В БИТВЕ НА ВОЛГЕ

К 80-летию Великой Победы Советского народа в Великой Отечественной войне.

Из воспоминаний генерал-майора ветеринарной службы С.Л. Аличкина

В день 20-летия Победы над врагом прежде всего склоним головы перед теми, кто пролил свою кровь в боях за Родину и отдал за нее свою жизнь, а среди них немало и ветеринарных специалистов.

Нашей смене — молодому поколению ветеринарных специалистов — полезно узнать о работе военно-ветеринарной службы в годы великих сражений по разгрому немецко-фашистских войск, вторгшихся в пределы нашей Родины. Автору этих строк в период Великой Отечественной войны довелось руководить ветеринарной службой фронта, участвовавшего в битве на Волге, где борьба с врагом шла наиболее остро и где ветеринарный состав работал в наиболее трудных условиях. До начала битвы к правому берегу Волги потоками тянулись эвакуируемые стада, подчас без всякого ветеринарного надзора.

Гражданская сеть ветеринарных учреждений в тех местах в связи с приближением фронта распадалась. По мере подхода немцев к Волге эпизоотическая обстановка усложнялась. Среди животных у местного населения и в войсках вскоре получили распространение чесотка и гемоспоридиозные заболевания, были зарегистрированы спорадические случаи сибирской язвы, инфекционного энцефаломиэлита и других болезней. По полям и балкам, группами и в одиночку, бродили брошенные лошади. Их собирали в группы, обследовали и использовали в зависимости от результатов осмотра. Для борьбы с чесоткой не хватало серы и дезсредств. Надежды на скорое пополнение запасов ветимущества, отгруженного нам на пароходе «Лядов», не оправдались. Пароход подорвался на мине и затонул. Это была большая потеря. Правда, впоследствии водолазы подняли часть имущества со дна Волги, но качество его уже было низким (кроме хирургических инструментов), да и количество спасенного не могло, конечно, покрыть потребностей. Рассчитывать же на скорые централизованные поставки тогда не приходилось. Были организованы поиски имущества на месте, в покинутых гражданских ветлечебницах, лабораториях, складах. Кое-что в них удалось достать. Особенно выручила нас находка серы в Бекетовке. Ее оттуда вывезли более 50 тонн и использовали не только для газоокуривания больных, но и для профилактической обработки лошадей.

Параллельно с этим ветслужба фронта оказывала гражданским органам помощь в осуществлении ветеринарного контроля на переправах у Волги, через которые эвакуировался скот в глубь страны. Ветврачам и другим лицам, отвечавшим за переправы, было строго предписано: животных с признаками заразных заболеваний к переправе не допускать. Это мероприятие по своей направленности выходило за рамки местного значения, оно снижало опасность заноса заразных болезней в районы восточнее Волги и тем способствовало созданию там более благополучной эпизоотической обстановки. А бои, меж тем, у Волги разгорались и принимали все более и более упорный характер. В городе на Волге беспрерывно полыхали пожары. Густой дым от города тянулся на десятки километров. Ночью Волга багровела от зловещего зарева пожарищ. И так неделя за неделей, месяц за месяцем. Город горел, содрогаясь от стрельбы и взрывов, но его героические защитники стойко сражались, перемалывая рвавшиеся к Волге войска Паулюса, И чтобы обеспечить успех боя нужно было беспрерывно пополнять ряды защитников волжской твердыни людьми, боевой техникой, оружием, боеприпасами, горючим, продовольствием. Это была весьма трудная задача. Фронт базировался всего лишь на одну железную дорогу Урбах — Астрахань, работавшую с громадным напряжением и постоянно находившуюся под воздействием авиации врага. Переправы на Волге также были под прицелом авиации и артиллерийского огня противника. В этих условиях для целей подвоза и доставки грузов в войска использовали все, что можно: от вьюка до самолета, от лодки до парохода.

Боевые и прочие грузы в значительной мере доставляли для войск конным транспортом. Лошадям приходилось работать очень много, они буквально не вылезали из упряжек, а кормили их скудно. Не доставало фуража. Для его подвоза не хватало подвижного состава. Выход опять находили в том, что все войсковые части, имевшие лошадей, заготавливали сено сами, производя покос усохшей травы. И она, подчас, являлась единственным кормом, поддерживавшим силы лошадей. С наступлением холодов положение с фуражом ухудшилось. Ближайшие к фронту участки с травяным покровом были уже использованы. Лошади начали быстро терять упитанность. В некоторых армиях свыше 30 процентов лошадей оказались неработоспособными. Усиленная эксплуатация лошадей по плохим дорогам, при недостатке ковочного материала, усугубляла их тяжелое положение, к тому же росло число больных с эксплуатационными повреждениями. Чтобы спасти таких лошадей от гибели, необходимо было освободить их от работ и подкормить. И хотя трудно было провести эту меру в жизнь, но она при поддержке командования была проведена. Большую помощь в этом деле оказал начальник тыла фронта генерал Н. П. Анисимов. Следует сказать, что на организованные пункты подкорма, сыгравшие в последующем большую роль, лошадей иногда доставляли в такой степени истощения и угнетения, что они уже почти не реагировали на фураж. Во многих случаях ветврачи путем медикаментозного воздействия на организм лошади, в сочетании с диетическим кормлением и при обязательном содержании больных лошадей в теплых помещениях, добивались относительно быстрого восстановления их работоспособности.

Для усиления подвоза грузов по грунту осенью 1942 года были сформированы несколько верблюжьих батальонов и воловьих рот. Подобные транспортные части для нас были новинкой. О верблюдах и волах как о транспортных животных военный ветеринарный состав знал мало, да и у командиров возникали вопросы, на которые не сразу находились ответы. Но потом дело наладилось. Были разработаны специальные наставления для руководства, а к верблюдам и волам в качестве повозочных поставили людей, умевших с ними обращаться. Сложнее решался вопрос с ковкой волов. Подков для них у нас, конечно, не было. И ковочным кузнецам пришлось на ходу осваивать технику изготовления подков и приобретать опыт подковывания волов. В целом верблюжьи и воловьи транспортные части себя оправдали.

К слову сказать, фронт испытывал большую нужду и в подковах для лошадей. В плановом порядке их получали нерегулярно и часто не тех размеров. А усиленная эксплуатация лошадей требовала постоянного внимания к ковке. И здесь опять выручали ковочные кузнецы. Они мастерски делали подковы вручную из случайного материала. Практически это и позволяло поддерживать работоспособность транспортных животных. После окружения 330-тысячной армии Паулюса наш фронт, переименованный в Южный, развил стремительное наступление в юго-западном направлении и за короткий срок освободил от врага огромную территорию. Войска вышли в места, где было много сена. Лошади начали быстро поправляться.

Если подвести некоторый итог основной работе, проделанной ветеринарной службой фронта, то он будет, примерно, таков: за период от начала оборонительных боев на Волге и до выхода к реке Миус вылечено и возвращено в строй более 20 тысяч лошадей, изготовлено только силами фронтовой учебной кузницы более 40 тыс. подков; личный состав ветеринарных лазаретов заготовил более 1100 тонн сена. Это лишь часть работы ветеринарного состава. В целом ее объем был неизмеримо больше и разнообразнее. 

В заключение хочется отметить самоотверженный труд в битве на Волге и в последующих боях офицеров ветеринарной службы: В. В. Тавельского, С. М. Сосыкина, П. В. Осташевского, П. Я. Кателикова, В. И. Рогова, А. А. Лущикова, Б. Н. Александрова, В. М. Доценко, А. С. Сухова, С. А. Ключника, Н. А. Романова, П. А. Бойко, А. А. Решетько, П. Н. Скворцова, Н. А. Никитина и других, которые много сделали полезного для сохранения работоспособности войсковых лошадей, чем способствовали выполнению боевых задач, стоявших перед ветеринарной службой фронта. Ратный труд сотен ветеринарных врачей, фельдшеров и ковочных кузнецов был отмечен боевыми наградами — орденами и медалями. Многие из них сейчас трудятся на мирном фронте в сельском хозяйстве и научных учреждениях, практически участвуя в решении задач строительства экономической базы коммунизма.

С. Л. Аличкин

АЛИЧКИН СЕРГЕЙ ЛАВРЕНТЬЕВИЧ (1902-1985) - ветеринарный врач, начальник Военно-ветеринарного факультета при Московской  ветеринарной академии (1953-1956), генерал-майор ветеринарной службы.

Родился в 1902 г.  в Калужской губернии в семье крестьян.  В 1914 г. окончил Московское 4-классное училище. В 1922  г.  добровольно  вступил  в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии. В 1926 г. окончил Московскую артиллерийскую школу, а в 1932 г. военное отделение Казанского ветеринарного института. В   годы  Великой  Отечественной  войны  командовал  ветеринарной службой Южного и других фронтов, после окончания войны возглавлял ветеринарную службу Прибалтийского военного округа.

В 1952-1953 гг. С.Л. Аличкин - заместитель начальника военно-ветеринарной  службы  Министерства  обороны СССР,  а с 1953 по 1956 гг. - начальник Военно-ветеринарного факультета при Московской ветеринарной академии.  В этой должности приложил много сил и стараний для подготовки специалистов военно-ветеринарной  службы. В 1956 г. под его редакцией   вышло   учебное   пособие  "Военно-ветеринарная служба".

За большие заслуги С.Л.  Аличкин награжден орденами: Ленина, Отечественной войны  I  степени,  Красной Звезды,  двумя орденами Красного Знамени и многими медалями.

Permanent link to this publication: