10 октября 2007 г. в Институте востоковедения РАН состоялась всероссийская научная конференция "Россия и Япония в начале XXI века", организованная отделом комплексных проблем международных отношений института.

В конференции приняли участие научные работники, дипломаты, государственные и общественные деятели, преподаватели высших учебных заведений Москвы и других городов РФ. С докладами выступили около 20 человек. Был обсужден широкий круг проблем, связанных с отношениями России и Японии в прошлом, настоящем и будущем.

Открывая конференцию, заведующий отделом комплексных проблем международных отношений ИВ РАН А. М. Хазанов сказал, что отдел ежегодно проводит конференции по проблемам российско-японских отношений, и они уже стали традиционными. Но нынешняя конференция не совсем обычная - она посвящается светлой памяти ушедшего от нас ровно год тому назад выдающегося российского японоведа Игоря Александровича Латышева.

Почти 50 лет Латышев занимался изучением истории, политики и социальных проблем Японии. Он был крупным ученым и блестящим журналистом. Из-под пера И. А. Латышева вышли такие фундаментальные монографии, как "Внутренняя политика японского империализма накануне войны на Тихом океане", "Государственный строй Японии", "Правящая либерально-демократическая партия", "Покушение на Курилы", "Россия и Япония. В тупике территориального спора 2000 - 2004 гг.", "Русские Курилы. История и современность", "Как Япония похитила российское золото", "Путин и Япония. Будут ли уступки?". Будучи активным участником общественного "Комитета в защиту Курил", И. А. Латышев целеустремленно и последовательно отстаивал целостность РФ на ее дальневосточных рубежах.

Участники конференции почтили память И. А. Латышева вставанием.

В. И. Саплин (заместитель директора Первого департамента Азии МИД РФ) в докладе "Российско-японские отношения. Исторический фон и современные тенденции" подверг анализу развитие российско-японских отношений в последние годы. По его словам, отношения России и Японии характеризует позитивная динамика с точки зрения как количественных показателей, так и наращивания интенсивности контактов. "Дорожной картой" расширения связей стал принятый лидерами двух стран в январе 2003 г. "Российско-японский план действий", охватывающий все сферы сотрудничества. Реализация плана последовательно продвигается, хотя не по всем направлениям с одинаковой скоростью. В 2007 г. президент России и премьер-министр Японии встречались дважды: в ходе саммита "Группы восьми" в Германии (июнь) и саммита АТЭС в Австралии (сентябрь).

Докладчик подчеркнул, что обе стороны ощущают объективную потребность построения качественно новых отношений. Возьмем такую область, как поставки энергоресурсов. В своей долгосрочной энергетической программе Япония ставит задачу обеспечения диверсификации источников получения энергоносителей. Географически ближайший сосед - Россия приняла решение о переключении значительной части своих экспортных поставок энергоносителей на азиатское направление. Это формирует объективный интерес к данной проблеме с обеих сторон. Российские нефтяные компании приветствовали бы присоединение японских партнеров к освоению восточносибирских месторождений энергоносителей, что обеспечило бы Японии право их получения на долгие годы. Правда, реальных шагов пока нет. Сказываются опасения относи-

тельно рисков российского рынка, непрозрачности налоговой и таможенной практики, долголетняя привычка избегать шагов, могущих привести к зависимости от России.

В заключение В. И. Саплин подчеркнул, что "многолетняя японская позиция требования "возврата" четырех южных Курильских островов неприемлема для российской стороны, выступающей против логики решения, означающей в какой-либо форме пересмотр итогов Второй мировой войны".

С. А. Пономарев (депутат Сахалинской областной думы, координатор депутатского внефракционного объединения "За российские Курилы!") в докладе "Информационно-психологическая война Японии против России по "территориальному вопросу"" подверг всестороннему анализу формы и методы информационной политики Японии по Курильской проблеме, задачи и способы противодействия ей. Докладчик сообщил о картографической агрессии Японии: с 1969 г. площадь четырех южных Курильских островов стала включаться в территорию Японии при подсчете Национальным картографическим управлением общей площади страны. По мнению С. А. Пономарева, основной способ противодействия японским притязаниям на Курильские острова -это их благоустройство, ускорение их социально-экономического развития. Докладчик предложил Совету Безопасности России принять план мер противодействия. По его словам, "необходимо предавать гласности факт экономической и гуманитарной блокады Курил со стороны Японии (запрет на предпринимательскую деятельность и выезд на Курилы для ведения бизнеса японским предпринимателям; запрет курильчанам въезжать в Японию по визам). Как сообщил С. А. Пономарев, в течение последних лет Сахалинская областная дума безуспешно добивалась принятия постановления Правительства РФ о признании 3 сентября 1945 г. Днем окончания Второй мировой войны. По его словам, следует закрепить в Федеральном законе "О днях воинской славы (победных днях) России" Указ Президиума Верховного Совета СССР от 2 сентября 1945 г. и объявить день 3 сентября ежегодным праздником.

М. И. Крупянко (ИВ РАН) в докладе "Обеспокоенная реакция японских властей на некоторые внешнеполитические инициативы России на Дальнем Востоке" попытался опровергнуть распространенное мнение, что основным камнем преткновения в японо-российских отношениях по-прежнему остается территориальный спор вокруг Южно-Курильских островов и невозможность по этой причине заключить мирный договор. Вместе с тем сегодня очевидно и другое, отметил докладчик: правящие круги в большей степени, чем нерешенность территориальной проблемы, волнуют новые болевые точки отношений с Россией. Сегодня официальный Токио обеспокоен на российском направлении тремя проблемами: 1) быстрым сближением России с Китаем в военной области, что, по мнению японцев, серьезно нарушает стратегическое равновесие сил на дальнем Востоке в зоне ее жизненных интересов; 2) опасением Японии усиления энергетической зависимости от поставок российских ресурсов на ее рынок, боязнью оказаться "в руках русских", которые в любой момент могут перекрыть ей газовый или нефтяной вентиль; 3) раскручиванием Россией спирали гонки вооружений на Дальнем Востоке. Военные расходы Японии, составляющие около 40 млрд. дол., в 5 раз меньше суммарного военного бюджета РФ и КНР.

Особенно большое беспокойство в Токио вызвал исторический саммит стран ОДКБ в Душанбе (октябрь 2007 г.), на котором, по сути, было объявлено о создании военно-политического блока ОДКБ-ШОС, своего рода российско-китайской НАТО, реально способного бросить вызов США и их союзникам на евразийском пространстве.

Вторая группа проблем, беспокоящих Японию, - активное использование российской стороной сырьевой дипломатии в качестве рычага политического давления. Россия, как известно, объявила о двух основных маршрутах строительства нефтепровода из Восточной Сибири: один - в направлении Дацина на территории КНР и другой - от станции Перевозная около Владивостока до порта Находка в направлении Японии. Последняя рассчитывает прежде всего на скорые поставки энергоносителей с континентального шельфа Сахалина, который находится в непосредственной близости от ее побережья. Однако реализация сахалинского проекта также затягивается. Разумеется, не хотелось бы, заключил докладчик, чтобы Япония использовала нерешенность территориального спора в наших двусторонних отношениях, а также определенный страх перед укреплением российского военного потенциала на Дальнем Востоке в качестве надуманного предлога для перехода к жесткой и недружественной нам политике.

Японские власти принимают срочные меры по недопущению изменения стратегического поля вокруг Японии на Дальнем Востоке, в зоне ее жизненных интересов. В первую очередь это

касается усилий Токио по перехвату у России инициативы в сближении с Китаем, в том числе и в военной области. В этой связи докладчик напомнил о незапланированном ранее визите в августе 2007 г. министра обороны Японии в Китай. Это была первая такая встреча за последние 10 лет. По словам М. И. Крупянко, от нового премьер-министра Фукуды ждут еще более тесного сближения Японии с Китаем, намеренно называя его представителем "левого крыла" в руководстве ЛДП, чтобы подыграть китайцам. Обращает на себя внимание и тот факт, что Абэ после вступления в должность премьер-министра в сентябре 2006 г. совершил визит в Пекин, где обещал впредь не посещать синтоистский храм Ясукуни, символ японского милитаризма и национализма. Фукуда также уже успел заявить о том, что воздержится от посещения храма Ясукуни. Эти заявления были непосредственно адресованы китайскому руководству, которое Япония в новых условиях не хочет лишний раз раздражать.

В. П. Зимонин (МГЛУ) в докладе "Россия и Япония в перипетиях бурного XX века" выдвинул новую оригинальную концепцию, касающуюся планов развязывания Второй мировой войны. Вопреки устоявшемуся мнению о том, что эти планы впервые родились в гитлеровской Германии, В. И. Зимонин утверждал, что к развертыванию мировой агрессии Германию подвела проводившаяся Японией в течение многих десятилетий политика экспансии на континент, которая не раз входила в противоречие с интересами России и других государств. Как отметил докладчик, Гитлер еще только рвался к власти, а честолюбивые японские генералы уже имели грандиозные планы мирового господства, согласно которым одним из объектов агрессии являлся Советский Союз. В заключение В. П. Зимонин отметил, что не Советский Союз виновен в плачевных для Японии результатах войны, в том числе и утрате ею территорий, которые современные японские руководители называют "северными территориями". "Если бы военно-политическое руководство милитаристской Японии приняло условия Потсдамской декларации союзных держав от 26 июня 1945 г., требовавшей ее безоговорочной капитуляции, не было бы ни войны с СССР, ни утраты Японией Сахалина и Курил. Быть советско-японской войне или не быть - полностью зависело от Японии".

О. Г. Парамонов (МГИМО(У) МИД РФ) в докладе "Японо-американское взаимодействие в военно-политической сфере в контексте интересов России (1991 - 2000 гг.)" подчеркнул, что японо-американский союз безопасности периода "холодной войны" был одним из звеньев системы альянсов, созданных для геополитического окружения СССР. По его словам, в первой половине 1990-х гг. Токио видел в российском военном потенциале источник угрозы для региональной стабильности, рассматривая такие негативные сценарии, как потеря контроля федерального центра над ядерным потенциалом или утрата Россией территориальной целостности. После 1996 г. у Японии появился еще один источник для беспокойства, связанный с началом сближения России и КНР в политической и военной сферах. Как отметил докладчик, в рейтинге влияния на региональную стабильность японо-американский альянс к концу XX в. вышел на второе место после НАТО. В отличие от последнего этот альянс сохранил свою закрытость для других стран, уровень прозрачности японо-американского диалога по военным вопросам оставался крайне низким. Это связано с комплексом причин, например, с тем, что основным средством обеспечения американских гарантий безопасности для Японии является ядерный потенциал США.

О. А. Базин (Моск. областной пед. ин-т) в докладе "Развитие экономических отношений Японии и ФРГ во второй половине XX в." отметил, что в этот период экономические отношения Японии и ФРГ развивались нестабильно, периоды сближения интересов деловых кругов двух стран сменялись периодами обострения конкуренции между ними. К концу 1960-х гг. ФРГ стала важнейшим экономическим партнером Японии в Западной Европе, главным импортером японской продукции в этом регионе. В 1980 - 1990-е гг. в ФРГ были построены сети японских промышленных предприятий, но больше всего японских инвестиций было направлено в торговую сферу ФРГ. В то же время на данном этапе сохранилась нерешенность традиционных проблем экономического сотрудничества Японии и ФРГ (несбалансированность торговли, закрытость японского рынка).

В. О. Кистанов (Москва) в докладе "Некоторые проблемы и тенденции торгово-экономических отношений России и Японии" рассмотрел динамику и нынешнее состояние российско-японских отношений. Наиболее интересной частью доклада был анализ серьезных проблем и препятствий, сдерживающих развитие этих отношений. Структура торговли между двумя странами на протяжении долгих лет не претерпевает практически никаких изменений. Япония закупает у России преимущественно цветные металлы, энергоносители, морепродукты, лес, а Россия у

Японии - автомобили. Другая проблема - наш экспорт крабов. Как отметил докладчик, львиная доля наших крабов поставляется в Японию контрабандно.

Серьезная проблема - нежелание японского бизнеса делать крупные инвестиции в российскую экономику, прежде всего в обрабатывающую промышленность, а не в энергетические проекты. По объему всех инвестиций в экономику России Япония в 2006 г. занимала 10-е место среди зарубежных стран-инвесторов. Тем не менее, несмотря на имеющиеся серьезные проблемы и препятствия, российско-японские торгово-экономические отношения в XXI в. имеют большой потенциал и хорошие перспективы. Но их реализация требует времени и целенаправленной работы. А для этого необходимо сделать так, чтобы Россия как можно скорее стала по-настоящему привлекательным партнером Японии в разных областях. И начинать надо с приведения в порядок нашего Дальнего Востока.

Подводя итоги встречи, А. М. Хазанов отметил, что состоявшаяся конференция была весьма полезной. Она помогла высветить ряд важных проблем российско-японских отношений в прошлом, настоящем и будущем. Обмен идеями, имевший место в ходе конференции, сказал он, был очень продуктивным и, несомненно, не только окажет помощь практическим организациям, но и явится стимулом для проведения новых исследований по вопросам российско-японских отношений.

Permanent link to this publication: