ПО КАКИМ НАПРАВЛЕНИЯМ НАДО РАЗВИВАТЬ МЕЖДУНАРОДНОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО В ЭТОМ РЕГИОНЕ

Г. ЧУФРИН, Член-корреспондент РАН

Хорошо известно, что Сибирь и Дальний Восток обладают несметными природными богатствами, такими как нефть, газ, лес, руды цветных и черных металлов, рыба и морские продукты. Значительный объем экспорта этих товаров, в первую очередь энергоносителей, позволил России выстоять в самые трудные годы после распада СССР и избежать полного экономического краха.

Более того, даже сейчас, после того как в России возобновился экономический рост, а его ежегодные темпы в последние три года составляют в среднем вполне респектабельные четыре-шесть процентов, основу российских валютных и бюджетных доходов по-прежнему составляет экспорт нефти, природного газа и металлов, производимых в основном в районах Сибири и Дальнего Востока.

В то же время экономика этих районов, если исключить из нее отрасли энергетического комплекса, а также сырьедобывающие и по преимуществу экспортные отрасли, пребывает в депрессивном состоянии и характеризуется низкими доходами населения и высоким уровнем безработицы.

Среди многих следствий подобного положения - обостряющийся демографический кризис в Сибири и особенно на Дальнем Востоке. В этих районах сокращается и без того немногочисленное местное население, в то же время растет нелегальная иммиграция из сопредельного Китая. Если эти негативные демографические процессы не будут остановлены, Россия может оказаться в едва ли не катастрофической ситуации уже через одно, максимум два десятилетия. Фактически она может утратить национальный суверенитет над богатыми природными ресурсами районами, причем отнюдь не в результате каких-то международных интриг или внешнего конфликта. Данную ситуацию усугубляет и то, что на протяжении уже ряда лет наблюдается острейшая нехватка новых инвестиций в местную экономику.

Осознавая масштабы этой национальной угрозы, президент В. В. Путин поставил задачу нейтрализовать негативные тенденции в экономике и народонаселении этого громадного региона путем осуществления срочной и эффективной программы экономического развития Сибири и Дальнего Востока. Вместе с тем, очевидно, что в обозримом будущем Россия не в состоянии осуществить такую программу, полагаясь лишь на собственные финансовые ресурсы и технологический потенциал. По существу, нельзя сколько-нибудь реалистически рассчитывать на достижение прорыва в преодолении тяжелейшей экономической ситуации в Сибири и на Дальнем Востоке без активного развития хозяйственного сотрудничества с государствами Азиатско- Тихоокеанского региона (АТР) в целом и со странами Северо-Восточной Азии (СВА) в особенности. Нельзя признать нормальным тот факт, что доля этих стран во внешнеторговом обороте России на протяжении многих лет остается на уровне ниже десяти процентов, а доля России в региональном товарообороте устойчиво пребывает на уровне менее одного процента.

С ЧЕЛНОКАМИ И БЕЗ НИХ

В течение последних 15 лет основным экономическим партнером России в СВА стал Китай. Более того, Китай является одним из крупнейших ее экономических партнеров и в международном масштабе, уступая лишь Германии и США (без учета стран СНГ).

И, тем не менее, фактические размеры российско-китайского товарооборота на протяжении почти всего предыдущего десятилетия оставались достаточно скромными, и лишь в первые годы нового десятилетия и столетия продемонстрировали тенденцию к росту, превысив среднегодовую отметку в десять миллиардов долларов. Но даже эти показатели далеко уступают поставленной ранее правительствами обеих стран цели достижения среднегодовых размеров их двусторонней торговли к концу XX столетия уровня в 20 миллиардов долларов.

Впрочем, приводимые данные о размерах российско-китайской торговли касаются только официального товарооборота и не учитывают показатели так называемой челночной торговли. Размеры последней, осуществляемой мелкими торговцами по обе стороны границы и состоящей в основном из продуктов питания и ширпотреба, по китайским оценкам, достигли в 2002 году десяти миллиардов долларов.

Однако даже с учетом "челночной" торговли общие размеры двустороннего российско-китайского товарооборота относительно невелики, особенно по сравнению с масштабами торговли Китая с США или Японией. Нельзя, впрочем, и недооценивать значение этой торговли для России. Ее размеры и особенно характер динамики ее развития свидетельствуют о формировании чрезвычайно важного и имеющего тенденцию к дальнейшему росту рынка сбыта для продукции российских предприятий. После крушения советской экономической системы централизованного планирования и сопутствовавшей ей системы гарантированных правительственных заказов в начале 90-х годов прошлого столетия многие российские предприятия в Сибири и на Дальнем Востоке оказались в ситуации, когда для того, чтобы выжить, им приходится реализовывать свою продукцию на внешнем рынке. Географическое сосед-

стр. 2

ство с Китаем, наряду с еще не вполне забытым опытом экономического сотрудничества с ним в 50-е годы, сделали его вполне естественным рынком для российских производителей цветных металлов, минеральных удобрений и других видов химической продукции, а также производителей машинотехнической продукции, особенно энергетического оборудования. Не будет преувеличением сказать, что заключение в 90-е годы экспортных контрактов на поставку продукции в Китай помогло предотвратить почти неизбежное закрытие этих предприятий и массовую безработицу.

В те же годы китайский рынок стал не менее, а, возможно, даже более важен для предприятий российского ВПК, многие из которых территориально размещены в Сибири и на Дальнем Востоке. Нормализация советско-китайских отношений в конце 80-х годов устранила важнейший политический барьер на пути к возобновлению военно-технического сотрудничества между СССР и Китаем, которое было приостановлено в 60-е годы, когда отношения между ними обострились до предела. После распада СССР Китай и новая Россия продолжили процесс укрепления двусторонних политических связей на основе общности в подходах к целому ряду важнейших проблем внутренней и внешней политики. Развившееся в ходе этого процесса "стратегическое партнерство" между Россией и Китаем позволило начать развитие военно-технического сотрудничества в крупных масштабах. Для Китая, вооруженные силы которого интенсивно модернизировались, возобновление этого сотрудничества открыло доступ к современным военным технологиям общего назначения, особенно в сфере авиационных и военно-морских вооружений. Для России же экспорт вооружений, включая боевые самолеты последних моделей, ракетные установки и боевые суда, в том числе эсминцы и подводные лодки, стал едва ли не основным способом решения проблем, вставших перед предприятиями ВПК.

Суть этих проблем заключается в том, что после распада Советского Союза государственное финансирование оборонных предприятий и государственные закупки их продукции были резко сокращены. В результате к концу 1994 года около 400 оборонных заводов полностью прекратили производство, а еще 1,5 тысячи предприятий ВПК были загружены лишь частично. Поскольку ситуация продолжала стремительно ухудшаться, крупномасштабные экспортные контракты с Китаем были восприняты российскими "оборонщиками" с энтузиазмом, несмотря на то, что финансовые условия, по крайней мере вначале, были далеки от идеальных. Дело в том, что Китай, пользуясь тяжелой ситуацией, в которой оказались российские предприятия ВПК, соглашался оплачивать в валюте лишь до 30 процентов стоимости контрактов, а остальную их часть - поставками своих потребительских товаров. Такое положение дел сохранялось практически неизменным до 2002 года, и только в ходе состоявшегося в августе того же года визита премьер-министра Михаила Касьянова в Китай правительство КНР дало согласие на стопроцентную оплату импорта вооружений из России в свободно конвертируемой валюте. Развитие торговых отношений с Китаем приветствовалось не только российскими экспортерами. Фактически импорт из Китая продуктов питания и дешевого ширпотреба способствовал преодолению Россией острой нехватки этих товаров на внутреннем рынке в начале 90-х годов. Наиболее сильно это ощущалось во многих районах Сибири и Дальнего Востока. Кроме того, торговля китайскими товарами способствовала созданию многих тысяч рабочих мест для российских граждан, внезапно оказавшихся без работы в ходе разразившегося экономического кризиса. В России было создано более 1,3 тысячи совместных предприятий (СП) или предприятий с китайским капиталом; суммарные инвестиции в них превысили 220 миллионов долларов. Они производят швейные изделия, выпускают средства связи, действуют в сфере розничной торговли и общественного питания, занимаются переработкой леса и гостиничным делом. Большинство из них находятся в азиатской части России, в том числе вдоль российско-китайской границы. В дальнейшем, когда появились первые признаки стабилизации социально-экономической ситуации в России, первоначальная значимость российско-китайской "челночной" торговли стала снижаться. Правительства обеих стран заявили, что более не намерены мириться с положением, при котором "челноки" уклоняются от платежей налогов и таможенных сборов, нарушают иммиграционные законы, а в некоторых случаях замешаны в криминальной деятельности.

ДЕЛО НЕ В КУРИЛАХ

Япония - второй по размерам торгово-экономических связей партнер России в СВА. Однако масштабы этих связей незначительны и, в отличие от отношений с Китаем, пребывают в состоянии стагнации.

Товарооборот российско-японской торговли сократился с и без того низкой отметки в шесть миллиардов долларов в 1995 году до четырех-пяти миллиардов долларов в последующие годы. Структура двусторонней торговли на протяжении уже многих лет ограничена весьма небольшим числом товарных групп. 90 процентов стоимости российского экспорта составляют цветные металлы, древесина, рыба и морепродукты, а в японском экспорте в Россию около 40 процентов приходится на несколько видов потребительских товаров длительного пользования, таких как автомобили, цветные телевизоры и видеомагнитофоны, а также на текстильные изделия и пищевые продукты. Неудивительно, что доля этой торговли во внешнеторговом обороте Японии стабильно остается ниже одного процента (в 2001 году - только 0,6 процента), а во внешнеторговом обороте России - менее трех процентов (в 2001 году - 2,9 процента).

Столь же неутешительна ситуация с японскими инвестициями в российскую экономику как в целом, так и в ее регионы к востоку от Урала. И хотя в последнее время японский частный бизнес продемонстрировал определенный интерес к участию в нескольких крупных транспортных и энергетических проектах - таких как добыча нефти и газа на Сахалине или строительство газопроводов на Камчатке, а также в Приморском и Хабаровском краях, - предстоит пройти довольно долгий и трудный путь до того, как эта заинтересованность превратится в реальные крупномасштабные инвестиции, способные радикально изменить нынешний характер российско-японских экономических связей.

Зачастую отсутствие прогресса в развитии этих связей объясняют наличием послевоенного территориального спора между Россией и Японией по поводу Южных Курил (или по японской терминологии - "северных территорий"). Возможно, это и верно, но лишь частично. Действительно, японское правительство ограничено в правовом отношении в предоставлении официальных гарантий японскому частному бизнесу, действующему в России, до тех пор,

стр. 3

пока российско-японские отношения не будут полностью нормализованы и не будет подписан мирный договор. Однако даже те возможности, которые уже есть для развития двустороннего экономического сотрудничества, нельзя использовать надлежащим образом из-за отсутствия благоприятных юридических, финансовых и административных условий для деятельности японского бизнеса в Сибири и на Дальнем Востоке. В значительной степени именно из-за этого в 90-х годах обанкротились почти 400 мелких и средних японских фирм, вложивших свои средства в экономику российского Дальнего Востока. Иными словами, еще до окончательного урегулирования территориальной проблемы у России и Японии существует достаточно много неиспользованных возможностей для развития взаимовыгодных двусторонних экономических связей.

ПЕРВЫМ ДЕЛОМ ВЕРТОЛЕТЫ

В число основных экономических партнеров России в СВА вслед за Китаем и Японией входит Республика Корея. Она установила прямое торгово- экономическое сотрудничество с Россией сравнительно недавно - с начала 90-х годов. Тем не менее, уже к середине прошлого десятилетия объем этих связей вырос настолько, что Южная Корея вошла в число 15 основных партнеров России на мировом рынке.

Однако таким позитивным тенденциям в конце того же десятилетия был нанесен серьезный удар в связи с тем, что сначала Республика Корея, а затем и Россия испытали глубокий финансово-экономический кризис. Объем их двусторонней торговли, возросший в 1990 - 1996 годах с 800 миллионов до 3,8 миллиарда долларов, сократился в последующие два года до 2,1 миллиарда долларов. Тем не менее, в последующие годы положение стало понемногу улучшаться, и в 2000 году размеры двусторонней торговли выросли до 2,8 миллиарда долларов.

Произошло это по двум основным причинам. Первая из них объясняется определенной структурной совместимостью товарных потребностей России и Республики Корея. Так, Южная Корея, испытывающая острую нехватку ряда природных ресурсов, стабильно заинтересована в импорте из России черных и цветных металлов, древесины и угля, минеральных удобрений и химических товаров. Россия, в свою очередь, проявляет интерес к закупкам в Республике Корея относительно дешевых, но достаточно качественных текстильных изделий и товаров бытовой электроники. Другой причиной, позволившей двусторонней торговле преодолеть спад, стали поставки в Южную Корею российских вертолетов гражданского назначения в счет погашения государственного долга РФ, который к середине 90-х годов достиг почти двух миллиардов долларов. В соответствии с условиями двустороннего соглашения по урегулированию своих долговых обязательств Россия обязалась выплатить 100 миллионов долларов до конца 2002 года и остаток долга - в течение последующих лет вплоть до 2016 года. Вертолеты, поставленные в счет погашения этого долга, получили хорошие отзывы на южнокорейском рынке и пользуются там спросом. Российские поставки, по имеющимся оценкам, могли бы обеспечить до 40 процентов потребностей Республики Корея в вертолетах гражданского назначения.

Однако, несмотря на эти позитивные сдвиги, ни Россия, ни Южная Корея не удовлетворены современным состоянием их торгово-экономических связей и неоднократно заявляли на разных уровнях о своем намерении максимально способствовать росту их объема и совершенствованию структуры.

В 90-х годах в число российских торгово-экономических партнеров вошел Тайвань. В известной мере отношения России с Тайванем в сфере экономического сотрудничества развивались по сценарию, сходному с южнокорейским. Объем двусторонней торговли на протяжении почти всего прошлого десятилетия рос довольно быстрыми темпами и достиг к концу минувшего десятилетия двух миллиардов долларов в год. Однако в последующем рост товарооборота сначала замедлился, а затем заметно сократился в основном в связи с финансово-экономическими трудностями сначала России, а затем - Тайваня.

СОТРУДНИЧЕСТВО В ТОПЛИВНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ ОБЛАСТИ

Словом, накануне нового столетия состояние торгово-экономических отношений России с ее соседями по СВА характеризовалось довольно низкими объемами товарооборота и инвестиций и общей нестабильностью. К концу 90-х годов размеры региональной торговли России с большинством ее партнеров (за исключением, пожалуй, Китая) перестали расти, а с некоторыми из них даже стали сокращаться.

Для того, чтобы переломить эту негативную тенденцию, нужны радикальные меры. К ним относится увязка сугубо коммерческих операций с осуществлением крупных промышленных и транспортных проектов в Сибири и на Дальнем Востоке. С точки зрения российских интересов такая увязка могла бы способствовать привлечению новых иностранных инвестиций в промышленное и транспортное строительство в этих регионах и одновременно создать основу для осуществления более предсказуемых и стабильных коммерческих операций с региональными партнерами.

Среди наиболее перспективных направлений реализации схемы "торговля плюс инвестиции" может стать производство и экспорт энергоресурсов российским соседям по региону. В пользу этого свидетельствует, во-первых, то, что, по существующим прогнозам, рост потребления энергии в странах АТР будет ежегодно увеличиваться в течение ближайших двух десятилетий примерно на девять процентов. Во-вторых, поскольку объем внутреннего производства энергии в этих странах будет по-

стр. 4

прежнему отставать от их быстро растущих потребностей, они будут вынуждены значительно увеличивать импорт энергоносителей. Ожидается, что к 2020 году их совокупный ежегодный импорт энергоносителей может превысить существующий уровень почти на 800 миллионов тонн в нефтяном эквиваленте. В этой ситуации Россия, используя свою географическую близость к основным странам-потребителям энергии в азиатской части АТР - Китаю, Японии, Южной Корее, - вполне реально может стать крупнейшим поставщиком энергоносителей для их нужд.

Исходя из этих прогнозов, Россия объявила о своем намерении существенно увеличить производство топливно-энергетических ресурсов в Восточной Сибири в течение ближайших нескольких лет. Будут разрабатываться крупные месторождения нефти в Республике Саха и Красноярском крае, а также на Ковыткинском газоконденсатном месторождении в Иркутской области. Планируется строительство новых нефте- и газопроводов, которые должны соединить эти месторождения с потенциальными потребителями в Северо- Восточной Азии. Среди этих проектов выделяется нефтепровод Ангарск - Хабаровск - Находка (Бухта Перевозная) протяженностью 3765 километров и пропускной способностью до 50 миллионов тонн нефти в год.

Одним из основных потребителей российской нефти и газа по этой схеме может стать Китай. В сентябре 2001 года Россия и Китай заключили соглашение о подготовке технико-экономического обоснования строительства нефтепровода протяженностью 2,4 тысячи километров между городами Ангарск и Дацин с пропускной способностью более 20 миллионов тонн нефти ежегодно. Стоимость реализации проекта оценивается в 1,7 миллиарда долларов. После ввода его в эксплуатацию в 2005 году ожидается, что Китай будет покрывать значительную часть своих потребностей в импорте нефти за счет ее закупки в России*.

Существуют также планы поставок значительных объемов природного газа в Китай - до 20 миллиардов кубометров в год в течение 30 лет. В этих целях "Газпром" разработал три альтернативных плана выхода на китайский рынок газа. Согласно первому из них, предполагается осуществить строительство газопровода от Новокузнецка до Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР, где он был бы подключен к транскитайскому газопроводу Восток-Запад, введение в эксплуатацию которого планируется в 2005 году. Второй проект предусматривает строительство трансмонгольского газопровода, который соединил бы Ковыткинское газоконденсатное месторождение с магистральным газопроводом Восток-Запад**. Третий проект "Газпрома" предусматривает транспортировку газа из месторождений в Республике Саха и Ковыткино и доставку его в порты Владивостока и Находки. Оттуда газ в сжиженном виде должен перегружаться на танкеры и транспортироваться в Китай, Японию и Республику Корея.

В связи с вышеизложенным, следует заметить, что российско-китайское сотрудничество на рынке нефти и газа не должно сводиться лишь к поставкам российских энергоносителей на китайский рынок, но может включать также российское участие в строительстве китайских нефте- и газопроводов. "Газпром", в частности, уже объявил о своем участии вместе с англо- голландской компанией "Ройял Датч-Шелл" и американской "Эксон-Мобил" в строительстве китайского магистрального трубопровода Восток-Запад.

Кроме Китая, выгоды от освоения российских месторождений нефти и природного газа в Сибири и на Дальнем Востоке могут получить и другие страны СВА. В частности, Япония уже принимает участие в освоении месторождений нефти и газа в районе острова Сахалин. Как уже отмечалось, Япония выразила заинтересованность также в прокладке газопровода Сахалин - Комсомольск-на-Амуре - Хабаровск и в освоении газоконденсатного месторождения на Камчатке. Появились также сообщения, что японские компании, участвующие в консорциуме " Сахалин-1", признали экономическую целесообразность строительства газопровода от сахалинского шельфа до полуострова Босо, прилегающего к Большому Токио.

Республика Корея проявляет серьезный интерес к разработке Ковыткинского газоконденсатного месторождения (возможно, совместно с Китаем и Монголией). В Сеуле говорят и о возможном участии в газовом проекте "Сахалин-2", который предусматривает поставку азиатским государствам российского сжиженного природного газа (СПГ). Международный консорциум "Сахалин-2" намечает уже в ближайшее время построить завод по производству СПГ на юге Сахалина, что позволит с конца 2006 года отправлять его танкерами в Южную Корею.

В июне 2002 года Россию посетила представительная экономическая делегация из Тайваня, в составе которой были представители Экспортно-импортного банка страны, Нефтехимической кор-

* По сообщениям российской печати, Москва не определилась окончательно, какому из проектов (Ангарск - Находка или Ангарск - Дацин) отдать предпочтение. (Прим. ред.)

** Похоже, однако, что ни один из этих двух проектов не будет реализован, поскольку китайская компания "Петрочайна", являющаяся основным держателем акций в международной компании по строительству газопровода Восток-Запад, заявила, что намерена использовать его только для транспортировки китайского газа.

стр. 5

порации, Совета по развитию внешней торговли, а также правительственного Фонда международного сотрудничества и развития. Примечательно, что члены делегации также живо интересовались перспективами освоения нефтегазовых месторождений на Сахалине.

ОТ НЕФТЕХИМИИ ДО МИРНОГО АТОМА

Вместе с тем, выстраивая свои экономические отношения со странами СВА, России не следует делать ставку только на энергоносители.

Она должна добиваться улучшения структуры своей торговли с государствами этого региона, добиваясь увеличения доли продаж готовых изделий и технологий, развития производственной кооперации, а также создания совместных технопарков. В частности, есть планы увеличения машиностроительной составляющей в торговле с Китаем. В 2001 году доля машин и оборудования в нашем экспорте в Китай составляла 23 процента, что в принципе является неплохим показателем. Структурная модернизация российско-китайских торгово-экономических связей будет продолжена. В частности, российские компании намерены участвовать в расширении и реконструкции действующих тепловых и гидроэлектростанций, построенных в КНР при содействии СССР, а также в строительстве ряда атомных электростанций. Российские фирмы уже участвуют в сооружении одной из таких АЭС - Тяньваньской.

Россия намерена также активизировать свою роль на рынке гражданской авиации Китая.

Среди перспективных направлений российско-китайского экономического и научно-технического сотрудничества - освоение космоса, биотехнология, электроника, коммуникационные системы и машиностроение. С большим успехом прошла в апреле 2002 года в Шеньяне выставка "Российские технологии - 2002". По сообщениям прессы, в ходе этой выставки китайские и российские предприятия заключили около 20 крупных контрактов.

Есть перспективы улучшения структуры российского экспорта в Республику Корея. Кроме продвижения на южнокорейский рынок российской авиатехники, наш бизнес может предложить корейским партнерам ряд высокоэффективных отечественных технологий и "ноу-хау", прежде всего в космической области, в биотехнологии, генной инженерии, химии, а также ряд новых конструкционных материалов. К этим российским технологиям и товарам в Южной Корее проявляется значительный интерес.

Еще одним важным направлением экономического сотрудничества между Россией и Южной (а также Северной) Кореей могут стать работы по соединению Транскорейской железной дороги и Транссибирской магистрали. Эти работы предполагают обновление устаревших железнодорожных сооружений в Северной Корее, а также модернизацию российской Транссибирской магистрали, имея в виду существенное повышение ее пропускной способности.

Что касается торгово-экономических отношений с Тайванем, то в России возлагают большие надежды на активизацию двустороннего научно- технического обмена. По мнению сотрудников нашего экономического представительства в Тайбэе, есть хорошие перспективы развития сотрудничества в сфере металлургии, нефтехимии, самолетостроения, а также в области космических технологий. Об этом говорил и президент Тайваня Чэнь Шуй-бянь, выступая в июле 2002 года в Тайбэе на открытии неправительственной "Тайваньско-российской ассоциации". В частности, тайваньский лидер выразил надежду на успешное соединение российских достижений в авиации и космонавтике, биохимии и оптике с тайваньским потенциалом в области организации производства и маркетинга.

НА ОСНОВЕ ДОГОВОРА О ДРУЖБЕ И СОТРУДНИЧЕСТВЕ

В последнее время российское руководство придает большое значение активизации экономических отношений с Северной Кореей, которые в 90-е годы оказались едва ли не полностью свернутыми. Так, объем двусторонней торговли за период с 1992 по 1999 год сократился с 311 до 56 миллионов долларов, или в 5,5 раза. Первый сигнал, свидетельствовавший о радикальном пересмотре российской политики в отношении КНДР, был подан в феврале 2000 года, когда Россия и Северная Корея заключили в Пхеньяне Договор о дружбе и сотрудничестве, который заменил ранее действовавший двусторонний договор 1961 года. Вторым сигналом стал официальный визит в КНДР президента В. В. Путина в июле 2000 года, в ходе которого состоялись важные переговоры с северокорейским лидером Ким Чен Иром. А в 2001 году и в 2002 году Россию посетил и Ким Чен Ир.

В ходе контактов на высшем уровне между Россией и КНДР были обсуждены следующие перспективные проекты: модернизация северокорейских железных дорог и их стыковка с Транссибирской магистралью, а также с южнокорейскими железными дорогами; оказание Россией помощи в модернизации северокорейских промышленных и энергетических объектов, сооруженных ранее при содействии СССР; сотрудничество в добыче некоторых видов сырья; сотрудничество в осуществлении космических программ.

Одним из первых конкретных результатов этих переговоров стало соглашение между Россией и Северной Корей относительно интеграции электросистем двух стран, которое было подписано в октябре 2001 года. В соответствии с этим соглашением Россия взяла на себя обязательство модернизировать электросистемы Северной Кореи и привести их в соответствие с российскими стандартами. В ходе последней встречи российского и северокорейского лидеров, состоявшейся в августе 2002 года, значительное внимание вновь было уделено транскорейскому железнодорожному проекту.

* * *

Таким образом, Россия имеет ряд жизненно важных экономических интересов в Северо-Восточной Азии. Для их реализации необходимо развивать и укреплять сотрудничество с соседями по региону в самых разных областях -от совместного освоения природных ресурсов Сибири и Дальнего Востока до научно-технического сотрудничества по многим направлениям. Наиболее перспективное на данный момент направление -совместное освоению месторождений нефти и природного газа в Восточной Сибири и на Сахалине. В дальнейшем целесообразно развивать сотрудничество в тех областях, где наши позиции выглядят наиболее конкурентоспособными. Это проектирование и производство энергетического оборудования, гражданская авиация, космические и биотехнологии. Достаточно перспективным также представляется сотрудничество с соседями по региону в сфере осуществления различных крупномасштабных транспортных проектов - от прокладки международных газо- и нефтепроводов до реализации соединения Транссиба с корейскими железными дорогами.

Permanent link to this publication: