Сегодня Госдума должна была рассматривать во втором чтении законопроект о борьбе с отмыванием преступных доходов. Однако Совет Госдумы перенес его на 27 июня. Причина в плохом качестве документа. До парламентских каникул закон могут не принять.

Многие склонны объяснять отсрочку отсутствием главы комитета Александра Шохина (он в командировке). Однако это лишь предлог. Банковский комитет собирался дважды, чтобы утвердить поправки ко второму чтению, но даже после этого у самих представителей комитета осталась неудовлетворенность - закон требует дополнительной шлифовки, а на это нужно время.

Зампредседателя комитета Павел Медведев признался "Известиям", что он "очень недоволен результатом". По его мнению, "правительство почему-то плохо пишет законы о банках". Пример - "пакет МВФ", содержавший законопроекты по совершенствованию банковской системы. Над ним депутаты мучились два года.

Закон по борьбе с отмыванием "депутаты судорожно поправили, но поправили плохо", в нем остается "принципиальный порок". Идея принятия Страсбургской конвенции и закона по отмыванию денег возникла под давлением международного сообщества на Россию. Однако сам Запад, по словам Медведева, на почве этой борьбы "сошел с ума". Депутат беседовал с одним из швейцарских прокуроров. Тот заметил: да, ответственность банков за несообщение о подозрительных сделках утверждена законом, и в Швейцарии нашлись четыре банкира, выполнившие это требование. И вот что, по словам Медведева, сказал о них швейцарский прокурор: "Все четыре человека - шизоиды, они на себя донесли".

В российском законопроекте об отмывании - тоже сплошная "мутная вода". Если его примут, "будут дергать людей просто потому, что они связаны с большими деньгами", даже кристально чистыми. Например, закон требует от казино доносить о крупных выигрышах. Почему эти деньги считаются потенциально "грязными"? Уж логичнее было бы сообщать о крупных проигрышах.

За границей основными источниками "грязных" денег считаются убийство, наркобизнес и проституция. У нас пытались загнать в эту категорию даже налоговые, таможенные и валютные преступления. Банковский комитет настоял на их исключении из сферы действия закона. Представители правоохранительных структур с этим согласились: замглавы Межведомственного центра по противодействию отмыванию денег Александр Бабичев, входящий в рабочую группу по доработке закона, заявил "Известиям", что поддерживает эту поправку.

Однако закон остается несовершенным. Критерием подконтрольных сделок является сумма, а не происхождение денег. Но ведь на деньгах не написано, от каких они преступлений, пусть даже сумма сделки и превышает 0,5 миллиона рублей. В итоге закон создает "трудности для честных и инструкцию для нечестных", заключил Павел Медведев.

Добавим, что в законе до сих пор нет ответа на вопрос, кому доверят функции уполномоченного органа. Этот вопрос отдан на откуп исполнительной власти. По словам Александра Бабичева, Совбез в письме к премьеру Михаилу Касьянову выразил обеспокоенность неурегулированностью этого вопроса и призывал ускорить разработку указа президента, в котором прописывались функции уполномоченного органа.

Однако думается, что по такой ключевой позиции закон не должен содержать отсылок - пусть даже к указу президента. Возникает вопрос: кому же выгодно оставлять такой "люфт" в важнейшем законе? Вероятно, именно уполномоченному органу: он окажется хозяином положения при реализации закона, оставаясь сам вне его рамок.

Постоянный адрес данной публикации: