В экономических связях Японии с Китаем в последние годы происходят серьезные сдвиги, основой которых являются, в первую очередь, расширение масштабов внешнеэкономической сферы КНР и изменения в объемах экономического взаимодействия Японии с Китаем, а также в формах этого взаимодействия. Экономика двух восточноазиатских гигантов оценивается прямопротивоположно: для Японии характерны стагнация экономики и постоянные пробуксовки в проведении назревшей перестройки экономики, а для Китая, напротив, -поступательное экономическое развитие, рост мощи и влияние в регионе.

Так, в 2000 году Япония впервые уступила Китаю первое место среди стран, с которыми Соединенные Штаты имеют наибольший торговый дефицит ¹ . В оценках среднесрочных перспектив экономического развития Восточной Азии все чаще первое место отводится прогнозам роста экономики в Китае ² . Одним из самых показательных фактов последнего времени стало закрытие многими ведущими западными средствами массовой информации своих региональных штаб-квартир в Японии и перевод их в Китай, поскольку в Японии "ничего не происходит", "страна застыла", а интересные события продолжаются разворачиваться именно в Китае ³ .

На этом фоне небывалыми темпами расширяются разнообразные экономические связи Японии и КНР. Рост экономической мощи Китая и достигнутый, а тем более прогнозируемый, объем взаимодействия экономик двух стран - вот главные причины того, что экономические отношения с Китаем становятся для Японии все более важными. При этом все отчетливее видно отставание в развитии политических отношений от экономических, хотя в случае с Японией и Китаем их двусторонние отношения довольно часто трудно четко разделить на чисто экономические и политические.

Взаимопроникновение, взаимовлияние экономики и политики в японо-китайских отношениях будут, скорее всего, только усиливаться по мере развития и интенсификации региональных связей в Восточной Азии. Сочетание соперничества за лидерство в Восточной Азии с Китаем и неизбежное расширение экономического сотрудничества с ним становятся важнейшей проблемой для внешнеэкономической стратегии Японии.

ДИНАМИКА ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИХ СВЯЗЕЙ

В последние пять лет чрезвычайно быстро растет доля Китая в японском импорте: если в 1996 году она составляла 11,6 процента (у США, которые до сих пор занимают первое место в японском импорте - 22,9 процента), то в 2001 году - уже 16,5 процента, а у США она сократилась до 18,3 процента ⁴ . В 2001 году при общем падении стоимостного объема японского экспорта и импорта среди главных торговых партнеров Японии только с КНР был отмечен рост торговли в обоих направлениях, а в первой половине 2002 года двусторонняя торговля выросла еще на 3,4 процента, достигнув рекордного уровня в 45,12 миллиарда долларов ⁵ . В результате доля Китая в импорте Японии (17,8 процента), почти сравнялась с долей США (18,2 процента) ⁶ . Согласно японским оценкам, по итогам 2002 года КНР может заменить Соединенные Штаты в качестве главного источника импорта товарной продукции в Японию ⁷ .

При таком увеличении масштабов торговли неизбежно появляется и больше шансов на возникновение торговых противоречий. Одна из областей риска с этой точки зрения - экспорт китайского продовольствия в Японию, поскольку Китай за короткий срок занял второе место в качестве поставщика продовольствия в Японию после США.

Это привело к возникновению, по крайней мере, двух проблем. Во-первых, качество китайской продукции не поспевает за ее количеством (свыше 40 процентов японского импорта продовольствия из Китая приходится на морепродукты, более 20 процентов - на овощи и свыше 10 процентов - мясо и мясопродукты). В частности, уже возникли разногласия между двумя сторонами по поводу доли остаточного содержания химикатов в китайских овощах ⁸ . Не исключено, что это может быть скрытой формой протекционизма, поскольку, японские сельхозпроизводители крайне озабочены растущей конкуренцией со стороны Китая.

Первые признаки возможных будущих торговых войн проявились в апреле 2001 года, когда Япония ввела ограничения на импорт трех видов сельхозпродукции из Китая, которые стали представлять угрозу для японских производителей такой продукции (особые сорта лука и грибов и тростник-камыш, используемый в производстве матов для татами). Некоторые специалисты по японо-китайским отношениям назвали это решение первым раундом возникающих торговых противоречий между Японией и Китаем ⁹ .

Япония значительно уступает по объему экспорта и импорта прямых инвестиций не только другим ведущим государствам мира, но и некоторым средним по масштабам западноевропейским странам. Роль Японии в международном движении прямых капиталовложений остается слабой, особенно если принять во внимание ее огромный финансово-экономический потенциал. Более того, во второй половине 90-х годов доля Японии в мировом экспорте прямых инвестиций снизилась более чем в два раза ¹⁰ . Годовые объемы экспорта капитала из страны были крайне неустойчивы, а в 1999 - 2001 годах произошло дальнейшее сильное сокращение вывоза прямых капиталовложений из Японии - с 66,7 миллиарда долларов в 1999 году до 31,7 миллиарда долларов в 2001 году ¹¹ .

При этом экспорт японских прямых инвестиций в Китай возрастал, хотя по абсолютным цифрам он остается все еще незначительным - как относительно общих размеров их вывоза из Японии, так и импорта Китаем зарубежных прямых капиталовложений. Но тенденция роста доли КНР в общем экспорте

стр. 17

японских прямых инвестиций в последние три года налицо (с 1,6 процента в 1999 году до 5,6 процента в 2001 году).

По данным недавнего опроса японских компаний, проводившегося японской внешнеторговой организации ДЖЕТРО, около 96 процентов из них считают Китай наиболее предпочтительным пунктом назначения их зарубежных инвестиций в 2002/ 2004 финансовых годах. Свыше 70 процентов компаний, намеренных осуществлять инвестиции в Китае, назвали в качестве причины таких планов расширение производства и продаж, ориентированных на китайский рынок, а почти 45 процентов - необходимость снижения производственных издержек ¹² .

Эти данные отражают наметившуюся тенденцию к очередному витку перевода японскими компаниями своих производственных мощностей за рубеж, прежде всего в Китай, а также в государства Юго-Восточной Азии. Несмотря на застой японской экономики, а во многом и благодаря ему, перенос из Японии некоторых производств на территорию восточноазиатских соседей, причем с ориентацией значительной части этих производств на снабжение японского рынка, в последнее время ускорился. Так, рост японо-китайской торговли шел главным образом на основе интенсификации торгового обмена в рамках японских фирм, которые уже создали или создают свои производственные базы в Китае.

Правда, развитие процесса перевода рабочих мест из некоторых отраслей японской промышленности в Восточную Азию, прежде всего, в Китай нравится в Японии далеко не всем. Это явление даже получило негативный ярлык "опустошения" японской промышленности. Здесь, однако, имеет смысл вспомнить об опасениях, которые вызывала в 1970 - 1980-е годы в развитых странах так называемая деиндустриализация, выражавшаяся в оттоке более простых производств в менее развитые или развивающиеся страны. Но "деиндустриализация" привела не только к снижению доли обрабатывающей промышленности во внутреннем валовом продукте (ВВП) и отраслевой структуре занятости в развитых государствах, но и к сокращению материале- и энергоемкости экономики, повышению ее технологического уровня, и, соответственно, эффективности.

"Опустошение" японской промышленности по многим признакам может быть процессом устойчивым, поскольку достаточно четко просматривается намерение ведущих японских компаний сосредоточиться в своей глобальной стратегии на как можно более сложных сегментах производства. Очередной перевод более простых производств за границу, прежде всего к соседям по Восточной Азии, при этом неизбежен. Как отмечается в Белой книге ДЖЕТРО по иностранным прямым инвестициям, "японские фирмы, особенно в электро- и электронном машиностроении, стремятся к дальнейшему снижению издержек и в возрастающих масштабах переносят свои производственные базы" за рубеж ¹³ .

Теряя в определенной степени былую конкурентоспособность в производстве электронного оборудования (hard-ware), японские компании ("Ниппон электрик", "Фудзицу", "Сони" и другие) концентрируют усилия на НИОКР и производстве комплектующих, готовой продукции и программного обеспечения, создавая исследовательские центры в странах, перспективных с точки зрения сбыта, но особенно с точки зрения поставки комплектующих (наиболее перспективны с этой точки зрения Китай, Тайвань, ряд стран ЮВА).

Одной из перспективных сфер экономического сотрудничества, причем политически важной с точки зрения укрепления доверия друг к другу на уровне человеческих контактов между Японией и КНР и Тайванем, становится туризм. Япония начала уделять внимание государственной поддержке развития иностранного туризма только в самое последнее время, гораздо позже своих соседей по Восточной Азии ¹⁴ . Главными поставщиками интуристов в Японию являются Южная Корея, Тайвань, Китай и Гонконг, а также США, причем на азиатскую четверку пришлось 54 процента всех интуристов, посетивших Японию в 2001 году ¹⁵ .

По мнению многих японских туроператоров, приток тайваньских и южнокорейских туристов приближается к оптимальному уровню ("уровню зрелости"), когда трудно ожидать его дальнейшего серьезного роста (по доле в своем населении граждан, предпринимающих заграничные путешествия, Тайвань и Южная Корея уже опередили Японию). Поэтому на первый план и в этой области выдвигается Китай, особенно население прибрежных провинций, составляющее около 400 миллионов человек. Всего два года назад китайское правительство разрешило своим гражданам осуществлять поездки для знакомства с достопримечательностями Японии. В 2001 году ее посетили 391 тысяча китайцев, хотя по некоторым оценкам (исходя из потенциальных финансовых возможностей населения) при снятии ограничений на поездки уже сейчас число посещающих Японию граждан Китая могло бы достичь 2,7 миллиона человек ¹⁶ .

СОПЕРНИЧЕСТВО В ЮГО-ВОСТОЧНОЙ АЗИИ

Начавшийся процесс формирования институционального каркаса восточноазиатской экономической интеграции в рамках диалога АСЕАН и Японии, Китая и Южной Кореи (десять плюс три) осложнен соперничеством Японии и Китая за лидерство в этом процессе.

Так, Китай в 2000 году выдвинул идею заключения зоны свободной торговли с АСЕАН. Первоначально данное предложение вызвало негативную реакцию со стороны малых стран группировки, вполне отчетливо просматривалась настороженная позиция по отношению к нему и ведущих государств Ассоциации. На пути создания зоны свободной торговли КНР-АСЕАН есть реальные трудности: отсутствие или малая степень взаимодополняемости экономик КНР и асеановских стран, преобладание конкуренции их продукции в одних и тех же сегмен-

стр. 18

тах рынка в отличие от экономических отношений между Японией с АСЕАН или Китаем. Хотя здесь также не исключена конкуренция, но взаимодополняемость экономик в обоих случаях на несколько порядков или, по крайней мере, гораздо выше по сравнению с тем, что имеет место в экономических связях КНР с АСЕАН.

Однако на встрече в Брунее в ноябре 2001 года лидеры АСЕАН пришли к выводу, что настало время положительно отреагировать на китайское предложение, учитывая, прежде всего, два важных фактора - вступление КНР в ВТО и расширение китайского рынка ¹⁷ . На саммите в Пномпене в ноябре 2002 года было подписано соглашение, предусматривающее создание зоны свободной торговли, включающей АСЕАН - Китай. Сроки осуществления этой идеи - 2012 год - оставляют достаточно времени для обсуждения формата ее реализации, подготовки к ее практическому воплощению в жизнь и т.п.

Одобрение в ноябре 2001 года идеи создания зоны свободной торговли между Китаем и АСЕАН явилось сюрпризом для Токио (пресса страны назвала эту новость "звонком будильника для Японии с тем, чтобы она пересмотрела свою торговую политику в отношении Юго-Восточной Азии") ¹⁸ . Два месяца спустя премьер-министр Дзюнъитиро Коидзуми в своей речи в Сингапуре выдвинул "инициативу создания всестороннего экономического партнерства между Японией и АСЕАН" и более широкую "инициативу для развития Восточной Азии" ¹⁹ , то есть идею создания зоны экономического партнерства в Восточной Азии (как сказал Коидзуми, "создания сообщества, действующего совместно и продвигающегося совместно"), причем с участием Австралии и Новой Зеландии ²⁰ .

Реализация предложения о более широкой зоне свободной торговли в рамках региона, включающего в себя только западную часть бассейна Тихого океана, дала бы Японии больше возможностей для маневра в соперничестве и сотрудничестве с Китаем. Эта идея в принципе может быть более жизнеспособной по сравнению с идеей торговой зоны Китай - АСЕАН.

Между прочим, она возвращает страны западной части Тихоокеанского бассейна к первоначальному проекту Азиатско-тихоокеанского сотрудничества (АТЭС) начала 1989 года - к проекту создания чисто региональной экономической группировки без США, Канады и других государств восточной части бассейна Тихого океана. Правда, при выдвижении своего предложения о создании группировки АСЕАН плюс пять (Япония, Китай, Южная Корея, Австралия, Новая Зеландия) Коидзуми особо подчеркнул, что она не должна замыкаться в себе и развивать отношения с Европой и Соединенными Штатами ²¹ .

ЕСТЬ ЛИ КИТАЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ УГРОЗА?

В Японии, как и в других странах Восточной Азии, существуют полярные оценки роста экономического могущества Китая: он рассматривается либо как угроза, либо как феномен, предоставляющий новые возможности, хотя и сопровождающийся усилением конкуренции со стороны Китая для определенных отраслей японской экономики.

Существуют также разные оценки и применяются разные критерии при оценке нынешней экономической ситуации в Японии и КНР, их сравнительной экономической мощи и перспектив на будущее.

Так, в Китае доля рискованной задолженности в кредитном портфеле банков намного выше, чем в Японии. Однако проблема "плохих долгов" в Японии привлекает к себе гораздо большее внимание и критику. Впрочем, это естественно, поскольку влияние ситуации в Японии на общее состояние мировой экономики остается гораздо более сильным, чем Китая ²² .

При сопоставлении нынешней экономической мощи Японии и Китая и особенно перспектив даются противоположные оценки их соотношения. Так, некоторые специалисты считают, используя показатель паритета покупательной способности валют, что китайская экономика по объему ВВП уже сейчас превышает японскую минимум на одну треть. А по прогнозу развития мировой экономики до 2015 года, выполненному ИМЭМО РАН, доля КНР в мировом ВВП в 2000 году была уже почти в полтора раза больше, чем у Японии, а к 2015 году разрыв должен увеличиться до двух с половиной раз (доля Китая - 14,19 процента по сравнению с 5,77 процента у Японии) ²³ .

Такие оценки основаны на том, что в нынешних пропорциях экономической динамики двух восточноазиатских гигантов кардинальные изменения не произойдут. При этом параметры сравнительного качественного уровня экономик двух стран и вовсе остаются за кадром. По другим же, менее оптимистичным для Китая оценкам, к 2015 году он только догонит Японию по объему ВВП ²⁴ .

Тем не менее, все большее распространение получает точка зрения, что Китай, а не Япония, сейчас является локомотивом экономического роста в Восточной Азии (хотя при этом не стоит забывать роль огромного рынка Соединенных Штатов для экономического развития большинства стран Восточной Азии, в том числе для Китая).

Однако существует и другая точка зрения, заключающаяся в том, что, несмотря на впечатляющий рост, китайская экономика количественно и, особенно, качественно настолько отстает от японской, что у нее просто нет оснований претендовать на лидерство в Восточной Азии, по крайней мере, в настоящее время.

Более того, некоторые эксперты, специализирующиеся на сопоставлении и анализе взаимоотношений экономик Японии и Китая, полагают, что, несмотря на очевидные структурные проблемы экономики Японии, продолжает действовать характеризовавшая развитие экономики стран Восточной Азии на протяжении последних нескольких десятилетий модель "летящей стаи гусей", в которой во-

стр. 19

жак - Япония, а ведомые - другие страны Восточной Азии, включая Китай ²⁵ .

ПОЛИТИЧЕСКИЕ РАЗДРАЖИТЕЛИ

Расширение экономического взаимодействия Японии и Китая по целому ряду направлений происходит на непростом политическом фоне.

В частности, отношение к прошлому, к истории двух стран, прежде всего нежелание Японии полностью признать преступления, совершенные на территории Китая японскими войсками в 30-е годы и во время Второй мировой войны, остается серьезной проблемой между Японией и Китаем (как и между Японией и рядом других восточноазиатских стран), продолжает отравлять атмосферу двусторонних отношений.

Так, 27 августа 2002 года Токийский окружной суд отказал китайцам-жертвам опытов "эффективности" биологического оружия, проводившихся печально известным "отрядом 731", в праве на компенсацию от японского правительства (хотя и признал сам факт существования подобных преступных действий) ²⁶ . А 30 августа председатель КНР Цзян Цзэминь отказался принять звонок от премьер-министра Японии Коидзуми ²⁷ , который намеревался проинформировать китайского руководителя о своем предстоявшем визите в Северную Корею.

Очередное посещение Коидзуми храма Ясукуни, где среди останков участников войн прошлого захоронены 14 главных японских военных преступников, осужденных международным трибуналом ²⁸ , послужило поводом для отмены визита Коидзуми в Китай, намечавшегося на октябрь 2002 года в связи с 30-й годовщиной установления дипломатических отношений между двумя странами ²⁹ .

Есть целый ряд других примеров временного обострения политических взаимоотношений за последние годы, но уже в связи с действиями китайской стороны (вторжение китайских судов в японские воды, вторжение китайских властей в японское консульство, где находились северокорейские беженцы и т.п.)

Еще одной стратегической проблемой будущего является озабоченность Японии растущей военной мощью Китая, особенно если его экономическая мощь будет нарастать нынешними темпами. Токио волнует вопрос о том, как намеревается Пекин использовать растущую мощь в политических целях, как политика Китая на мировой арене, особенно в Восточной Азии, повлияет на японские рынки сбыта и источники сырья, в том числе при вполне вероятном усилении зависимости Японии от китайского рынка.

Хотя в целом обе страны по мере расширения масштабов взаимных хозяйственных связей стараются отделять политические и экономические проблемы, остается вопрос в том, поможет ли экономическое соперничество двух стран сгладить старые проблемы или придаст им новый мощный импульс.

-----------

¹ Дефицит Соединенных Штатов в торговле с крупнейшими партнерами складывался в 2000 году следующим образом: с Китаем - 83,8 миллиарда долларов, Японией - 81,3, ЕС (15) - 55,6 и с Канадой - 52,8 миллиарда долларов. В 2001 году соответствующие цифры составили - 83,0, 69,0, 60,9 и 53,2 миллиарда долларов OECD. Monthly Statistics of International Trade. May 2001, p.62, 63; May 2002, p.60, 61.

² Как отметил представитель одной из успешно развивающихся японских компаний, когда будущее экономического развития Азии оценивается как более благоприятное по сравнению с другими регионами мира - США, Европой и т.п., то подразумеваются перспективы Китая. Поэтому его компания "все больше ставит" именно на Китай. FEER.com, September 19, 2002.

³ Газета "Джапан Таймс" недавно опубликовала статью о новом феномене - переезде квалифицированных японских женщин в возрасте 35 - 40 лет на работу в Китай, где, по их мнению, в настоящее время намного интереснее жить и работать, чем в Японии, хотя уровень жизни и гораздо ниже. Например, в Шанхае среди японцев, работающих там в иностранных компаниях, большинство составляют женщины. The Japan Times on line. 01.10.2002.

⁴ Рассчитано по: OECD. Monthly Statistics of International Trade за соответствующие годы.

⁵ The International Herald Tribune. 21.08.2002.

⁶ FEER.com, September 05, 2002.

⁷ The International Herald Tribune.21.08.2002.

⁸ The Asia Times on line. Atimes.com, 26.09. 2002.

⁹ См. С. Н. Kwan. Turning Trade Friction between Japan and China into Win- Win Game. May 29, 2001. www.rieti.go.jp/en/.

¹⁰ "Мировая экономика и международные отношения". 2001, N11. с. 68 (подсчеты Ю. Юданова).

¹¹ www.mof.go.jp/english/fdi.

¹² JETRO Press Release: JETRO White Paper on Foreign Direct Investment. December 11, 2001 (www.jetro.go.jp); The Japan Times on-line. 18.12.2001.

¹³ JETRO White Paper on Foreign Direct Investment 2001 (Summary), www.jetro.go.jp/it/e/pub/whitepaper/invest2001/part.

¹⁴ Sinorama, July 2002, p. 10.

¹⁵ The Japan Times on line. 26.09. 2002.

¹⁶ " По данным японской печати, визы для поездки в Японию с туристическими целями китайские власти выдают только жителям Пекина, Шанхая и провинции Гуандун. Для предотвращения нелегальной эмиграции от отъезжающих требуется оставление залога в размере 30 - 50 тысяч юаней, поездки разрешаются только в составе групп и без отклонений от заранее составленного маршрута. Ibidem.

¹⁷ Taipei journal, December 14, 2001, р.6.

¹⁸ The Asia Times on line. Atimes.com, January 23, 2002.

¹⁹ The Japan Times on line. 16.01. 2002.

²⁰ www.kantei.go.jp/foreign/kouzumispeech/2002/01/14speech.

²¹ The Economist. January 19, 2002, p. 52 - 53.

²² Согласно некоторым оценкам, объем "плохих долгов" в Китае в 2001 году достиг 677 миллиардов долларов. Это больше, чем половина ВВП страны в 2001 году и в семь раз превышает оплаченный капитал всего банковского сектора. Taipei journal, July 19, 2002, р.6. В свою очередь, в Японии, совокупный объем проблемных долгов на 31 марта 2002 года, по официальным данным, составил 43,21 триллиона иен, или около 8,5 процента ВВП страны. Правда, по некоторым оценкам, сумма указанных долгов гораздо выше. The Japan Times on line. 27.09. 2002. Если взять одну из таких оценок - 52,4 триллиона иен, или 449,4 миллиарда долларов (Ведомости. 29.09.2002), то отношение "плохих долгов" к ВВП Японии окажется в пределах 11 процентов. (Рассчитано по: www.stat.go.jp/english/ data/nenkan/zuhyou/b0401aOO.xis). А если взять одну из самых пессимистических оценок - 87 триллионов иен (The Japan Times on line. 30.09. 2002), то и тогда их отношение к ВВП будет гораздо ниже того, что имеет место в Китае, - 18,3 процента. Хотя эта цифра, безусловно, указывает на чрезвычайную остроту проблемы.

²³ "Мир на рубеже тысячелетий". М., 2001, с. 550, 552.

²⁴ См., например, Sinorama, April 2002, p. 95.

²⁵ Overcoming Japan's "China Syndrome". 19.02.2002 (www.rieti. go.jp/en/china).

²⁶ FEER.com, September 05, 2002.

²⁷ The Japan Times on line, 12.09. 2002.

²⁸ Хотя в 2002 году Коидзуми посетил храм в апреле, а не в августе, как в 2001 году, в связи с годовщиной капитуляции Японии в 1945 году. Тогда, в 2001 году Коидзуми специально прилетел в Китай спустя два месяца, чтобы принести извинения за инцидент на мосту Марко Поло в Пекине, который стал началом японского вторжения в Китай в 1937 году. FEER.com, September 05, 2002.

²⁹ The Japan Times on line, 30.09. 2002.

Постоянный адрес данной публикации: