Когда мы говорим Москва, то сразу возникает образ Красной площади, Кремля, Спасской башни с часами. Эта ассоциация возникает не только у россиян, но и у всякого, кто хотя бы раз посетил Москву и побывал в сердце нашей столицы - на Красной площади. Ступив на ливанскую землю, окунувшись в бейрутскую жизнь, довольно трудно однозначно сказать, где расположено сердце Бейрута.

Ливанская столица - Бейрут, один из древнейших городов мира. На каждом пятачке его можно найти следы далеких предков, памятники мировой цивилизации и культуры, которые бы могли стать гордостью, сердцевиной любого города мира. Но в Бейруте - это повседневная, привычная старина, существующая рядом с бурлящей реальной жизнью. Бейрут сегодня выглядит современным городом, активно растущим вширь, вверх, вглубь земли и в морские просторы. В нем исключительно гармонично сочетается и уживается глубокая, многовековая старина с суперсовременной архитектурой.

К классическому изречению, что архитектура - это время, застывшее в камне, хотелось бы добавить, что это и часть человеческой души, отраженная в геометрии строений, расположении улиц, общем архитектурном ансамбле. В отношении Бейрута - это колоссальная архитектурная мозаика. Чтобы понять особенность бейрутской архитектуры, нужно знать, что почти из 30 тыс. городских строений нет двух домов, которые были бы совершенно похожи друг на друга, были бы построены по типовому проекту. Именно в архитектуре, как мне кажется, проявились такие отличительные черты характера ливанцев, как стремление к оригинальности, неповторимости, попытка выразить свои вкусы и пристрастия, материальное положение, место в обществе, связь с древними корнями, а также приверженность прогрессу, всему новому, красивому, полезному. Все это ливанец стремится отразить в архитектуре своего дома или строения, которое может быть общественным зданием, библиотекой, гостиницей, мечетью, просто скульптурой. И главное, что в бейрутской архитектуре всегда присутствует дух свободного выбора, полная самостоятельность и умение гармонично сочетать несочетаемое, совмещать пространство и время на отдельно взятом, и часто очень ограниченном пространстве.

Часто можно услышать, что Бейрут - это Париж или Швейцария Ближнего Востока. Наверное, для кого-то эти сравнения звучат лестно. Но только не для ливанцев. И уж тем более не для того, кто побывал или пожил в Бейруте некоторое время. Эти параллели и сравнения родились в далекие 60-е годы, когда Ливан на фо-

стр. 45

не арабского мира, бурлящего революциями и переворотами, выглядел уголком спокойствия, как Швейцария, и раскрепощенности, как Париж. Но и тогда ливанцы не стремились никому подражать. Они просто брали все, что им нравилось в Европе, и создавали свое, ливанское, бейрутское изделие. Так появилось первое на Ближнем Востоке "Казино Де Любан". Но это не повторение Монте Карло или Лас Вегаса. Это продукт ливанского происхождения. Он штучный и неповторимый. Напрасно туристы, начитавшись подобных сравнений, будут искать на улицах Бейрута каких-то штрихов и сходства с Парижем. Возможно, по этому поводу Киплинг мог бы сказать: "Париж есть Париж, а Бейрут есть Бейрут. И им никогда не встретиться". И - слава Богу. Каждый из них неповторим и прекрасен в своем роде.

БЕЙРУТ - ГОРОД ЖИВОЙ ИСТОРИИ

Город - это сочетание двух миров: неодушевленного - в виде архитектуры, и человеческого, который его населяет, обитает в этом архитектурном окружении. Разорвать эти две части невозможно. В противном случае, город без людей превращается в исторические руины, а люди без города - в кочевые племена или в беженцев. Что в общем-то многократно повторялось в истории многих городов. За свою долгую историю Бейрут не раз переживал трудные периоды, когда приближался к грани опустошения и разорения. Но всегда находил в себе силы восстать из пепла. Последний раз мрачная туча разорения нависла над этим городом в период гражданской войны (1975 - 1990 гг.). Не вдаваясь в причины и последствия этой войны (это вопрос для отдельного разговора), следует только сказать, что и в этот раз у ливанцев сработал инстинкт самосохранения и самовыживания, который позволял им на протяжении тысячелетий выходить победителями из-под оккупации, колонизации, европеизации и прочих передряг. У ливанцев выработался сильнейший инстинкт самосохранения и приспособляемости в самых сложных ситуациях. Им присуща потрясающая способность - творчески освоить, переварить в своих интересах все, что может быть полезного из привнесенного завоевателями или ливанскими эмигрантами, разбросанными по всему миру, и перенести это на свою родную почву.

В годы войны город не просто сильно пострадал и был разрушен. Точнее сказать, он перестал быть прежним Бейрутом. Точно так, как стихия лесных пожаров очищает огнем природу для новой жизни, так и военное лихолетье разделило историю и жизнь Бейрута и ливанцев на до и после войны. Один из центральных районов Бейрута, где шли самые ожесточенные бои, и где практически полностью было разрушено все, что только можно разрушить, останется в памяти и истории Ливана, как бейрутский Сталинград. Возможно, это и есть сердце Бейрута? Ведь известно, что смертельный удар всегда наносится в самую важную точку.

Но свято место пусто не бывает. И на руинах старины выросли новые, а если правильнее сказать, вновь построенные, архитектурные ансамбли. В архитектуре "Центр Вилле" вновь проявилась способность ливанцев сочетать то, что почти не сочетается: из очень старого и разрушенного сделать очень новое, при этом не только не испортить, но даже улучшить. По мнению ливанцев, нельзя бесконечно цепляться за развалины. Главный критерий - это жизнь, и все остальное должно содействовать, украшать, облегчать, а не препятствовать ей.

Площадь Бейрутской Звезды, расположенная в "Центре Вилле", наверняка может считаться центральной точкой Бейрута, поскольку отходящие от нее семь улиц, спланированные еще древнеримскими архитекторами в начале новой эры, образовывали главные улицы города, которые сохраняются до наших дней. В центре площади, подобно Лондон-

стр. 46

скому, красуется бейрутский Биг Бен - монументальная башня, увенчанная часами, которые показывают самое точное бейрутское время.

Именно этим местом, которое вновь вернуло себе прежнее название - "Центр Вилле", гордятся сегодня бейрутцы. Здесь иностранные туристы наслаждаются архитектурными изысками, сочетаниями продвинутого модерна и вкраплениями глубокой, подлинной старины. Этим районом справедливо может гордиться бывший премьер-министр Ливана Р. Харири (в ноябре 2004 г. новым премьером стал О. Караме - прим. ред. ), который вложил много сил и средств в реставрацию и воссоздание прежнего, но вполне современного, облика одного из центральных районов Бейрута. Ливанские архитекторы и строители, политики и общественность не пытались бездумно повторять, восстанавливать старое. Разрушенная архитектура, как и время, не подлежит восстановлению. И здесь проявилась вековая мудрость и практичность ливанцев, умение созидать во благо жизни и будущего. Они не цеплялись за старое, исчезнувшее архитектурное вчера, а стали создавать свое, новое, но глубоко насыщенное историческим прошлым, архитектурное сегодня.

Если бы ливанцы стали чрезмерно трепетно подходить к сохранению исторических ценностей, то жизнь бы замерла на этой благодатной земле по той простой причине, что практически весь Ливан, на глубину десятка метров насыщен какими-то историческими, археологическими, природными и прочими ценностями. Ливанские законы, конечно, защищают и охраняют исторические шедевры. Но не до такой степени, чтобы мешать или вредить прогрессу, поступательному развитию и процветанию человека, продолжению жизни. Можно сказать, что Ливан за короткий срок бурного строительного бума создает новый, с точки зрения человека двадцать первого века, цивилизационный слой из стекла и бетона.

УСКОЛЬЗАЮЩЕЕ СЕРДЦЕ БЕЙРУТА

Если мы спросим государственного служащего или ливанского парламентария, где центр Бейрута, то, конечно, он назовет правительственный комплекс. По всей видимости, на этом самом высоком месте когда-то располагался римский акрополь. О чем свидетельствуют остатки классических римских терм (банных залов). Так что традиция чиновников совмещать парилку со служением государству имеет древние корни.

Но с таким подходом, наверное, не согласятся те, кто проживает на одной из самых популярных улиц города - на Хамре. Действительно, долгие десятилетия Хамра была рекламной вывеской Бейрута. Здесь были сосредоточены крупнейшие банки, рестораны, гостиницы, правительственные учреждения. Можно сказать - это маленький Сити Бейрута или своя Пятая Авеню. В годы гражданской войны Хамра являлась сердцем Западного Бейрута.

Если хотя бы на пару часов вам удалось заглянуть в Бейрут, то уж наверняка вы остановитесь над высоким обрывом, опоясывающим тихую средиземноморскую бухту, из вод которой возвышаются два непотопляемых острова - это Роке (камни), или, как их еще называют, "Голубиный грот". Вот уж действительно родимое пятно, адресная карточка Бейрута. Быть в Бейруте и не пройтись по знаменитой приморской набережной Рауше, просто невозможно.

Путешествуя по Бейруту в поисках его главной достопримечательности, мы фактически крутились на маленьком пятачке, который и можно назвать сердцем "Большого Бейрута".

А. ШМОРГУН, наш собкор, Бейрут

Permanent link to this publication: