Закавказье в XVI-XVII вв. стало ареной длительных и кровопролитных войн между двумя соседними державами - Османской Турцией и Сефевидским Ираном. Народы Закавказья оказывали захватчикам упорное сопротивление, но раздробленность закавказских государств, противоречия между их феодальными правителями, военное превосходство Ирана и Турции приводили к тому, что восстания подавлялись, а край подвергался опустошению. В этих условиях как в правящих кругах, так и среди народных масс Закавказья возникла и крепла мысль об ориентации на Россию, а затем о присоединении к этой державе.

Между двух огней

Когда в Венеции в 1499 г. узнали, что в Лиссабон по морю, новым путем - вокруг Африки, - португальцы привезли из Индии первый груз пряностей, старая адриатическая республика, столетиями делившая с Генуей выгоды посредника по торговле Европы со странами Азии, как выразился современник, "оцепенела от ужаса". Действительно, итальянские купцы, уже давно теснимые турками в восточной торговле, не выдержали нового удара. А Османская империя, названная так по имени своего полулегендарного основателя Осман-бея, жившего в первой четверти XIV в., за короткое время из небольшого пограничного с Византией бейлика (княжества) выросла в державу мирового значения. Она первоначально направляла свои завоевательные усилия в сторону Европы. Подчинив себе в первой половине XIV в. большую часть византийских владений в Малой Азии, османы переправились в Европу и после упорной борьбы захватили балканские государственные образования. Перед лицом этой грозной опасности не было единства ни на Западе, ни даже в самом Константинополе, где накануне его падения в 1453 г. один видный сановник заявил, что для него лучше видеть на берегах Босфора турецкий полумесяц, нежели папскую тиару. Тем временем восточная часть современной Турции оставалась в XIV-XV вв. в стороне от турецкой политики и жила как бы самостоятельной жизнью. Здесь была расположена основная территория исторической Армении. В XI в. сюда нахлынули из Средней Азии через Иран орды турок - сельджуков. Под их ударами пало большинство армянских государственных образований. Продвигаясь далее, сельджуки постепенно ассимилировали часть местного населения Малой Азии и Азербайджана, в результате чего здесь затем возникли народности, говорящие на родственных, тюркских языках.

Движение кочевников на запад продолжалось и в последующие века. За нашествием монголо-татарских полчищ Чингисхана и его преемников последовали грабительские походы "железного хромца" Тимура. Кочевники продолжали прибывать сюда и после его смерти. Им нужны были пастбища, а кочевая знать завоевывала "право" обирать города, местечки и деревни оседлого населения. Годами неисчислимых бедствий стали для армянского, грузинского и других народов Передней Азии XIII-XV века. Коренное население, не поддававшееся ассимиляции, изгонялось с насиженных мест, оттеснялось в горы, покидало родину и эмигрировало в другие страны. Пустели ранее цветущие города Армении, а тысячи армянских ремесленников и купцов бежали в араб-

ские страны, Крым, Валахию и Молдавию, Западную Европу и даже в Индию. Там возникали армянские колонии, не терявшие связи с родной землей. В эти далекие гнезда покинувших родину людей перемещались и культурные центры армянского народа. В Венеции в 1512 г. была открыта первая армянская типография и отпечатана первая книга на армянском языке. Армянские купцы, - имевшие торговые конторы в Венеции и других европейских городах, держали в своих руках транзит через порты Леванта в страны Азии. Их торговые связи простирались от Швеции до Филиппинских островов.

В самом Закавказье, несмотря на то, что оно неоднократно подвергалось опустошительным завоеваниям, вместо разоренных городов на важных торговых путях возникали новые купеческие центры. Как правило, это были небольшие городки. В XV- XVI вв. наиболее известным была Джуга, или Джульфа, на Араксе (современная Нахичеванская АССР). Именитые джульфинские купцы совершали регулярные поездки в Европу, где в разных городах у них были торговые конторы. Жившее в закавказских городах купечество благодаря богатству и международной известности процветало, и даже мусульманские владыки оказывали крупным армянским торговцам покровительство. Известно, например, что, когда в 70-х годах XV в. фанатик- мусульманин убил в Тебризе купца Мирака из Джульфы, правитель страны Узун Хасан приказал казнить убийцу, а труп его бросить собакам¹ .

Но такое положение занимали только крупные торговцы. Ни горожане, ни крестьяне Закавказья не чувствовали себя в безопасности от насилий и грабежей со стороны кочевых беков (знатных людей).

В XV в. на территории современных Западного Ирана, Восточной Турции и сопредельных областей последовательно властвовали главы объединений кочевых племен, известных под названием кара - коюнлу ("черные бараны") и ак - коюилу ("белые бараны"). Чтобы удержать в повиновении кочевников, эти правители жаловали бекам "в кормление" большие области с оседлым населением. В результате в Армении к XVI в. были уничтожены местные крупные и средние феодалы-армяне, а их земли перешли к главам тюркских, курдских и иных племен. Свое положение и богатство, да и то в сильно урезанном виде, сохранили лишь армянская церковь и армянские мелики горных княжеств Карабаха.

Расположенная к северу Грузия испытывала столь же сильный натиск воинственных степняков. На грузинский народ обрушились страшные удары со стороны монголов, Тимура и их преемников. Могущественная в XII - начале XIII в. Грузия, истощенная в неравной борьбе, раздираемая усобицами своих тавадов (крупных князей), в конце XV в. окончательно распалась на самостоятельные царства и княжества: Картли и Кахети на востоке, Имерети, Гурия, Мегрелия, Самцхе-Саатабаго на западе и юге. Несмотря на постоянную угрозу извне, правители этих обособившихся земель жили лишь местными интересами и при случае готовы были нанести удар своему, грузинскому соседу, очутившемуся в неблагоприятном положении. Это было на руку иноземным врагам.

На территории современной Азербайджанской ССР к началу XVI в. существовали два независимых государства: Ширван, с центрами в Шемахе и Баку, и Шеки, находившееся к западу от Ширвана на границе с Кахети. Правители этих государств стремились проводить независимую политику, путем договоров и союзов желая уберечься от натиска южных соседей. И Ширван и Шеки были богаты шелком, который вывозился в разные страны Европы и Азии. Шемаха, Баку и Ареш (город в Шекгснском владении) являлись в XV-XVI вв. крупными торговыми и ремесленными центрами, поражавшими путешественников своим богатством и оживленной городской жизнью. Сохранившиеся в Баку памятники периода ширваншахов (так именовали правителей Ширзана) представляют собой выдающееся свидетельство культуры и искусства азербайджанского народа.

Властители Ширвана рано обратили свой взор на север, туда, где крепло Русское государство. В 1465 - 1466 гг. ширваншах Фаррух-Ясар и Иван III обменялись посольствами. Кроме торговых интересов, оба государства сближала и общая для них опасность со стороны Золотой Орды.

После завоевания Константинополя османских султанов стали больше интересовать восточные дела. За полвека до этого султан Баязид I пытался подчинить своему кон-

¹ С. В. Тер-Аветисян. Город Джуга. Тбилиси. 1937, стр. 20 - 21.

тролю беев Центральной Малой Азии, но в сражении при Анкаре (1402 г.) потерпел поражение от Тимура. Прошло около ста лет, и Баязид II возобновил попытки своего неудачливого предка. К этому времени Восточная Малая Азия (историческая Армения и Курдистан) переживала время острых смут. Передравшиеся между собой "белые бараны" уже не представляли грозной силы. Казалось, путь на восток был открыт, однако на этом пути возникли новые препятствия.

На северо-западе современного Ирама расположен город Ардебиль. До монгольского нашествия он был центром Южного Азербайджана, но затем захирел и потерял прежнее значение. С XIII в. здесь правили князьки, выдававшие себя за потомков самого пророка Мухаммеда. На самом деле они были иранского происхождения. Эти владетели, известные под именем Сефевидов (от родоначальника фамилии шейха Сефи ац-Дина), создали мусульманский духовный орден и исповедовали шиизм (мусульманская секта). Сами они считались муршидами (наставниками) этого ордена, а их сподвижники - мюридами (учениками). В XV в. Сефевиды говорили уже на азербайджанском языке, как и большая часть населения тогдашнего Южного Азербайджана. Помимо молитв и наставлений мюридам, шейхи (старейшины) Сефевиды занимались и более мирскими делами. Время от времени они с толпами "газиев" ("борцов за веру") организовывали походы на соседние Ширван, Грузию и Дагестан, подвергая эти земли грабежу и уводя население в плен. Подобные действия не всегда кончались благополучно: два "святых" шейха, Джунеид и Хайдар, во второй половине XV в. сложили головы в таких походах. Но их наследники продолжали вести ту же политику. Младший сын Хайдара Исмаил, преследуемый "белыми баранами" и ширваншахом, бежал в соседний Гилян (юго-западная часть иранского побережья Каспийского моря), где некоторое время скрывался у местного владетеля. Когда гонцы султана "белых баранов" явились в Гилян с требованием выдать Исмаила, покровитель последнего велел залезть ему в корзину, а корзину эту затем повесить на дерево, после чего принес клятву, что Исмаила нет на его земле² .

Несколько позже, воспользовавшись смутами среди "белых баранов", Исмаил вернулся в Ардебиль, куда к нему стали стекаться разбежавшиеся было мюриды. К Исмаилу шли толпы кочевников не только из Азербайджана, но и из областей Центрального Ирана и особенно Малой Азии, где со дня на день ожидался приход войск османского султана. Для различия своих мюридов и прочих смертных Исмаил ввел обычай носить особую чалму с двенадцатью пурпурными полосами. Вследствие этого турки прозвали сторонников Исмаила кызылбашами (красноголовыми). В XVI в. это название применялось лишь к тюркоязычным кочевникам, говорившим на азербайджанском языке и на других близких к нему тюркских наречиях. Государство, созданное Исмаилом, тоже именовалось Кызылбашским. Кызылбаши были храбрыми воинами, смело бросавшимися в конные атаки даже на пушки и неприступные укрепления. Они отличались отменной жестокостью, жаждой к грабежам и насилиям. Войны и походы были для них профессией. Поголовное истребление непокорных являлось обычным ответом на любое сопротивление. Источники полны описаний драматических эпизодов, связанных с походами кызылбашей. Когда в начале XVI в, воины Исмаила вторглись на территорию современного Ирака, они истребляли, по словам историка Хондемира, арабов "за невежество"³ . В другом случае непокорных избивали столь жестоко, что "вопли их были слышны по всему Хорасану"⁴ .

Исмаил, опытный и талантливый полководец, умел ладить с кызылбашскими эмирами (высшей знатью) и в случае необходимости твердой рукой наводил среди них порядок. Так, собственного наставника Леле-бека, занимавшего пост векиля (что-то вроде первого министра), он после проявленной тем трусости в сражении с узбеками приказал посадить на осла лицом к хвосту, надеть на него чадру и провезти по городу⁵ .

В начале XVI в. лица, принадлежавшие к кызылбашской знати, именовались просто беками, позднее они стали разделяться на ханов, султанов и беков по порядку старшинства.

² E. D. Ross. Early Years of shah Ismail I. L. 1896, p. 34.

³ Хонде мир. Хабиб ас-сийар. Т. IV. Тегеран. 1954, стр. 495 (на перс. яз.).

⁴ "Любб ат-таварих". Рукопись Института востоковедения АН СССР (ИВАН). В - 660, л. 19.

⁵ Там же, л. 31.

Главной причиной успехов Исмаила были неурядицы, возникшие с распадом державы "белых баранов", и угроза со стороны Османской империи. Кызылбашская знать видела в энергичном Исмаиле человека, способного объединить различные племена, повести их в новые завоевательные походы, которые сулили богатую добычу, отнимаемую у жителей городов и сел Ирана, Закавказья и других стран.

Хондемир сообщает, что, когда у Исмаила в Ардебиле собралось изрядное число кызылбашей, был созван военный совет, на котором решался вопрос о направлении первого похода. Многие указывали на Грузию, но Исмаил, учитывая немногочисленность "газиев", отверг подобные предложения. Он двинулся в 1500 г. в Карабах, а затем в Армению, собирая по пути стекавшихся со всех сторон кызылбашей. Однако, не желая обидеть сторонников похода на Грузию, Исмаил позволил совершить туда набег небольшому отряду, который разграбил пограничные грузинские области⁶ . Затем кызылбаши двинулись на Ширван. В ожесточенном сражении около крепости Бийгурд ширванцы, несмотря на численное превосходство, потерпели поражение, ширваншах Фаррух-Ясар был убит, а его сыну удалось на корабле бежать в Гилян⁷ . Крупный отряд кызылбашей направился к Баку. В то время это была сильная крепость, с трех сторож окруженная водой, а с четвертой - глубоким рвом. Первые попытки овладеть Баку были отбиты. Тогда сюда прибыл Исмаил. Обороной крепости руководила жена правителя города. Но крепкие стены были в конце концов подорваны, хотя даже после этого осажденные сопротивлялись еще в течение трех дней. Городские старейшины, видя бесполезность дальнейшего сопротивления, вышли к Исмаилу "с мечом и саваном на шее"⁸ .

В 1502 г. Исмаил, разгромив "белых баранов", овладел Тебризом и провозгласил себя шахом. В последующее десятилетие он победил одного за другим местных правителей на территории современных Ирана, Восточной Турции, Ирака и захватил их владения. В 1510 г. под Мервом был разгромлен и убит узбекский Шейбани-хан, незадолго до этого изгнавший из Средней Азии и Хорасана потомков Тимура. Исмаил мечтал о дальнейших завоевательных походах в Малой Азии. Турецкий султан Баязид II давно с опасением следил за успехами кызылбашского шаха. Время от времени они обменивались нелюбезными посланиями, в которых каждый обосновывал свое "право" на смежные и пограничные области - Курдистан, Ирак и Закавказье. Желая подчеркнуть свое пренебрежение к османскому султану, Исмаил держал свинью, которой было присвоено имя Баязид⁹ .

По инициативе энергичного наследника турецкого престола принца Селима, бывшего наместником Трапезунда, в 1509 г. состоялась экспедиция против кызылбашей, захвативших было город Эрзинджан в Армении. После этого Селим предпринял поход в Грузию, из которого турки возвратились с обильной добычей и пленными¹⁰ .

Между тем нерешительность Баязида II вызвала недовольство турецких спахиев (военные ленники) и янычар (регулярная пехота). Под предлогом "помрачения ума" султан был свергнут с престола, а трон занял Селим I (1512 - 1520 гг.). Тем самым война с кызылбашами была предрешена. У нового султана были обширные планы. Помимо Закавказья, султанские аппетиты простирались на Сирию, Ирак и Египет. С захватом этих стран Османская империя стала бы хозяином древних транзитных путей из Европы в восточные страны.

Дальнейшее развитие событий было ускорено египетским султаном Кансу, приславшим Селиму в 1514 г. в знак пренебрежения чадру¹¹ . Кансу и Исмаил вели переговоры о союзе, но Селим опередил их. Собрав огромное войско, он в том же году двинулся на восток. Навстречу ему со всеми наличными силами выступил и Исмаил. Решающее сражение произошло на Чалдырамской равнине (на северо-восток от озера Ван). При приближении кызылбашей турки окружили свой лагерь повозками, среди которых установили орудия. Артиллерия и решила судьбу сражения. Неоднократно кызылбаши в конном строю бросались в яростную атаку, но каждый раз огонь турецких пушек об-

⁶ Хондемир. Указ. соч., стр. 454; Хасан Румлу. Ахсан ат-таварих. Т. I. Барода. 1931, стр. 42 (на перс. яз.).

⁷ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 44 - 45.

⁸ Хондемир. Указ. соч., стр. 461.

⁹ Лео. Хайоц патмутюн. Т. III. Ереван. 1946, стр. 175 (на арм. яз.).

¹⁰ Хюсейя. Беда и ул-века'и. Ч. II. М. 1961, лл. 3736 - 374 а, 3756 (на турец. яз.).

¹¹ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 143 - 144.

ращал их в бегство. В конце концов ряды войск Исмаила были разорваны, и кызылбаши отступили¹² . Туркам достался лагерь Исмаила и обоз вместе с шахским гаремом.

Исмаил с остатками войска отошел к Тебризу, а затем дальше на восток. Тебриз был занят османами, которые увели оттуда в Турцию тысячу семей лучших городских ремесленников¹³ . Затем Селим намеревался захватить и Закавказье и направился было в Карабах, но среди янычар возникли волнения, вызванные, очевидно, тем, что многие из них были тайными приверженцами кызылбашского шаха. Выяснив ситуацию, султан покинул Азербайджан.

Однако Чалдыранская битва имела далеко идущие последствия. Отныне границы Османской империи пододвинулись вплотную к Закавказью. Пройдет еще несколько, десятков лет, и турки займут Карскую и Эрзурумскую области, а затем установят протекторат над Западной Грузией. Две могущественные державы отныне станут спорить и воевать друг с другом за право грабить Закавказье.

Край постоянных войн

Почти непрерывная полоса ирано-турецких войн, начатых Селимом и Исмаилом, превратила Закавказье в арену кровопролитных и разорительных походов. Ввиду того, что преемнику Исмаила Тахмаепу I (1524 - 1576 гг.) было немногим более десяти лет, он не мог противодействовать возрождению сепаратизма кочевой знати; эмиры вспоминали давние обиды и ссорились из-за доходных должностей и богатых областей. Историк того времени Хасан Румлу рассказывает, что в 1530 г. разбушевавшиеся "столпы державы" устроили стрельбу из луков в шахском шатре, так что две стрелы попали в шахскую корону¹⁴ .

В следующем году возмутился правитель Южного Азербайджана Улама-бек текелю. Он и эмир Чуха-султан претендовали на пост векиля. Семитысячное войско Уламы, пользуясь отсутствием шаха, воевавшего с узбеками, принялось разорять Южный Азербайджан. Когда шах, узнав о мятеже, вернулся в Азербайджан, Улама и его сторонники бежали в Армению, по дороге предавая огню и мечу армянские и мусульманские поселения. Вот что писал об этом современник: "Всеразрушающий тиран Улама учинил много злодеяний, убивая, грабя и взимая несчетные поборы по дороге... И все эти бедствия... соединились воедино: грабежи воинов, голод и смерть [от эпидемии]"¹⁵ .

Изменив шаху, Улама стал подстрекать турецкого султана к походу на восток. На престоле в то время сидел Сулейман I (1520 - 1566 гг.), разгромивший в 1526т. при Мохаче венгерскую армию и осаждавший Вену. Воспользовавшись беспорядками в кызылбашских владениях, Сулейма" в 1533 и 1534 гг. предпринял два больших похода в Азербайджан. После этого турецкие нашествия периодически продолжались вплоть до 1555 года. Предаваемый своими эмирами, Тахмасп не мог оказать турецким войскам сколько-нибудь действенного сопротивления. Чтобы воспрепятствовать продвижению войск противника в глубь Сефевидского государства, он прибегал к опустошению страны при приближении врага.

Тахмасп так писал о событиях 1548 г.: "И вот 24 [месяца] джумада ал-аввал [2 июля] явились лазутчики и сообщили, что его величество хундкар прибыл в Сивас и задержится там на три недели. Мы были тогда в Казвине. Я вызвал к себе знатных людей, представителей населения и кедхуд (старост. - А. Н.) каждого округа и объявил им, что выделил отряд своих войск для того, чтобы, двигаясь впереди румийских (турецких. - А. Н.) войск, сжигали хлеба и продукты, а также все, что можно употребить в пищу... Итак, хлеба той области отдали на съедение и сожгли, а все кяризы (подземные оросительные каналы. - А. Н.) засыпали землей... Если они [турки] смогут продвинуться вперед в течение месяца, то как быть им при возвращении, откуда еще достать продовольствие?!"¹⁶ .

¹² Подробно о Чалдыранском сражении см.: О. А. Эфендиев. К некоторым вопросам внутренней и внешней политики шаха Исмаила I (1502 - 1524). "Труды" Института истории АН Азербайджанской ССР. 1957, N 12.

¹³ Хюсейн. Указ. соч. Ч. II, л. 4436.

¹⁴ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 235.

¹⁵ "Мелкие хроники XIII-XVIII вв.". Т. II. Ереван. 1956, стр. 227 - 228 (на арм. яз.).

¹⁶ "Тазкире-йе шах-е Тахмасп". Калькутта. 1912, стр. 51 - 52 (на перс. яз.).

То, что не успевали уничтожить кызылбаши, захватывали турки. Во время ответных набегов на турецкие владения кызылбаши "возмещали" ущерб за счет местного населения. В 1549 г. один из военачальников Тахмаспа опустошил район Ахлата (Армения) и увел оттуда 5 тыс. лошадей, 100 тыс. овец, 50 тыс. голов крупного рогатого скота. По этому поводу иранский историк Искандер Мунши заметил: "Ущерб и убытки, причиненные походом султана Сулеймана в страну Аджам (Иран. - А. Н .), были возмещены в десятикратном размере"¹⁷ .

Неудачи кызылбашей в войнах с турками способствовали тому, что шах и его эмиры стали стремиться, с одной стороны, ликвидировать самостоятельность тех закавказских владетелей, которые формально признали их власть еще при Исмаиле, а с другой - усилили натиск на грузинские царства. Такая же участь постигла и Ширван. Как только весть о том, что ширваншах Шахрох и местная знать замышляют против Тахмаспа заговор, стала ему известна, судьба Ширвана была решена. Карательную экспедицию возглавил брат Тахмаспа - Алкас-мирза. Правитель княжества Шеки попытался соединиться с ширванцами, но кызылбаши опередили его и разгромили сначала ширванцев, а затем шекиицев. Плененный Шахрох был казнен в Тебризе. В Ширване стали селиться кызылбашские племена, а земли захваченной области раздавались сторонникам шаха. Так, в 1540 г. турецкому перебежчику Гази-хану текелю Тахмасп пожаловал во владение большую территорию с городами Сальянами и Махмудабадом. Благодарный Гази-хан стал проводить в Ширване нужную шаху политику, жестоко расправляясь с местным населением. В 1541 г., захватив Баку, он учинил там резню¹⁸ .

Однако население Ширвана не покорилось захватчикам. Противники кызылбашей нашли убежище в Дагестане и ждали благоприятного случая для возвращения в родные места. Во главе их стал родственник казненного ширваншаха Бурхан, укрывшийся в Кайтаге (область в Дагестане, населенная даргинцами). В 1548 г. он с отрядом сподвижников выступил в Ширван, но был разбит шахским наместником. Несколько месяцев спустя, когда основные кызылбашские силы были отвлечены вторжением турок в Южный Азербайджан, Бурхан овладел Шемахой и изгнал оттуда кызылбашей. В Ширван был направлен один из лучших военачальников, Абдулла-хан устаджлу, человек жестокий и "свирепого вида". К моменту прибытия Абдуллы Бурхан умер, но его сторонники продолжали борьбу. Кызылбаши прошли по Ширвану с огнем и мечом, без пощады подавляя всякое сопротивление ширванцев. Города и крепости (в том числе знаменитая Гюлистанская крепость около Шемахи) были разрушены¹⁹ . В 1551 г. Тахмасп и Абдулла-хан захватили Шекинское владение и ликвидировали его самостоятельность. На территории севернее Куры было образовано Ширванское наместничество, правителем которого стал Абдулла-хан.

Кызылбаши усилили натиск и на Грузию. По данным Хасана Румлу, шах Тахмасп совершил сюда четыре похода. Страну покорить не удалось, но погромы, учиненные шахскими войсками, опустошили Грузию. Тысячи женщин и мужчин были уведены в плен и проданы в рабство на невольничьих рынках Ирана и Дербента. Английские путешественники, посетившие Иран и Закавказье в эти годы, писали: "Рабы и рабыни - один из лучших видов товара, который человек может здесь приобрести. Когда персы покупают молодых девушек или женщин, они ощупывают все части тела, как у нас делают с лошадьми. Если кто купит молодую женщину и она ему нравится, он держит ее для собственного пользования, пока это ему угодно, а затем продает ее другому, который поступает с ней точно так же, так что случается, что одну и ту же женщину в течение 5 - 6 лет перепродают от 12 до 20 раз"²⁰ .

Грузия, терзаемая с востока кызылбашами, с запада подвергалась турецким нашествиям. В 1543 г. по приказу Сулеймана правитель Эрзурума Муса-паша вторгся в Имеретин с большим войском. Царь Баграт III (1510 - 1564 гг.), не имея возможности сопротивляться превосходящим силам противника, ушел с частью населения в горы и леса. Оттуда он направил письмо паше, желая выяснить причины похода на его страну. Раз-

¹⁷ Искандер Мунши. Тарих-е алам ара-йе Аббаси. Тегеран. 1956, стр. 73 (на перс. яз.).

¹⁸ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 282 - 296, 300.

¹⁹ "Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке". Л. 1937, стр. 203; Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 340 - 341.

²⁰ "Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке", стр. 260

грабив грузинские земли, основные османские силы ушли в Эрзурум, однако наиболее ретивые "воители за веру" продолжали оставаться в Имерети. Грузинские войска напали на них и истребили захватчиков. Затем Баграт совершил поход в сторону Эрзурума, разгромил Муса-пашу и убил его. Попытка диаберкирского паши справиться с грузинами не удалась, и лишь посылка султаном очередной большой армии привела к поражению грузинских войск и новому разорению Имерети²¹ .

В 1555 г. между Турцией и Ираном был заключен мирный договор, по которому Закавказье делилось на две части: Азербайджан, Восточная Грузия, Восточная Армения объявлялись владениями Тахмаспа, а Западная Грузия и Западная Армения причислялись к Османской империи. Однако Закавказью ирано- турецкий договор мира не принес. По-прежнему оставался враждебным кызылбашам Ширван, а турецкие и иранские войска время от времени совершали набеги на грузинские земли, чтобы "напоминать" об условиях договора 1555 года. Особую активность в этом деле проявлял шахский наместник Карабаха Шах-верды-султан каджар. Одна из ветвей этого кызылбашского племени была поселена в Карабахе, а главы рода зияд-оглы каджар стали наследственными наместниками данной области. Отсюда каджары активно продвигались в сторону Грузии, оттесняя на запад грузинское население, которое оказывало кызылбашам отчаянное сопротивление. В сражении с каджарами грузины одержали победу, но картлийский царь Луарсаб I был убит (1556 г.)²² . Однако сын Луарсаба Симон I не сложил оружия. Перед лицом опасности со стороны каджар наметилось известное содружество между картлийским и кахетинским царствами. Когда в 1560 г" Шах-верды вновь отправился в поход "а грузинские земли, против него вместе с воинами Симона I сражались подданные кахетинского царя. На этот раз каджары выиграли битву; кахетинский царевич Георгий сложил голову "а поле сражения, а Симон отступил в Гори. Кызылбаши дочиста ограбили картлийские земли²³ . Через девять лет кызылбаши опять вторглись в Картли, Симон вновь потерпел поражение, попал в плен и был отослан к шаху²⁴ , который заключил его в крепость Аламут около Казвинг. Стесненная кызылбашами Кахети в то же время находилась во враждебных отношениях с дагестанским шамхалом (властителем). Между тем на север от Кавказского хребта обстановка резко изменилась. Присоединение к России Казани и Астрахани (1552, 1556 гг.) усилило русское влияние на Кавказе. Кабардинские, часть адыгейских князей приняли русское подданство, надеясь с помощью Русского государства выстоять против одного из наследников Золотой Орды - крымского хана, вассала Турции. Присоединение земель в бассейне Волги к России и русская ориентация Кабарды подтолкнули к сближению с Москвой и кахетинского царя Левана. Правительство Ивана IV приняло в 1564 г. Левана под русское покровительство и даже направило в Кахети небольшой воинский отряд.

Ширван по-прежнему оставался одной из самых мятежных областей в Кызылбашском государстве. В 1577 г. в Ширване вспыхнуло освободительное восстание. Его возглавил Кавус-мирза. Восставшие осадили город Шабран, но были разбиты войсками шахского наместника²⁵ .

Усиление русского влияния на Северном Кавказе и в Закавказье вызывало отрицательную реакцию в Стамбуле. Наследник Сулеймана султан Селим. II (1566 - 1574 гг.), заслуживший за свою страсть к горячительным напиткам прозвище "мест" (пьяница), попытался изменить соотношение сил в этом районе в свою пользу. В 1569 г. по его приказу была организована военная экспедиция в Астрахань с целью овладеть низовьями Волги и отрезать Кавказ от России. Однако турецкий поход закончился полным провалом; плачевный исход этого мероприятия заставил турецкое правительство искать иные средства, которые обеспечили бы преобладание османского влияния на Кавказе и в Закавказье. На этот раз главная роль отводилась крымскому хану. Правители Крыма считали северокавказские народы подвластными себе, и ориентация кабардинских князей на Москву была воспринята в Бахчисарае как акт, направленный

²¹ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 306 - 307.

²² Там же, стр. 392 - 393; "Картлис Цховреба". Т. II. Тбилиси. 1959, стр. 510 (на груз. яз.). По грузинским известиям, это событие имело место в 1558 году.

²³ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 414 - 415.

²⁴ "Картлис Цховреба". Т. II, стр. 369; Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 442 - 443.

²⁵ Хасан Румлу. Указ. соч., стр. 490 - 491.

против Крыма. Еще большее раздражение и у хана, и у его сюзерена султана вызвала постройка по просьбе кабардинских князей в 1567 г. в устье реки Сунжи русской крепости. Сразу же после астраханского похода, в неудачном исходе которого кое-кто при турецком дворе обвинял крымского хана, орды Девлет-Гирея совершили набег на Москву (1571 г.). Во время повторного похода в 1572 г. в сражении при Молодях русские войска нанесли татарам решительное поражение.

Тем не менее крепость в устье Сунжи пришлось срыть, но в 1578 г. она была восстановлена. Это событие совпало с изменением обстановки в Закавказье. В 1576 г. умер шах Тахмасп, и с этого времени, по словам современника, историка Шереф-хана бидлиси, "смуты и волнения, которые в течение более чем сорока лет скрытно проявлялись, начались среди кызылбашских племен"²⁶ . Этим немедленно воспользовалась Турция. Два года спустя, нарушив договор 1555 г., стотысячная османская армия под командованием Мустафы Лала-паши вторглась в Закавказье и захватила Шемаху и Дербент. Кызылбашское государство, ослабленное распрями эмиров, оказалось неспособным к сопротивлению. По словам Шереф-хана, в 1578 г. несколько сильнейших глав кызылбашских племен сговорились и разделили между собой Иран²⁷ .

В Закавказье положение было очень сложным. Правитель Ахалцихе Манучар, спасая свою власть, признал себя вассалом султана, и турки оставили ему его владения. Наследник Тахмаспа Исмаил II (1576 - 1577 гг.) освободил картлийского царя Симона I из крепости Аламут и позволил ему вернуться в Грузию, где он возглавил борьбу грузинского народа против турецкого нашествия.

По-иному сложились дела в Ширване. Кызылбашские насилия и погромы привели к тому, что ширванцы предпочли ориентацию на Турцию власти сефевидского шаха. Зная это, турецкие войска через Карабах прошли в Ширван. В то же время с севера в Закавказье ворвалась конница крымского хана. С приходом турок и татар народы Дагестана и Ширвана восстали против кызылбашей и вынудили шахского наместника Арас-хана покинуть Закавказье²⁸ .

Однако дальнейшие события показали, что надежды ширванцев и дагестанцев на турецкую помощь оказались неоправданными. Османы не предоставили Ширвану независимости, стали вводить здесь обычное турецкое управление и обращались с Ширваном и Дагестаном, как с завоеванными странами.

Поэтому и турки и татары встретили в большей части Закавказья сильное сопротивление со стороны местного населения. На сей раз грузины действовали в союзе с кызылбашскими военачальниками. Когда группа турецких войск возвращалась в Эрзурум, она подверглась нападению жителей Карабаха во главе с Имам-кули-ханом и грузин под водительством царя Симона. Турки были разбиты, понеся потери около 20 тыс. человек. В 1579 г. в Ширван проникла конница крымского хана Кази - Гирея. Навстречу ему выступило кызылбашское ополчение, собранное энергичной шахиней, женой шаха Мухаммеда (1577 - 1587 гг.) Махд-е Улья. В сражении к северу от реки Куры татары были разгромлены, а Кази - Гирей попал в плен. Однако Махд-е Улья была в том же году убита кызылбашскими эмирами, вместо разгромленных татарских войск в Закавказье прибыли новые силы из Крыма. Несмотря на упорное сопротивление, успех был явно на стороне осман. Симон некоторое время продолжал борьбу, но в сложившейся обстановке он был вынужден прекратить сопротивление и в 1588 г. пропустил турецкое войско в Карабах.

Тем временем в Иране произошли серьезные изменения. Слабовольный шах Мухаммед был игрушкой в руках одной группы эмиров. Другая же группа эмиров, управлявших Хорасаном, выдвинула на шахский престол сына Мухаммеда Аббас-мирзу, надеясь от его имени управлять тем, что еще уцелело от Кызылбашского государства. В 1567 г. хорасанские эмиры вместе с Аббас- мирзой захватили тогдашнюю столицу сефевидов Казвин и провозгласили его шахом. Свергнутого Мухаммеда и двух его сыновей посадили в крепость Аламут²⁹ .

Аббас-мирза, ставший шахом Аббасом I (1587 - 1629 гг.), заключил в 1590 г. с турками мир, по которому все Закавказье переходило под власть султана. Турецкие вла-

²⁶ Шереф-хан бидлиси. Шереф-наме. Т. II. СПБ. 1862, стр. 247 (на перс. яз.).

²⁷ Там же, стр. 255 - 256.

²⁸ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 234 - 237.

²⁹ Там же, стр. 386, 406.

сти разделили захваченные земли на санджаки (округа) и назначили туда управителей - пашей. Не довольствуясь захватом азербайджанских и армянских земель, турки решили покончить и с независимостью грузинских царств. Кахетинский царь Александр, продолжая политику Левана, упрочил связи с Россией и в 1587 г. признал себя подданным русского царя. Картлийский царь Симон, много терпевший от бесцеремонных действий турок, в 1599 г. поднял восстание, разбил захватчиков и отнял у них важную для обороны Восточной Грузии крепость Гори. Однако борьба в одиночку с таким сильным врагом оказалась ему не под силу. В 1600 г. Симон попал в турецкий плен и был; отправлен в Стамбул³⁰ .

Под гнетом шаха и султана

Аббас-мирза был младшим сыном слепого шаха Мухаммеда; мать его, Махд-е Улья, происходила из семьи Наследственных владетелей Мазендерана (область на южном берегу Каспийского моря). Выросший в атмосфере заговоров и смут, Аббас усвоил черты и пороки, отличавшие правителей той эпохи. Ему было восемь лет, когда кызылбашокие эмиры убили его мать. Через несколько лет те же эмиры умертвили его брата Хамза-мирзу. Да и для самого Аббаса I ни жизнь его близких, ни тем более жизнь подданных не представляла особой ценности. Уже на склоне лет он приказал, казнить по вздорному подозрению своего старшего сына и наследника престола, а двух других сыновей повелел ослепить, чтобы они не могли занять шахский престол. Внука своего, ставшего после смерти Аббаса шахом под именем Сефи I, "заботливый" дед с детства травил наркотиками, превратив его в изувера и психически ненормального человека.

Однако сам Аббас I еще в юные годы, видя постоянную угрозу для своей жизни и здоровья со стороны соперничавших эмирских клик, притворялся послушным и безынициативным отроком в руках своих "воспитателей" Али-кули-хана шамлу и Муршид-кули-хана устаджлу. Именно они еще в 1578 г. сделали Аббаса номинальным правителем Хорасана, а затем свергли его отца Мухаммеда и возвели шестнадцатилетнего царевича на престол. Но покорность Аббаса была только кажущейся. Обладая тонким умом и незаурядными задатками дипломата и политика, он внимательно следил за развертыванием событий в Иране, выбирая момент, когда можно было бы одним ударом расправиться со своими самодовольными и уверенными в своей силе "воспитателями". И такой момент наступил. Оба опекуна Аббаса были союзниками лишь до той поры, пока им не удалось посадить Аббаса на престол. После этого между ними началась борьба за власть. Тут-то Аббас и проявил решительность, уничтожив их обоих. Вслед за тем были устранены те крупные эмиры, которые привыкли в 70 - 80-е годы вершить судьбами государства. Методы расправы молодого шаха с противниками были жестоки. Уничтожались не только отдельные лица, но и целые племена, представлявшие реальную или возможную опасность для шахского самодержавия. Так, по приказу Аббаса было частично вырезано, частично расформировано кызылбашское племя текедю, самое мятежное среди кызылбащей. Столь же свирепой была расправа с курдским племенем мукри.

Стремясь иметь какой-то противовес знати кочевых племен, показавшей себя в событиях XVI в. не всегда надежной опорой шаха, Аббас создал новую знать из среды принявших ислам лиц кавказского происхождения. К ней принадлежали крупнейшие полководцы Аббаса: Алла-верды-хан (армянин по происхождению), нанесший немало поражений османам, и другой крупный военный деятель Ирана, Карчиха-хан (из Еревана), занявший после смерти Алла-верды-хана пост верховного главнокомандующего. Эти люди, однако, не имели уже ничего общего со своей бывшей родиной. Приняв мусульманство и став верными слугами шаха, они своими действиями показывали, что недаром ели шахский хлеб. Огнем и мечом проходили они по странам Закавказья, ограбление и разорение которых было для них столь же естественным и обыкновенным занятием, как и опустошение Ирака, Малой Азии и других стран. Они получали от шаха земельные пожалования, большие доходы и, не имея ни своих племенных ополчений, ни традиционных связей в самом Иране, являлись верной опорой шахской деспотии.

Выдвижение значительного числа таких людей вовсе не означало, что старая кы-

³⁰ "Картлис Цховреба". Т. II, стр. 379 - 380.

зылбашская знать исчезла с политической арены. Придворный летописец Аббаса I Искандер Мунши ясно указывает, что большинство эмиров Ирана в год смерти Аббаса были кызылбашами³¹, только теперь эти эмиры утратили монопольное положение в государстве.

Чтобы стать независимым от знати в экономическом смысле, Аббас из конфискованных земель создал большой личный фонд, куда были включены наиболее богатые округа и области Ирана. На доходы с этих земель содержалась постоянная армия из пехоты и конного корпуса "гулямов" (буквально: рабов) - подобие турецких янычар. Был создан артиллерийский парк, потому что соперничать с турками, не имея соответствующего пушечного арсенала, стало невозможно. Аббас I позаботился и об организации специальных карательных и "полицейских" отрядов, в задачу которых входила расправа с неугодными шаху людьми. Историк того времени Гунабади писал о них так: "Эти люди надевали специальную одежду. Они носили головные уборы без повязок... украшая их перьями сов и журавлей... Большинство членов этого отряда составляли люди крупного телосложения, высокого роста и омерзительного вида". Расправляясь со своими жертвами, эти субъекты "перехватывали приговоренных к смерти лиц друг у друга и, откусив у них уши и нос, проглатывали их, а также разрывали зубами остальные члены их тела и съедали их, пока [их жертвы] не лишались жизни"³² .

Обеспечив жестокими репрессиями покорность и повиновение в Иране, Аббас I стал готовиться к отвоеванию Закавказья у турок. На присоединенных по договору с Ираном в 1590 г. землях турки установили тягчайший режим. Даже ширванцы и жители Южного Дагестана, ранее в своей борьбе с кызылбашами просившие помощи у турок, теперь познали на опыте все ужасы османской системы управления. Что касается восточногрузинских царей, то и царь Кахети Александр и наследник плененного турками Симона картлиец Георгий X (1601 - 1606 гг.) были готовы подняться на борьбу с султаном. Однако, ненавидя султанскую власть, эти люди одновременно надеялись, что новый иранский шах поможет им изгнать турок и стать самостоятельными. Такую же проиранскую позицию в ту пору заняли армянское купечество, армянская церковь и мелики Карабаха.

Надо полагать, что шах Аббас вовсе не пытался лишать их таких иллюзий. Через своих лазутчиков он был прекрасно осведомлен о положении дел в Закавказье и, умело используя недовольство народных масс турецкой оккупацией, осенью 1603 г., разгромив перед этим на востоке узбеков и закрепившись в Хорасане, вторгся в Азербайджан. Момент для качала войны был избран удачно. Османская держава сотрясалась многочисленными взрывами возмущения против султанской власти. Эти восстания охватывали не только покоренные османами народы, - турецкие крестьяне и разорившиеся мелкие ленники периодически поднимались на борьбу с османскими властителями. По словам турецкого историка XVII в. Наймы, в год вторжения Аббаса в Азербайджан воины турецкого гарнизона в Тебризе, "не довольствуясь захватом имущества райатов (податного сословия. - А. Н .), осмелились посягнуть и на имущество начальников и правителей"³³ .

В этих условиях Аббас, за два месяца овладев Южным Азербайджаном, 16 ноября 1603 г. осадил Ереванскую крепость. В то время Ереванская цитадель представляла собой одно из самых неприступных укреплений в Закавказье. Местное население было настроено враждебно по отношению к турецким оккупантам, к Аббасу же, подтягивавшему к Еревану лучшую часть своей артиллерии, армянское и азербайджанское население в то время относилось хорошо. Терпя неизмеримые страдания от насилий турок, население Закавказья надеялось, что шах приведет страну к миру, ликвидирует местные феодальные усобицы и обеспечит нормальное течение хозяйственной жизни. Еще до похода Аббаса в Закавказье к нему приезжали делегации из захваченных османами областей. Эти делегации (иногда большие) шах повелел селить в пригородах своей столицы Исфагана³⁴ .

³¹ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 1084 - 1088.

³² Цит. по: А. А. Рахмани. "Тарих-и алам ара-йе Аббаси" как источник по истории Азербайджана. Баку. 1960. стр. 90.

³³ Найма. Равзат ул-Хюсейн фи хуласай ахбари. Т. I. Стамбул. 1734, стр. 177 (на турец. яз.).

³⁴ М. Бархударян. Патмутюн агваниц. Т. II. Тифлис. 1907, стр. 60 (на арм. яз.).

Когда же кызылбаши осадили Ереван, на помощь шаху пришли восточно- грузинские войска. Цари Георгий X и Александр II признали себя шахскими вассалами и обязались вести совместную с иранскими войсками борьбу с османами³⁵ .

8 июля 1604 г. Ереванская крепость сдалась шахским войскам, после чего Аббас направился в Карабах. Значительная часть кызылбашей после турецкой оккупации Карабаха покинула эту страну и ушла в Иран. Те, что остались, подчинились туркам, а некоторые даже поступили к ним на службу. Поэтому борьба за Карабах оказалась более трудной, чем предполагал шах. Турки между тем сформировали новую армию, которой командовал известный военачальник Синан-паша. При приближении османского войска Аббас принялся осуществлять то мероприятие, которое надолго обеспечило ему ненависть населения Армении, ранее приветствовавшего его приход и оказывавшего помощь кызылбашским войскам. Речь шла о поголовном изгнании как армянского, так и мусульманского населения Восточной Армении и опустошении страны. Это был старый метод, практиковавшийся Сефевидами и в XVI веке. Однако то, что сделал Аббас, значительно превзошло совершавшееся его предками. План разорения Ереванской и Нахичеванской земель был детально разработан. Выделялись специальные отряды, которые должны были его осуществлять. В Ереванской области выселением руководил один из ближайших сподвижников шаха, Амир-гюне-хан каджар, в Нахичеванском крае эту миссию исполнял Магсуд-султан кенгерлу. Особое внимание было уделено торговой Джульфе. Когда кызылбаши перешли Араке, джульфинские купцы восторженно встретили Аббаса, перебив перед этим турецкий гарнизон. По словам современника, "в городе Джульфе, сильной крепости, населенной исключительно одними христианами-армянами, шаха приняли (необыкновенно великолепным образом. В честь его въезда все дома в городе, выстроенные без крыш, но с балконами наверху, были утыканы свечами, коих всех было до 50000 и кои горели в течение всей ночи"³⁶ . Несмотря на это, шах без колебаний обрек этот город, являвшийся торговым центром международного значения, на уничтожение, а жителей его повелел переселить в Исфаган.

Вот что писал очевидец этих событий: "Затем в году 1052[1603 г.] вышел Апаз- шах, сын Худабанда-шаха, чтобы отомстить [туркам] за отнятие своей отчины. Осенью он внезапно прибыл в Тавриз и за 15 дней перебил народ Омара (турки. - А . Н.) и взял крепость [Тебризскую]. Оттуда он двинулся к Нахичевану и его взял за один день, а затем пришел к Ереванской крепости, в течение пяти месяцев воевал с ними [турками], а потом, перебив их всех, взял [и эту] крепость. После этого он дошел до Карской крепости. Пришли войска персидские и разорили многие земли, захватили в плен много христиан, более 20000. Тогда сын Джгала (Синан-паша, по прозвищу Джгал-оглы. - А. Н.) с бесчисленным войском из Стамбула двинулся на шах-Апаза. Когда [шах] увидел их многочисленность, то нашел выход из положения, приказав разорить страну армянскую. Пришел Амир-гюна-хан с многими ратными людьми и всех [жителей] вывел из места обитания и родины их, армян и мусульман, от Ширакавана до Гохтанской области (Нахичеванский край. - А. Н.). Горе нам! Кто может описать притеснения тех дней? Столь безжалостно гнали народ армянский, что даже не позволяли брать стариков-родителей, а матерям своих детей. Так поспешно гнали, что отцы не находили своих сыновей, а матери дочерей. Многие старики и больные падали под ноги [другим] и умирали, а трупы их доставались диким зверям... Когда шах удалился из армянской страны, не знающий жалости народ османский напал на оставшихся [жителей] Гегамской страны, которых персы не смогли увести, и в зимние дни требовали безжалостно непосильные налоги, которых [жители] не могли вынести"³⁷ .

Армянские историки XVII в. описали страшную переправу через Араке гонимого мечами и копьями кызылбашей населения, когда много людей утонуло в реке. В то же время кызылбашские воины, которым была поручена "охрана" переселенцев, грабили отставших, похищали женщин и детей.

"Растерянность, несчастие и горе этих выгнанных из своей родины были настолько

³⁵ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 647 - 648.

³⁶ С. Какаш и Г. Тектандер. Путешествие в Персию через Московию. М. 1896, стр. 33.

³⁷ Цит. по.: С. В. Тер-Аветисян. Указ. соч., стр. 53 - 54.

велики, что могли трогать сердце самого безжалостного человека. Оставаться у себя на родине они не могли, а к переселению не были подготовлены. Было много несчастных женщин, мужья которых были убиты, окруженных пятью- шестью малолетними детьми"³⁸ .

Некоторые пытались оказать сопротивление, но изгонялись силой оружия или истреблялись. Уцелевшие остатки населения уходили в горы и другие труднодоступные местности. Изгнанникив холодную и ненастную пору шли через весь Иран. Часть их была расселена в Южном Азербайджане, другие, устилая дороги трупами, направлялись дальше, в глубь страны. Искандер Муншн замечает, что в ту зиму 1603/1604 г, на чужбине умерло бесчисленное множество ереванских армян. "Мете сюргюн" ("великое изгнание") - так назвали народы Закавказья это насильственное переселение. Но то было не последним тяжелым испытанием, выпавшим на долю народов Закавказья.

Трудный и скорбный путь, обильно политый кровью, пришлось пройти закавказским народам, и еще много несчастий и страданий предстояло им перенести. Немало политических промахов совершат те, кто влиял на судьбы своих народов, прежде чем раз и навсегда им стало понятно, что не от турецких султанов и иранских шахов следовало ждать помощи и спасения.

Пока же ценой изгнания и уничтожения большей части коренного населения Восточной Армении Аббасу I удалось осуществить свой план. Синан-паша вступил в пределы Восточной Армении, но не смог там удержаться. В то время войска кормились преимущественно за счет населения тех местностей, где они воевали. В данном случае страна, куда пришли османы, была разорена их "предусмотрительным" противником. Наступали холода, а поскольку смена летнего снаряжения на зимнее также производилась главным образом за счет населения, янычары и спахии, легко отвечавшие на излишнюю строгость военачальников мятежами, заволновались. На обратном пути османские войска завершили то, чего не успели сделать кызылбаши, то есть окончательно разорили страну. Весной 1605 г. Аббас, перезимовав в Тебризе, двинулся в Западную Армению и около Вана разгромил ослабленное предыдущим походом войско Синан-паши.

Этот год, как и предыдущий, был черным годом для населения Закавказья. Опустошения, произведенные кызылбашами и турками, вызвали страшный голод. Уцелевшее от погромов население вернулось в родные места, но поля остались необработанными, сады и пастбища заброшенными. О размерах этого очередного бедствия рукой современника на полях евангелия было написано следующее: "Это святое евангелие написано в селении, называемом Артамед, рукою священника Карапета... в горькое и тяжкое время, когда [мы] захвачены иноземцами и когда мерзкий, безжалостный, кровопийца - предтеча антихриста и сын погибели сартар (полководец. - А. Н.) Джгал-оглы пришел в Ван и стал собирать себе войско, и набрал в две очереди 100000 человек, и пошел "а шах-Абаса, а бог ему не дал успеха. Тогда он бежал и вернулся в Ван и всю Ванскую область разорил, так что везде возник голод. В то время мера пшеницы поднялась до восьми абасов (иранская монета. - А. Н .), но и тогда покупатели были, а продавцов не было. Из-за голода ели собак, кошек, ослов, лошадей и кожу. Нищие собирали трех - четырехлетние сухие кости, перемалывали их в порошок и съедали, а потом вместе умирали. Тогда мать съела сына, а отец продал своего сына за два просовых хлебца. От голода умерли тысячи и десятки тысяч. А те, что уцелели, бежали в Джезире (Северная Месопотамия. - А. Н .), Багдад, Арабистан, Тавриз, Казвин, Хама-дан и Грузию и там все умерли "а чужбине, так что ни один из тысячи не вернулся. В городе Джезире священники подсчитали, и оказалось, что они похоронили 40000 человек, не считая тех, что остались под снегом, или утонули в реках, или погибли в других городах. От Салмаста до Грузии и до Стамбула на север, до Амида и Алеппо [на юг] страна была необитаема. Жили там только медведи, свиньи, волки-людоеды и собаки... Все рассеялись по чужим странам, а там одни умерли, а другие отуречились и больше не вернулись на свои места... Одним из многих был я - несчастный, пишущий эти строки. Я взял свою семью: жену, дочерей, одного своего сына Мкртича, [а также] невесток моих, брата Тер-Атома, что разукрасил это евангелие, и все они умерли на чужбине. Написано это святое евангелие в 1054 г. армянского летосчисле-

³⁸ Там же, стр. 53.

ния [1605 г.]"³⁹ . События, происходившие в Закавказье и сопредельных областях в конце XVI - начале XVII в., в том числе народная борьба с султанскими и шахскими властями, нашли отражение в эпосе тюркских народов "Кёр-оглы", общем для туркмен, азербайджанцев и других восточных народов. Герой эпоса Кёр-оглы (сын слепого) выступает в нем защитником угнетенных и обездоленных. Именно этим и объясняется популярность и распространенность данного сказания среди различных этнических группировок.

Тем временем шах продолжал завоевание Закавказья. Военные действия были перенесены в Ширван и Восточную Грузию. Незадолго до этого по наущению Аббаса кахетинский царь Александр II был убит своим сыном Константином, принявшим ислам. Убийство Александра было на руку шаху, так как, хотя при данных обстоятельствах этот царь и предпочитал сюзеренитет Ирана власти султана, однако было ясно, что старый кахетинский царь не очень-то полагался на шахские посулы, а его прорусская ориентация не была забыта Аббасом. Константин претендовал на кахетинский трон, но во время похода на Кахети был убит грузинскими азнаурами. На этом этапе, когда шаху была нужна грузинская помощь, он стерпел такое "самоуправство" и утвердил на кахетинском престоле внука Александра царевича Теймураза, за которого стояла кахетинская знать⁴⁰ .

В том же 1606 г. умер царь Картли Георгий X, и Аббас утвердил его наследником сына покойного Луарсаба II (1606 - 1615 гг.). На таких условиях грузинская знать согласилась поддерживать Иран в его войне с османами. Совместными усилиями турки были изгнаны из Тбилиси и других грузинских крепостей, где стояли султанские гарнизоны. Но мстительный шах не забыл поведения грузин в эти годы и только ждал удобного случая, чтобы расправиться с непокорным народом.

Иранские войска, перейдя Куру, вступили в пределы Ширвана. Турецкая "помощь" ширванцам в 70 - 80-х годах XVI в. на деле обернулась новыми страданиями и погромами. И теперь, при приближении кызылбашей, в Ширване начались антитурецкие выступления. В то время, когда Аббас I осадил Шемаху (начало 1607 г.), где находился сильный турецкий гарнизон, восстали жители Баку. Турецкий комендант города был убит, а его воины бежали. В Баку появился кызылбашский гарнизон.

Против турок поднялись и жители Дербента. Султанский наместник Хасан- паша заперся в городской цитадели-крепости Нарын-кала. Накануне в шахскую ставку около города Ганджи прибыли дагестанские владетели: Уцмий-хан кайтакский, Ма'асум-хан - правитель Табасарана и другие. Аббас передал Уцмий-хану управление Дербентом и послал туда вооруженный отряд. С его помощью дербентцы заставили турецкий гарнизон капитулировать. А шах даже освободил Дербент на некоторое время от уплаты налогов. Такая политика в Дагестане вызывалась особыми причинами. Эта горная страна за исключением небольшой береговой полосы никогда не подчинялась ни иранцам, ни туркам. Свободолюбивые горцы Дагестана в своей обильной естественными укреплениями стране не только выдерживали наступление значительных армий завоевателей, но и наносили им жестокие ответные удары. В условиях, когда турки еще не были вытеснены из Ширвана, поддержка дагестанских владетелей была особенно важна для шаха. Признание последними верховной власти Ирана было чисто формальным актом.

Однако в 1608 г. шах попытался укрепиться не только в Дербенте, но и в горном Дагестане. Войска Зульфагар-хана вторглись в Табасаран и принялись строить там крепость⁴¹ . Это было воспринято как угроза независимости всего Дагестана, и кызылбаши встретили здесь упорное сопротивление горцев. Аббасу эта война не принесла больших успехов, и он предпочел оставить горный Дагестан в покое.

Между тем на турецкой границе кызылбашские и грузинские войска продолжали теснить осман. Положение турок было осложнено действиями джелалиев (так в XVI в. именовались участники различных выступлений против султанской власти на территории Турции)⁴² . К 1608 г. военачальникам султана удалось разгромить джелалиев,

³⁹ Там же, стр. 48 - 50.

⁴⁰ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 691, 709.

⁴¹ Там же, стр. 738, 786 - 787.

⁴² О восстании джелалиев в Турции см. А. С. Тверитинова. Восстание Кара-Языджи-Дели-Хасана в Турции. М. - Л. 1946.

и остатки их были оттеснены к иранским пределам. Аббас принял главарей джелалиев к себе на службу, а часть рядовых джелалиев включил в свои войска. Однако некоторые из перешедших границы повстанцев оказались "не у дел". Огорченные от родины, эти преимущественно разорившиеся турецкие ленники и крестьяне, организовавшись в отряды, стали грабить и опустошать и без того разоренное Закавказье.

Одним из опорных пунктов турецкого владычества в Закавказье являлся город Ахалцихе, отторгнутый от Грузии. Сидевший здесь турецкий паша организовывал набеги на грузинские и армянские земли. Эти набеги сопровождались угоном населения, продававшегося затем в рабство. В 1608 г. восточногрузинские войска в союзе с кызыл-башами предприняли экспедицию против этого разбойничьего гнезда. "В начале этого года (весна 1608 г. - А. //.), - писал Искандер Мунши, - эмиры шамсадинлу и казаклар (кызылбашские племена, обитавшие в Карабахе и на границе с Грузией. - А. Н.) и другие совместно с отрядом грузинского войска Луарсаб-хана, правителя Картли, совершили поход на Ахыска [Ахалцихе], привели много пленных. [Тогда] Джил-паша с [войском] приблизительно в 2000 татарской конницы и Фархад-паша с Валид-Мухаммед-пашой, пришедшие к нему на помощь, были посланы для отражения их (кызылбашей и грузин. - А. Н.) и для похода на Грузию-Картли. Это войско, вступив в пределы той страны, некоторое время предавалось набегам и грабежам, а затем стало возвращаться. Войско же Луарсаб-хана заняло узкие проходы и леса на их пути. С одной стороны их (турок. - А. Н.) окружило кызылбашское войско, а с другой - грузины, и обоих пашей захватили в плен. Войско же татарское, которое в той стране действовало отдельно, теснимое со всех сторон, было заперто в ущельях и, бросив добычу, рассеялось среди лесов... Грузины стали их ловить и, пленив так до 700 человек татар, предали их мечу. Спасшихся же от меча [татар] грузинские крестьяне [вылавливали] в лесах, раздевали и нагими и пешими направляли в сторону источника своих бедствий Ахыска. Пашей же отослали к шахскому двору"⁴³ .

Вероятно, именно это событие, но несколько по-иному описывает грузинский летописец Бэри Эгнаташвили. По его словам, татарское войско возвращалось из Багдада, избрав путь в Крым через Картли. Нашествие татар оказалось столь неожиданным, что царь Луарсаб растерялся. "В то время самым влиятельным человеком в Картли был моурави (правитель. - А. Н.) Георгий Саакадзе, который являлся тбилисским моурави и по своему могуществу уподоблялся царю"⁴⁴ . Когда татары дошли до Триалети, против них было послано войско во главе с полководцем Ярали. Однако Ярали и его воины были застигнуты татарами на стоянке во время сна и перебиты, после чего татары двинулись дальше в глубь страны. В Манглиси они схватили одного священника по имени Тэвдорэ, который вызвался быть проводником татарского войска, но, желая дать Луарсабу возможность собрать новые силы, повел татар ложной дорогой. Этот священник был убит рассвирепевшими степняками, но грузины успели собрать новое войско. Возглавили его Георгий Саакадзе и князь Заза Цицишвили. В происшедшей ожесточенной сече грузины разгромили татарское войско, "главный паша" был убит, в руки победителей попала большая добыча и множество пленных.

Полоса восстаний закавказских народов

Союз грузинских царств с Ираном не мог продолжаться долго. Аббас в своей закавказской политике не отличался от турок и пытался полностью подчинить себе Закавказье, ликвидировать всякую самостоятельность Грузии и установить в Картли и Кахети иранскую администрацию. Пока шла война с турками, шах заигрывал с грузинскими царями, но как только был заключен в 1612 г. временный мир, все помыслы Аббаса устремились к единой цели - окончательно подчинить Грузию, Армению и Азербайджан. В Армении, опустошенной выселениями предыдущих лет, голодом, мором и действиями разрозненных отрядов джелалиев, были приняты меры к заселению обезлюдевших районов. Правитель Восточной Армении Амир-гюне-хан каджар по указу шаха стал созывать на старые пепелища разбежавшееся в горы и леса местное население и даже переселять сюда людей из Западной Армении. В то же время из Южного Азербайджана и Ирана в эти края были переселены кочевые тюркские и курдские ро-

⁴³ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 786.

⁴⁴ "Картлис Цховреба". Т. II, стр. 385.

ды, из числа верных шаху племен. Одновременно шах замыслил большой поход в Грузию. Успех этого похода облегчался некоторыми обстоятельствами, имевшими место вскоре после описанного похода татар и турок в Картли. Георгий Саакадзе после разгрома татар приобрел еще большую власть и могущество. Его влияние на царя Луарсаба возросло после того, как царь женился на сестре Моурави. Все это вызвало противодействие картлийских князей. Сам Саакадзе не принадлежал к высшим тавадам Грузии, и возвышение его затрагивало интересы крупнейших владетельных домов. Во главе княжеского заговора стал один из знатнейших картлийских князей, Шадиман Бараташвили. Но у Саакадзе были сторонники и друзья даже среди владетельных тавадов. Особенно полезным для него оказался брак с дочерью Арагвского владетеля Нугзара. Все же противникам Саакадзе удалось убедить Луарсаба в опасных намерениях Саакадзе. Царское войско и княжеские дружины обрушились на резиденцию Саакадзе Носте, сожгли ее и разорили⁴⁵ . Сам Моурави с женой и детьми бежал сначала к своему тестю Нугзару, а затем в Иран к Аббасу, чем шах был весьма обрадован. В лице Моурави и приехавших с ним в Иран грузин Аббас приобрел не только опытных воинов, но прежде всего людей, отлично знавших Грузию, ее внутреннее положение и, главное, имевших на оставленной родине многочисленных сторонников и доброжелателей.

В 1613 - 1614 гг. Аббас с большим войском выступил из Исфагана и направился через Азербайджан к пределам Грузии. Непосредственной целью похода было "замирение" Кахети, где царь Теймураз обнаружил явные признаки самостоятельной политики. Что касается Картли, то шахские планы относительно нее были вначале несколько неопределенны, хотя можно полагать, что, прислушиваясь к мнению Саакадзе и его приверженцев, Аббас намеревался произвести и здесь некоторые изменения с целью усиления роли сторонников иранской ориентации. Направляясь в Грузию, шах совершенно не считался с тем, что грузинский народ имел собственную государственность, исторические и культурные традиции. Единственно, что брал в расчет шах, - это позиция Турции. Здесь существовал договор 1612 г., в нем, по словам Искандера Мунши, "страна Гурджистан" делилась на две части: восточная (Картли и Кахети) считалась подвластной Ирану, а западная (Имерети, Гурия и Мегрелия) объявлялась турецким владением⁴⁶ .

Нашествие на Кахети одна часть шахского войска осуществляла с востока (из Ширвана), а другая - с юго-востока (из Карабаха) и запада (Тбилиси) одновременно. Еще находясь в Гандже, Аббас направил Теймуразу послание, в котором требовал прислать к своему двору сына царя Александра. Кахетинский царь после некоторых колебаний выполнил желание шаха, но вслед за тем последовало новое требование - доставить к Аббасу и мать Теймураза царицу Кетеван, имевшую большое влияние не только на своего сына, но и на кахетинское дворянство. В результате два сына царя и его мать оказались во власти шаха⁴⁷ .

В подобной ситуации сопротивление шахским войскам было чрезвычайно трудным. Луарсаб и Теймураз покинули Восточную Грузию и направились в Имерети. Туда же поспешили гонцы шаха с требованием выдать бежавших царей.

Однако, несмотря на неблагоприятный для Грузии ход событий, сопротивление захватчикам не прекратилось. Искандер Мунши рассказывает об осаде кызылбашами на севере Кахети крепости, где засел отряд грузинских воинов, отказавшихся подчиниться иранцам. Шах направил против непокорных сильный отряд туфенгчиев (мушкетеров). Защитники крепости мужественно сопротивлялись, но силы были неравными: кызылбаши взяли крепость, захватили большую добычу, среди которой выделялась корона искусной работы, отделанная драгоценными камнями⁴⁸ . Аббасу с помощью своей жены Тинатин, сестры картлийского царя, удалось выманить Луарсаба из Имерети. Теймураз же отказался прибыть к шаху и, оставшись в Западной Грузии, принялся устанавливать связи с турецкими пашами соседних османских владений.

Шах, полагая, что Грузия замирена, уехал в Иран, поручив эмирам осуществлять

⁴⁵ Там же, стр. 388, 390.

⁴⁶ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 869.

⁴⁷ "Картлис Цховреба". Т. II, стр. 391 - 392.

⁴⁸ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 874

здесь свою политику. Одна из ближайших мер иранских властей сводилась к следующему. Во время ослабления Сефевидского государства (конец XVI - начало XVII в.), свидетельствует Искандер Мунши, большое число райатов бежало из Ширвана и Карабаха в Кахети, где нашло убежище и прочно обосновалось. Шах, защищая интересы кызылбашской знати, владевшей землями в Северном Азербайджане, не мог оставить своих сподвижников без рабочих рук, которые неустанно трудились бы в то время, когда "столпы державы" во славу шаха и Кызылбашского государства совершали бы походы и грабежи в тех неблизких землях, куда доходили копыта кызылбашских коней.

Между тем бежавшие в Кахети крестьяне и ремесленники прочно там осели и не имели желания возвращаться под власть "своих" прежних хозяев. Кахети была богата шелком, вином и сравнительно мало пострадала в период войн XVI века. Не удивительно, что сюда бежали из разоренного Восточного Закавказья крестьяне и ремесленники, отчаявшиеся найти мирную жизнь у себя на родине. Вероятно, пс жалобам карабахских и ширванских беков Аббас издал указ: "Так как эти люди не являются коренными райатами Грузии, то всех их - мусульман, евреев и армян - надлежит отправить в раеподобный Мазендеран. Точно так же тех жителей Ширвана и Карабаха, а [также] людей илей и аймаков (речь идет о кочевниках. - А. Н .), которые стали служить румийцам (туркам. - А. Н.) или же сблизились с турками, получив от них вознаграждение и чины, и которые не заслуживают доверия, и чье пребывание в данных областях небезопасно для державного государства, надлежит переселить в Фаррух-Абад в Мазендеране". В Фаррух-Абад было отправлено до 15 тыс. семей⁴⁹ . Те, КТО пытался сопротивляться, были поголовно истреблены.

Грузия не пожелала быть ни покоренной, ни усмиренной. Здесь вспыхнуло новое восстание. На этот раз оно было особенно угрожающим, так как вместе с грузинами поднялись и ширванцы. Случилось это в 1615 году. Согласно Искандеру Мунши, ширванцы, приговоренные за свою протурецкую ориентацию к выселению в "раеподобный" Мазендеран, объединились в отряды, начав борьбу с кызылбашскими оккупационными силами. Во главе их встал некий Дели-малик. Вокруг него собралось много "черни и смутьянов" ширванских; примечательно, что восставшие послали гонцов к Теймуразу кахетинскому и тем грузинским азнаурам, которые продолжали борьбу с шахскими войсками. Грузины откликнулись на призыв, их отряды присоединились к ширванским повстанцам. Шахские военачальники и ширванские феодалы, преданные шаху, вынуждены были укрыться в городе Ареше, осажденном восставшими. Приунывшие сподвижники шаха, имущество которых было захвачено осаждавшими и многие из которых, по словам шахского летописца, "испили чашу мученической смерти", были в тяжелом положении, когда подоспевший отряд шахских войск заставил повстанцев снять осаду Ареша.

Узнав об этих событиях, Аббас немедленно направил в Грузию и Ширван новое большое войско, в состав которого вошли кызылбашские ополчения Карабаха и Южного Азербайджана. Эта примерно пятнадцатитысячная армия ворвалась в Грузию, но отступившие ширванские повстанцы успели соединиться с прибывшими из Западной Грузии силами во главе с Теймуразом. В сражении шахские войска потерпели жестокое поражение, на поле боя полегли тысячи кызылбашей, много знатных беков, в том числе наследственный правитель Карабаха Мухаммед-хан зийад-оглы каджар⁵⁰ . Остатки кызылбашского воинства в панике бежали в Тбилиси и Ганджу. Когда весть об этом поражении дошла до Аббаса, он, по словам историка Гунабади, "дал страшную клятву сделать так, чтобы цена каждого пленного раба из земли Грузии не превышала бы 200 динаров, равных двум мискалам чистого серебра"⁵¹ . Аббас сдержал свое обещание. На этот раз войска были стянуты со всего Ирана, и шах лично повел их в Грузию. Прибыв в Тбилиси, он низложил с картлийского престола Луарсаба и сделал царем его двоюродного брата Баграта, который был покорным исполнителем шахской воли.

Аббас жестоко расправился с восставшими. Погибло свыше 60 тыс. кахетинцев и не менее 100 тыс. их было уведено в Иран⁵² . Однако и этого Аббасу было мало. Из

⁴⁹ Там же, стр. 881.

⁵⁰ Там же, стр. 891 - 893.

⁵¹ Цит. по: А. А. Рахмани. Указ. соч., стр. 120.

⁵² Искандер Мунши. Указ соч., стр. 900 - 901

анонимного описания Сефевидской державы, составленного в 20-х годах XVIII в. для афганских завоевателей, мы узнаем и о другой садистской мере "повелителя Ирана" по отношению к пленным грузинам. Шах приказал кастрировать 100 пленных грузин, из которых один, "наиболее уважаемый из всех", был сделан старшим над ними, и тем самым создал практику белых евнухов народу с черными⁵³ .

Выселение и истребление кахетинцев продолжалось около двух лет. "Операция" затянулась, с одной стороны, из-за сопротивления грузин и ширванцев, ас другой - из-за вмешательства турок. Османы, увидев, что шах застрял в Грузии, нарушили мир с Ираном, и великий вазир Мухаммед-паша с громадным войском осадил Ереван. И хотя данные иранских источников о численности турецких войск, прибывших к Еревану (100 тыс. человек), кажутся преувеличенными, положение Аббаса I стало достаточно затруднительным. Правда, туркам не удалось захватить Ереван, повреждения, нанесенные Ереванской крепости, были устранены, и с османскими властями начаты переговоры о возобновлении нарушенного мира. Народное сопротивление в Грузии; продолжалось. Упорно сражались и ширванцы. Для подавления сопротивления в Кахети был направлен родственник шаха Аббаса - курчи-баши (начальник привилегированного корпуса, состоявшего из цвета кызылбашских воинов) Иса-хан. Курчи-баши вселда назначался из высшей кызылбашской знати, и ни персы, ни гулямы никогда этого звания не удостаивались. Суровый Иса-хан почитал служение шаху высшим долгом своей жизни. Эту преданность шаху он постарался доказать во время кахетинских событий 1616 года. Под его руководством кызылбашские войска планомерно осуществляли уничтожение и выселение кахетинцев. Искандер Мунши приводит случаи, когда за сопротивление завоевателям поголовно истреблялись мужчины, а женщины забирались в плен. Тысячи грузин, спасшиеся от карателей, бежали в горы и леса, прилегавшие к Дагестану. Но Иса-хан настиг их и здесь. В горах, среди снегов, кахетинские и ширванские повстанцы дали последний бой кызылбашскому сардару. Хотя иранские войска были лучше вооружены и превосходили оборонявшихся численностью, тем не менее первые приступы кызылбашей были отражены со значительными потерями для шахских войск. Было убито несколько беков. Но в конце концов сопротивление восставших оказалось сломленным, многие пали с оружием в руках, а более 10 тыс. грузин взято в плен. После этих событий в том районе грузин не осталось⁵⁴ . Десятки тысяч пленных кахетинцев угнали в глубь Ирана. По приказу шаха их расселяли и в Центральном Иране, но главным образом в Мазендеране. Однако эта прикаспийская область вовсе не была "подобной раю", как подобострастно именовали ее придворные летописцы шаха. Область Мазендеран, хотя и отличалась красотами природы, славилась нездоровым климатом. В прибрежной полосе с ее субтропическим климатом свирепствовала злокачественная лихорадка. Аббас I сделал эту область наследственным шахским доменом. На берегу моря были построены роскошные дворцы, а к ним через горы и пустыни проводились широкие и удобные дороги. Вот для этих-то работ тысячами сгонялись в Мазендеран жители Закавказья, преимущественно грузины и армяне. Громадное большинство их нашло быструю смерть в этой стране, но шахские дворцы в резиденции Аббаса Фаррух-абаде были построены, а шахская дорога к ним из столицы Исфагана изумляла европейских путешественников. Пройдет полсотни лет, и казаки Степана Разина разграбят и предадут огню шахские резиденции на берегу Каспийского моря, воздвигнутые буквально на костях тысяч изгнанных из своей родины людей. Разоренную Кахети шах решил заселить кочевниками - кызылбашами. В 1618 г. сюда были направлены несколько аймаков племенного объединения ийирмидёрд и других племен. Уцелевшие кахетинцы постепенно стали возвращаться на родные пепелища, но разгром, учиненный Аббасом I, был столь велик, что страна долго не могла оправиться.

(Окончание следует)

⁵³ "Тазкират ал-мулук". Лондон. 1943, л. 31 (на перс. яз.).

⁵⁴ Искандер Мунши. Указ. соч., стр. 913.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - А. П. НОВОСЕЛЬЦЕВ:

Комментарии: