче-Крестьянского Правительства

21 марта 1919 г. венгерский рабочий класс взял власть в свои руки и провозгласил Венгерскую Советскую Республику. Эта историческая победа, подготовленная объективными условиями и всей агитационной, пропагандистской и организаторской работой Коммунистической партии Венгрии, была достигнута под непосредственным влиянием Великой Октябрьской социалистической революции.

С первого дня существования Венгерская Советская Республика заключила союз с Российской Советской Федеративной Социалистической Республикой. Молодое Советское государство, героически боровшееся тогда против армий 14 империалистических держав и банд внутренней контрреволюции, помогло Венгерской Республике не только морально, но и своими военными действиями. Весть о том, что советские войска, вынудив к отступлению на территории Галиции и Бессарабии румынскую армию, приближаются к венгерским границам, воодушевила трудящихся Венгерской Советской Республики, ее Красную Армию и укрепила в них веру в будущее. Орган Венгерской Красной Армии газета "Voros Katona" писала: "Мы не одиноки в этой борьбе. Русская Красная Армия начала всеобщее наступление в Галиции и Бессарабии, и на этом участке фронта румынские войска в панике бегут" ¹ .

Горячий отклик среди трудящихся венгров встретила телеграмма В. И. Ленина от 13 мая 1919 г.: "Привет крепнущей Красной Армии венгерских рабочих и крестьян. Зверский мир Антанты усилит везде сочувствие к Советской власти. Вчера украинские войска, победив румын, перешли Днестр" ² .

16 мая 1919 г. "Правда" в передовой статье отмечала: "Красная Армия Советской России наступает на врагов Советской Венгрии. Она уже освободила от гнета румынских помещиков Бессарабию и теперь, перейдя через Днестр у Тирасполя, теснит румынские войска с востока... Русская Красная Армия на Румынском фронте должна использовать тот благоприятный оборот, который создан остановкой румынских войск и отступлением чехословацких в Венгрии. Она должна самым энергичным образом продолжать начатое наступление, помня, что этим она защищает не только Россию, но и единственного пока социалистического ее союзника - Красную Венгрию".

Румынское командование с целью усиления бессарабской армии вынуждено было в это время отвести свои войска с линии Тисы. Относительная пассивность румынской армии во время наступления чешских войск против Венгерской Красной Армии в значительной мере объяснялась военными действиями советских войск.

Позже из-за временного успешного продвижения в России контрре-

¹ "Vords Katona", 22 апреля 1919 года.

² В. И. Ленин. Соч. Т. 36, стр. 468.

волюционной армии Деникина на Орловско-Тульском направлении положение изменилось: румыны получили вновь возможность бросить значительную часть бессарабских войск в район Тисы.

У Венгерской Советской Республики, кроме Советской России, были и другие союзники. В контрреволюционных армиях, угрожавших стране, росло недовольство затянувшейся войной и несправедливым империалистическим походом против Венгерской Советской Республики.

Газета "Voros Ujsag" сообщала о том, что в Уйсегеде 11 апреля часть сербских солдат провозгласила здравицу в честь пролетарской диктатуры, бросила оружие и перешла Тису ³ . На другой день в Сегеде солдаты югославских отрядов сложили из своих ружей костер и вместе с венграми демонстрировали на улицах, распевая революционные песни; они заявили, что не хотят больше сражаться, что желают последовать примеру венгерского пролетариата. Трудящиеся и солдаты Сербско-Хорватско-Словенского государства ненавидели войска французских империалистов, оккупировавших их страну и совершавших насилия над местным населением. Французские солдаты в своей массе также хотели вернуться домой. Однажды в Загребе патрули колониальных частей французской армии вступили ночью в перестрелку с патрулями югославской армии. Французские офицеры не осмеливались близко подходить к солдатам, многие из которых прятали у себя красные повязки. В первые недели пролетарской диктатуры в Венгрии французский батальон в полном составе сдался у Серега небольшой артиллерийской части Венгерской Красной Армии. Освободительные идеи Октябрьской революции глубоко подрывали боевой дух буржуазных армий и осложняли осуществление агрессивных планов империалистов.

Значительную помощь Венгерской Советской Республике и ее Красной Армии оказала героическая борьба Коммунистической партии Германии против объединившейся с контрреволюцией предательской социал-демократии и офицерских банд Носке. Важными воодушевляющими факторами были также образование Баварской Советской Республики и борьба австрийского пролетариата против правительства Реннера - Бауэра, защищавшего интересы крупных капиталистов.

Но по вине социал-демократических партий, изменивших делу рабочего класса, в начале лета 1919 г. начался спад революционной волны. Это обстоятельство оказало влияние и на борьбу революционного народа Венгрии. Неудача международной стачки солидарности 21 июля в защиту Венгерской Советской Республики была уже предвестницей краха. Этой стачке помешали изменники рабочего класса - лидеры социал-демократических партий.

Борьба Венгерской Советской Республики и ее Красной Армии являлась органической частью той великой битвы, которую вели рабочий класс России и международный пролетариат против империализма и капиталистического гнета. Венгерская Красная Армия была армией пролетарского интернационализма, она была оружием того нового патриотизма, в котором сочеталась любовь трудящихся венгров к своей Родине с их преданностью первому социалистическом}' государству, нашему верному союзнику. Этот патриотизм связывал воедино нашу борьбу с освободительной борьбой пролетариев и угнетенных трудящихся других стран.

ФОРМИРОВАНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ И ЕЕ ПЕРВЫЕ БОИ

Военное положение Венгерской Советской Республики уже в самом начале было чрезвычайно тяжелым. Стране угрожали готовившиеся к нападению войска империалистов: на севере и северо-востоке - чехословацкие войска, на востоке и юго-востоке - румынская и балканская армии

³ "Voros Ujsag", 15 апреля 1919 года.

Франше д'Эспере, а на юге - войска Сербско-Хорватско-Словенского государства. Лишь на западных границах не было непосредственной военной угрозы, ибо вследствие сопротивления австрийского пролетариата социал-демократическое правительство Австрии не могло отважиться на активные действия. Правда, с тем большей готовностью оно предоставляло убежище различным комитетам бежавших из Венгрии контрреволюционеров и шпионским организациям Антанты. Чтобы представить сложность создавшегося положения, достаточно указать, что на севере чехословацкая армия находилась в 45 км от Будапешта - политического и военно-промышленного центра Республики - и лишь в нескольких километрах от Шалготарьяна - единственного тогда значительного угольного бассейна страны.

В этой ситуации создание классовой армии пролетариата являлось жизненной необходимостью. В день провозглашения пролетарской диктатуры на демаркационных линиях - временных границах страны - расположились войска, составленные главным образом из остатков старой армии. Командирами этих войск были реакционные офицеры. Ясно, что защиту нового, пролетарского государства нельзя было доверить подобным вооруженным силам.

Группа коммунистов - членов объединенной партии под руководством Тибора Самуэли подготовила строевой устав Венгерской Красной Армии по образцу организационной структуры армии Советской России. По инициативе этой группы 25 марта Революционный Правительственный Совет издал указ об образовании Венгерской Красной Армии. Указ устанавливал, что Красная Армия должна состоять в первую очередь из организованных рабочих, а также из пролетариев-солдат из состава старой армии, ибо только таким образом может быть создана классовая армия пролетариата. Указ вменял в обязанность солдатам "защиту интересов революционного пролетариата от всех внутренних и внешних врагов и освобождение мирового пролетариата". Командиров, начиная с ротных и выше, назначал Народный комиссариат по военным делам. В соответствии с указом доверенные лица профорганизаций являлись одновременно командирами взводов. Отделения же сами выбирали своих командиров. Устанавливалось, что командиры должны назначаться из числа рабочих. Однако это требование удавалось осуществлять лишь в исключительных случаях.

Народный комиссариат внутренних дел принял постановление о создании Красной Охраны в целях поддержания внутреннего порядка.

6 апреля 1919 г. Народный комиссариат по военным делам издал приказ об использовании кадровых офицеров, об образовании интернациональных полков из добровольцев-военнопленных, главным образом русских. Инициаторами создания интернациональных отрядов явились сами военнопленные, которых в то время оставалось в Венгрии все еще много. Русские военнопленные (подобно венграм, находившимся в России), проявляя солидарность, добровольно вступали в интернациональные соединения. 30 марта в университетском городке "Гоявар" состоялось собрание, на котором было зачитано обращение Венгерского революционного правительства к русским военнопленным. В нем говорилось: "Военнопленные! Вы пережили все ужасы империалистической войны, испытали на себе гнет русской и венгерской буржуазии. Всеми силами поддерживайте молодую Венгерскую Советскую Республику. Враги уже объединились против венгерского и русского пролетариата. Место каждого русского и венгерского рабочего и крестьянина - в Красной Армии. Находящиеся в России венгерские пролетарии включились в борьбу, которую ведут там революционные массы. Вставайте на защиту венгерского пролетариата! Венгерские и русские рабочие борются за общие интересы всех пролетариев".

Обращение было встречено с огромным энтузиазмом. Выступивший

на собрании Мозеш Габор от имени 1-го Интернационального полка приветствовал присутствовавших и призвал их последовать примеру русских товарищей, составивших IV батальон этого полка. Затем выступили многие русские военнопленные, горячо поддержавшие обращение. От имени Революционного Правительственного Совета собравшихся приветствовал заместитель народного комиссара по военным делам Тибор Самуэли. "Мы, - сказал он, - не хотели возвращаться из России на Родину до тех пор, пока не была гарантирована власть рабочих от посягательств капиталистов. Мы хотели защищать русский пролетариат. Венгерский пролетариат также взял власть в свои руки. Я обращаюсь к вам с просьбой поддержать нас, ибо вскоре наступит время, когда объединится пролетариат всего мира".

Русские военнопленные большими группами приходили на мобилизационные пункты интернациональных отрядов. Они героически сражались в рядах Венгерской Красной Армии, с честью выполняя свой интернациональный пролетарский долг. Немало боевых подвигов совершили русские товарищи, но особенно выдающуюся роль они сыграли при взятии Лошонца 30 мая, в боях у Зойома, продолжавшихся с 10 до 12 июня, а также при форсировании Тисы во время июльского наступления в 1919 году.

Социалистическая революция в Венгрии оказала громадное влияние на пролетариат соседней Австрии. Уже в первые недели на границе 60 австрийских солдат через представителей предложили свои услуги Венгерской Советской Республике. Они привезли с собой 18 пулеметов.

Солдатские Советы Венской народной милиции обсуждали в Доме железнодорожников вопрос об оказании помощи венгерской революции. Целые батальоны выходили из австрийского "фольксвера", чтобы встать на сторону Венгерской Красной Армии. Уже в начале апреля 1919 г. почти 300 человек из состава "фольксвера" направились в Венгрию. На венском Восточном вокзале собралось около тысячи человек. Так как поезда были переполнены, многие пешком отправились в Брук на Лейте. 3 апреля 1919 г. специальным поездом на будапештский Восточный вокзал прибыли 1200 австрийских добровольцев, где их встретил почетный караул 1-го Интернационального полка.

Австрийские пролетарии были мужественными борцами социалистической революции. На Восточном фронте они принимали участие в боях в районе Хайдусобосло. Здесь, сражаясь за великое дело социализма, погиб их руководитель Игнац Ротцигель. В Красную Армию вступали также пролетарии из других соседних государств: сербы, хорваты, румыны, словаки.

О высокой революционной сознательности и героизме солдат интернациональных частей свидетельствует письмо австрийца Антона Энгелья: "Дорогие родители! Когда вы получите это письмо, меня уже не будет в живых. Не плачьте, не печальтесь. Я пал за правое дело, за освобождение веками эксплуатируемых и гонимых пролетариев. Можно надеяться, что очень скоро победа будет за нами. Смело и гордо смотрю я в лицо смерти... Мы, как учил наш руководитель товарищ Ротцигель, с оружием в руках будем бороться до победы мировой социальной революции... Зейц и Реннер (австрийские правые социал-демократические руководители. - Ф. М. ) - большие подлецы, ведь они за чечевичную похлебку продают права и свободу эксплуатируемых пролетариев. Но наступит день, когда и над моей Родиной засияет солнце свободы".

Такими были солдаты Красной Армии - венгры, русские, австрийцы и представители других народностей. С безграничной верой в свое правое дело боролись они за свободу пролетариата и всех трудящихся, за грядущую победу социализма и коммунизма.

В защите Венгерской Советской Республики приняли участие также освобожденные пролетарской революцией национальности. По инициативе масс Народный комиссариат по делам закарпатских украинцев 9 апреля

1919 г. издал указ о создании Красной Гвардии закарпатских украинцев. Однако, несмотря на большое количество желающих, самостоятельные русинские соединения так и не удалось сформировать, ибо вскоре Закарпатская Украина была оккупирована. Все же большое количество закарпатских украинцев сражалось в частях Венгерской Красной Армии.

Притягательная сила венгерской пролетарской революции была такова, что многие трудящиеся оккупированных империалистическими войсками областей с риском для жизни переходили вражеские кордоны, чтобы встать в ряды Красной Армии Венгерской Советской Республики. Так поступили шахтеры Печского угольного бассейна, находившегося в то время в условиях сербской оккупации. Более половины их перебралось через демаркационную линию Республики и самоотверженно сражалось на различных фронтах. Венгерские капиталисты, сотрудничая с империалистическими оккупантами, выбрасывали на улицу беззащитные семьи шахтеров-красноармейцев, но даже этой подлой местью им не удалось подорвать боевую силу сознательных пролетариев.

Важное значение в обороне Советской Республики имел Союз рабочей молодежи, ставший помощником и резервом партии. В значительной мере благодаря агитации, проводимой революционной молодежью, подавляющая часть вооруженных сил в марте 1919 г., да и раньше прислушивалась к голосу КПВ. Члены Союза рабочей молодежи активно участвовали в организации Красной Армии. В боях они показывали примеры личной храбрости и отваги, коллективного героизма и воинской инициативы.

В защите Советской Республики приняли участие и женщины. 12 апреля 1919 г. в Будапеште состоялся многолюдный митинг женщин, на котором они требовали, чтобы и им было дано место в оборонной работе, в рядах действующей армии. Многие женщины самоотверженно трудились на предприятиях, в армейских госпиталях, в медицинских пунктах. Движение распространилось и в провинции. В Секешфехерваре, например, 80 женщин и девушек попросили принять их в Красную Армию.

7 и 8 апреля Народный комиссариат по военным делам издал приказ о реорганизации дивизионной артиллерии и авиационных соединений, а 10 апреля - приказ о сформировании железнодорожного полка. В интересах укрепления армии Революционный Правительственный Совет вынес решение об образовании курсов по подготовке пролетарских командиров. Осуществлению этого, правда, мешало тяжелое военное положение Республики. Тем не менее игнорирование подготовки пролетарских командиров даже и в тогдашних условиях надо считать серьезной ошибкой. Необходимо было на краткосрочных курсах подготовить по меньшей мере несколько сот пролетарских командиров. Находясь во главе рот и батальонов, они могли бы стать сильным препятствием для контрреволюционной, подрывной деятельности кадровых офицеров. 18 апреля Правительственный Совет принял постановление о том, чтобы и младшие командиры назначались (до этого они выбирались). Правительственный Совет учредил также Институт политических комиссаров. 3 мая была сформирована морская бригада, выполнявшая главным образом карательные функции.

Дальнейшее развитие военных событий показало, однако, что все эти меры были недостаточно эффективны, к тому же они медленно осуществлялись. Тогда Правительственный Совет решил 19 апреля 1919 г. призвать к оружию весь пролетариат. В тот же день на пленарном заседании Будапештского Совета рабочих и солдатских депутатов было принято предложение коммунистов об отправке половины членов Рабочих Советов, а также народных комиссаров на фронт для поднятия боевого духа войск. Началось массовое вступление рабочих в Красную Армию. Только из солдат, мобилизованных в 1-й, 29-й, 69-й и в Красный чепельский полки, в Будапеште можно было создать до 31 мая 16 новых пролетарских батальонов.

19 апреля Правительственный Совет издал приказ о формировании

Будапештской Красной дивизии металлистов. Главной задачей данного соединения, сформированного исключительно из рабочих, была защита сердца Республики - Будапешта, обеспечение его безопасности.

На этом закончился первый этап создания Красной Армии.

Образование Венгерской Советской Республики привело в замешательство империалистов. Социалистическая революция, диктатура пролетариата, Советская власть стали реальной действительностью и в Венгрии. Империалисты направили в Венгрию английского генерала Смэтса, чтобы он информировал их о положении в Республике. Одновременно осуществлялась строжайшая экономическая блокада страны, экспроприировавшей капиталистов. Используя все имевшиеся в их распоряжении средства, империалисты подготовили и начали вскоре вооруженную интервенцию против революционной Венгрии. 16 апреля войска румынской буржуазии начали наступление на всем протяжении Восточного фронта.

Вооруженные силы Венгерской Республики в этот период даже в организационном отношении не были подготовлены к военным действиям, охватившим такой широкий фронт. В первые недели существования пролетарской диктатуры руководство всеми военными делами осуществлял Народный комиссариат по военным делам. Структурно он состоял из главной группы по военным действиям и главной группы по организации. В задачу первой входило выполнение функций главного командования и генерального штаба действующей армии. Вторая ведала формированием войск, их материальным снабжением, обеспечением техникой и артиллерией.

Однако вследствие многих причин Народный комиссариат по военным делам оказался непригодным для решения вопросов руководства военными действиями. Главной группе по военным действиям, помимо выполнения своих непосредственных обязанностей, приходилось заниматься и другими делами. Она находилась далеко от театра военных действий, была плохо связана с войсками. Между воинскими частями на фронте отсутствовала постоянная связь. Построение действующей армии не позволяло осуществлять операции широкого масштаба. Основу организационной структуры составляли бригадные группы, оставшиеся еще со времени правительства Карольи. Каждая бригадная группа должна была включать пехотный полк в составе трех батальонов, трех пулеметных взводов, технической роты, взвода пехотных орудий, телеграфного взвода и артиллерийский полк с четырьмя легкими орудиями калибром 75 миллиметров и таким же количеством 80-миллиметровых полевых орудий, восемью 100-миллиметровыми полевыми гаубицами, двумя 150-миллиметровыми тяжелыми гаубицами. Однако данная структура нигде не соблюдалась, так что дивизии, в которые входило по три бригадных группы, имели разную численность и состав и резко отличались друг от друга по боеспособности. К тому же дивизии и самостоятельные бригады, действуя независимо от соседних соединений, не заботились о связи с ними. Каждое соединение получало приказы непосредственно от главной группы; туда же оно отправляло, в свою очередь, донесения. При таком порядке дела централизованное руководство оказывалось медлительным и неуверенным. К тому времени, когда приказы главной группы доходили до войск, обстановка обычно менялась настолько, что им приходилось действовать на собственный страх и риск. Предпринимая неожиданные передвижения, отдельные части нередко ставили своих соседей в критическое положение и, нарушив взаимодействие, сами, таким образом, могли осуществлять лишь частичные операции. Слабая дисциплина в войсках, отсутствие четкого, твердого центрального руководства позволяли командирам из реакционных офицеров произвольно отдавать распоряжения об отступлении. Как правило, за необоснованные отступления ни один командир не был привлечен центральным руководством к ответственности.

Первое время действия противника - начатое им 16 апреля наступ-

ление - были облегчены прежде всего тем, что Красная Армия проходила тогда стадию организации. Дивизии Республики не имели в своем непосредственном распоряжении артиллерии, кавалерии. Плохо налаженная связь мешала оперативному использованию резервов, которые в необходимых случаях можно было бы ввести в бой.

Наступление противника обнажило недостатки Красной Армии. Необходимо было немедленно и коренным образом улучшить ее организацию и укрепить руководство. Имелось также много трудностей материального характера. Было мало оружия и военных материалов. Народный комиссариат по военным делам выдал, например, 21 апреля каждой дивизии по восьми 90-миллиметровых минометов, но прицельные приспособления имели только четыре миномета из восьми. Не хватало лошадей для конных соединений, хотя вследствие топографических особенностей театра военных действий сильная конница могла бы иметь решающее значение.

О политическом руководстве войсками еще не было и речи. Политические комиссары прибыли в армию лишь к концу апреля, и, таким образом, до этого времени она полностью находилась в руках командиров, среди которых было немало реакционеров. Характерно, например, что одним из комиссаров 6-й дивизии тогда являлся капитан королевской гвардии Апт Альбин. Реакционные офицеры сеяли в войсках панические слухи и прибегали к всевозможным формам деморализации. Они старались изобразить общее положение хуже, чем оно было в действительности, говорили о бесперспективности борьбы, чтобы подорвать боевой дух и стойкость солдат. Положение осложнялось еще и тем, что на большом участке румынского фронта стояли секлерские войска, реакционный командир которых, полковник Кратохвил, ожидал лишь удобного момента, чтобы сдаться противнику и напасть на Республику с тыла. Уже 6 апреля он вел переговоры с французским и румынским командованием. Изменник Родины Кратохвил первым отдал приказ об отступлении.

Это предательство было тем более тяжелым ударом для Республики, что секлерские войска в то время выделялись среди других частей Красной Армии своей организованностью и дисциплиной. Солдаты-секлеры, выходцы из Трансильвании, были готовы мужественно сражаться за свою Родину. Под руководством честных командиров-патриотов они сумели бы отразить наступление румын, начатое небольшими силами. Но полковник Кратохвил и большая часть его офицеров были врагами рабочего класса. Они сознательно пошли на предательство, ссылаясь на превосходящие силы противника.

Секлерская дивизия отступила в сторону Надькарой-Сатмарнемети. Тем самым румынской армии был открыт путь в тыл красных войск, расположенных к югу от секлерской дивизии. Началось отступление по всему фронту. Отдельные части, в которых преобладали солдаты из городских и деревенских пролетариев, дрались героически, но они не могли остановить противника, в лучшем случае задерживая его продвижение. 24 апреля Красная Армия временно остановилась на линии Надькалло, Теглаш, Хайдусобосло, Бекеш, Кидьош. Румыны медленно продолжали наступать.

В это время на фронт прибыли первые части, сформированные после решения, принятого 19 апреля Рабочим Советом по предложению коммунистов. Эти части состояли в значительной мере из добровольцев - промышленных рабочих, причем в каждой из них уже имелся политический комиссар. 18 апреля началась переброска тех батальонов, из которых Народный комиссариат по военным делам собирался создать за Тисой 1-ю и 4-ю дивизии и перейти в контрнаступление. Но вследствие измены Кратохвила этот план мог быть реализован лишь частично. Декретом Революционного Правительственного Совета от 21 апреля 1919 г. вводилось армейское командование, призванное осуществлять единое руководство войсками румынского фронта. Начальником штаба Восточного армейского

командования стал патриот, талантливый военный деятель полковник Аурел Штромфельд.

2 мая противник стоял на востоке у Тисы, на северо-востоке - у Гернад, а на северо-западе он активизировал свои действия в районе Мишкольца и Шалготарьяна. На южных границах царило относительное спокойствие. Для длительной, сложной организационной работы не оставалось времени. Необходимо было собрать и соответствующим образом перегруппировать те силы, которые имелись налицо.

Начальник штаба Штромфельд пытался задержать продвижение румынской армии с помощью контратак. Он хотел выиграть время для возможно более успешной переброски частей Красной Армии на правый берег Тисы. Эти атаки во многих случаях проходили успешно. 24 апреля войска Красной Армии отбросили румын у Хайдусобосло. Прибывшая на поле боя 1-я дивизия предприняла контрудары в районе Ньиредьхаза. Она отбросила наступавшие румынские части, захватив при этом пленных и значительное количество винтовок, орудий, различных военных материалов. В этом бою особенно отличились II/32-й Чепельский рабочий батальон и вооруженный отряд ньиредьхазских рабочих.

26 апреля значительная часть секлерской дивизии под давлением полковника Кратохвила и других офицеров - изменников Родины сложила оружие перед румынами. Другая часть дивизии распалась. В результате остались без какого бы то ни было прикрытия средний и северный участки фронта. Южный фланг оказался в катастрофическом положении. Контратаки Красной Армии, проведенные по плану Штромфельда, в отдельных местах прошли успешно, благодаря чему продвижение противника резко замедлилось.

Из-за предательства Кратохвила отступление войск Республики за Тису стало неизбежным. Оно облегчалось осторожной, медлительной тактикой противника. Штромфельд понимал, что, лишь используя в качестве естественной преграды Тису, можно реорганизовать и сделать боеспособными деморализованные, павшие духом войска. Переход за Тису удался, несмотря на то, что многие соединения отступали беспорядочно. Исключение составляла 6-я дивизия, которая, отходя от Мароша в полном порядке, достигла места назначения - Сольнока. В первые дни мая она была единственной боеспособной частью на западном берегу Тисы.

Войска Венгерской Советской Республики заняли позиции у мостов в Токае, в Тиса-фюред и в Сольноке, в то время как на всей линии побережья реки были оставлены лишь немногочисленные наблюдательные и дозорные отряды. Армия приводила в порядок, укрепляла свои ряды за Тисой.

Хочется подчеркнуть интересную, не отмечавшуюся до сих пор следующую деталь из истории Красной Армии: более полутора тысяч сельскохозяйственных рабочих и бедных крестьян из районов, в которых были расположены поместья графов Дегенфельда, Паллавичини и других крупных помещиков, присоединилось к отступавшей 6-й дивизии. При реорганизации добровольцы были зачислены в части дивизии. В связи с реорганизацией, проводившейся в Надькереше и его окрестностях, в дивизии были взяты на учет вернувшиеся на Родину бывшие военнопленные, которые принимали участие в русской революции. Многие из них назначались на командные должности. В результате этих мероприятий и проведенной политической, воспитательной работы в последующих наступательных операциях 6-я дивизия отлично сражалась за Венгерскую Советскую Республику. Вернувшиеся из России венгры-красногвардейцы были и в других воинских соединениях.

Чтобы остановить наступление румынской армии, Народный комиссариат по военным делам, руководивший военными действиями еще в первые недели, отдал приказ о контрнаступлении и выдвинул вперед около 8 пехотных батальонов, собранных в тылу. Кроме того, с чешского фрон-

та было снято и направлено в район Эрмихайфалва - Надькарой 11 батальонов и 5 батарей (без которых этот фронт мог обойтись). Но вследствие измены командования секлерской дивизии ввести эти войска в бон не удалось, их также пришлось отвести за Тису.

27 апреля сербские части заняли Мако и Надьлак. 29 апреля чехи перешли в наступление у Банрева и через Хедьаля, а затем через долину Хернада и Шайо начали продвижение к Мишкольцу. 30 апреля сербы и французы вступили в Ходмезевашархей. 1 мая рухнула оборона предмостных позиций у Сольнока, и румынские войска заняли позиции вдоль Тисы на всем ее протяжении. Тогда командование фронтом взяло на себя армейское командование, перебазировавшееся из Сольнока в Геделле. 2 мая красным частям пришлось оставить Мишкольц.

Военное положение Венгерской Советской Республики стало критическим. Правые социал-демократы, воспользовавшись этим, пытались убедить трудящихся в бесперспективности всякой дальнейшей борьбы. Они распространяли преувеличенные, тревожные слухи о силе противника и его наступательных планах, выдавая их за сведения, полученные якобы из достоверных источников. Всеми средствами они старались подорвать уверенность пролетариата в своих силах. Главнокомандующий армией социал-демократ Вильмош Бем 1 мая без ведома правительства в циркулярной телеграмме дал указание командирам войсковых соединений просить перемирия у командующих противостоящих им частей противника, обсудить с ними условия капитуляции красных войск и отправки домой пополненных за Тисой частей. В своей ответной телеграмме 6-я дивизия, протестуя против этого распоряжения, сообщала, что солдаты и политические комиссары хотят и дальше сражаться, что через несколько дней после реорганизации войска будут готовы к бою.

Отдельные части, в которых политическое руководство находилось не в руках коммунистов, послали к противнику парламентеров. Однако командующие чешскими, румынскими, французскими и сербскими войсками отказались с ними разговаривать. Между тем некоторые венгерские социал-демократы и их представители вели в Вене лихорадочные переговоры с посольствами стран Антанты, а также с контрреволюционными группами, состоявшими главным образом из бежавших в Австрию аристократов и крупных капиталистов. Они пытались сломить пролетарскую диктатуру, оказавшуюся в тяжелом военном положении, путем подрыва боевого духа рабочего класса, путем усиления империалистической интервенции.

Но коммунисты верили, что рабочий класс, массы трудящихся последуют за ними. И они не обманулись в своих ожиданиях. 2 мая на заседании Будапештского Совета рабочих и солдатских депутатов после выступлений членов Совета Бела Куна, Тибора Самуэли, Ене Ландлера и других вопреки паническим речам правых социал-демократов было решено, что рабочие возьмутся за оружие для защиты Советской Республики. Такие же постановления принимались на массовых митингах, состоявшихся на заводах.

Новые рабочие отряды немедленно включались в боевые порядки сражавшейся Красной Армии. В результате в кратчайший срок изменилась ее социальная структура. Она в большой мере стала классовой армией Советской Республики. В ее рядах усилились политическое воспитание и контроль, активизировалась деятельность политических комиссаров. В армию, в которую до этого входило 17 полков, состоявших из 55 батальонов, и один отдельный батальон, влились свежие революционно настроенные полки и батальоны рабочих, находившиеся в полной боевой готовности. К ним мы можем также причислить бригаду моряков, Интернациональную бригаду в составе 5 батальонов, два полевых красных полка и два отдельных батальона. Во время мировой войны значительная часть рабочих была освобождена от военной службы и вслед-

ствие этого не прошла военной подготовки. Теперь в течение нескольких дней необходимо было дать солдатам из числа таких рабочих элементарные военные знания, обучить их боевым действиям в строю, обращению с оружием. Эти спешно подготовленные солдаты, вчерашние рабочие, смело и решительно шли в бой, ибо они хотели отстоять свободу, завоеванные права, свое пролетарское государство.

В истории венгерского рабочего движения, в истории Венгерской Советской Республики открылась новая страница, принесшая венгерскому пролетариату вечную славу. В схватках с врагами бойцы Красной Армии показали блестящие примеры любви к Родине, самоотверженности и героизма.

ПЕРВЫЕ ВОЕННЫЕ УСПЕХИ РЕОРГАНИЗОВАННОЙ КРАСНОЙ АРМИИ И ПОБЕДОНОСНЫЙ СЕВЕРНЫЙ ПОХОД

После того, как румынские войска достигли линии Тисы, в военных действиях наступил кратковременный перерыв, длившийся несколько дней. Под твердым руководством начальника штаба Штромфельда это время было использовано для приведения в порядок войск, их пополнения и обучения. 3 мая Штромфельд представил план, согласно которому 6-я дивизия должна была освободить Шалготарьян; из рабочих батальонов в качестве армейского резерва предлагалось сформировать 1-ю и 4-ю дивизии. Советское правительство одобрило этот план. 6 мая было создано Главное командование, которому подчинялись все вооруженные силы. Политико-воспитательной работой в армии руководили в первую очередь Бела Кун, Тибор Самуэли и Ене Ландлер. Они оказали огромную помощь комиссарам дивизий в повышении сознательности и боевой готовности солдат.

Между тем батальоны, носившие название "Будапештской группы", под командованием Тибора Самуэли и Отто Штайнбрука отвоевали Сольнок, оккупированный небольшими силами румын, а также бандами из местных контрреволюционеров. Влияние этого успеха на моральное состояние войск было огромно.

У Красной Армии не много было времени для приведения в порядок своих рядов, хотя чешские войска пока что совершали передвижения, носившие скорее разведывательный характер. На некоторых участках фронта, однако, их действия приобретали опасный характер. 6 мая чешские войска при поддержке броневых автомобилей и бронепоездов прорвали фронт, заняли Надьсечень и, не встретив сильного сопротивления, вторглись в Петервашар и Сарвашкэ. Со всех сторон - от Балашадьярмат, Литке, Лошонца, Феледа и Фюлека - они приближались к единственному значительному угольному району страны - Шалготарьяну и его окрестностям. 80-я бригада, которой была поручена оборона угольного бассейна, отступила на линию Чингерхедь, Шагуйфалва, Каранчшач, Лапуйто, Шалго, Задьварона, Варна. Когда из Будапешта прибыли руководители, посланные Советским правительством, казалось, что Шалготарьян уже потерян. Эти руководители созвали доверенных лиц профсоюза горняков, а затем на большом митинге трудящихся объяснили решающее значение защиты бассейна. Опираясь на революционную самоотверженность горняков, они энергично отклонили пессимистические "стратегические" концепции правых социал-демократических предателей и офицеров 80-й бригады о невозможности удержать шахтерский район. По их призыву массы рабочих Шалготарьяна, его окрестностей взялись за оружие и вместе с остатками 80-й бригады заняли оборонительные позиции на северном переднем крае шахтерского округа. Горняки дрались самоотверженно; частыми контратаками они беспокоили противника и задерживали его продвижение вперед.

Это позволило выиграть время для подготовки освободительных военных действий против чехословацких войск. 10 мая 80-я бригада и роты вооруженных рабочих вынудили противника к отступлению на северном фронте Шалготарьяна. В преследовании чешских войск активное участие приняла 6-я дивизия, с помощью которой части Красной Армии 12 мая достигли Фюлека.

Империалисты Антанты использовали любые средства для подавления Венгерской Советской Республики. Не сумев в первое время организовать согласованное наступление буржуазных армий, они постарались привести в замешательство командование Красной Армии ложными слухами о том, что будто бы на южной границе, в районе Сегеда и Загреба, происходит концентрация крупных сил французских войск. Главнокомандующий Вильмош Бем, оказавшийся, как выяснилось позднее, изменником, с радостью воспринимал любые панические слухи. Он сделал заведомо неправильный вывод, что Антанта готовится к общему наступлению. Эта ошибка оказала влияние на руководство армией. Командование игнорировало наиболее активный в то время чешский фронт. Оно сняло войска с этого фронта, направив 6-ю и 4-ю дивизии в район Кечкемета для отражения "ожидаемого" с юга наступления противника. Лишь позднее была установлена безосновательность слухов. Выяснилось даже, что ряд французских гарнизонов был передвинут отсюда в другое место. Пришлось быстро принять меры к возвращению на северный фронт, имевший решающее значение, посланных на юг красных дивизий.

Именно в то время группа французских солдат сдалась бойцам Красной Армии, не сделав ни одного выстрела. На допросе пленные заявили, что их войска не готовы к наступлению, что солдаты хотят вернуться домой. Ряд других сообщений также показывал, что не было никаких оснований ожидать нападения с юга. Исходя из этого, начальник штаба Штромфельд решил стянуть отовсюду силы, сосредоточить их против чехословацких частей и перейти в наступление на стыке флангов чешской и румынской армий. Тогда уже имелись предпосылки для осуществления такого плана. К середине мая в основном удалось реорганизовать распавшуюся вследствие тисского отступления Красную Армию. С мобилизацией рабочих полков улучшилось настроение солдат и поднялась дисциплина.

Армия в этот период подразделялась на 3 армейских корпуса и 8 дивизий, в составе которых было 113 батальонов, 84 пулеметные роты, 8 кавалерийских рот (эскадронов), 39 батарей, 16 технических и 8 авиационных рот. На их вооружении находились 51588 ружей, 682 пулемета, 870 лошадей, 63 орудия, 5 горных орудий, 81 гаубица, 6 тяжелых минометов и 37 самолетов.

Используя хорошо действовавшую систему железных дорог, Красная Армия могла в кратчайший срок перебросить крупные соединения с одного участка фронта на другой. Поэтому она была в состоянии, в случае необходимости, в нужное время и на нужном месте направить соответствующие силы против чешской армии, которая, кстати сказать, плохо координировала свои военные операции с румынами, а то и вовсе не координировала их. Красная Армия могла прибегать к тактике переброски войск до тех пор, пока подрывная деятельность правых социал-демократов и усилившаяся с ростом трудностей в Венгерской Советской Республике офицерская контрреволюция не подорвали боевой дух и дисциплину войск.

Красной Армии прежде всего предстояло освободить Мишкольц и его окрестности. Эта задача была быстро выполнена войсками III армейского корпуса. 21 мая войска Красной Армии находились уже на линии Мишкольц - Диошдьер; к 22 мая 1-я дивизия достигла Онода, Жольца и Шайосентпетера, а 5-я дивизия - района Надашда и Петервашара. Если бы в эти дни 6-я и 4-я дивизии действовали в районе Мишкольца, вместо того чтобы идти в Кечкемет для отражения мнимого наступления Антан-

ты, то это могло бы иметь громадное значение. Приняв во внимание отсутствие угрозы с юга и опираясь на успехи операций на севере, Штромфельд решил разорвать внутреннее кольцо, связывавшее чешскую и румынскую армии, нанести удар по чешским войскам и, в случае благоприятного поворота, перейти Тису и напасть на румынскую армию.

Для претворения в жизнь хорошо задуманного в тех условиях плана Штромфельд выдвинул следующие задачи. III армейский корпус под командованием Ене Ландлера (находившийся в направлении главного удара Красной Армии), куда входили 1-я, 4-я и 6-я дивизии, а также 10-я бригада 5-й дивизии, в кратчайший срок должен был выйти на линию Шаторальяуйхей, Кашша, Сепшы. 5-я дивизия должна была к 29 мая прорваться к Римасомбату и выдвинуть части к Рожньо и Тисольцу для обеспечения флангов. 3-я дивизия к 29 мая должна была занять Лошонц и бросить в Зойом отряд для обеспечения правого фланга. 1-я бригада должна была 29 мая усиленными частями обеспечить левый фланг наступающей группы у Левы.

Это был рискованный, но смелый план, ибо на линии Тисы, к югу от Токая, против румын оставались лишь наблюдательные группы, в то время как против французов и сербов стояли 7-я и 2-я дивизии, 44-я и 20-я бригады. Но Штромфельд учитывал пассивность противника на этих фронтах. Он был уверен, что неожиданность наступления против румынских и чешских войск, его размах заставят противника пренебречь другими участками фронта и использовать все силы для отражения наступления. На западном участке чешского фронта позиции Красной Армии, хорошо защищенные благодаря природным условиям, простирались вдоль рек Гарам и Дунай, представлявших мощную естественную преграду.

Общее наступление, начавшееся 30 мая, развивалось по всему фронту. Оно было успешным даже на правом фланге наступавших войск, где военные действия носили преимущественно связывающий характер и имели целью помешать чехам перебросить отсюда силы против войск Красной Армии, сражавшихся на главном направлении наступления. Здесь, на правом фланге, 1-я бригада достигла реки Гарам и заняла Ипойшаг, а также высоты, находившиеся к северу от Балашдаврмата. Эти войска захватили 2 полевых орудия, 20 пулеметов, большое количество снарядов и взяли около 100 пленных. 46-я и 80-я бригады продвинулись через Фюлек и Рапп по направлению к Лошонцу. 65-я бригада 5-й дивизии вступила в Шайоказа и Путнок. На фронте III армейского корпуса 10-я бригада в ходе ожесточенных боев достигла линии Мучонь - Жилиз, а правый фланг 6-й дивизии - района Франкхедь - Сиксо. 1-я дивизия у Хернаднемета вела тяжелые бои с противником, имевшим перевес в артиллерии. 30 мая 3-я дивизия освободила Лошонц; на другой день 5-я дивизия освободила Римасомбат, а 10-я бригада - Эделень. Прибывшие к Хернаднемету артиллерийские части разгромили 1 июня вражеские батареи. Заслуживает упоминания тот факт, что здесь были впервые применены 350-миллиметровые мортиры. Под массированным ударом 4-й дивизии румыны бежали к Тисе.

Эти успехи были достигнуты благодаря громадному воодушевлению, которое в то время охватило Красную Армию, и умелому военному руководству Аурела Штромфельда. Большую роль сыграл героизм влившихся в армию рабочих отрядов, а также радостный и искренний прием, оказанный наступавшей Красной Армии трудящимися освобожденных территорий. Рабочие отряды служили для солдат-крестьян образцом стойкости и мужества. Героизм пролетарских бойцов останется вечно живым примером для всех народов, борющихся за свое освобождение.

Штромфельд принимал меры, чтобы быстро использовать достигнутые результаты. Ввиду поспешного отступления правого фланга румын он решил направить часть сил через Тису в глубь коммуникаций румынской армии. Он приказал 3-й бригаде продолжать наступление к Шаторалья-

уйхею, а 4-й дивизии - перейти Тису у Токая и вместе с 1-й и 8-й дивизиями наступать к Ньиредьхаза. После занятия Токая и Бодрогкерестура 4-я дивизия отбросила противника на левый берег Тисы. Форсировать Тису, однако, не удалось, так как румыны взорвали токайские мосты, а 4-я дивизия не располагала достаточными военными средствами для создания быстрой переправы и преследования врага. Поэтому, опираясь на естественную защиту Тисы и Бодрога, 3-я бригада прорвалась прямо к Шаторальяуйхею.

На чешском фронте Красная Армия продолжала победоносное наступление. 3 июня были отброшены войска противника за Эршекуйвар, Лева, Вамошфалева, Сендре и Генцруека. 6-я дивизия чрезвычайно быстро продвигалась в направлении Сиксо - Кашша. Выдвинутая впереди пехоты артиллерия не позволила значительным силам чешской артиллерии закрепиться на позициях. 4 июня 6-я дивизия отбросила противника за Абауйвар и Бузита. 5 июня 3-я бригада уже сражалась на окраинах Шаторальяуйхея, 6-я дивизия - на линии Абауйвар - Надьида, а одно подразделение 3-й дивизии - у Араньоимарота. 6 июня 16-й полк вторгся в Корпона и Шелмецбанья. 6-я дивизия, стремительно продвигавшаяся вперед, в направлении главного удара, изгнала чехов из Кашши и ее окрестностей.

Занятие Кашши имело огромное значение, ибо этот железнодорожный узел являлся ключом шоссейных и железных дорог, проходивших по северному бассейну реки Хернад; здесь же разветвлялись железные и шоссейные дороги в сторону Эперьеш - Бартфа. Население с огромной радостью встретило победоносные войска Красной Армии, красноармейцы были желанными гостями в доме каждого трудящегося. Торжественный прием был также оказан делегации Будапештского Совета рабочих и крестьянских депутатов, прибывшей в Кашшу.

После короткого отдыха войска 6-й дивизии продолжали преследовать противника. 9 июня 10-я бригада достигла Торны, 5-я бригада - линии Силич - Пелшец - Четнек - Полшва; 39-я бригада - села Хачшо. На левом фланге 1-я бригада отбила атаку чешских войск и продвинулась к Бестерцебанья. Еще 9 июня 1-я дивизия освободила Эперьеш. На некоторых участках фронта войска чешской армии предприняли контратаки, но они не могли приостановить наступления Красной Армии.

Дипломаты Антанты поспешили на помощь чешским войскам. 8 июня Клемансо от имени Антанты направил Венгерскому Советскому правительству ноту, в которой требовал прекращения военных действий и отвода войск Красной Армии на прежние рубежи, где они находились перед наступлением чешских частей.

9 июня III армейский корпус предложил командованию армии план, согласно которому Красная Армия, используя благоприятную обстановку на фронте, должна была с целью уничтожения чешских войск энергично продолжать наступление в долине Хернада и на западе, вдоль берега реки Ваг. У командования армии были иные соображения. Еще в начале военных действий против чешских войск Штромфельд наметил план, согласно которому Красная Армия, отбросив чешские войска и разрезав на две части чешско-румынский фронт, своими главными силами должна была обратиться против румын. Переправившись через Тису на участке выше Токая и проникнув в глубь румынской обороны, Красная Армия должна была вынудить противника к отступлению в районе среднего течения Тисы и, отрезав значительную часть румынских войск, уничтожить их. В основном замысел Штромфельда и теперь оставался прежним. Он видел предпосылки к его осуществлению в том, чтобы на длительное время сделать чешскую армию неспособной к наступательным действиям. К этому он и стремился. Поэтому Штромфельд отказался от плана форсирования Тисы и наступления против румын и ограничился обеспечением обороны Кашши и ее окрестностей. Против отступавших в долине

Хернада чехов было решено оставить 1-ю и в качестве резерва - 6-ю дивизии. Решающий же удар по чехословацким силам предстояло нанести в Кишалфельде. С этой целью 3-я, 4-я и 8-я дивизии вновь организованного V армейского корпуса вышли в район Лева - Парканья, чтобы предпринять наступление в направлении Ньитры и Эршекуйвара.

В связи с освобождением словацких территорий возникло движение за образование Словацкой Советской Республики. К командирам наступавших красных войск приходили словацкие трудящиеся, в том числе много молодых людей, которые просили принять их в Красную Армию. 16 июня 1919 г. была образована Словацкая Советская Республика. Политический комиссар 6-й дивизии добыл в Будапеште для частей словацкой Красной Армии полное военное снаряжение на 5 тыс. человек, но оно уже не могло быть использовано, ибо в день прибытия снаряжения в Кашшу войска Венгерской Советской Республики, как мы увидим ниже, уже отступали.

Поскольку Венгерское Советское правительство не удовлетворило требования империалистов, Клемансо 13 июня повторил их, заявив, что, если Красная Армия отступит на линию, на которой она находилась перед наступлением чешских войск, Антанта заставит румынские части отойти от Тисы на старую демаркационную линию.

Главнокомандующий Вильмош Бем, поддерживавший постоянную связь с другими изменниками - правыми лидерами социал-демократических партий, а через них - с Антантой и комитетами бежавших в Вену венгерских контрреволюционных групп, 16 июня сообщил армии содержание нот Клемансо и одновременно отдал приказ о прекращении военных действий.

Коммунисты считали, что Красная Армия не должна уходить из освобожденных ею территорий до тех пор, пока правительство Советской Республики не получит соответствующих гарантий в том, что и румынские войска очистят оккупированные ими затисские территории. На съезде Советов социал-демократические предатели добились принятия решения об отступлении. Войска не понимали подлого приказа Вильмоша Бема об отступлении, имевшего целью добиться падения диктатуры пролетариата. Солдаты не понимали, почему они должны очистить территории, освобожденные ценою их крови. Красные солдаты хотели и дальше сражаться за пролетарскую диктатуру.

16 июня чешские соединения напали на Леву и развернули планомерное наступление по всему фронту. Командование Красной Армии вынуждено было 17 июня отдать приказ о продолжении военных действий. Критическое положение, создавшееся в районе Левы, спасла 4-я дивизия. 8-я дивизия подошла к Эршекуйвару, а на восточном фланге 6-я дивизия с боями продвинулась до линии Маргитфалва - Койшо - Араньхида. 21 июня войска 1-й дивизии почти достигли гористой местности Браниско, находящейся к северо-западу от Эперьеша, и в ходе боев захватили пулеметы, орудия и пленных. 6-я дивизия изгнала чешские войска из Гельницбанья, 23 июня она продвинулась до Сепешнемета и Сомольнока.

22 июня французский генерал Пелле, представитель Антанты, предложил Венгерскому Советскому правительству отвести красные войска с территорий, указанных в нотах Клемансо.

Правые социал-демократические руководители-предатели и их представители в профсоюзах использовали новое обращение Антанты в своих контрреволюционных целях. В столице они распространяли слух о том, что будто бы Красная Армия уже начала отходить, что падение Советского правительства - вопрос нескольких дней и что под руководством Антанты будет создано новое правительство при участии правых социал-демократов и представителей буржуазных партий. Антанта будет поддер-

живать это правительство не только оружием, но и продовольствием, говорили социал-демократы.

Трусливо прятавшаяся до сих пор контрреволюция в Будапеште подняла голову. 24 июня к контрреволюционерам присоединились дунайские мониторы, стоявшие в порту Обуды. Они подвергли обстрелу гостиницу "Хунгария", где находилась официальная резиденция Советского правительства. Группа курсантов бывшей военной академии Людовика, также ставших на сторону контрреволюции, захватила телефонную станцию в Йожеф-вароше. Большая часть коммунистических руководителей в это время была на фронте. Начальник дивизии металлистов Йожеф Хаубрих, имея в своем распоряжении несколько тысяч людей и значительную артиллерию, ничего не сделал для подавления контрреволюционного мятежа. Благодаря смелому выступлению нескольких частей будапештского гарнизона, руководимых коммунистами, артиллерийских батарей, преданных диктатуре пролетариата, а также добровольческих отрядов рабочих контрреволюционный путч, к которому массы не присоединились, удалось быстро подавить. Пассивность, проявленная в эти дни Вильмошем Бемом, Йожефом Хаубрихом и другими правыми лидерами социал-демократии показала следующее: они не посмели открыто выступить против пролетарской диктатуры, ибо увидели, что рабочие остались верными Советской Республике и поднялись на ее защиту.

24 июня Вильмош Бем вновь отдал приказ о прекращении военных действий, а 29-го - об очищении освобожденных территорий.

Это было началом распада Красной Армии. Распоряжения, непонятные войскам, вызвали в солдатской массе отчаяние. Лишь благодаря укрепившемуся авторитету политических комиссаров, принятым ими мерам была предотвращена немедленная катастрофа, сохранено единство армии, обеспечено отступление и перегруппировка войск, согласно приказу.

Сражавшиеся на чешском фронте части Красной Армии были расположены следующим образом: 2-я бригада - у Токая, 3-я бригада - у Шаторальяуйхея, 1-я дивизия - у Сиксо, 5-я дивизия - у Шайосентпетер - Путнок, 80-я бригада - у Шалготарьяна - Пасто, 3-я дивизия - у Ретшаг - Вереце, 4-я дивизия - у Дунакеси - Алага, 6-я дивизия - в районе Ясладань - Уйсаса.

После перегруппировки войск Аурел Штромфельд ушел в отставку с поста начальника генерального штаба, увидев, что нет возможности для осуществления его планов, что его замыслы не одобряются главкомом. Его отставка была тяжелой потерей для Красной Армии.

Главнокомандующий Вильмош Бем, ссылаясь на болезнь, также попросил отставки. Он получил пост посла в Вене, где мог вести непосредственные переговоры с посольствами Антанты, с реакционными венгерскими помещиками и контрреволюционными комитетами крупных капиталистов о свержении в Венгрии пролетарской диктатуры.

Социал-демократические лидеры, вступившие в соглашение с противником, тогда уже были уверены в том, что пролетарская диктатура долго удержаться не сможет, и потому легко согласились на передачу главного командования Красной Армии самоотверженному революционеру Ене Ландлеру.

Выдвижение Ене Ландлера произошло в результате тех больших успехов, которые были достигнуты III армейским корпусом под его руководством во время майско-июньского наступления против чешских войск. В ходе боев Ене Ландлер, который до того никогда не был военным, показал себя командиром, хорошо разбиравшимся в вопросах стратегии и тактики. Во главе штаба армии был поставлен подполковник Ференц Юлиер, бывший начальник штаба III армейского корпуса.

Нового главнокомандующего ждали трудные задачи. Внутренние вра-

ги, социал-демократические предатели и контрреволюционная организация кадровых офицеров уже в период победоносного наступления делали все, чтобы подорвать моральное единство и боевой дух армии. Но тогда влияние их было весьма незначительным, к тому же подрывную работу они вели с большой осторожностью. Отступление красных войск создало для контрреволюционеров более благоприятную почву. Деморализующее воздействие их агитации проявилось уже во время перегруппировки войск. В армии участились случаи нарушения дисциплины, самовольного ухода солдат, открытых выступлений контрреволюционных офицеров.

На свои новые позиции Красная Армия прибыла с сильно поредевшими рядами, пошатнувшейся дисциплиной, поколебленным единством. Несомненно, новому командующему армией легче было бы бороться со всем этим, если бы рядом с ним на посту начальника штаба находился Аурел Штромфельд. Новый начальник генерального штаба тайно поддерживал любую деморализующую деятельность и пытался защищать все откровенно контрреволюционные группы офицеров. К сожалению, лишь позднее стало известно, что он изменник Родины.

Ене Ландлер, занятый другими делами, смог приступить к выполнению обязанностей главнокомандующего только около 22 июня. До этого на посту его заместителя оставался Вильмош Бем, который не принимал никаких мер для восстановления единства и дисциплины в армии. Наоборот, он покрывал деморализующую деятельность нового начальника штаба Юлиера и групп контрреволюционных офицеров. Работа по поднятию уровня боевой подготовки и дисциплины, а также просветительная работа в это время шла лишь в тех частях, где политическое руководство находилось в руках коммунистов. Таких частей, однако, было немного, ибо политических комиссаров назначал Секретариат партии, состоявший в своем большинстве из социал-демократов.

НАСТУПЛЕНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ НА ФРОНТЕ РЕКИ ТИСЫ

После того, как Красная Армия ушла с освобожденных ею территорий, в военных действиях наступил кратковременный перерыв. Правительство Советской Республики удовлетворило требования, изложенные в нотах Клемансо, отведя свою армию на линию, где она находилась перед наступлением чешских войск. Румыны же не были склонны, несмотря на обещание Клемансо, очистить занятые ими области за рекой Тисой. Таким образом, Венгерская Советская Республика потеряла свои наиболее значительные по производству хлеба районы. И без того тяжелый продовольственный кризис еще более усилился. Встал вопрос: что нужно предпринять в интересах сохранения и защиты Советской Республики? Правые социал-демократы видели только один путь: отставку Советского правительства, капитуляцию перед Антантой и восстановление в стране капиталистического режима. Коммунисты же хотели продолжать борьбу. Они учитывали и то обстоятельство, что международные рабочие организации наметили на 21 июля международную забастовку солидарности с Венгерской Советской Республикой. Коммунисты были того мнения, что перерыв в военных действиях, наступивший вследствие нерешительности международной реакции и временной неспособности чехословацкой армии к боевым действиям, необходимо использовать для укрепления Красной Армии, пополнения ее рядов. Контрреволюционные силы использовали спор, возникший в результате предательского поведения правых социал-демократов.

Начальник штаба Ференц Юлиер понимал, что вопреки колебанию одной части социал-демократов и предательству другой коммунисты в состоянии поставить на ноги Красную Армию и повысить ее боеспособность. Поэтому он использовал свое положение начальника штаба и свой авто-

ритет специалиста, добиваясь безотлагательного решения Советского правительства о новом наступлении Красной Армии.

Контрреволюционные офицеры из штаба Красной Армии передали с помощью Бетлена, Хорти, Гембеша план наступления командованию румынской армии. Таким образом, румынский генеральный штаб мог заранее предпринять соответствующие контрмеры.

Не дожидаясь указания Советского правительства о начале наступления, Юлиер 5 июля отдал следующее распоряжение: "Командование армии намерено, независимо от того, очистят ли румыны территории за Тисой или нет, переправить основные силы армии через Тису и продвинуться пока до насильственно навязанной нам демаркационной линии. Для этого образуются две группы: а) I армейский корпус со 2-й, 6-й и 7-й дивизиями в районе Сольнока, с 8-й дивизией - в районе Чонграда. Направление: Бекешчаба, одной колонной к Надьвараду; б) III армейский корпус с 1-й и 5-й дивизиями, 2-й и 3-й бригадами в районе Токая. Направление: Дебрецен, одной колонной к Надькарою".

С целью отвлечения вражеских сил одной бригаде нужно было перейти Тису в районе Поросло, чтобы ввести в заблуждение противника относительно направления главного удара.

К началу военных действий Красная Армия была слабее, чем во время победоносного Северного похода. Вследствие деморализующей агитации социал-демократов значительная часть рабочих полков, отправленных в мае на фронт и так хорошо там себя проявивших, в ходе перегруппировки разбежалась. Это существенно изменило социальный состав армии. Только остатки отдельных войсковых частей, руководство которыми находилось в руках коммунистов, выполнили приказ и заняли указанные им позиции за Тисой. К тому же контрреволюционные офицеры не использовали для наступления все силы, имевшиеся в их распоряжении. Бронепоезда, сыгравшие значительную роль во время Северного похода при освобождении Шалготарьяна, в военных действиях у Сиксо - Кашша - Эперьеш и в других операциях, не могли быть переброшены на левый берег реки, так как мосты через Тису были взорваны.

Сильная, единая Коммунистическая партия и в этой ситуации, несомненно, нашла бы путь к рабочим массам, вызвала бы среди них мощный подъем, подобный тому, какой имел место в начале мая, и в короткий срок пополнила бы поредевшие ряды Красной Армии новыми рабочими отрядами. Но такой партии тогда не было. Поэтому подрывная деятельность социал-демократического руководства и предательские махинации начальника генерального штаба неудержимо влекли пролетарскую диктатуру к гибели.

Тем не менее последующие события показали, что и в таких условиях Красная Армия оставалась революционной армией, армией диктатуры пролетариата.

Вследствие недостаточной технической оснащенности Красной Армии форсирование Тисы являлось трудной задачей, и все же ее удалось решить. Главные силы Красной Армии, поддержанные огнем 210 орудий, установленных перед Сольнокским мостом, с достойным восхищения героизмом осуществили такую сложную операцию.

Наступление началось 20 июля, в 3 часа утра. Первыми переправились через реку войска 7-й дивизии. Они наступали тремя группами: северную группу составлял 101-й полк 6-й дивизии, среднюю группу - 4-й полк 7-й дивизии, южную группу - полк моряков. В короткий срок артиллерия Красной Армии заставила замолчать румынские батареи, установленные на восточном берегу Тисы, и парализовала сопротивление противника. 6-я дивизия уже к 9 часам утра переправилась через Тису, а 5-я стояла наготове для переправы в районе Сольнокского вокзала. К 9 часам вечера уже вся сольнокская наступающая группа находилась на левом берегу Тисы, заняв там широкую предмостную позицию.

На предмостных укреплениях красные войска захватили 9 румынских орудий, много пулеметов и пленных. Во время допроса пленных выяснилось, что румынское военное руководство считало Красную Армию неспособной к такой мощной операции по форсированию Тисы, заставившей румынские части беспорядочно отступать.

На южном, чонградском участке, на фронте 2-й дивизии около 9 часов утра 20 июля через Тису переправился 15-й полк, достигший линии Курцапатак. 1-й батальон 38-го полка перешел Тису у Сентеша, а II/68-й батальон вступил в Миндсент. Чонградская группа располагала незначительной артиллерией, и поэтому на этом участке противник оказал более сильное сопротивление. Часть дивизии, перешедшая реку - два батальона с западного направления, а II/68-й батальон через Сегвар, - двигалась к Сентешу. 30-й полк еще вечером 20 июля на правом берегу Тисы готовился к переправе. 21 июля части 2-й дивизии изгнали румынских солдат из Сентеша.

Наступление северной, токайской группы задержалось вследствие густого тумана, распространившегося на рассвете. Артиллерия только около 7 часов утра смогла поддержать переправу. Под прикрытием артиллерийского огня I/39-й батальон у Тисадоба и два патруля 23-го полка у Сабдча, не встретив сопротивления, перешли Тису. До 9 часов вечера того же дня 21-й полк достиг намеченной линии на левом берегу Тисы, восточнее окраины деревень Тимар и Ракамаз. II/34-й батальон освободил Надьфалу, а III/30-й батальон - Тисаеслар. XIII истребительный батальон, который представлял собою резерв, наступавший вдоль дороги Ракамаз - Ньиредьхаза, занял позиции в западной части Ракамаза. 32-й, 9-й и 16-й полки еще переходили Тису, а их передовые части заняли предмостные позиции на восточном берегу. Технические подразделения дивизии возвели у Токая понтонный мост и приступили к строительству тяжелого запасного моста. При переправе всей группы красные войска понесли незначительные потери, в то время как у противника было захвачено 4 гаубицы и пленные. Сольнокская группа 21 июля продолжала свои наступательные операции. 101-й полк 6-й дивизии, опираясь левым крылом на части, расположенные в Тисапюшпеке, продвинулся на территорию, лежащую между Терексентмиклошом и Пустаалмышом. На участке 6-й дивизии румыны при поддержке артиллерии предприняли контратаку, но она была отражена. Один батальон 33-го полка 6-й дивизии достиг Терексентмиклоша. Части 7-й дивизии приостановили контратаку противника, начавшуюся между Блашковичтанья и Теньятанья.

Менее успешной была операция поросло-тисафюредской группы. Здесь противник имел значительное превосходство в артиллерии, и поэтому только штурмовой полуроте I/26-го батальона и небольшому подразделению III/26-го батальона удалось вечером 20 июля переправиться через Тису.

Части 1-й дивизии, посланные на усиление токайской группы, медленно, с боями продвигались вперед. I и III/9-й батальоны вели с противником жестокий рукопашный бой. Перегруппировавшиеся части III армейского корпуса в ходе боев к востоку от Токая вышли 22 июля к западной окраине села Сабояч и восточной окраине села Надьфали и Тисаэслар, а 23 июля - к линии Гава, Преихалом, Чеххалом, Надьфали, Тисаэслар. Положение поросло-тисафюредской группы также улучшилось. Части 80-й бригады вступили в Тисаэрвень, Эдьек и Тисачег.

На фронте I армейского корпуса 6-я дивизия, преследуя отступавших румын, 22 июля была уже на линии Федьвернек - Сапарфалу и железнодорожной станции Федьвернек. К Туркеве, Кишуйсаллаш, Кендереш и Кунхедьеш были высланы роты, пополненные пулеметными взводами. 7-й конный полк подошел к линии Кендереша. С юга от железной дороги Кишуйсаллаш - Сольнок противник напал на части 7-й дивизии. При поддержке посланной ей на помощь 5-й дивизии румынское нападение

было отражено. Сентешская группа успешно отбила атаку румын, направленную против ее южного фланга.

В районе действий 1 армейского корпуса части 6-й дивизии освободили Кишуйсаллаш и Кендереш. Наступавшая румынская кавалерия была отброшена атакой 7-го конного полка. Части 5-й дивизии достигли в ходе боев Туркеве, а часть 7-й дивизии - Мазетура. Утром 23 июля из I армейского корпуса доносили, что противник в панике, беспорядочно отступает. Пленные румынские офицеры, в большинстве своем трансильванцы, говорили о весьма низком моральном состоянии румынских войск.

Каким бы успешным ни было начатое 20 июля наступление Красной Армии, все же положение, сложившееся на фронте к 23 июля, должно было бы вызвать беспокойство у армейского командования и в первую очередь у начальника генерального штаба. Среди наступавших групп, переправившихся через Тису у Сольнока, только главная группа продвинулась вперед от Тисы на 35 - 40 км; остальные даже на 4-й день наступления продвинулись всего на 2 - 5 километров. Фланги наступавших групп, в особенности сольнокской, были обнажены, и румынское военное командование использовало это обстоятельство. Несомненно, что размах и успех наступления сольнокской группы вызвали замешательство в румынских войсках. Но, обладая планами наступления Красной Армии, румынское командование могло быстро ликвидировать этот кризис. Начавшиеся через 3 дня контратаки румынских войск были направлены против главной силы Красной Армии - сольнокской группы, а затем против ее флангов. Образовавшиеся между наступавшими группами широкие бреши еще больше расширились; становилось все более опасным отставание и топтание на месте войск, действовавших на севере и юге от сольнокской группы. Всякое дальнейшее продвижение сольнокской группы без усиления и подтягивания находившихся к югу и северу от нее групп могло бы дать противнику возможность провести операцию по ее окружению.

Только войска сознательные, дисциплинированные, находившиеся под командованием верных Советской власти офицеров, могли бы ликвидировать опасность окружения и угрозу своим флангам. Все эти качества в то время уже отсутствовали в Венгерской Красной Армии.

Начальник генерального штаба изменник Юлиер поддерживал связь через антантовские миссии в Вене с контрреволюционным сегедским правительством и командованием румынской армии. Он имел сведения о том, что посланные в Вену агенты правых социал-демократов Вильмош Бем и другие ведут переговоры с миссиями Антанты, с представителями графа Иштвана Бетлена и даже с посланцами Хорти о свержении пролетарской диктатуры. Нетрудно понять, почему, игнорируя критическое положение на фронте, Юлиер 24 июля дал приказ о всеобщем наступлении. Он видел, что это мероприятие еще более усилит оторванность и изолированность наступавшей группы и облегчит противнику обход ее флангов и окружение.

В тот день одно подразделение 6-й дивизии достигло Карцага, 10-й пехотный полк 5-й дивизии - Пустаэчега, а конный эскадрон 7-й дивизии продвинулся вперед в направлении к Деваванья. Тем самым брешь между главной, сольнокской группой и поросло-тисафюредской и чонград-сентешской группами увеличилась, а фланги сольнокской группы еще более обнажились. Румынское командование воспользовалось этим. Части 2-й румынской истребительной дивизии через Пюшпекладань, в Кишуй-Саллашском направлении, напали на северный фланг сольнокской группы. В то же время войска южной, чонград-сентешской группы были отведены от Тисы без всякого давления со стороны противника начальником штаба группы подполковником Политовски, который через Юлиера вступил в сношения с хортистами.

Офицерская контрреволюция стала действовать еще более решитель-

но. Реакционные командиры использовали охвативший солдат страх перед окружением. Под предлогом "спасения войск" офицеры во многих местах отдавали приказы об отступлении, вызывая этим среди солдат панические настроения. Реакционные командиры нашли усердных помощников в лице правых социал-демократов, находившихся в армии. Они стремились настроить солдат против коммунистов, политических комиссаров, которые хотели восстановить боевой дух войска.

26 июля, то есть через два дня после начала всеобщего наступления, Юлиер отдал приказ о всеобщем отступлении. Политическое и моральное состояние румынской армии в то время убедительно характеризовал тот факт, что беспорядочное отступление Красной Армии за Тису прошло без потерь. Даже многочисленную артиллерию сольнокской группы удалось спокойно переправить на правый берег Тисы.

Таким образом, вследствие подрывной деятельности социал-демократов и предательства реакционных офицеров в Красной Армии, отступавшей под незначительным давлением румынских войск, началось полное разложение. Теперь уже было невозможно восстановить порядок в войсках и заставить их оборонять линию Тисы. В одиночку и целыми группами солдаты начали разбегаться. Из-за деятельности социал-демократов было также невозможно использовать для укрепления распадавшегося фронта и обороны Советской Республики находившийся в Будапеште IV армейский корпус, располагавший 22 тыс. винтовок и 30 орудиями.

Красная Армия Венгерской Советской Республики, героическая защитница пролетарской диктатуры, одержавшая столько побед, в результате отступления перестала существовать. Но ее славные дела стали героической страницей истории революционных боев нашего рабочего класса и всего трудового народа, истории борьбы за создание социалистической Венгрии.

Советское правительство было заменено правительством предателей, кабинетом Пейдля. Спустя пять дней это правительство передало власть буржуазной реакции, министерству авантюриста Иштвана Фридриха. За этим последовал кровавый белый террор Хорти, которого правые социал-демократы своим лозунгом "Пусть виновные понесут наказание" подстрекали против коммунистов.

ПРЕДАТЕЛЬСТВО ПРАВОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ И ОФИЦЕРСКАЯ КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ. ГЕРОИЗМ КРАСНЫХ СОЛДАТ

В результате героического решения, принятого венгерским рабочим классом 2 мая 1919 г., добровольческие рабочие отряды усилили Красную Армию и коренным образом изменили ее состав. Красная Армия стала классовой армией пролетарской диктатуры. Однако способ комплектования рабочих полков, который в то время объясняли спешкой, позднее отрицательно сказался на дисциплине этих полков, а также всей армии. В великие дни 1 и 2 мая уполномоченные объединенной партии на массовых митингах по-разному разъясняли обстановку рабочим, которые были готовы бороться за диктатуру пролетариата. Коммунисты призывали трудящихся к защите власти пролетариата. Они не обещали им легкой победы, не говорили, что напряжение сил будет кратковременным, а жертвы незначительными. Коммунисты ссылались на героический пример трудящихся масс России, которые уже в течение года вели борьбу не на жизнь, а на смерть с интервенционистскими вооруженными силами 14 империалистических государств и бандами внутренней контрреволюции. Социал-демократы, оказавшиеся вследствие громадного воодушевления среди рабочих в затруднительном положении, наоборот, заявляли, что нужно-де сделать лишь "одно усилие", что достаточно будет "одного натиска". Выдвигая этот лозунг, они каждый раз готовили какой-нибудь вариант ком-

промисса. Позже социал-демократический лозунг "об одном нажиме" стал в руках предателей средством деморализации армии.

Рабочие полки и батальоны объединяли представителей определенных профессий, предприятий. Сформированные таким образом части в значительной мере представляли собой нечто вроде вооруженной профсоюзной организации. Единственным преимуществом подобного метода было быстрое формирование войск. Но во всех остальных отношениях эта система была вредной.

Руководство профсоюзами и после объединения обеих партий оставалось преимущественно в руках социал-демократов. В данном случае это означало, что в большей части рабочих отрядов социал-демократическое влияние оставалось решающим. Солдаты-рабочие давно уже знали друг друга, знали, кто остался дома, кому благодаря связям с социал-демократической партией удалось вернуться с фронта. Солдаты имели неограниченную возможность для переписки с тылом, родными и близкими, что также было использовано контрреволюцией в ее подрывной деятельности. События, происходившие на фронтах, были до мельчайших подробностей известны в тылу. Солдаты получали преувеличенную информацию о бедственном положении своих домашних.

Первые недели, когда героизм рабочих полков увлек за собой всю армию, эти факторы оказывали небольшое влияние. Но оно возросло после освобождения Кашши, когда военные действия велись с меньшей силой. Уже тогда социал-демократы всячески стремились насаждать в тылу и армии пораженческие настроения, подрывать дисциплину. Они использовали в этих целях переписку солдат с родными, близкими и товарищами по работе. Играя на продовольственных трудностях, переживаемых Республикой, на фактах бюрократизма в работе некоторых тыловых органов, прибегая к нашептываниям, они добивались того, что из тыла на фронт шли письма с многочисленными жалобами. Родственники солдат писали, например, что "на фронте теперь уже находятся только ослы", поименно называли самовольно возвратившихся домой, подчеркивая, что никакой беды с ними оттого не случилось и они спокойно работают на своих прежних местах. Десятки и сотни разных форм деморализации использовались для подрыва дисциплины в армии.

На фронте правые социал-демократы вели агитацию в таком направлении: рабочие полки, мол, пошли на фронт только "для одного нажима", и поскольку этот "нажим" оказался успешным, то солдаты могут уже попросить отпустить их домой. Подобные настроения очень быстро распространялись среди уставших от войны, находившихся под влиянием плохих вестей из дома солдат. Революционная верность и стойкость коммунистов-солдат и политических комиссаров могли лишь замедлить начавшееся разложение, но не могли помешать этому. К тому же комиссары имелись лишь в немногих соединениях, ибо главнокомандующий Вильмош Бем всячески старался их дискредитировать и под различными предлогами многих из них удалил из армии. Он стремился ограничить круг деятельности политических комиссаров, которые, по его мнению, "не должны были вмешиваться в решение военных вопросов, так как ничего в них не понимали". Лишь реакционных кадровых офицеров Вильмош Бем считал пригодными к военному руководству. Главнокомандующий возглавлял подрывную деятельность социал-демократов в армии.

В этих условиях не могло быть и речи о том, чтобы революционные военные трибуналы, о создании которых Бем громогласно возвестил в одном из приказов, отвечали своему назначению в деле поддержания дисциплины. Социал-демократические! предатели и контрреволюционные офицеры могли свободно проводить в армии разлагающую агитацию и пропаганду.

Вильмош Бем и его окружение использовали любые трудности, возникавшие на фронте, чтобы доказывать "неспособность" армии продол-

жать военные действия, необходимость немедленного заключения мира. Всеми способами они пытались внушить солдатам мысль о неизбежности отступления. "Мир любой ценой", "строительство социализма при помощи Антанты", "демократия - это мясо, сало, вино" - такими лозунгами правые социал-демократы ввели в заблуждение многих солдат и деморализовали Красную Армию. О разложении рабочих отрядов позаботились и социал-демократические руководители профсоюзов - Карой Пейер и К°. Что же касается частей, в которых было значительное число крестьян из лежащих за Тисой районов и которые, следовательно, не имели связей с тылом, деморализующее влияние на них оказывал факт отступления, кажущаяся бесперспективность в будущем; сыграл здесь свою роль и тот факт, что среди солдат слабо велась политическая работа.

В армии активизировалась офицерская контрреволюция. Венгерская Советская Республика, безусловно, нуждалась в кадровых офицерах, военных специалистах. Но, оказывая доверие хорошо, честно работавшим командирам, необходимо было обеспечить постоянный и строгий политический контроль за деятельностью офицеров. Такой контроль в Венгерской Красной Армии, как правило, отсутствовал. Практически он осуществлялся лишь в некоторых соединениях, где были сознательные, обладавшие боевым опытом, и в особенности опытом русской революции, политические комиссары. Многие из посланных на фронт политических комиссаров впервые в своей жизни оказались в армии. Они зачастую не знали, какие задачи в военной обстановке являются наиболее важными. С одной стороны, комиссары учитывали точку зрения авторитетного социал-демократического большинства из окружения главнокомандующего: "политические комиссары не должны вмешиваться в военные вопросы, так как ничего в них не понимают"; с другой стороны, их вводили в заблуждение расшаркивания и предупредительная вежливость офицеров. В военном и политическом отношениях комиссары были подготовлены весьма поверхностно; в армию большинство из них было рекомендовано социал-демократами. Они не могли осуществить лозунг вооруженной борьбы в защиту пролетарской диктатуры в то время, когда в социал-демократических организациях они слышали только пацифистские речи, а также разговоры о том, что необходимо договориться с Антантой, поскольку-де цели пролетарской диктатуры неосуществимы.

Вследствие всего этого в значительной части военных соединений реакционным офицерам нетрудно было развернуть контрреволюционную деятельность. В первое врем" эта деятельность не могла быстро развиваться потому, что офицеры, служившие в Красной Армии, не представляли собой единой группы. Небольшая их часть, принадлежавшая к коммунистам, являлась одной из сил сохранения единства Красной Армии. Некоторые из офицеров следовали за начальником штаба Аурелом Штромфельдом и, хотя и не по убеждению, как Штромфельд, а под влиянием его авторитета и примера, старались добросовестно выполнять свои обязанности. Часть офицеров вступила в Красную Армию ввиду отсутствия источников существования, рассчитывая на то, что в результате их руководства в армии "восторжествует национализм" и она перейдет в их руки. Большинство офицеров, принадлежавших к социал-демократам или к буржуазным партиям, были распространителями пацифизма и контрреволюционных настроений.

Контрреволюционные офицеры в первое время действовали осторожно. После характерных для буржуазно-демократических и социал-демократических правительств в Венгрии нерешительности и колебаний на них сильное впечатление произвела большая энергия Советского правительства и целеустремленность его мероприятий. Офицеры видели, что вопреки насаждаемым в массах вратами Советской Республики антивоенным настроениям пролетарской диктатуре удалось создать Красную Ар-

мию и улучшать, хотя и медленно, дисциплину в ней. Это и заставляло их быть осторожными. Когда же Красная Армия впервые отступила от Тисы, офицеры, уверенные в близком крахе пролетарской диктатуры, попытались с помощью своей лживой пропаганды подорвать боевой дух войск, состоявших преимущественно из крестьян, клеветнически утверждая, что "пролетарии не защищают собственную власть". Поведение офицеров становилось все более вызывающим. Это выражалось, например, даже в том, что они, желая подчеркнуть свою кастовость и привилегированное положение, при обращении друг к другу постоянно добавляли к званию слово "господин". Издеваясь над коммунистами, они говорили друг другу, "товарищ господин".

После создания главного командования армии офицерскому движению противостояли патриотическое, самоотверженное отношение к делу пролетариата начальника штаба Аурела Штромфельда, его большой авторитет специалиста. В первый период деятельности Штромфельда в качестве начальника штаба контрреволюционные офицеры ограничивали свою работу главным образом поддержанием подпольных связей между собой. Сдерживающее влияние на контрреволюционное поведение офицеров оказали героическое решение, которое рабочий класс принял 2 мая, мобилизация масс и успех начавшихся тогда военных операций. Вместе с тем на офицеров в то время ободряюще действовало покровительственное отношение к ним главнокомандующего армией Вильмоша Бема. Последний открыто проявлял свою враждебность к коммунистам, занял отрицательную позицию в вопросе о военном и политическом контроле комиссаров над офицерами.

Героическая борьба Советской Республики, ее революционные мероприятия и практическая деятельность усиливали воодушевление солдат, их любовь к своей пролетарской Родине. Однако в Красной Армии (за исключением немногих частей) отсутствовала планомерная агитационная и пропагандистская работа, которая! знакомила бы солдат с целями и задачами революции, воспитывала бы в них сознательную, активную любовь к Родине. Как мы уже отмечали, часть политических комиссаров была непригодна к выполнению своей роли. Развертыванию агитации и пропаганды мешало и то обстоятельство, что листовки и другие печатные материалы рассылались из центра без всякого учета особенностей различных частей.

Накануне июльского наступления офицеры распространили слух о том, что в состав румынской армии будто бы входят венгерские части. Советское правительство, говорили они, посылает Красную Армию на "братоубийственную войну". Но в массах красных солдат эта реакционная офицерская агитация возымела слабое действие. Красноармейцы хорошо понимали, что если даже и в самом деле имелись венгерские отряды, поддерживавшие румынскую армию, то они никак не могли быть их "братьями", ибо помогали восстановлению старого строя.

Тем сильнее подхватывались эти слухи организациями контрреволюционного офицерства. Например, офицеры 101-го артиллерийского полка 6-й дивизии на своем тайном собрании обсуждали вопрос: сражаться или нет против "братьев", находившихся в румынской армии? И решили, что сражаться не будут. Преданные диктатуре пролетариата солдаты сообщили об этом собрании политическому комиссару 6-й дивизии. По его приказу комиссары полка и артиллерийских дивизионов при помощи солдат взяли офицеров под стражу и препроводили их в главное командование армии.

Когда Вильмошу Бему донесли из 6-й дивизии о "превышении" политическим комиссаром власти, он взял арестованных офицеров к себе в ставку в Геделле. К удивлению политических комиссаров и солдат, спустя несколько дней главнокомандующий прислал офицеров в дивизию с

приказом о восстановлении их на прежних должностях, ибо, говорилось в приказе, "они признали свои ошибки и обещали, что будут выполнять свои обязанности". Солдаты открыто выражали свое возмущение. Они заявили офицерам, что будут внимательно следить за каждым их шагом и в случае малейшего подозрения не пощадят их. Благодаря решительному, сознательному поведению солдат 101-й полк сыграл важную роль в артиллерийской подготовке форсирования Тисы у Сольнока.

После падения диктатуры пролетариата значительная часть офицеров, прежде пресмыкавшаяся перед трудящимися, вновь сбросила маску и приняла участие в кровавых злодеяниях террористических отрядов Пронаи, Остенбурга и других бандитов, в расправах над рабочими и крестьянами.

Социал-демократические предатели вели свою враждебную, подрывную работу по свержению пролетарской диктатуры не только в армии, профсоюзах, среди трудящихся масс; то же самое они делали в руководящих государственных органах, а также и на международной арене, в области внешней политики, где они использовали свои связи с агентами разведок интервентов.

В противовес саботажу и активной контрреволюционной деятельности правых социал-демократических руководителей массы рабочего класса, и в первую очередь рабочая молодежь, во главе с коммунистами показывали блестящие образцы пролетарского героизма. В тяжелой боевой обстановке, когда могли бы дрогнуть и хорошо обученные, вымуштрованные части, рабочие отряды проявляли вызывавшие восхищение храбрость и самопожертвование. Так, например, в начале операций по освобождению Мишкольца один рабочий батальон был окружен в Ашошольце. Истекавшие кровью бойцы смело оборонялись и не сдали своих позиций. Прибывшие на помощь части благодаря этому смогли вступить в бой при более благоприятных условиях. Другой батальон в боях за село Вилмань попал в подстроенную противником ловушку: внезапно с тыла по батальону открыл огонь пулемет, установленный в башне сельской церкви. Несмотря на значительные потери, батальон уничтожил врага, напавшего на него с тыла, и обеспечил продвижение дивизии вперед.

История боев Красной Армии знает много примеров не только коллективного героизма целых воинских частей. Отдельные красноармейцы, а также мелкие группы и звенья бойцов на каждом шагу доказывали свою верность пролетарской Родине. Памятен подвиг патруля из молодых добровольцев. За несколько дней до освобождения Кашши этот патруль, пробравшись в тыл врага, неожиданным налетом вынудил к бегству расположенный в аббатстве Ясо штаб французского генерала, командовавшего чешскими войсками. Это лишило чешские войска центрального руководства, значительно облегчило Красной Армии освобождение чрезвычайно важного пункта - города Кашша. Вечной славой покрыли себя безымянные молодые солдаты, которые в начале июльского наступления, переплыв Тису, разведали артиллерийские позиции румынской армии и дали возможность артиллерии красных войск направить огонь по точно установленным целям.

Особого упоминания в истории сражений Красной Армии заслуживают солдаты бронепоездов. Это были преимущественно промышленные рабочие. Они не имели специального образования, но, несмотря на это, попав в незнакомый род войск, быстро осваивали особенности своего оружия. Они с превосходным тактическим чутьем и героической самоотверженностью разрешали поставленные перед ними задачи.

Впервые значительную роль бронепоезда сыграли в освобождении Шалготарьяна. Опытный в военном отношении противник принимал все меры, начиная от разбора рельс и кончая минированием мостов, чтобы

помешать наиболее важным тогда действиям бронепоездов - разведывательным операциям. Поезда были сделаны из простых товарных вагонов, обшитых стальными листами. Укрепляли их в спешке, так что в лучшем случае они защищали от огня стрелкового оружия и пулеметов. Установленные на них орудия и пулеметы были укреплены лишь настолько, чтобы сдержать силу отдачи, возникавшую при выстрелах.

У Шалготарьяна разведку вели бронепоезда N 2 и N 6. Учитывая, что противник примет оборонительные меры, бронепоезда продвигались осторожно. Они часто останавливались и высылали вперед пешие патрули для осмотра путей, Последние выполняли свою работу под огнем противника и, если встречали разобранные или расшатанные рельсы, восстанавливали путь, держа противника под обстрелом. Бронепоезда вызывали на себя огонь неприятельских батарей и пулеметов, раскрывая тем самым позиции противника, в первую очередь расположение его артиллерии. Паровоз одного из бронепоездов наскочил на вражескую мину, но получил при этом лишь незначительные повреждения. Солдаты под артиллерийским и пулеметным огнем врага отремонтировали паровоз и, выполнив задание, вернулись на стоянку.

С таким же героизмом по всей стране сознательные рабочие и следовавшие за ними деревенские пролетарии выступали против врагов диктатуры пролетариата. Исключительны заслуги в борьбе за защиту Советской власти политического комиссара Народного комиссариата внутренних дел в Эстергоме Шандора Сентея. Изменник Иштван Сабо при помощи скрывавшихся в Эстергоме контрреволюционеров и расположенных на северном берегу чешских войск арестовал 21 мая местных руководителей Советской власти. Было совершенно ясно, что чешские войска, перейдя через мост, который тогда еще не был разрушен, смогут беспрепятственно захватить город. Шандору Сентею удалось перетянуть на свою сторону введенных в заблуждение солдат, которые были посланы для охраны моста. С ними и с присоединившимися к ним рабочими он отправился защищать мост. Здесь им встретился выступивший для захвата города авангард чешских войск во главе с изменником Иштваном Сабо. Отряд Шандора Сентея открыл по противнику огонь. Застигнутые врасплох, чешские солдаты беспорядочно отступили. Действия, предпринятые Шандором Сентеем, помешали противнику переправиться на южный берег Дуная, обеспечив тем самым одну из предпосылок начавшегося вскоре большого наступления Красной Армии. Советская Республика выиграла время для укрепления позиций у Эстергомского моста и уничтожения местной контрреволюции.

Незабываемый пример героизма показали в мае 1919 г. рабочие Мишкольца-Диошдьера. Когда чешские войска, перейдя демаркационную линию, неожиданно напали на малочисленный местный гарнизон, рабочие, не дожидаясь приказа, немедленно поспешили к нему на помощь. Они с оружием в руках защищали Мишкольц и Диошдьерский завод, имевший огромное значение для Советской республики. Под давлением превосходящих сил противника им пришлось временно отступить. Во время военных действий Красной Армии, начавшихся 20 мая, рабочие Мишкольца-Диошдьера доблестно сражались в первых рядах освободителей. Их мужество, готовность пожертвовать собой, отличное знание местности в значительной мере способствовали тому, что Красная Армия в короткий срок (в течение двух дней) и с относительно небольшими потерями изгнала противника из Мишкольца и его окрестностей.

Приведенные примеры - капля в бесчисленном множестве героических дел. В них следует искать ответы на вопрос: что сделало Красную Армию способной к длительной, продолжавшейся несколько месяцев борьбе? Несмотря на неимоверные трудности, предательство правых социал-демократов и подрывную деятельность контрреволюционного офи-

церства, окруженная со всех сторон врагами Венгерская Советская Республика часто одерживала победы над превосходящими ее по вооружению и численности империалистическими силами. Личный пример коммунистов, самоотверженность пролетарских масс города и деревни, героизм сотен тысяч красноармейцев и их руководителей укрепили Красную Армию и сделали ее способной вести эту трудную борьбу. Славные боевые дела рабочих и солдат обогатили освободительные традиции венгерского народа.

Согласованная подрывная деятельность внутренней контрреволюции, руководителей социал-демократии, предавших Родину заговорщиков - офицеров, кулаков, клерикальной реакции, а также крупных помещиков и капиталистов - могла ослабить, но не победить героический рабочий класс Венгрии. Поражение Венгерской Красной Армии было вызвано в первую очередь превосходящими силами империалистов.

НАША НАРОДНАЯ АРМИЯ - НОСИТЕЛЬНИЦА ТРАДИЦИИ ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ БОРЬБЫ ВЕНГЕРСКОГО НАРОДА

Военные подвиги Красной Армии Венгерской Советской Республики заслуженно вызывали и вызывают восхищение и уважение международного рабочего класса, всего прогрессивного человечества. Созданная буквально за несколько недель, эта армия была замечательным творением венгерского рабочего класса, трудящихся масс страны. Память о ней и ее героическом пути священна для солдат и офицеров Народной Армии.

Борьба Красной Армии явилась новым этапом и продолжением той битвы за свободу и независимость, которая велась в стране в течение тысячи с лишним лет. История Венгрии заполнена кровавой борьбой трудового народа против гнета и порабощения. Свободолюбие и патриотизм простых венгров воспеты в пламенных стихах не только венгерских поэтов, но и великих поэтов других стран.

Венгерский народ, сбросив в 1945 г. при поддержке победоносной армии Советского Союза ярмо капиталистической эксплуатации, приступил к строительству подлинно народной армии, классовой армии трудящихся. Деморализующее влияние порочной политики прежнего партийного и государственного руководства привело к тому, что во время контрреволюционного мятежа осенью 1956 г. Народная Армия оказалась бессильной. Мы учли прошлые ошибки и ныне создали такие вооруженные силы, солдаты и офицеры которых являются преданными сыновьями народа, бдительно стоящими на страже социалистического Отечества, на страже мира. Призванные защищать родную страну, ее права и свободу, они всегда готовы отразить любое нападение империалистов, откуда бы оно ни исходило.

Солдаты Народной Армии воспитываются на славных традициях прошлого. Они свято чтут бесчисленные жертвы, принесенные народом во имя Родины в различные периоды ее истории, подвиги Надь Антала Будаи, Дьердя Дожи, Бочкаи, Бетлена, Ференца Ракоци II, гонведов Кошута, красных бойцов в 1919 г., героические деяния коммунистов. Уроки прошлого учат воинов Венгерской Народной Республики, что лишь тот народ заслуживает свободы, который способен бороться за нее и защищать ее.

Народ и армия в нашей стране составляют единое целое. Венгерская социалистическая рабочая партия, правительство, все трудящиеся рассматривают Народную Армию как свое кровное детище и проявляют постоянную заботу о ней. Клич пламенного поэта освободительной борьбы Шандора Петефи: "За народ - в огонь и в воду!" - является лозунгом солдат Венгерской Народной Республики.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Ференц МЮННИХ:

Комментарии: