VI Всероссийская научная конференция "Владимирцовские чтения", организованная Институтом востоковедения РАН совместно с другими академическими институтами и Обществом монголоведов РАН, состоялась 11 октября 2010 г. в Институте востоковедения. В ее работе приняли участие около 40 ученых из Москвы, Санкт-Петербурга, Улан-Удэ, Элисты, Якутии, Перми, Самары и др.

Конференцию открыл заведующий сектором Монголии ИВ РАН В. В. Грайворонский. С приветственной речью выступил президент Общества монголоведов РАН Р. Б. Рыбаков. Он отметил большую научную значимость этого форума для российского монголоведения, активную роль института в его созыве и пожелал участникам конференции успехов в работе.

На пленарном заседании были заслушаны три доклада: зам. директора Института Дальнего Востока РАН С. Г. Лузянина "Россия, Монголия и Китай в историческом и современном пространстве", С. К. Рощина (ИВ РАН) "О Д. Сухэ-Баторе как национальном герое Монголии" и А. С. Железнякова (Ин-т социологии РАН) "Монголия в цивилизационном пространстве России".

С. Г. Лузянин отметил, что место Монголии в системе трехсторонних (Россия-Монголия-Китай) отношений определяется тремя измерениями: геополитическим, которое во все времена играло если не решающую, то одну из главных ролей, историческим, т.е. историей взаимоотношений между Российской империей, Монголией и Цинским Китаем до 1917 г., затем между СССР, МНР, сначала гоминьдановским, а потом и коммунистическим Китаем. Третье измерение - это способность Монголии адаптироваться к изменяющимся историческим условиям и окружению и сохранять свою национальную идентичность. После 1990 г. появляется еще одно измерение, еще один фактор, влияющий на современное состояние трехсторонних отношений, - это наличие "третьего соседа" в лице США, Японии, Евросоюза и др., благодаря которому "треугольник" становится "четырехугольником".

В докладе С. К. Рощина, основанном на монгольских и отечественных источниках, были охарактеризованы революционные и военные заслуги Д. Сухэ-Батора, убедительно раскрыта его огромная роль в победе революции 1921 г. в Монголии, в становлении там в 1921 - 1923 гг. народной власти, в создании и укреплении Монгольской народно-революционной армии и установлении дружественных отношений с Советской Россией. Докладчик сообщил много новых и интересных фактов о деятельности Д. Сухэ-Батора по защите границ монгольского государства в 1913 - 1917 гг., которая сделала его еще до революции 1921 г. прославленным национальным героем.

А. С. Железняков охарактеризовал основные черты монгольской цивилизации, которые определяют ее уникальное место в России и в мире.

Далее работа конференции проходила в двух секциях: "История и экономика" и "Языкознание, литература и фольклор".

На секции "История и экономика" (руководители - С. К. Рощин, М. И. Гольман) было заслушано 18 докладов. Их проблематика была весьма широкой и разнообразной: от экономической и культурной политики Монгольской империи (О. В. Лушников, Пермский гос. пед. ун-т, Пермский фил. ин-та истории и археологии УрОРАН) до монголо-южнокорейских отношений на современном этапе (Е. В. Бойкова, ИВ РАН); от истории бурятских и якутских степных дум периода Российской империи (А. А. Борисов, Ин-т гуманит. исслед. и проблем малочисленных народов Севера РАН, Якутск) до возрождения буддизма в современной Монголии (Р. Т. Сабиров, ИСАА МГУ) и т.п.

О. В. Лушников сосредоточился на последних достижениях отечественной историографии в области изучения Монгольской империи, ее политики, тесно переплетавшейся с торговыми интересами, большой роли городов и городской культуры (только в улусе Джучи насчитывалось более 100 городов), взаимовлияния культур различных народов, входивших в состав Монгольской империи, население которой составляло 120 млн. человек.

Характеризуя связи Монголии с Республикой Кореей, Е. В. Бойкова подчеркнула их неуклонно растущую положительную динамику, особенно в торгово-экономических и инвестиционных отношениях, в частности в подготовке квалифицированных рабочих и инженерных кадров. Так, если в 2007 г. на учебе, стажировке и на работе в Южной Корее насчитывалось 20 710 монголов, то в 2010 г. их число возросло до 32 тыс. В это же время 3.5 тыс. корейских специалистов работали в Монголии.

А. А. Борисов осветил историю формирования и функционирования степных дум в Бурятии и Якутии, их роль и значение как первых своеобразных органов самоуправления в имперской системе управления этими национальными окраинами. Доклад вызвал особый интерес, поскольку данная тема еще мало разработана.

Р. Т. Сабиров рассмотрел три периода распространения буддизма в Монголии: XIII-XIV вв., конец XV - начало XVI в. и его возрождение после победы демократической революции 1990 г. Он отметил особую роль в утверждении буддизма - господствующей религии - таких исторических деятелей, как тумэтский Алтан хан, чахарский Лигдэн хан, Далай-лама V и др. Если с XVI в. и до 30-х гг. XX в., до попыток ее насильственной ликвидации, ламаистская церковь не знала соперников, то в современной Монголии ей приходится выдерживать конкуренцию со стороны католической, протестантской и других христианских конфессий.

Историю и современное состояние православной церкви в Монголии рассмотрела К. В. Орлова (ИВ РАН). Она, в частности, отметила, что первая православная церковь в Монголии была построена при российском консульстве в Урге в 1861 г. Сейчас в г. Улан-Баторе построен и действует храм Святой Троицы - центр христианской общины в Монголии. При храме работает русско-монгольская школа, издается газета "Троица".

Оригинальную трактовку значения Восточного Туркестана (ныне - Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР) в эпоху Монгольского средневековья, при Цинах, и в современном Китае дал О. В. Зотов (ИВ РАН). По его мнению, Восточный Туркестан был жемчужиной Монгольской империи, уйгуры добровольно вошли в ее состав в качестве 5-го улуса, они считали Чингисхана своим освободителем от ига каракиданей, через их территорию пролегала большая часть Великого Шелкового пути, у них монголы заимствовали свою письменность, оттуда к ним шли мудрецы, лекари, торговцы. При Цинах этот район держал в напряжении империю своими крестьянскими восстаниями, борьбой джунгаров (ойратов) с китайцами. И сейчас это один из беспокойных узлов мировой политики.

Духовному миру и психологии калмыков был посвящен доклад Л. Б. Чеботаревой (Самарский гос. ун-т) "Особенности менталитета кочевников-калмыков". Эти особенности, согласно докладу, сформировались в условиях военно-кочевого образа жизни и на основе правовых норм кодекса "Их Цааджин бичиг" ("Великого уложения") от 1640 г., под влиянием которого сложились категории культуры калмыков в период образования Калмыцкого ханства. Важнейшими из этих категорий стали гордость и честь, а также трудолюбие, чувство собственного достоинства независимо от социального статуса, гостеприимство, взаимопомощь и др.

Проблемы ментальности кочевников и ее влияния на политику и экономику кочевых обществ были подняты также в докладе Ю. И. Дробышева (ИВ РАН).

Историографический характер имели два доклада: В. П. Санчирова (Калмыцкий ин-т гуманит. исслед. РАН) и А. Н. Хохлова (ИВ РАН). Первый проанализировал недавно обнаруженный и опубликованный источник "История Хо-Урлюка", проливающий новый свет на причины и процесс откочевки сначала 15 тыс. кибиток, а затем 40 тыс. кибиток ойратов-торгоутов и дербетов из

Джунгарии в низовья Волги в конце XV - начале XVI в., что положило начало образованию Калмыцкого ханства. Второй подробно изложил содержание ранее неизвестного письма П. К. Козлова в Российское географическое общество, в котором он подводил итоги своей экспедиции в Центральную Азию в 1899 - 1901 гг.

Сравнительный анализ особенностей и результатов социально-экономической трансформации в Бурятии (Россия), Монголии и Внутренней Монголии (Китай) после 1990 г. представил В. В. Грайворонский (ИВ РАН).

Г. В. Манзанова (ИВ РАН) в докладе "Социокультурная трансформация населения Республики Бурятии за годы реформ" изложила результаты исследования демографических и социально-экономических процессов в современной Бурятии с использованием социокультурного подхода, разработанного исследователями Института философии РАН Н. И. Лапиным и Л. А. Беляевой.

Доклад А. З. Бадмаева (Бурятский гос. ун-т) "Руководящий корпус Монголии в освоении русского языка" был посвящен истории изучения и степени владения русским языком руководителями Монголии Х. Чойбалсаном, Ю. Цеденбалом, Ж. Батмунхом, Н. Энхбаяром, Ц. Элбэгдоржем и др. Все они, за исключением Х. Чойбалсана, свободно говорили, читали и писали по-русски, а премьер Монголии в 2000 - 2004 гг., а потом и президент страны в 2005 - 2008 гг. Н. Энхбаяр, переводчик и литературовед по образованию, занимался переводами русской художественной литературы на монгольский язык. Отлично знает русский язык и Ц. Элбэгдорж - президент Монголии с 2009 г., выпускник Львовского военно-политического института. Своими знаниями они обязаны во многом учебе в России. Их пример способствовал пропаганде и распространению знаний русского языка среди населения Монголии.

Ш. Г. Надиров и М. И. Гольман (оба - ИВ РАН) выступили с докладами "Уроки последнего этапа советско-монгольских отношений" и "Об основных политических событиях в Монголии после 1990 г.". Ш. Г. Надиров показал, что ни горбачевская перестройка, ни копирующая ее перестройка в Монголии не сумели предотвратить, а в значительной степени способствовали развалу СССР и краху прежней системы в МНР. М. И. Гольман выделил ту цепь политических событий, которые в корне изменили облик Монголии и ее положение в мире, а именно: многопартийные выборы 1990 - 1992 гг., введение института президентства, принятие новой конституции в 1992 г., концепций внешней политики и национальной безопасности Монголии в 1994 г., заключение Договора о дружественных отношениях и сотрудничестве между РФ и Монголией в 1993 г., официальные визиты президента РФ В. В. Путина в 2000 г., президента Монголии Н. Энхбаяра в Россию в 2006 г., президента России Д. А. Медведева в Монголию в 2009 г. и др.

В целом работа секции прошла успешно. Заслушанные доклады внесли много нового в изучение исторического прошлого и современного положения монголоязычных народов.

На секции "Языкознание, литература и фольклор" (руководители - А. Д. Цендина, Л. Г. Скородумова) были заслушаны девять докладов.

Б. С. Дугаров (ИМБиТ СО РАН) в докладе "Культ Хормусты в сакральной традиции монголов" показал специфику бытования у бурят шаманистической традиции с присущим ей синкретическим характером. Хормуста занимает важное место в бурятской мифологии. С ним связан ряд сюжетных линий в бурятском эпосе о Гэсэре: Хормуста борется с Ата Улан-тенгри, главой злых восточных тенгриев, посылает на землю своего сына (в земном перерождении - Абай Гэсэр Богдо), который сражается со злыми силами, возникшими из тела низвергнутого на землю Ата Улана. Докладчик на конкретных примерах показал, что культ Хормусты в бурятской обрядовой практике содержит черты синкретизма шаманизма и буддизма и перекликается с солярным культом.

В докладе А. Д. Цендиной (РГГУ, ИВ РАН) "Монгольские источники о VI Далай-ламе" был дан анализ монгольских письменных и устных источников, показывающий, что практически все они восходят к биографии VI Далай-ламы, написанной Агванлхундубдарджа. Описание посещения Далай-ламой Халхи, нашедшее отражение в халхаских легендах о сделанной им расщелине в скале, о поклонении ему Дара-эхэ в Урге, а также в "желтой грамоте", соотносится с описанием приглашения, посланного Ундур-гэгэном VI Далай-ламе с просьбой стать во главе монгольской, буддийской церкви после его смерти, об отказе Далай-ламы это сделать и о его следующем посещении Халхи и халхаского Цэцэн-хана. Алашаньские фольклорные легенды включены в биографию, написанную Агванлхундубдарджа, которая содержит информацию о смерти VI Далай-ламы Цанъянджамцо не в 1706 г., а в 1746 г. Другие материалы не дополняют ее, не противоречат ей, не совпадают с ней, а именно восходят к ней. Поэтому изучение биогра-

фии как литературного и исторического источника может помочь ответить на вопрос, который занимал Ц. Дамдинсурэна, П. Клафковского, Л. С. Савицкого, Л. Хурэлбатора и других ученых, писавших о жизни VI Далай-ламы, - был ли лама, умерший в 1746 г., тем самым тибетским Цанъянджамцо, или это был ловкий человек, 40 лет морочивший голову алашаньским монголам и многим современным исследователям.

Доклад Л. Г. Скородумовой (РГГУ) был посвящен литературному творчеству известного общественного и политического деятеля Монголии начала XX в. Догсомын Бодо (1885 - 1922), который после победы революции 1921 г. занимал посты министра иностранных дел и премьер-министра. В 1922 г. Д. Бодо был осужден за контрреволюционную деятельность и казнен. Лишь демократические преобразования позволили реабилитировать Д. Бодо и вернуть его в монгольскую историю и культуру. В 1990-е гг. были опубликованы его повести "Коралловые четки" ("Шурэн эрх") с поэтическим предисловием "Поразительный рассказ" ("Узэмжит егуулэл"). Сочинение написано по мотивам "Повести о том, как Цзянь Сингэ встретился со своей жемчужной рубашкой", вошедшей в сборник "Удивительные истории нашего времени и древности" ("Цзинь гу ци гуань") в переводе на монгольский язык, изданный Б. Ринченом в 1959 г. в КНР уйгурским письмом. "Удивительные истории..." переведены на монгольский язык в 1816 г. в Южной Монголии. Можно предположить, что жанр городской повести получил особую популярность в монгольской столице с ее возросшим активным населением в первой четверти XX столетия. Вкусам образованных людей того времени наиболее отвечали сюжеты популярных рассказов уличных сказителей, правдиво изображавших различные стороны китайского средневекового быта, нравы и психологию людей. Д. Бодо в данном случае удачно использовал форму хуабэнь, заполнив ее реалиями монгольской жизни. В любом случае "Поразительный рассказ" Д. Бодо нельзя считать переводом с китайского "Рассказа о жемчужной рубашке", сюжет которого был в точности перенесен на монгольскую почву.

Д. В. Иванов (Музей антропологии и этнографии РАН, Кунсткамера) рассказал о монгольских коллекциях Кунсткамеры XVIII в. Музей располагает большим собранием предметов буддийского культа. Известно, что в Императорскую Кунсткамеру буддийские культовые предметы начали поступать еще в XVIII в. По немногочисленным сохранившимся документам и публикациям XVIII-XIX вв., коллекция пополнилась предметами, собранными такими выдающимися путешественниками, как Г. Ф. Миллер и П. С. Паллас. От Палласа поступила коллекция буддийской бронзы. Однако в настоящее время в Музее антропологии и этнографии хранятся всего две небольшие коллекции Палласа.

В докладе О. А. Сапожниковой (студентка ИСАА МГУ) "Изображение любви в монгольской литературе в 1960 - 1980 годы" дана характеристика положительного литературного персонажа. В этот период монгольские писатели старались преодолеть скупость описания внутренних мотивов и отсутствие психологизма - недостатки, присущие литературе прошлых лет. Именно в этот период были сделаны серьезные шаги к раскрытию духовного облика героя. Тема любви, верности и долга тесно переплетается с темой социального статуса человека, с его общественным положением, что создает новый тип конфликта между влюбленными. Монгольские произведения, раскрывающие тему любви, не теряют своего национального колорита, скорее именно в них читатели сильнее всего ощущают "дух степи" и могут приблизиться к пониманию монгольской картины мира.

Помимо вышеперечисленных на секции были также представлены доклады М. Н. Орловской (ИВ РАН) "Монгольская версия китайского канона Hciao Ching" - о малоизвестном памятнике монгольского письма эпохи династии Юань; В. Э. Раднаева (ИВ РАН) "Научная жизнь как зеркало развития: тенденции и направления (на примере языкознания в Монголии в 60 - 70-е годы XX в.)", А. И. Чернухи (студентка ИСАА МГУ) "Акцент и ударение в монгольском языке", Д. И. Водяницкой "Жанры взываний, входящих в ритуал монгольского шамана".

Работа конференции "Владимирцовские чтения-VI" показала, что, несмотря на определенные трудности, связанные с финансированием научных исследований и командировок, на растущее число аналогичных конференций и симпозиумов в других центрах монголоведения - Санкт-Петербурге, Улан-Удэ, Иркутске, Элисте, традиционные чтения продолжают привлекать внимание и интерес отечественных монголоведов, прежде всего молодых ученых. Каждый раз доклады участников этих конференций демонстрируют расширение и углубление тематики, возросший методологический, источниковедческий и фактологический уровень исследований.

Постоянный адрес данной публикации: