Т. ЗАГОРОДНИКОВА

Кандидат исторических наук

Цейлон... С этим словом у русского человека ассоциируются зеленые холмы, поросшие чайным кустом, сборщицы чая с корзинами за плечами и улыбка во весь экран телевизора владельца марки чая "Ахмад"...

Между тем, ранее Цейлон, или современная Шри-Ланка, интересовал наших соотечественников не только как производитель чая; вернее, первые русские побывали на острове задолго до того, как там стали выращивать чайный куст. Да и сам остров интересовал Россию по целому ряду причин.

Первым русским, ступившим на землю Цейлона, был лейтенант Юрий Федорович Лисянский. Он был послан служить на британском королевском флоте и в январе 1799 г. посетил Индию и Цейлон. Во время своих плаваний он вел дневник, или журнал, как он сам его называл, где записывал все, что казалось интересным.

Князь Алексей Дмитриевич Салтыков стал первым русским путешественником, свидетельства которого о пребывании на острове были опубликованы сначала на французском, а потом и на русском языках. Выйдя в 34 года в отставку, он занялся живописью и устроил свой быт так, что близкие стали называть его "индейцем". Его заветным желанием стало путешествие по Индии, куда он отправился в начале 1841 г. В марте он высадился в Бомбее, а дальше его путь в Мадрас лежал по морю, таким образом, в начале апреля 1841 г. он впервые очутился в Коломбо.

Во время как первого, так и второго, состоявшегося четыре года спустя, путешествия Алексей Дмитриевич постоянно рисовал: пейзажи, индусские и буддийские храмы, паломников, купцов, нищих. Он был первым, кто показал Европе цейлонских неприкасаемых - родиев.

А. Д. Салтыков побывал и на светских раутах в Коломбо, и в хижинах родиев, но больше его привлекала "коренная индейщина". Он, как и многие другие путешественники того времени, часто называл Цейлон "Индией".

В 1858 г. остров посетил Федор Романович Остен-Сакен, ученый-географ, натуралист, этнограф, неоднократно исполнявший обязанности секретаря, председателя отделений и помощника председателя Императорского Российского Географического общества, государственный деятель и дипломат. Он входил в состав русского посольства в Китай графа Е. В. Путятина и на обратном пути уже самостоятельно побывал на русском берегу Японского моря и на острове Цейлон. Позднее он опубликовал свои впечатления в "Известиях Русского Географического общества".

ИНДИЯ СТАЛА БЛИЖЕ

В 1869 г. был открыт Суэцкий канал. Это событие привело к тому, что морские пути теперь проходили через Пойнт де Галле (современный Галле), Тринкомали и Коломбо. Расстояние между Одессой и Севастополем и портами Тихого и Индийского океанов сократилось в три раза. Все чаще русские корабли заходили в гавани Цейлона для пополнения запасов угля, продовольствия и воды, иногда возникали всякие другие неотложные проблемы, решение которых капитаны искали на суше, в портах. Возникла необходимость иметь русского консула на Цейлоне.

Сначала исполнение обязанностей консула России возлагалось на живущих на острове иностранных коммерсантов, такая практика была общепризнанной в то время. В 1882 г. был назначен первый российский дипломатический представитель в Пойнт де Галле - Энтони Дельмеж¹. Первым русским сначала внештатным, а позднее и штатным вице-консулом в г. Коломбо с 1890 по 1897 гг. был коллежский асессор Эдмунд Романович фон Фриш. С 1890 г. местопребыванием вице-консула Российской империи окончательно становится Коломбо.

С 90-х гг. XIX в. Коломбо стал портом, куда заходили российские суда на пути следования из европейской части России на Дальний Восток и обратно. В отчете вице-консула В. К. Шнейдера за конец 1900 - начало 1901 г. говорится, что еженедельно через Коломбо проходило до 2 тыс. человек русских², главным образом, новобранцев и законтрактованных для работы на Дальнем Востоке.

Цейлон был важен для России не только как важный порт на пути из европейской части страны на Дальний Восток и обратно, но и как производитель и поставщик чая, в гораздо меньшей степени -других "колониальных товаров": копры, кофе, какао, ратана, а также графита. Сначала все эти товары поступали через Великобританию. В 1898 г. русские купцы перешли к прямым закупкам чая на Цейлоне. В Коломбо обосновались представители фирм "Молчанов, Печатнов и К⁰", "Щербачев, Чоков и К⁰", "Токмаков, Молотков и К⁰" и др. С этого начались торговые отношения между нашими странами. Рост импорта цейлонских чаев рос год от года. Так было положено начало русской колонии на острове.

Колония русских, постоянно живущих на Цейлоне, в начале XX в. насчитывала более 10 человек. По тем временам это было значительное количество, а с учетом временно проживавших и пассажиров кораблей, делавших остановки в Коломбо, численность русских значительно возрастала. В 1902 г. был даже поставлен вопрос об открытии на острове православной миссии, но из Синода поступил отказ³. Главой колонии считался вице-консул (Генеральное консульство находилось в Калькутте. - Т. З.).

Кто были эти люди, как они жили, какова была их судьба?

К сожалению, эти подробности нам во многом не известны. Штат вице-консульства состоял из вице-консула и консульского агента, но одновременно обе эти должности редко бывали заняты, а с 1910 г. должность вице-консула исполнял консульский агент. Должность консульского агента, иногда с определением "нештатного", исполняли, главным образом, представители чайных фирм, которые жили на острове: И. А. Щербачев и Т. К. Чоков. Единственным консульским агентом, направленным из России в 1913 г., был Борис Петрович Кадомцев. Последнее донесение составлено им 14 мая 1917 г., но, по-видимому, вице-консульство продолжало функционировать, по крайней мере, до осени 1918 г. 12 ноября 1918 г. Омское временное правительство прислало телеграмму в Генеральное консульство в Калькутте с просьбой прислать смету расходов на будущий год. Генконсул В. В. Томановский ответил: "Содержание консульства в Калькутте и вице-консула составляет 300 фунтов в месяц. На Цейлоне - 25 фунтов в месяц"⁴.

Вице-консулы, служившие на Цейлоне, получали приличное жалование, но жить и работать приходилось в непривычных, тяжело переносимых, часто просто вредных для здоровья природных условиях⁵. Из пяти вице-консулов и трех консульских агентов один, В. К. Шнейдер, скончался на следующий год по возвращении в Россию; другой, А. Ю. Булах, сошел с ума, был депортирован в сопровождении санитара на родину; Т. К. Чоков покончил жизнь самоубийством. Трифон Кириллович поселился на острове в 1898 г., основал свою чаеторговую фирму, успешно экспортировал чай, пытался заинтересовать русских купцов в торговле с Цейлоном, сам старался наладить экспорт из России, был агентом Русско-Китайского банка, не раз в отсутствие вице-консула исполнял его обязанности. В своей предсмертной записке он написал, что знает о своей неизлечимой болезни сердца и не хочет больше страдать⁶. В июне 1899 г., прожив около года в Коломбо, вице-консул Н. П. Данилов писал своему другу, что тяжко болен, скорее всего, это чахотка. Местный доктор сказал, что ему нельзя жить во влажном климате. Николай Павлович просил друга поспособствовать его переводу куда-нибудь в более здоровое место⁷.

"СВЕРХУ ЖАРИТ, СНИЗУ ПАРИТ"

Итак, с открытием Суэцкого канала и развитием торгово-пассажирского мореплавания на Дальний Восток все больше русских посещало Цейлон. Некоторые оказывались здесь случайно и, пробыв несколько дней, продолжали свое путешествие (А. П. Чехов, М. Г. Гребенщиков, П. И. Пашино и др.). Были и такие, которые ехали именно на Цейлон для изучения его флоры и особенно культуры чайного куста (В. А. Тихомиров, А. Н. Краснов, В. И. Липский и многие другие), для изучения буддизма и поклонения святым местам (хамболама Ч. Урельтуев, основательница Теософского общества Е. П. Блаватская, профессор Санкт-Петербургского университета И. П. Минаев), для изучения быта и сбора этнографических коллекций (сотрудники Музея антропологии и этнографии супруги Л. А. и Г. Х. Мерварты) и, наконец, просто для того, чтобы посетить этот любопытнейший уголок Земного шара, получить новые впечатления (И. А. Бунин, К. Д. Бальмонт, художники В. В. Верещагин, В. А. Ватагин, А. И. Кравченко и др.). И никого не оставлял равнодушным этот изумрудный остров. Вспомним цикл стихотворений И. А. Бунина о Цейлоне и его шутливые строки в письме к своему другу писателю Н. Ф. Телешеву:

  
  
 Я живу у Сандунова на полке,  
 С ананасами, бананами в руке.  
 Сверху жарит, снизу парит... 
                     Я совсем,  
 Извините, стал бесстыжим: 
                  только шлем.  
 Змеи, тигры, сингалезы 
                      и слоны!  
 Возвратите мне, мерзавцы, 
                   хоть штаны! 
  
 

В 1912 г. по пути из Одессы на Дальний Восток в Коломбо побывал тогда еще штурман и будущий писатель Борис Степанович Житков. Его впечатления от виденного на острове он описал значительно позднее, в 1927 г., в рассказе "Тихон Матвеич". А. П. Чехов останавливался на острове по пути с Сахалина в 1890 г. Стоянка парохода была недолгой, в то время Чехов находился под впечатлениями от жизни ссыльных и каторжан, писал рассказ "Гусев", в одну из ночей началось наводнение, ему пришлось переехать в другую гостиницу⁸. Кроме впечатлений о Цейлоне, А. П. Чехов привез в Россию мангуста. Непривычное к домашней обстановке животное било посуду, грызло мебель, и в конце концов его пришлось передать в Зоологический сад. В самом начале 1914 г. трое художников - В. А. Ватагин, Н. Ф. Шереметьевская и А. И. Кравченко, командированные за границу Академией художеств, решили сделать остановку на Цейлоне. Яркость красок, световые контрасты, необычная архитектура поразили А. И. Кравченко. Результатом этой поездки стали многочисленные этюды озера Канди, картины "Пейзаж", "Цейлон. Рыбачья лодка на берегу океана", "Цейлон. Деревенская улица". Пластичность форм и движений животного мира острова можно наблюдать в выпол-

ненных позднее работах анималиста В. А. Ватагина.

Представители царской семьи несколько раз посещали Цейлон. Для них специально устраивалась охота с загонщиками на разного рода дичь и крупных животных. Наследник-цесаревич в 1891 г., совершая путешествие на Восток на фрегате "Память Азова", останавливался на острове. Он посетил скачки, наблюдал за приручением диких слонов, в ботаническом саду посадил железное дерево. И сейчас в Перадении растет это раскидистое дерево, у которого прикреплена мемориальная доска с надписью на трех языках: "Посажено последним русским царем в 1891 г.".

Цейлон был Меккой для ученых-натуралистов всех национальностей. Знаменитый ботанический сад Перадения и чайные плантации внутренних районов острова были местами постоянного изучения флоры и фауны русскими ботаниками, географами и агрономами. Когда в Чаквинском удельном имении Батумского округа было решено заняться разведением чайного куста, члены комплексной правительственной сельскохозяйственной экспедиции провели немало времени на Цейлоне, изучая все стадии выращивания чайного куста, сбор листьев и их переработку. Кто-то приезжал для изучения культуры чайного листа, кто-то - для сбора коллекций и гербариев. И тут возникало много проблем из-за влажного климата Цейлона: как сушить, если любая кожаная вещь без ежедневного проветривания через день-два покрывалась плесенью? Был применен так называемый русский способ - способ сушки в солдатском сукне.

У всех посетивших Цейлон возникал образ рая на земле, роскошного сада с множеством экзотических цветущих и плодоносящих растений, невиданных не только в России, но и во всей Европе. Именно буйная растительность отмечалась путешественниками как отличительная черта Цейлона. Это понятно, если представить себе плавание из какого-нибудь европейского порта на Дальний Восток: последней перед Коломбо стоянкой был Аден - пустыня, песок, чахлая растительность. Затем - несколько дней плавания в открытом море, часто без особого комфорта. Вот как описал свое пребывание на пароходе профессор А. Н. Краснов, посетивший многие отдаленные уголки земного шара: "Капитан согласился принять меня на борт своего судна только благодаря имевшейся у меня из агентства бумаге. Но куда меня поместить, он не знал, да, по-видимому, и не желал знать. Пароход был переполнен публикою. Ехавших из Владивостока и с Сахалина в Россию была такая масса, что добрая половина из взявших билеты 1-го класса могла пользоваться только столом, помещалась же где попало - или в отделениях 3-го класса, или в багажном помещении... Публика была самая смешанная - люди разнообразнейших убеждений и воспитания"⁹. После такого путешествия увидеть пышную растительность Цейлона было праздником, глаза отдыхали на зелени листвы, обоняние возбуждалось новыми горько-пряными запахами...

С начала 1880-х гг. все больше и больше записок путешественников, посетивших Цейлон, начинает публиковаться в периодической печати, выходить отдельными книгами¹⁰.

Природа, ее изумительные, непривычные для европейского глаза краски, пейзажи в первую очередь бросались в глаза и привлекали внимание, но русские путешественники всегда интересовались теми, кто живет на этой земле, туземцами, как они их называли. В XIX - первой половине XX в. это слово не носило уничижительного оттенка, а обозначало только то, что изначально было в нем заключено - "житель тех земель".

Сегодня, когда современные транспортные средства позволяют сократить расстояния в десятки раз, Шри-Ланка продолжает интересовать нас как некая экзотика, как страна буддизма, как страна чайного куста и пряностей. То же, что интересовало путешественников императорской России.

¹ Фирма "Дельмеж, Форсайт и К^о", одним из основателей которой был Э. Дельмеж, существует и в настоящее время. Сейчас это одна из крупных фирм с разнообразными сферами деятельности от туризма до фрахта судов.

² Архив внешней политики Российской империи (далее -АВПРИ), ф. 155,1 - 5, оп. 407, д. 917, л. 10 - 11 об.

³ АВПРИ, ф. 155,1 - 5, оп. 407, д. 1168, л. 13 - 14.

⁴ Русско-индийские отношения в 1900 - 1917 гг. Сборник архивных документов и материалов. М.: Издательская фирма "Восточная литература" РАН. 1999. Док. N 388.

⁵ По-видимому, благоприятный для растений и животного мира климат не подходил для людей, привыкших к более суровым условиям, к более низким температурам и меньшей влажности. Побывавший во многих странах главный ботаник Петроградского ботанического сада В. И Липский, указывая на то, что на Цейлоне более мягкий климат по сравнению с Индией, что многие вновь прибывшие считают этот остров раем, подчеркивал: "Такое временное посещение - одно, а более долгое пребывание - другое. Временный (кратковременный) посетитель не знает и даже часто не подозревает массы тропических неприятностей вроде термитов, москитов, пьявок (которые сидят в траве и легко залезают под одежду), разных других неприятных насекомых, змей и т. п., не говоря уже о тропических дождях и сопряженных с ними удовольствиях, вредном климате, об известном неудобстве для организма, сопряженном с такой банной температурой, вообще с полной переменой режима жизни. Все это несомненно отражается и иногда ведет в конце концов к заболеваниям" [Липский ВИ. Цейлон и его ботанические сады. СПб. Издание Департамента Земледелия ГУЗ и 3. 191, с. 54].

⁶ АВПРИ, ф. 147, оп. 485, д. 1128, л. 14.

⁷ АВПРИ, ф. 147, оп. 485, д. 3378, л. 25 - 27 и об.

⁸ В гостинице, где останавливался А. П. Чехов, несколько лет тому назад была открыта мемориальная комната русского писателя.

⁹ Краснов А. Н. Под тропиками Азии. М., Географгиз. 1956, с. 223 - 224.

¹⁰ Верещагин В. Месяц на Цейлоне // Русская мысль. М., 1885. N12.

Гребенщиков M. X. Поездка на Цейлон // Наблюдатель. СПб. 1886. N3.

Щербатова ОА. По Индии и Цейлону. Мои путевые заметки 1890 - 1891 с двумя дополнительными главами о религии и архитектуре Индии. М.,Типо-литография Т-ва И. Н. Кушнерев и К^о. 1892.

Южаков С. Н. Дважды вокруг Азии. Путевые впечатления. СПб. Типо-литография Б. М. Вольфа. 1894.

Новицкий В. Ф. По странам полуденным (Путевые очерки Египта, Цейлона и Индии). СПб. Типолитография НЛ. Ныркина. 1908.

Жирмунский А. Вокруг Азии. Путевые очерки, эскизы, заметки. Япония, Бирма, Индия, Египет. М. Типолитография Т-ва И. Н. Кушнерев и К^о. 1914.

Постоянный адрес данной публикации: