В период после Февральской буржуазно-демократической революции, когда у власти находилось Временное правительство, владельцы фабрик и заводов, пытаясь остановить борьбу рабочих за свои права, за контроль над производством, стали всячески тормозить производство, увольнять рабочих, закрывать предприятия. Одновременно буржуазная печать подняла неистовый крик о том, что виновниками нараставшей разрухи в стране являлись якобы революционные рабочие и большевики. Партия большевиков решительно выступила против этой клеветы на рабочий класс России. Выразительная характеристика причин экономического кризиса, который свирепствовал в

стране, была дана VI съездом партии. В Манифесте РСДРП, принятом съездом, в частности, говорилось: "Крупная буржуазия обостряла кризис, усиливала анархию, закрывая предприятия, дезорганизуя производство. Вопил о патриотизме и родине, шельмуя революционных рабочих, объединенные синдикатчики по плану, выработанному на своих тайных совещаниях, упорно и систематически тормозили ход производства, чтобы, создав хаос и сумятицу, свалив вину на рабочих, захватить цепкими лапами всю власть в свои руки"¹ .

Рабочий класс России, кровно заинтересованный в судьбах промышленности, стремился пресечь вредительские махинации капиталистов и спасти производство. Уже летом и особенно осенью 1917 г. многие Советы, большевистские организации и фабзавкомы развернули борьбу за строгий революционный порядок на производстве, укрепление дисциплины и повышение производительности труда. О некоторых организационных шагах на местах в этом направлении свидетельствует "Устав наказаний за нарушение рабочей дисциплины", принятый 12 сентября 1917 г. на объединенном заседании Совета рабочих депутатов, Совета профсоюзов, фабзавкомов, правлений профсоюзов Костромы и опубликованный четыре дня спустя в газете "Северный рабочий" - органе Костромского комитета РСДРП. Насколько нам удалось установить, "Устав" в последующие годы нигде не перепечатывался, не помещен он и в сборниках документов по истории Октябрьской революции. Таким образом, этот документ не был введен, к сожалению, в научный оборот. При изучении литературы того времени удалось найти лишь одну книгу, в которой сжато, излагается содержание "Устава"² .

В "Уставе наказаний" предусмотренные случаи нарушения рабочей дисциплины разделены на следующие разряды: недобросовестное отношение к работе; самовольные отлучки с производства без ведома фабричных комитетов; умышленное опаздывание на работу; уход раньше времени; перерывы в работе, не обусловленные никакой надобностью; неподчинение постановлениям рабочих организаций (фабричных комитетов, профсоюза и Совета рабочих депутатов); призыв к самочинной стачке без ведома и согласия фабричных комитетов и профсоюзов; самовольная стачка без ведома и согласия рабочих организаций; непосредственные переговоры с администрацией, помимо своих выборных, об условиях найма и увольнения; наушничество и доносы администрации на рабочих, служащих и выборных; умышленная порча машин и материалов; кража различных частей машин, инструментов, материалов и т. п.; пьянство, картежная игра и хулиганские выходки во время работы; оскорбление словом рабочего, служащего, административного лица или выборного; оскорбление перечисленных лиц действием.

В "Уставе" указывались меры взыскания на все случаи нарушения трудовой дисциплины. Так, рабочим, которые недобросовестно относились к труду, допускали самовольные отлучки, опаздывали на работу, уходили с производства без уважительных причин, в зависимости от тяжести проступка могли объявить выговор на собрании фабричного комитета, на общем собрании всего рабочего коллектива предприятия, на общем собрании Совета рабочих депутатов или выговор публичный - через печать.

За серьезные нарушения виновные подвергались более суровому наказанию, например, бойкоту, который применялся к лицам, вступившим в непосредственные переговоры с администрацией, помимо своих выборных, к участникам самовольных стачек, начатых без ведома и согласия рабочих организаций, и т. д. Ю. Ларин, имевший подробные сведения об "Уставе наказаний", рассказывает в своей книге, как проводился бойкот. Человек, подвергнутый бойкоту, не допускался на собрания, ему не подавали руку, не разговаривали с ним³ .

Была предусмотрена и такая мера, как увольнение. Тут тоже степень наказания определялась в зависимости от характера проступка. Так, за недобросовестное отношение к своим обязанностям рабочие могли быть отстранены от работы на срок от 3 до

¹ "КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК" Ч. 1 Изд. 7-е, стр. 391.

² М. Лурье (Ю. Ларин). Трудовая повинность и рабочий контроль. Изд-во "Книга". 1918. Автор осенью 1917 г. был выдвинут по большевистскому списку кандидатом в депутаты Учредительного собрания от костромских избирателей, выезжал в Кострому, где и ознакомился с данным документом.

³ Там же, стр. 99.

7 дней без сохранения заработной платы. Применялись и более суровые меры, вплоть до увольнения с объявлением об этом через печать и во все рабочие организации.

В "Уставе" есть и такая мера взыскания по отношению к виновным, как лишение защиты рабочих организаций и исключение из них. Здесь также предусматривались различные степени наказания (например, лишение защиты рабочих организаций и исключение из них на срок от 3 недель до 3 месяцев, о чем объявлялось на предприятия). Если вина рабочего была более тяжелой, то об исключении его объявлялось на общем собрании Совета рабочих депутатов.

Наконец, в "Уставе" было предусмотрено наказание в виде занесения на позорную доску. Эта статья сформулирована следующим образом: "Выставление на видном месте внутри предприятия черной доски с надписью "Позорная доска", на которую за исключительные проступки заносятся фамилии наказанных, и обозначается их вина.

В первоначальном проекте "Устава о наказаниях" имелся специальный пункт, который предусматривал наложение штрафов за определенные виды проступков. Однако большинством ораторов, участвовавших в обсуждении, он не был одобрен. Выступавшие говорили, что нужно принять и утвердить все пункты "Устава", за исключением одного - о штрафах, как "меры, напоминающей старый порядок". Рабочие заявляли: "Не нужно действовать рублем, а нужно словом"⁴ . Вопрос о включении пункта о штрафах был поставлен, на голосование и отвергнут.

При обсуждении "Устава" было выдвинуто предложение о том, чтобы каждый фабзавком выделил комиссию из 3 человек, которая специально занималась бы делами о дисциплине. Кроме того, предлагалось на каждой фабрике избрать "особый третейский суд".

15 сентября состоялось заседание президиума Центрального Совета профсоюзов Костромы с представителями фабзавкомов по вопросу о рассмотрении "Устава наказаний за нарушение рабочей дисциплины". Собрание приняло и утвердило все статьи и пункты "Устава", за исключением наказания в виде выговора на общем собрании Совета рабочих и солдатских депутатов⁵ . Однако в газетном сообщении не было указано, исходя из каких соображений, данный пункт был отвергнут.

Для того чтобы правильно оценить значение этого документа, необходимо поставить его появление в прямую связь с событиями, которые происходили в то время на предприятиях всей России и Костромы в частности. Почему, например, в "Уставе наказаний" есть специальный пункт о взыскании за умышленную порчу машин и материалов или о наказаниях за кражу различных частей машин? Ответом на это могут послужить материалы, опубликованные в некоторых номерах газеты "Северный рабочий". Так, 10 сентября 1917 г. сообщалось, что на заводе Толстопятова в Костроме был взорван гидравлический пресс. Впоследствии выяснилось, что причиной этому было заклинение предохранителя. Автор заметки указывал, что перед взрывом администрация настаивала на закрытии завода, но рабочие организации оказали решительное сопротивление. После взрыва работа на заводе прекратилась. В том же номере газеты сообщалось об аналогичном положении на Костромском металлическом заводе. Администрация постоянно угрожала рабочим закрытием предприятия. В это время начали таинственно исчезать главные ремни с электрических моторов. Без них предприятие работать не могло. Автор заметки писал, что администрация завода, несмотря на систематические кражи, не приняла никаких мер к усилению охраны предприятия и даже не сообщила о похищении ценного имущества органам розыска. Наконец, в ночь на 7 сентября был взорван паровой молот, который обслуживал всю крупную ковку Костромского металлического завода.

Нетрудно догадаться, что эти вредительские акты, которые должны были привести к приостановке работы заводов, осуществлялись по инициативе и с ведома самих предпринимателей. Исполнителями воли владельцев предприятий были, вероятно, деклассированные или преступные элементы, проникшие в рабочую среду.

В этих условиях раздел "Устава наказаний" об умышленной порче машин и материалов и краже различных частей машин был направлен не только и даже не столько

⁴ "Северный рабочий", 16 сентября 1917 года.

⁵ "Северный рабочий", 17 сентября 1917 года.

против мелких жуликов и воришек, сколько против организаторов крупных краж и вредителей, которые хотели парализовать работу промышленности.

Появление самого "Устава наказаний" в первую очередь было обусловлено, необходимостью пресечь саботаж и вредительскую деятельность, проводившуюся буржуазией. Вместе с тем "Устав" был направлен также против тех элементов из мелкобуржуазных и кулацких слоев, которые влились в ряды рабочего класса России в годы войны и не хотели подчиняться пролетарской дисциплине. Наконец, "Устав наказаний" был направлен против агентов капиталистов в рабочей среде, которые занимались штрейкбрехерством, раскалывали ряды рабочих.

Анализируемый документ свидетельствует о том, что творческая, созидательная деятельность русского рабочего класса, стремившегося сохранить промышленность, зародилась еще на подступах к пролетарской революции. Интересно, что "Устав наказаний" во многом напоминает те "уставы самодисциплины", которые вырабатывались рабочими после Октября. В этом документе в какой-то степени нашли отражение некоторые черты зарождавшейся новой общественной дисциплины, основывавшейся на силе морального товарищеского воздействия.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Л. Б. ГЕНКИН:

Комментарии: