Признание в любви. Депутат Государственной Думы, заслуженная артистка России Елена Драпеко: Я к армии моей неравнодушна

Монолог актрисы записал Аркадий ПИНЧУК, "Красная звезда".

"Знакомьтесь, майор Зайцев, - сказал кинорежиссер Станислав Ростоцкий, - вы, девчата, поступаете в его распоряжение". Мы, молодые актрисы, с интересом смотрели на старающегося казаться суровым офицера. Тот без энтузиазма, когда режиссер ушел, объяснил: ему приказано пройти с актрисами курс молодого бойца, чтобы в новом кинофильме "А зори здесь тихие..." мы выглядели настоящими солдатами. И добавил: спуску он нам не даст. Первое занятие - утром следующего дня.

- Серьезный дядечка, - шепнула мне Людмила Зайцева.

- А глаза добрые, - заметила Ольга Остроумова.

Майор оказался человеком строгим. Нас он не жалел, тренировал, как солдат- первогодков. Как же гудели ноги после строевой подготовки, марш-бросков, как уставали мы, действуя в засаде, атаках в лесистой местности, какой тяжелой казалась "дедовская" трехлинейка! И с какой тоской смотрели девчонки на развешанные в армейской палатке на плечиках ситцевые легкие платья... Всем хотелось снять тяжелые "кирзачи" и надеть туфли на "гвоздиках". Но через месяц привыкли к форме, подъемам по тревоге. Да и зенитная установка уже не казалась чудом техники, на которой могут работать только избранные.

Поклон вам от всей съемочной группы, товарищ майор. В успехе фильма - и ваши уроки.

Я почему-то думала, что мне легче будет осваивать солдатскую науку, чем другим девушкам. Все-таки дочь кадрового офицера-фронтовика, все детство и юность провела в дальних гарнизонах. И жизнь военную знала как бы изнутри. Но когда на себе почувствовала, что такое тяготы и невзгоды воинской службы, то с еще большим уважением стала относиться к людям в погонах.

Я очень благодарна армии, и не только потому, что суровый быт военных городков в какой-то степени закалил характер. Мой путь в кино начался со сцены солдатского и офицерского клубов, где в любительских спектаклях, еще школьницей, я сыграла десятки самых различных ролей - от Снегурочки до Бабы Яги. Именно солдатская самодеятельность и народный театр города Пушкина окончательно определили мой жизненный путь киноактрисы.

Вот почему я всегда с благодарностью принимала приглашения в составе творческих бригад "Ленфильма" выступать в гарнизонах. Исколесила всю страну, большинство военных округов. Была в Забайкалье, Средней Азии, у моряков Заполярья, десантников Псковской дивизии, в Афганистане, Абхазии...

Кстати, в Афганистане мы побывали на всех отдаленных заставах и блокпостах. Нам, киноактерам, не требовалась даже сцена, выступали прямо на позициях артиллеристов, вертолетных площадках, в полевых лагерях десантников и мотострелков. А по вечерам к нам приходили офицеры и солдаты подразделений, которые были на задании, и просили повторить концерт. Ну разве могли мы отказаться? А потом до рассвета разговаривали о дружбе, любви, службе...

Утром подкатывал бронетранспортер, и мы, артисты, как настоящие бойцы, садились на броню и пылили по горным дорогам к новым зрителям. Как было трогательно, когда, проезжая "зеленку", офицеры старались прикрыть нас собой, чтобы, не дай Бог, не ударила из зарослей шальная пуля. Спасибо вам за эту заботу.

Но как было горько и обидно, когда в конце 80-х демагоги-политиканы стали делать из армии монстра, а офицеров живописать с трибун и страниц газет тупыми и жестокими солдафонами. Армия стойко переносила предательские удары в спину и выполняла свой долг, защищала мирное население в растущих как грибы "горячих точках". Не к политикам, а к солдатам бежали под защиту турки-месхетинцы в Фергане и Коканде, русские и таджики в Душанбе, армяне в Сумгаите и Баку. А с печатных страниц - по- прежнему брань в адрес защитников Родины.

Верх кощунства и предательства испытали войска в период первой чеченской кампании. Подразделения и части истекали кровью, а в Москве так называемая прогрессивная общественность устраивала митинги и пикеты у Министерства обороны, СМИ изображали бандитов - басаевых, радуевых, дудаевых - этакими горными робин- гудами.

Я - мать и представляю, как горько и обидно было тем женщинам, сыновья, мужья и братья которых сражались за честь России, отстаивали целостность страны, отдавали за нее свои жизни.

После взрывов в Москве, других городах, когда война ворвалась в мирную Россию, даже антигосударственники вдруг опомнились, дошло до некоторых, что с террористами надо разговаривать языком силы. Да, это не конфликт, а полномасштабная война, и ведут ее против нас в Чечне не "свободолюбивые" горцы, а бандитская армия, хорошо обученная и вооруженная.

Как жаль, что нынче не так часто, как хотелось бы, в действующую группировку на Северном Кавказе выезжают концертные бригады профессиональных артистов. Происходит это не из-за того, что актеры театра, кино, эстрады вдруг забыли о культурном шефстве над Вооруженными Силами. Просто нет средств.

Еще будучи вице-президентом гильдии киноактеров Союза, а потом СНГ, я со своими единомышленниками доказывала, что дикая приватизация кинематографа погубит киноискусство, ослабит его экономически. Но, увы, чиновничий аппарат решил по- другому. Сегодня у нас в кинотеатрах - казино, диско-бары и клубы сомнительной ориентации; на "Ленфильме", где я проработала более 20 лет, - офисы различных фирм, склады, магазины, а съемочные группы ютятся в маленьких каморках. И выпуск нового фильма - целое событие. И качество многих работ как произведений искусства очень сомнительное. Кино перестало быть прибыльным. Так что выкроить средства на гастроли творческих бригад - задача трудновыполнимая.

Но я могу гордиться тем, что, когда работала в правительстве Санкт-Петербурга председателем комитета по культуре и туризму, нам удалось на законодательном уровне отстоять от приватизации учреждения культуры. Иначе растащили бы наши музеи, библиотеки, памятники хитроумные дельцы. И потекло бы наше национальное богатство за моря-океаны.

Меня часто спрашивают, почему я, известная киноактриса, профессор Санкт- Петербургского гуманитарного университета, пошла в политику, Государственную Думу. Да потому что уверена: России нужны законы, которые переводили бы народную боль, боль людей в погонах на язык закона. А эта боль уже нестерпима, за ней может последовать шок. Нам как воздух нужны новые законодательные акты о культуре, армии, обороне...

Я не могу смириться с тем, что офицерский корпус оказался за чертой бедности, кадровые военные мыкаются без квартир, а юные вдовы погибших героев получают мизерные пособия. Мне больно и обидно, что ветераны войны и труда собирают пустые бутылки на хлеб, молодежь не имеет возможности получить нормальное образование и трудоустроиться. Пока не поздно, надо впрягаться в черную работу, чтобы переломить ситуацию.

Вот почему я пошла в политику. Считаю, что Государственная Дума третьего созыва оправдает надежды людей, в том числе и военных. Иначе и быть не может. Ну а армию по-прежнему считаю гордостью страны. Так было, так будет. С праздником вас, боевые друзья, дорогие наши защитники!

Permanent link to this publication: